Колодец

Колодец.

 

«И если в самые темные времена вы найдете тонкий лучик света, то идите на его свет. Но когда вы дойдете до светлых времен, обязательно отправьте маленький огонек тем, кто оказался во тьме»

  Когда я была маленькая, меня каждое лето отправляли к бабушке в деревню. Только представьте себе: лето, лес, речка и длинные солнечные беззаботные дни. Но больше всего мне нравились деревенские вечера, когда солнце катилось к горизонту, освещая все вокруг теплым, нежным светом. А потом опускается туман на деревню и начинается ночь. Однажды ночью меня разбудил тихий голосок. Он плыл из окна, гулял в тумане и спокойно звал меня куда-то. Сколько бы я ни выглядывала в окно, так и не получалось увидеть обладателя этого сладкого звука. Натянув сапожки и вязанный свитер, я прокралась к двери и бесшумно вышла из дома. Голос стал веселее, начал переливаться колокольными трелями и будто манил куда-то за собой. Шаг, другой, и вот я уже бегу сквозь туман туда, куда зовет меня мой новый неведомый друг. А туман все сильнее обнимал меня своими прохладными руками и тянул куда-то в лес. Я не заметила, как я оказалась на поляне. Бабушка мне рассказывала про нее, здесь, по краям, растет земляника, а после дождя здесь много грибов. И как я умудрилась забрести так далеко? А туман толкал дальше, голос становился громче, и, будто взволнованно, звал меня в центр поляны. В центре, на небольшом пригорке стоял колодец. Самый обыкновенный, из красного кирпича. Но туман вокруг него будто мерцал синим цветом, искрился, и, казалось, не мог сдержать волнения от того, что предстояло. И вот я вновь услышала голос, но его интонация сменилась. Он будто был напуган, звал на помощь. Казалось, что тот, кому принадлежал этот голос, держался, чтоб не пустится в слезы. Он звал все громче и громче, и на секунду мне показалось, что этот неизвестный сидит там, в колодце. Страха не было. Не было и тревоги. Было только понимание, что нужно идти, нужно помочь. И я шагнула к колодцу, наклонилась и заглянула внутрь. Колодец был наполнен водой. В воде отражался туман и яркие огоньки звезд. Я застыла, любуясь этой картиной. Но вдруг огоньки отражении начали двигаться, туман закружился вместе с ними и, как будто стал выплывать из отражения водной глади. Он кружился, а в нем танцевали звезды. Казалось, что они танцуют не только в колодце, но и у меня в голове. И меня потянуло. Потянуло к звездам, туману. В этот момент вернулся страх. Пришло понимание, что я, маленькая девочка, ночью вышла из дома на звуки неизвестного голоса, пришла в лес со странным туманом и теперь стою, перекинувшись через край колодца и смотрю на мистические танцы света и музыки. Я попыталась слезть с колодца, но кто-то подхватил мои ноги, и я перелетела через себя и устремилась вниз, ко дну. Полет, удар, брызги. Это не вода, это что-то другое. Что-то густое, как грязь, как болотная тина, затягивает все сильнее и сильнее. Огоньки потухли, а туман заклубился над головой, превращаясь темный, почти черный смок. Я пыталась выбраться, всплыть, но от этого только сильнее затягивало. Вдох. Выдох. Осознание. И я смирилась, расслабилась и пошла ко дну. Страх ушел, ушло все. На душе стало так спокойно. От меня уже ничего не зависело, мне осталось только надеяться на чудо. Одно странно: в последних лучах света я заметила, что то, в чем я тонула было малиново-фиолетового цвета. Оно было словно живое, двигалось спокойно, будто не топило меня, а пыталась обнять, закутать в кокон, сохранить. И я поддалась, окунулась в теплые объятья и закрыла глаза. *** Ты– дитя. Ты переродилась у нас. Мы взяли тебя к себе, и теперь ты одна из нас. На тебе наш знак, как символ единения тела и души. Мы – это ты, твое тело – наш храм. И мы оплатим сполна. Наша сила – твоя сила. Наши действия – твоими руками. И мы отплатим тебе сполна. Лишь когда придет время, ты вернешься, и мы исполним твое желание. Ведь мы едины. *** Я очнулась у себя в постели. На улице светало. На душе было спокойно, а все, что было ночью все больше представлялось как ночной кошмар. И чем выше поднималось солнце, тем меньше оставалось в памяти. Единственное, что не давало мне забыть эту ночь – небольшой шрам на левой ладони. Он был похож на корни дерева, выглядел так, как будто уже давно украшал мою руку. Все забылось, и лето продолжило дарить мне радость. *** Однажды мы пошли с ребятами на речку. Теплый летний день, солнечные зайчики играют в догонялки, а мы резвимся в воде. В один момент к нам подошла компания старших ребят. Я видела их пару раз в деревне, но они никогда не общались с малышами. Им понравился наш мяч, и они решили, что лучше всего будет его просто у нас отнять. Но зачем так? Если бы они просто попросили поиграть, мы бы им с радостью дали его. Но они решили его забрать. Сначала они просто кричали на нас, требовали, а когда мы им заявили, что ничего им не дадим, они решили применить грубую силу. Мяч был у меня в руках и один из этих громил схватился за него и резко потянул к себе так сильно, что я от неожиданности расцепила ладони и упала в воду, ушла под нее с головой. Не успев ничего понять, я тут же вскочила и от злости ударила парня ладонью по спине. Удар был слабый, я не могла бы ему нанести вред, но бездействовать было нельзя. Но потом произошла странная вещь. Парень резко замер на несколько секунд, глаза стали будто стеклянные, его тепло будто лишилось опоры, и он плашмя упал в воду. Мы убежали, так и не поняв, что произошло. Потом, от бабушки, я узнала, что парня остановилось сердце. И никто толком не мог сказать, что произошло. Единственное, что я помню, это то, что, когда я убегала, я кинула взгляд на моего обидчика. На его спине сиял ожог, в том месте, где я ударила его своей ладонью. И ожог этот был точно такой же формы, как мой шрам. *** Я уже лет двадцать не была в той деревне. Родители перевезли меня большой город, и к бабушке мы больше не ездили. Про шрам меня никогда не спрашивали, а я и не говорила. Да и зачем говорить? А главное, кому? За двадцать лет я поняла несколько вещей. Прикасаться к людям для меня опасно. Если я в опасности, испугана, или зла на кого-то, то стоит мне только коснуться обидчика, как у него останавливалось сердце, а на месте прикосновения оставался ожог. Почему и как? Непонятно. Сколько раз мне приходилось бывать в полиции, столько раз меня обвиняли в убийстве, что я могла бы уже написать несколько томов о своих приключениях. И ни разу не подтвердили мою причастность. По этой же причине я оборвала связь с родителями и близкими: один небольшой конфликт, неловкое касание, и человека нет. А еще каждую ночь, на протяжении нескольких лет один и тот же сон. Каждый раз, из года в год. Ночь, лес, туман, колодец. И те слова, которые я услышала последними тогда. Ни психиатры, ни колдуны, ни волшебники – никто не мог помочь. Все говорили, что я самый здоровый человек на свете. А самое страшное, что я не могу умереть. Дважды побывала в ДТП, трижды меня пытались зарезать. Недавно, в отчаянии, я пыталась покончить с собой. И все бесполезно. Я вновь просыпалась в своей кровати. Дни тянулись кисельной рекой, годы были похожи один на другой. И я просто смирилась. *** Однажды ночью я долго ворочалась. Казалось, что я была в полудреме, но ни заснуть, не проснуться я не могла. Металась, как будто в той самой малиново-фиолетовой жидкости. В какой-то момент воздух в комнате будто закончился, и я потеряла сознание. А потом очнулась. Очнулась в лесу, вокруг туман, и тихий голосок как будто будил меня встревоженно и тихо. Я встала, посмотрела вокруг. Да, я была опять на той поляне, поляне, на которой я бываю каждый день в своих снах. Вот и колодец, и туман, и голос. Только странное ощущение все никак не покидало меня. Когда ты видишь сон, ты чувствуешь, что ты спишь. Сложнее двигаться, мир вокруг странный. А сейчас я четко уверена – я не сплю. И почему-то я точно знаю, что я сейчас должна делать. Когда-то в детстве я услышала слова: «Лишь когда придет время, ты вернешься, и мы исполним твое желание. Ведь мы едины.» И время расплаты пришло. Шаг. Второй. Край колодца. Туман расступается передо мной. Еще два шага и вот я стою на краю колодца. Внутри он пустой. Дна не видно, но я в этом уверена. Вдох. Выдох. И шаг вперед. Шаг – мое желание. Уйти. Забыть, как страшный сон. И я лечу. И на лице улыбка. Наконец-то я свободна. *** Когда я была маленькая, меня каждое лето отправляли к бабушке в деревню. Однажды, я упала с дерева и теперь на моей руке шрам. Почему-то я запомнила именно так. Жаль, что детей у бабушки в деревне нет, мне иногда здесь скучно и одиноко. А еще, по ночам, в лесу поет какая-то чудная птичка. И после ее пения на следующее утро всегда много грибов и ягод в лесу на полянке. Бабушка говорит, что никто ночью не поет, что мне все это снится. А я-то знаю, что это наш с птичкой секрет. Я очень люблю землянику. Она такая красивая, сладкая, красная.