Такое себе наказание

Победители ушли. Оставшиеся проследили за ними взглядом, пока шаги и весёлые голоса не стихли вдали. Как только это произошло, Дава звонко хлопнул в ладоши. — Ну-с, червячки-казачки, а теперь вернёмся к вам! — жизнерадостно объявил он. Даник дёрнулся, когда Камиль резко взметнул руку, чуть было не ударив его по носу. — Я! Я! Можно я первый! — воскликнул мальчишка, и остальные с одобряющими смешками похлопали его по плечам. Дава, улыбаясь, кивнул, и они оба ушли, прихватив с собой часть операторов. Даник проводил их заинтересованным взглядом. — Интересно, куда это они? — пробормотал он, и Арина фыркнула. — За оборудованием пошли, — подсказала она. — Да и сомневаюсь, что он будет делать это при всех нас. — Да. Наверное, вспомним школьные походы в медпункт, — кивнула Лола, поправляя волосы. — Пожалуй, схожу второй. Быстрее отмучаюсь. Даник слегка склонил голову набок. — Вы о чём, дамы? — несколько удивлённо произнёс он, и девушки кинули на него одинаково недоуменные взгляды. — О наказании, конечно же! — наконец снизошла до объяснения Арина. — Он же уже говорил. — Вы про клизму, что ль? Я думал, что это шутка такая была. Нет?.. — Даник снова словил долгий взгляд и сглотнул. — Вы чего, серьёзно?! — Ну... да. — Лола закончила поправлять волосы и присела на кушетку, на которой ранее лежал Дава. — Об этом было известно с самого начала. Помнишь? Он никогда о таком не шутит. Даник недоверчиво покачал головой. Он впервые снимался в ролике у Давы и, признаться, воспринял его слова насчёт клизмы и, прости господи, вакцинации как шутку. Дима во время пряток, если вспомнить, часто шутил и подначивал тех, кого искал, так что в этом плане Даник подвоха не видел. Как оказалось — зря, очень зря. — Да ты не волнуйся, Дань, — мягко добавила Лола, увидев его заметавшийся взгляд. — В этом нет ничего унизительного. Он мог найти всех, если бы был внимательней. Через минут двадцать к ним вернулся Камиль. Он был слегка взъерошенным и потирал заднюю точку, но, в целом, выглядел всё таким же самоуверенным и жизнерадостным. Лола ушла за Давой, а Даник нервно сложил руки на груди. Его слегка потряхивало, но настоящего испуга он, тщательно вслушавшись в ощущения, не обнаружил. Наверное, ещё не до конца поверил в правдивость сказанного девушками. Однако, когда и Арина пришла, а Дава ожидающе уставился на него, по позвоночнику Даника прошла неприятная дрожь. Уже наказанные не выглядели измученными, и всё же Даник с большой опаской последовал за Давой в удалённый и прибранный кабинет. — Ну-с, с чего начнём? — поинтересовался Дава, когда за ними закрылась дверь. Далёкие голоса ребят затихли. Даник кинул на него неуверенный взгляд, и Дава пояснил: — С укола или клизмы? — Укола?! — Хм, уверен? Давай, наверное, лучше с клизмы. — Дава ободряюще улыбнулся ему и указал на кушетку. — Снимай штаны и ложись. Даник потянулся к ширинке. Его взгляд осмотрел помещение, и он вздрогнул, когда увидел снимающего Стаса. — Это... это что, куда-то выложится? — он замешкался, не уверенный, что хотел делать бы подобное на камеру. Не то чтобы он был сильно стеснительным — уж оголиться при операторах он мог запросто! — но осознание, что твоё беспомощное тело будут видеть тысячи, а то и миллионы... Это не особо вдохновляло. Дава положил руку ему на плечо. — Не беспокойся — всё для личной коллекции, — мягко пояснил он и слегка сжал пальцами напряжённые мышцы. Вздохнув, Даник расстегнул молнию и, слегка поджав губы, стянул штаны и нижнее бельё. К счастью, никто ничего не комментировал, хотя операторы и ухмыльнулись. Их глаза блестели, но Даник старался не смотреть на них. Он лёг боком на кушетку и, повинуясь руке Давы, подтянул колени к груди. Мозолистая ладонь прошлась по его пухлым ягодицам, заставляя их покрыться мурашками. Дава зачерпнул немного геля и медленно провёл пальцем по ложбинке меж полупопий. Даник задержал дыхание. — Не напрягайся, — посоветовал ему Дава, смазывая анальное отверстие скользким и чуть прохладным гелем. Даник уже делал клизмы и знал, что тот прав. Однако сложно было расслабиться — особенно под изучающими взглядами операторов. Стас так вообще не сводил с него глаз и как-то загадочно ухмылялся. А когда Дава зашебуршал чем-то на придвинутом к кушетке комоде, провёл кончиком языка по пухлым губам. — Стас, у тебя жена дома, — напомнил Даник, скорее чтобы поддразнить товарища. Окологейские шутки в стане команды Масленникова редкостью не были. А тут ещё и антураж соответствующий. — Чего ты облизываешься? — Да ладно, просто вспомнил твои признания на бутылочке, — Стас белозубо ухмыльнулся. — Как раз и мужиков много. — Прекрати! — Даник почувствовал, как щёки предательски покраснели, и перевёл взгляд на пол. По кафелю, незаметный людьми, быстренько сбегал в соседнее помещение какой-то жучок. Слова Стаса попали в цель. Даник неосознанно вспомнил свои эротические фантазии, когда в последний раз делал клизму. И вздрогнул, когда прохладный шланг принялся входить в него, вызывая дрожь. Дава услышал Стаса — просто не мог не услышать — и теперь заинтересованно сопел, возясь с грушей. Да и остальные операторы — все мужчины, как на подбор! — подошли ближе. Даник принялся глубоко дышать, прикрыв глаза, когда почувствовал начавшееся наполнение. Дава задрал его рубашку и медленно провёл рукой по пухлому животу. — Сейчас он увеличится, дружок, — глубоким вибрирующим голосом произнёс он на ухо Даника, заставив его на миг сбиться с чёткого контроля дыхания. — Чувствуешь распирание? Мы хорошенько наполним пухлого мальчишку. — А это... ещё наказание? — Даник слегка смутился от того, насколько бархатным и, признаться честно, маслянистым стал тон Давы. Да и рука, вроде бы разглаживающая его пузо, помогающая воде пройти дальше, после этих слов ощущалась как-то неправильно. — Конечно, — невозмутимо произнёс Дава, продолжая мерно водить ладонью по участку ниже пупка. — Тебя вообще первым нашли, Данька! Сейчас наполню как, будешь знать! Даник поморщился, почувствовав лёгкую распирающую боль. Дава сильнее надавил на кожу над лобком, с нажимом провёл по животу, следуя за изгибом кишки внутри — и Даник прерывисто выдохнул, когда вода внутри, будто раскрыв что-то, с большей лёгкостью пошла вперёд. Он сжимал и разжимал кулаки, чувствуя, как рос под руками Давы его живот. Держать ноги согнутыми становилось всё труднее, но он молчал, изо всех сил продолжая держать лицо. Но с каждым мгновением его решительность терпела всё большие испытания. Наконец Дава вытащил из него наконечник и тотчас чем-то закупорил дырочку. Тёплые руки и не менее тёплое дыхание на ухо исчезли, что оказалось неожиданно неприятным. Даник приоткрыл глаза и чуть было не вздрогнул, когда увидел Даву, что сидел перед ним на корточках и загадочно улыбался. — Тебе нравится, что я с тобой делаю, — тихо произнёс он, и Даник не сразу понял, что это был не вопрос. На возмущённый взгляд Дава не отреагировал. Продолжая тянуть улыбку, он выпрямил указательный палец и ткнул Даника в пупок. — Ты возбудился, — пояснил он, и Даник ещё более стремительно покраснел. — Вода приятно надавливает на простату, да? Или это от слов? От взглядов? М-м-м... Мы снимем твою дырочку, когда ты будешь облегчаться. Даник тихо всхлипнул. Вода давила на пробку, вызывая иллюзорные порывы к испражнению. Его член и правда слегка привстал — и от грязных слов Давы его крепкость возросла. Дава заметил это и предвкушающе кивнул. — Ты должен будешь развернуться и присесть на корточки на клеёнку, — сообщил он. — Я... я же не готовился... — пропыхтел Даник, почему-то сейчас совсем перестав смущаться. — Будет... — Грязно? Но это же и хорошо. Даник не стал с ним спорить. Порывы уже были достаточно сильными, и он хотел лишь одного — облегчиться, вытолкнув из себя надоевшую воду. Дава помог ему слезть с кушетки и устроиться на полу посреди комнаты. Операторы шустро, как тени, сновали вокруг, снимая сцену со всех ракурсов. Дава растянул ягодицы Даника, глядя на запечатанное пробкой отверстие. — Ты хочешь этого, пухлячок... — он провёл пальцами по ямочке под копчиком. Медленно спустился ниже и покружился по пробке, слегка вдавливая её в тело и вызывая этим всё больший порыв к дефекации. — Что ж, тогда... Начинай! — и Дава, не медля, выдернул пробку, отскочив в сторону. Вода тотчас хлынула из дырочки, и Даник скрючился, опустив голову. Он тяжело дышал, стараясь контролировать процесс, но ничего не получалось, а ноги непроизвольно дрожали, отчего он боялся упасть. Дава поддержал его, обхватив и позволив уткнуться лицом в крепкую грудь. Впрочем, в долгу он себя не оставил и растянул ягодицы Даника, позволяя операторам во всей красе снять приоткрытый анус и вытекающую из него воду, да и не только воду. — Какой грязный мальчишка! — выдохнул он, жмякая пухлые полупопия и пуская в голос рычащие нотки. — Щас как введём тебе физраствора в эти булочки! Немножко боли лишь укрепит, не так ли? Даник вскрикнул, когда в его ягодицу, наспех обтёртую спиртом, вонзили длинную тонкую иглу. Кожа предательски легко разошлась под острым наконечником, и в мышцы впрыснулось что-то жгучее, заставив Даника неуютно завозиться. Физраствор неспешно проник под кожу, а член Даника вдруг зажали в крепкой мужской ладони. Смесь боли и возбуждения оказалась таким адским коктейлем, что перед глазами Даника вспыхнули искры. Шприц выкинули в пакет, обрезанную головку члена мягко помассировали подушечкой пальца, а чьи-то шаловливые конечности коснулись ануса. Звук открываемого геля, похотливые мужские смешки — операторы расставляли камеры вокруг тяжело дышащего Даника, и то, что они собирались снять, явно нельзя было выкладывать на ютуб. Дава мягко отвёл чёлку Даника со лба и поцеловал его. — Можешь орать, — милостиво разрешил он. — Тут звукоизоляция.

***

— Ничего себе, как долго! Ты чего, в обморок упал? — Арина, Лола и Камиль явно заждались последнего наказуемого и ощутимо воспряли. Даник ничего не ответил. Кинув на них быстрый сытый взгляд, он лишь загадочно улыбнулся. Дава и операторы вышли чуть позже, и глаза у всех свежо блестели. — Это были великолепные прятки, друзья, — слегка устало, но счастливо произнёс Дава. — Спасибо всем за участие.