Зимнее утро

Зима – это.. . . . Зима – это минусовая температура, метель, скользкие тропинки, грязь на дороге, окоменевшие пальцы, замёрзшие нос с ушами, потрескавшиеся губы, большое количество одежды, много затрат и шума. Зима – олицетворение одиночества, разочарования, голода, войны. Новогодние каникулы протекали незаметно. Заперевшись от внешнего мира в четырёх стенах само время ускоряется. Оставшись в полном одиночестве ничего не хочется делать, поэтому выходы из квартиры сократились до пары раз в неделю, приём пищи был нестобилен, режим сна был сбит и добро пожаловать в программу ''угробь себя''. Под назойливый писк будильника, ему же назло, хочется проспать первый урок. Но герои не те, кто носят плащи и Харучие пересилив себя отрывает белую макушку от подушки. Бытовые действия для существования, как: подогревание завтрака, чистка зубов, лица были успешно усвояны, хватило времени даже на лëгкую причëску, но на остальное Харучие не стал тратить времени (как всегда воодушевлëнно что-то смог начать, но не продолжил). Он выходит на лестничную площадку, спускается, отпирает дверь подъезда и вот она – эта утреняя зимняя прохлада, которая обмораживает конечности. Если не шарф – нос Харучиë сейчас бы замëрз, потрескался и отпал бы в сугроб. Акаши шагает один под вой ветра, сейчас он немного пройдëт вперëд и тот исчезнет. У него нет особых друзей, отношений, а также напарника. Есть приятели хотя, если его кто-то и мог бы ждать у остановки и продолжать путь вместе, то у него нет ни близко живущих знакомых, ни желания по утрам с кем-то пересекаться. К тому же по утрам холодно, если идти вместе и заводить диалог – легко будет простудить горло, простуду схватить. По крайней мере – это хорошая отмазка не заморачиваться по этому поводу. Вот так: в тишине, в одиночестве, в холоде тоже очень приятно. Наедине с мыслями или же без них. Моргнув дважды, Харучие даже не заметил, как быстро пролетело время, ибо уже закончился первый урок. Большая перемена дала о себе знать. В школе будто все мысли были в тумане: взгляд был расплывчатым, тело по-немногу согревалось в помещении, монотонный голос учителя по литературе предлагал поспать, класс не шумел. Вот чудеса! Акаши держал глаза полузакрытыми, на плечах накинуто было его бежевое пальто, сочетающиеся с его белоснежнами волосами, а одет он был в водолазку молочного цвета, и похожие по цвету на печенья – брюки. Чëрная маска на пол лица особенно убаюкивала. Всë тëплое. Настоящий квест, который, наверное, должен был быть выполненным... Но не в его смену. Было очень кстати, что его разбудили до звонка, иначе было бы грустно. На перемене делать нечего. Без преувеличений. Ставить большую перемену после первого урока было плохим решением. Мало кто об этом вслух говорил, но все знали – эта мысль единогласна. Каникулы давали о себе знать: клонило в сон, все были вялыми и лишь какие-то неземные существа оставались активными и бодрыми. Харучиë собирает свои вещи и спускается на первый этаж, к своему шкафчику. Берëт всë необходимое для следующего урока и начинает ходить по коридорам: сначала он поднимался и спускался с лестниц, позже ему это надоело, он залез на свой этаж и снова начал ходить по коридору. Одному быть не так уж и скучно. Парень уже вовсю планировал, что будет делать сегодня после уроков (хотя они только начались). Бросив взгляд на наручные часы: через три минуты прозвенит звонок, он неспешно начал подходить к нужному кабинету. Тут ему на глаза попадается, по всей видимости, старшеклассник. Цепляет то, что это парень с длинными волосами заплетëнные в две косы. Он был брюнетом с несколькими прядями покрашенных в фиолетовый. На нëм была школьная форма: тоненькая рубашка, не просвечивающиеся, что очень странно (видимо, под ней есть ещё такая же), чей один рукав был закатан аж до локтя (и чуть выше). По телу пробежали мурашки "и как ему не холодно? " Первая мысль при взгляде на парня, а после.. А после их взгляды пересеклись. И вот не прошло и минуты с тех пор, как Харучиë рассматривал старшеклассника, они оба остановились, парня смерили недовольным взглядом и уверенно потопали к нему. Акаши застыл на месте и, не успев сообразить, прибывал в шоке в то время, как парень приблизился (стоило отметить его высокий рост) вставая рядом и акцентируя своë недовольство на движениях. Слишком много лишних движений. Он поднял правую кисть к подбородку и тогда.. И тогда он заметил – у него на запястье красная ленточка, говорящая, что тот – дежурный. А школьная форма на учеников и на старшекласснике означала только одно: не приветствуем школьников без школьной формы. Вот и его сейчас походу отругают за несоблюдение внутреннего школьного правила. Как скудно. Хорошо, если за дверь не выставят (в таком случае он пойдëт домой и не вернëтся). — Ты, в чёрной маске! — Харучиë не знал ни имени дежурного, ни что за персона этот дежурный. Договориться, скорее всего, не получиться. — Даю тебе время, чтобы ты придумал отмазку на счëт этого. — Он пальцем обвëл в воздухе кривой овал имея ввиду "где твоя форма?", если, конечно, он не использует язык жестов и не добовляет ещё "Сука, почему в мою смену, ну ты вообще долбо.. " — Время пошло. И он начал отсчитывать. Вслух. "Раз, два, три, четыре, пять. Тик-так." Харучиë убрал руку за голову, сделал виноватый взгляд и, кажется, опустился ещё ниже дежурного. — Я.. забыл. — "превосходно, Ватсон, что ещё добавишь?" Так и прозвучал у него в голове ответ. Его голос был хриплым, сонным и к тому же через "фильтр" маски. Прозвенел звонок под ухом парней. Старшеклассник тяжело выдохнул, мягко прикоснулся с макушке Акаши и напоследок бросив "чтобы больше не повторялось." ушëл. Взгляд Харучиë так и остался приклеенным к нему. Он поднял руку, провëл по волосам (где коснулся мистер косичка) и ошарашенно смотрел ему вслед. Парень был худым и правда высоким. На него упал солнечный свет, когда он переходил в тень и Харучиë заметил – чëрные линии просвечивали из под рубашки. "Татуировка?... " Сейшу затащил его в кабинет. — "почему опаздываем?" — Прозвучал строгий голос учителя, но Харучиë мысленно был уже давно не здесь. Он думал о нëм.

° ° °

— Алгебра, химия... А дальше что? — Парень-блондин ходил поровень с Акаши. Они одноклассники, а также оба состоят в свастонах. Свастоны – это группа парней, которые, между прочим, делятся на отряды под руководством Манджиро (Майки). Его зовут Инупи, он из третьего отряда, сразу после... Такимучи. — Ты меня слушаешь? — Он поворачивает голову и усталым взглядом, а может так кажется из-за расслабленных век, внимательно смотрит. Разглядывает, если подробнее. Следующим уроком у них физкультура. Он уже ответил на этот вопрос и, нет, не стоит говорить, что Харучиë не озвучил ответ. Последний урок правда физкультура. Хорошо было бы выйти из школы с классами по младше, смешавшись с толпой, но в первый же день после каникул.. Кажется, Акаши не чуждо такое слово, как "совесть" (В будущем он будет оправдывать это тем, что одному прогуливать нет смысла). Что правда было странно, так это то, что многие ученики и правда принесли с собой спортивную форму, переоделись и начали разминку, после того, как от звонка на урок прошло минут пять. Припоминается, что девушки часто отмахивались от "скучного", по их словам, урока и либо как-то оправдывались, либо попросту скапливались группой и устраивали девчачьи посиделки. Последнее происходило в любом случае. Парни же зачастую ленились приносить с собой форму или же переодеваться (или они правда забывали), пропускали разминку, отбирали мячи у других ребят и играли прямо в школьной форме. Харучиë припоминал – это у них считалось чем-то крутым. Но что такого крутого в том, чтобы сидеть на низких спортивных скамьях и глупым выражением лица следить за остальными – он не знал. Сегодня Харучиë очень удивился, что из союза трëх классов (будь проклято новое расписание) практически не было нарушителей правил. Он наблюдал, как Инупи входит в раздевалку и со всей серьёзностью смотрит на него взглядом спрашивая "ты входишь или как?". — Конечно нет, Сейшу, ты издеваешься? Собеседник пожимает плечами и захлопывает за собой дверь. — Как хочешь.

° ° °

В спортивном зале союз из трëх классов: класс Харучиë, их паралельный и выпускной класс. То есть ровесники и ребята на год-два старше. Он старается быстро заглянуть из прохода на присутствующих ребят. Ещё раз за день отмечает глазами Майки, который сегодня порадовал своим присутствием, в глаза бросились Соя и Нахоя, Казутора (сразу понятно, что где-то рядом Баджи), и Коконой, который просто стоял рядом с Инупи. Наверняка есть больше знакомых лиц, что логично, но Харучиë, наверное, не успел зацепиться за них взглядом. Он проходит дальше прохода и поворачивает на право, где находиться мужская раздевалка. Достаëт телефон, смотрит на часы, открывает дверь и замедляет шаг, а после останавливается вовсе, входя в ступор. Всë его внимание мигом переключается только в одну точку. На него смотрят янтарные, из-за солнечного света, фиолетовые глаза. А может это и серый смешавшийся с золотыми лучами солнца. В раздевалке такие же низкие скамейки, как в спортзале, и парень из класса по-старше со своим ростом под 180 попросту растëкся, расплавился, разлëгся на скамье. Он смотрит на Харучиë хмурым взглядом снизу-верх, даже угрожающим, видно кто-то хотел остаться один на время, и Акаши старается не дышать, когда замечает чëрные пятна под рубашкой старшеклассника. Снова. Неужели всë же татуировка?... Тут он выпрямляется, закидывает ногу на ногу, подпирает подбородок кистью руки и вернув взгляд на телефон низким голосом говорит: — И чего ты встал? И Харучиë рушится, стараясь не терять свои осколки. Он поднимает свои глаза с парня, отпускает ручку двери (он держал еë всë время), встаëт солдатиком, но с телефоном в руке(выключенным) и не может ничего сказать. Что вызвало такую реакцию? Неужели необычный цвет волос? Многие красят свои волосы и Харучиë совершенно не обращал на это внимания. Может, глаза? Его мысли перестали крутиться и заткнулись. Вот он, Харучиë Акаши, стоит столбом и не шевелиться с места. И ведь мыслей в его голове нет, чтобы оправдать себя простым "я задумался". Либо же они крутятся с такой скоростью, что Харучиë не успевает их рассмотреть. "Его волосы очень красивые. Выглядят ухоженными." Он двигается с места, встаëт на некий подоконник вдоль стены и дотягивается до форточки. Открыв еë, спускается и садиться насколько это возможно дальше от парня-мистера-косички. Последний по всей видимости читает в телефоне какую-то статью, наверное, очень увлечëнно, потому что на нашего парня внимания он не обращает совсем, а Харучиë разблокировал за всë это время свой телефон: смотрит на обои экрана. Так проходит по меньшей мере десять минут. Очень красивые обои.. Только почему он изредка поглядывает на рядом (по крайней мере в одном помещении) сидевшего парня, к сожалению, непонятно. Харучиë внимательно, но не подавая виду, стараеться его рассмотреть. Утром яркие чëрно-фиолетовые волосы кажутся смуглыми, но это лишь придаëт шарма их обладателю. В профиль черты лица выглядят острыми, кажется, коснись Харучиë парня, он порежется. С его ракурса невозможно заметить чëрные пятна на теле, они с левой стороны, поэтому он разглядывает лицо. Вдруг он дëргается, выпрямляет осанку, опираясь на стену, закатывает глаза и открывает рот: — О чëм ты хочешь поговорить? - Произносит он усталым голосом, будто его каждый день достают до смерти младшеклассники. И на вопрос Харучиë молчит. — Ты из какого класса? — Он поворачивает голову и смотрит собеседнику в глаза. Акаши отрывает взгляд от экрана и смотрит в глаза напротив. — Ты из класса Риндо? Харучиë вертит головой. — Кто такой Риндо? — Значит из его паралельного. Риндо – мой младший брат, твой ровесник. — В ответ Харучиë кивает. Кажется, он не прогадал и его правда весь день достаëт младшенький. — Ты всегда носишь эту маску? — Он пододвинулся в правую сторону, чтобы быть поближе. — Почему "всегда"? Ты часто меня видишь в коридорах? — Ты выделяешься среди толпы. Не замечал? Даже сегодня. Пауза. Акаши нечего сказать. — Ты тоже выделяешься из толпы. — Выдавил он из себя из-за смущающего молчания и сразу же пожалел. — Но ты меня раньше никогда не замечал. — Парень мило улыбнулся наклонив голову в лево. — С чего ты решил? — Ты смотришь на меня заворажëнно.— И он пододвинулся ещё ближе, так, чтобы между ними оставалось расстояние около метра. И воцарилась тишина. И началась игра в гляделки. — Я привык к восхищëнным взглядам, ничего не имею против, но ты как-то меня раздражаешь. И Харучиë снова молчит. Ему не то чтобы нечего сказать, он не осмеливается сказать это сверкающим раздражением напротив глазам. Смуглым, смешанным с каким-то грязным цветов фиолетовым. Бездушным. Он не понимает смысл слов, признаться, они звучат глупо, если вдаваться в смысл, наверное, собеседник не заморачивался и выпалил первое, что пришло в голову. Голос напротив звучал даже ласково. А после – это. До Харучиë доходит поздно. Он обращает на это внимание, когда между ним и старшеклассником остаëтся всего пару сантиметров и их носы косвенно касаются друг друга. Он обращает на это внимание, когда чужие руки перегораживает ему путь отступления, а худое тело нависает над ним. — Что, если я сниму еë? — И он скалится. А Харучиë застывает от скорости чужих движений. Резким движением рук проводит по лицу напротив и маска повисает на одном ухе вместо двух. Акаши ныряет вниз – проскальзывает между перегородкой-рукой и оказывается на той строне. У него нахмурены брови, прикушена губа и в моменте, будто это рефлекс, он раздражëнно цокает на парня перед собой. Они встают напротив друг друга и последний принимает такую физиономию, будто не он послужил раздражителем Харучиë. Он скрещивает руки, поднимает кисть и касается своего подбородка. — Как интересно. И Харучиë замечает, как тот большим и средним пальцем указывает на уголки своих губ. "Он высмеивает меня" – это первая мысль. Если быть точнее – шрамы. "Вот ублюдок".

° ° °

— Не касайся меня! — Харучиë взревел.— Кто дал тебе такое право? Повисла устрашающая атмосфера. От парня веяло чем-то мрачным, опасным. Тëмный цвет волос застыл в памяти у Харучиë. Его волосы уже не казались красивыми, скорее, пугающими, нагнетающими атмосферу. Они поглощали свет вокруг и сковывали движения. Не парня, нет, он двигался очень плавно и легко, играясь. Такой эффект накладывался на Харучиë. Он уже давно расплëл свои косы и его волосы свисали по бокам. Как и волосы Харучиë. Только последние были белоснежными. — Почему? Это выглядит забавно. — С его лица не сходила улыбка. Вдруг стало холодно. Воздух в раздевалке наконец полностью проветрился. Облака разошлись в стороны и на парней упал из окна-форточки солнечный свет. Глаза невольно переместились с лица на левую часть тела. Может, рубашка снова станет просвечивать? Это была неосознанная мысль. Был бы Акаши девочкой – он от такого закрыл бы лицо руками и покраснел – это точно. Вдруг в его поле зрение попадает рука. Длинные и тонкие пальцы обхватили пуговицы рубашки, а потом Харучиë тронули за подбородок — Интересно? — с ухмылкой прозвучал вопрос. Было интересно. Окажись они в другой ситуации у кое-кого уже сочилась бы кровь из носа в три ручья. Но Харучиë почему-то не бил. С ним впервые так обращались. Он не ответил, но парень начал растëгивать пуговицы. И правда. Татуировка. — В школе такое вообще разрешено? — Разрешено-не разрешено, какая разница? Им не должно быть дела до моей внешности, пока я приношу пользу школе. Было интересно, конечно, рассматривать торс другого парня.. — Как тебя зовут? — Неожиданно спросил Харучиë. — Ран. — Дверь в раздевалку распахнулась и старшеклассник отпрянул, чтобы взглянуть, кто вошëл. Майки усталым выражением лицо, но счастливым, с улыбкой, вошëл в раздевалку. Стоило его взгляду зацепиться за Харучиë, а после, как выяснилось ранее, за Рана, его улыбка померкла. Ран с довольной физиономией застегнул пуговицы и встал вдоль стены, чтобы при любом шансе выйти. А потом кто-то из угла прыснул от смеха. — Гляньте вы на него! — Фуу. — Протянул какой-то парень — Где ты купил эту мину? Надеюсь, мне такая не попадëтся! — Харучиë, что за безобразие на твоëм лице? — Харучиë смотрел. Он заметил на лице напротив кривой оскал. Наверное, он уже ненавидит, когда кто-то скалится. — Или, стоп... Мне показалось, ведь ничего не поменялось! — И разразился смех. Повсюду. Акаши прикрыл рот рукой, натянул на себя маску и с безразличием пошагал к выходу. Его взгляд встретился с глазами Рана, фиолетовыми, искрящимися злобой, но тот смотрел не на него. Стоило их глазам пересечься, брови Рана нахмурились, фиолетовый обрëл грязный цвет, у переносицы появились еле заметные морщинки и он зашагал вглубь раздевалки. Стоило Акаши выйти, как оттуда же послышались болезненные возгласы, но повернувшись он заметил парня-блондина с голубыми прядками , у которого округлились глаза и взгляд был удивлëнно направлен на Харучиë. Но тому резко стало всë равно. Он просто вышел из спортзала.