Сердце?

                              Когда-то давно богиня гроз из туч и звёзд сотворила себе дитя, куклу с божьей волей. Кукла была идеальна - бледная, как снег, кожа, иссиня-черные волосы и глаза, глубокие, отливающие громом и синевой небесного полотна. Однако кукла была хрупка, будто бы человек. Ночами она лила слезы, а утром лишь следовала за богиней-матерью по небу. Богиня гроз совершила ошибку, кукла оказалось совершенно бесполезной, хоть и красивой. Небо жительница сжалилась над своим творением, не став его уничтожать. Спустила она куклу гулять по земле, дав ей золотое перо - знак благословения богини гроз.       В делах человеческих кукла была слишком глупа и неопытна, посему излишне наивна. Куклой много кто пользовался, истязал её юную душу. Взяла кукла себе имя Кабукимоно и ушла в горы, подальше от людей, в даль от их вечной скверны и алчности. Однако Кабукимоно не ощущал ни боли, ни страданий, что чинила ему злодейка-судьба.       Он вообще ничего не чувствует. В душе лишь беснуется бесконечная пустота. Кукла не способна испытывать ни любви, ни горя, ни радости. В людях она видела то, чего у нее никогда не было. Люди были такими яркими. Они злились, смеялись, плакали и боялись. А почему? Почему человек может заплакать, а кукла нет? Разве есть меж ними какое-то различие? Может кукла ещё не научилась чувствовать? А может она и не должна. Хорошие люди говорили кукле, что всё идет от сердца. «Сердца? А что такое сердце?», – вечно вопрошал Кабукимоно. Каждый человек давал свой, особенный ответ. После кукла прикладывала руку к груди, но также ничего не ощущала. Там ничего не билось. Там было пусто.       «А откуда вы взяли сердце?», – и каждый смеялся с этого вопроса. У людей оно было от рождения. Они абсолютно ничего не делали, но имели намного большее, чем Кабукимоно - божье творение. И где же тут справедливость? Вот и кукла не понимала. Ночами она все также лила слезы, от чего над одинокой горой постоянно лили дожди. Кабукимоно отгородился от всего людского, да и сами люди к нему не шли. Ему было хорошо во своём одиночестве. Ночью он смотрел на небо, думая о богине гроз и своих собратьях-звездах. Иногда на гору забредали дети, дровосеки или одинокие скитальцы. Кукла не была им рада, но и не гнала. Однако с той горы никто не возвращался.

***

      В народе шел слух об одиноком отшельнике с горы. Гора та проклята самой богиней гроз, а обосновался на ней ей неугодный сын-отшельник. У божьего ребенка не было своего сердца, поэтому он крадёт чужие, желая ощутить людское. Только вот гнилые сердца грешников, коими все и являются, ему не подходят, посему все сердца отшельник возносит на небо, как тучи, и над горой льет дождь из слез согрешивших.       Казуха, бывший рыцарь и ныне изгнанник, всегда относился к городским легендам со скептицизмом. Холодная жуткая ночь привела его к подножию той самой проклятой горы. Шёл проливной дождь. Казуху манил огонь далёкой хижины, запах костра и желание поскорее ощутить тепло. Он без раздумий шел дальше, минуя все суеверия. Гора встретила его туманом, хладом молодой травы и запахом древесной смолы.       Казуха добрался до совсем ветхого домика. Отчего-то это места исходил какой-то особенный уют. Он постучался в дверь лачуги. К Казухе вышел юноша. За всё время странствий он видел много красот, от ночного неба до девиц, но именно этот юноша мог считаться самым красивым существом земли. Если это - отшельник, крадущий сердца, то своё я готов отдать ему добровольно.       Юноша пустил Казуху в свою обитель. Молча, ничего не говоря. Он предложил страннику чай, уложил спать. Всё без лишних слов. А Казуха? Казуха был ему благодарен и тихо любовался прекрасным. Так кто вы?                                     Я всего лишь скиталец. Что же тебя завело в такое гиблое место?                                     Я следовал за судьбою. Я искал встреч с вами. Правда? Не боишься горного отшельника?                                     Я боюсь лишь того, что эта встреча последняя. А откуда ты пришёл?                                     Издалека. Из места, где бушуют бури и грозы. Из места, где нет места любви. Любви? Что это?                                     Я не знаю этого. Но я знаю, что люблю прекрасное. А вы прекрасен.

***

      И он улыбается. Тепло и безнадёжно. Так глупо. И кукла ощущает, как внутри что-то горит. Любовь? Он таки обрёл сердце? Нет, это зависть. Этот скиталец ведь может чувствовать. Он ведь любит. И это так нечестно. Под небесами все должны быть равны. Так почему кто-то имеет большее, а кто-то меньшее. Внутри куклы просыпается жгучая ненависть. Он кладёт руки на плечи скитальца и смотрит ему в глаза. В его глазах осень и огонь. В его глазах пожар и страсть. А в глазах куклы лишь молчание звезд и гроза. Любишь?                                     Люблю. Тогда отдай душу, человеческий сын...       Кукла накрывает глаза человека рукой. Он засыпает. А вот кукла уснуть не могла. Дождь закончился. Она вытаскивает человека на улицу. Все же дома после такого будет грязно, а заниматься уборкой кукла ненавидела. Кабукимоно кладёт человека на еще мокрую от росы траву и вглядывается в его лицо. Румяные щёки. Веснушки. Нос мило дергается. Белоснежные волосы немного намокли от травы. Брови немного хмурятся. Мило.       Он берёт ножичек. Красивый, серебряный. В отражении лезвия кукла видит свои глаза. Такие же бездонные, холодные и молчаливые. Всё также его лицо не выражает ни единой эмоции. Ножичек вонзается человеку прямо в грудную клетку. Руки куклы обагрила кровь. Такая теплая. Он вонзает ножичек глубже. Кукла ничего не ощущает. Её рука не дрогнет, осанка не пошатнется. И ей не стыдно. Ей не жалко. Она не в первый раз этим занимается. Это не приносит ни удовольствия, ни неприязни. Ножичек вырезает на груди скитальца ямку. Одеяния скитальца испачканы кровью, сама кукла в ней. В груди его сияет дыра, украшаемая обрезками плоти, а тело всё холодеет... Своими бледными ручонками кукла вынимает сердце. Оно ещё сокращается. Горячее, красное. Красивое. Возможно, куклу переполняет восхищение.       Кукла помещает сердце себе в грудь. Оно начинает биться, стучать. Кукла такого раньше ещё никогда не испытывала. Ей нравится. На её прекрасном лице впервые красуется улыбка. Вот, что значило быть человеком. Быть человеком прекрасно.       Он смотрит на небо, ощущая умиротворение. Небеса, дом богов, его родина, были прекрасны. Звезды молча улыбались ему в ответ и теперь он может улыбаться им в ответ. Он смотрит на траву. И сердце бьется быстрее. Что это? Вдруг стало больно. Включилась душа. Включились все эмоции, сострадание, в том числе.       Мёртв. Скиталец мертв. Его тельце одиноко лежит в окровавленной траве. Руки куклы дрожат. Он ведь любил её, так? Он ведь не желал зла. Кукла падает на колени пред скитальцем. Из ее глаз льется что-то горячее. Слёзы? Как неприятно. В душе будто бы появились бесы. Они говорят противные вещи, бьют его сердце, но кукла с ними согласна. Этот человек отличался от остальных его жертв. Он не заслужил это. Его сердце ведь было чисто. Алые губы куклы что-то шепчут. Ветер колышет верхушки елей и снова льет дождь.

Это значит быть человеком?

Как мне жалко. Он ведь больше не любит. Как мне жалко. Он ведь не улыбнется больше своей глупой улыбкой. Как мне жалко. Его тело пахнет мясом и железом крови. Как мне жалко. Кукла ничем не отличается от тех грешников. Как мне жалко. Кукла гладит скитальца по щеке и засыпает с ним, вонзая ножичек и в свою грудь. Над горой и по сей день беснуется гроза. Сердце и по сей день бьётся.