Внезапный контакт

Алексей

В течение двух дней Алексей и Жерар сообщили о том, что было сделано важное открытие, которое изменит ход человеческой истории. Естественно, они затем подверглись тщательной проверке со стороны чиновников ОЗД, особенно когда они продолжали отказываться раскрыть то, что было обнаружено. Чтобы сохранить секретность, Алексей лично взял на себя контроль над тремя станциями специальных проектов, ответственных за наблюдение сектора Копрулу, что не осталось незамеченным другими. Из того, что слышал Алексей, общее мнение среди несведущих заключалось в том, что это, вероятно, какие-то новости о том, что колонисты решили попытаться вернуться на землю, что это не имеет большого значения и что «паникёр Алексей» будет расстрелян. "Не совсем, друзья мои. Не совсем". По просьбе Жерара трансляция должна была вестись из Парижа. Они вдвоем прибыли первыми и сразу приступили к делу. Алексей взял на себя обеспечение безопасности, а Жерару было приказано запомнить речь, которую Алексей написал для него во время полета. После дня подготовки все было готово. Алексей сидел, весь в поту, перед множеством мониторов, каждый из которых был подключен к камере, которая просматривала каждый дюйм здания. Позади него Джерард закончил читать последние строки речи, запомнив их безупречно. «…пришло время человечеству сделать шаг вперед и сразиться за славную победу среди враждебных звезд». Алексей повернулся к другу в сдвинутой набок шляпе и улыбнулся. «Прекрасные слова, старый друг», — сказал Алексей. «Вы произнесли эти слова так, как будто они неоспоримая истина». Жерар был великолепно одет в офицерскую форму. Две его самые выдающиеся медали за службу украшали его сшитый на заказ костюм. Кепка сидела прямо на голове, подчеркивая его сильную челюсть и суровое выражение лица. Это также увеличило его и без того впечатляющий рост, он возвышался над Алексеем, даже когда тот не сидел в кресле. Кепка только сделала это более очевидным. Адмирал Жерар ДюГаль, герой Лиги объединенных держав, человек, которого следует признать и которого следует опасаться. Жерар кашлянул, выглядя неловко. «Я бы по-прежнему утверждал, что запоминание не обязательно, Алексей. СМИ в моих глазах, — необходимое зло». Алексей снова повернулся к мониторам, желая выпить чего-нибудь покрепче. «Я зафиксировал не менее семи попыток бразильцев остановить это собрание, Жерар. Я не допущу, чтобы ты стал посмешищем, если им удастся саботировать работу – к этому сообщению необходимо прислушаться!» Жерар тяжело вздохнул. «Хорошо, Алексей. Хоть я и не совсем разделяю вашу, скажем так, паранойю относительно возможностей Бразилии, я более чем готов выслушать. Насколько я понимаю, вы — тот, на кого сейчас возлагаются надежды человечества. А я не понимаю, зачем ты меня сюда привел». Как скромно с вашей стороны, адмирал. Позвольте мне рассказать вам об этом. «Посмотри на этот монитор, Жерар», — сказал Алексей, похлопывая по экрану в крайнем правом углу. Джерард подошел, заглянув через плечо Алексея. «Расскажи мне, что ты видишь». «Я вижу этот офис», сказал Жерар, совершенно озадаченный. «Я вижу тебя сидящим на стуле, а себя стоящим над тобой». «Я расскажу тебе то, что сам вижу», — сказал Алексей, глубоко вздохнув. «Я вижу двух мужчин. Слева от него в пепельнице стоит один крысиного вида ублюдок с докуренной сигарой. Волосы у него засаленные. высокий и не обладает большой силой. Когда он говорит, то с заметным акцентом и голосом, который не является ни приятным, ни неприятным». Жерар начал говорить, но Алексей поднял руку и прервал его. «Позади этого ничем не примечательного и довольно волосатого на вид человека стоит еще одна фигура, высокая и суровая. Он хорошо носит офицерскую форму ОЗД, и фуражку, и пальто. На его лице сильная челюсть и острые глаза. самоуверенный авторитет человека, который вел солдат в бой. Хотя он и обладает небольшим акцентом из-за того, где он родился, это не умаляет его присутствия или его способности общаться. Я бы последовал за этим человеком». Алексей отвернулся от экрана к настоящему Жерару, который выглядел ошеломленным. «Вы понимаете мою точку зрения, адмирал?» – тихо спросил Алексей. «Конечно…» Жерар несколько секунд боролся, пытаясь придумать, что сказать. «Неужели ты так не думаешь, Алексей? Твои собственные достижения заслуживают похвалы сами по себе — и я прекрасно помню, кто набрал более высокие баллы на тестах на способности в…» «Жерап, посмотри на нас», — сказал Алексей, вставая со стула. «Вы почти на голову выше меня. Да, я осознаю свою собственную службу ОЗД, человечеству. Однако, поскольку подавляющее большинство этих услуг засекречено, немногие когда-либо о них узнают. Но… это не имеет значения». Алексей снова посмотрел на мониторы. «То, что они видят на камерах, их непосредственное отношение к тому, кто говорит, – это основано на внешности. Вот что важно. Не то, чего любой из нас заслуживает. Вот почему ты мне нужен, Жерар, потому что я не могу.» Когда Алексей снова повернулся к Жерару, адмирал сухо кивнул ему. «Хорошо, Алексей. Честное слово адмирала – и твоего друга – я сделаю это для тебя», – сказал Джерард. Алексей ухмыльнулся ему в ответ, снял шляпу и отдал честь. «Тогда уходите отсюда, адмирал и мой друг. Начало через двадцать минут». Жерар вышел из офиса, а Алексей сел и порылся в кармане пальто в поисках сигары. Он видел, как его друг прошел через несколько коридоров перед камерами. Когда Алексей проверил зрительный зал, он увидел, что он полон. На балконах наверху он мельком увидел вооруженный силуэт – одного из многих членов службы безопасности Алексея. Алексей отложил сигару на стол на потом, надев наушники. «Спутник здесь, сейчас наблюдает за операцией до тех пор, пока не будет произнесена речь. Все команды сообщают о статусе». Команды включились, их голоса звучали через вокодеры электронно и призрачно. «Воробей-1, во дворе присутствует значительное гражданское присутствие. Встреча вызвала большой интерес. Сканирование толпы». «Воробей 2, главный коридор свободен». «Воробей-3, второстепенные коридоры свободны. Продолжаем патрулирование». «Воробей 4, аудитория под охраной». О том, чего я ожидал. У Воробья-4 была самая важная работа, поэтому он поручил ее Сабурову и Бейкеру, двум своим телохранителям. Остальные команды представляли собой лучших призраков, с которыми Алексей работал, и которых он мог привезти в Париж в кратчайшие сроки. До сих пор они выполняли свою работу быстро и тщательно, а это было все, о чем Алексей когда-либо просил. Он откинулся на спинку стула, прищурив глаза, рассматривая мониторы. Несмотря на то, что по его просьбе комната охраны была ледяной, Алексей почувствовал, что вспотел. Самое худшее уже позади. У бразильцев гораздо более ограниченные ресурсы, чем у ОЗД. С Жераром ничего не случится. «Воробей 1, замечает подозрительного персонажа, двигающегося вдоль левого края толпы». Вздохнув, Алексей нашел монитор, на котором показывался человек, о котором они говорили. Его лицо не было скрыто, но он явно продвигался вперед, оттесняя мирных жителей в сторону, чтобы продвинуться вперед». Плохое время и плохое место для подозрительной деятельности, друг. «Не рискуйте», — сказал Алексей. "Выполнять." "Подтверждаю." На одном из экранов справа Алексей увидел небольшую дульную вспышку. За подозрительным мужчиной в толпе появилось красное облако. Глаза мужчины расширились, прежде чем он упал, как тряпичная кукла, а зияющая дыра теперь отчетливо видна на его спине, когда он ударился о землю. Люди закричали и отошли от трупа, в то время как парижская полиция прибыла, чтобы обезопасить тело. Мирные жители, привыкшие к порядку ОЗД, быстро забыли о трупе, как только прибыли правоохранительные органы. «Воробей-1, полицейские обыскали тело и не нашли ни оружия, ни каких-либо подозрительных вещей. Непонятно, что он задумал». Алексей пожал плечами, ничего не чувствуя. Все, что нужно, чтобы привести к разрушению моей миссии, — это одна унция милосердия, оказанная не тому человеку. Судьба человеческой истории зависит от моих решений. «Воробей-4, все официальные лица присутствуют. ДюГалль начнет речь через 30 секунд». Мне почти хотелось бы поручить эту работу кому-то другому… просмотр записей выступления после того, как оно произошло, нельзя сравнить с тем, чтобы стать свидетелем этого воочию. «Воробей-3, э-э, выглядит так, будто один из туалетов затоплен», - сказал Воробей-3, очевидно, одновременно недоверчиво и смущенно. «По двору бродят дворники со швабрами». « Следите за ними» — раздраженно сказал Алексей. Он видел, как один из идиотов кивнул двум членам команды, когда они проходили мимо. Другой подошел к камере, поставил табличку с мокрым полом, а затем закатил в ванную большую желтую коробку с торчащей из нее шваброй. Алексей обратил внимание на экран зрительного зала, где Жерар только что поднялся на трибуну. Он дважды постучал по микрофону, и толпа замолчала. Бейкер и Сабуров все еще были этажом выше, глядя вниз с затененных балконов. Алексей почувствовал, как произносит первые несколько слов речи вместе с Джерардом, чувствуя дрожь, когда голос его друга прогремел в тишине. «Дамы, господа, все человечество. Сегодня день, когда наша история потрясается, день, когда курс нашего вида снова меняется. ОЗД — почтенная организация, которая когда-то приняла жестокие меры, чтобы спасти наш вид от его собственных эксцессов. Мы преуспели в этом начинании, но это произошло ценой стагнации человеческого прогресса. Наша единственная попытка выбраться из этой переполненной солнечной системы была предпринята по велению человека, который сейчас хорошо известен как сумасшедший; это было не более чем мелким геноцидом». «С тех пор мы обращались к звездам только для того, чтобы посмотреть на те немногие внеземные колонии, на которые мы можем претендовать, такие как Марс и Фобос. Мы следили за нашими своенравными колонистами, хотя бы для того, чтобы отметить время и дату их смерти. ... Но они не только выжили, но и наконец достигли того, чего мы никогда не смогли бы». Алексей улыбнулся. В этот самый момент обсерватории по всему миру загружали видеоклипы, насчитывающие теперь десятки, с их доказательствами. Весь мир увидит, что наконец-то появилась реальная причина собраться вместе и ненавидеть тьму. Если мы не объединимся, не станем вместе сильнее, кто может сказать, что эти существа не уничтожат нас? Единство через страх. Алексей вздрогнул, когда из другого монитора прозвучали два выстрела – парижская полиция кого-то казнила. «Воробей-1, доложите». «Наркоторговец сказал нам, что они искали этого парня очень долго – но дело не в этом», – без эмоций сказал Воробей-1. «Хотя похоже, что это могло расшевелить осиное гнездо…» Толпа разбегалась, но слышались крики и вопли. Парижская полиция теперь выстроила правильную линию для подавления беспорядков, и один мужчина встал на ступеньках, ведущих к правительственному зданию, и начал кричать в мегафон, попеременно между английским и французским языками. Алексей увидел вспышку силуэта в толпе, и мужчина упал, раненый. Потом начался ад. «Воробей-1», — сказал Алексей, наблюдая, как перед его глазами формируется начало крупномасштабных беспорядков, — «проберитесь в здание и позвольте полиции разобраться с этим. Заприте дверь и идите в зрительный зал». "Понял." Алексей уловил еще один краткий отрывок из речи Жерард и попытался вспомнить, где он был в речи. «…жизни за пределами нас, цивилизаций за пределами нас. Они доказали свою воинственность и нападают на этих людей – наших колонистов – без провокации и предупреждения. Мы заглянули в пустоту и обнаружили, что эти существа уже идут, чтобы поглотить нас. Человечество должно обьедениться перед этим…» «Воробей-3, подозрительные люди в западном коридоре. Проверяем». Алексей стиснул зубы и подумывал о том, чтобы выключить монитор, наблюдающий за двором – шум был нечеловеческий, и теперь он мог видеть только дым, выстрелы и борющиеся очертания людей. Он поискал Воробья-3 и обнаружил, что пара из них приближается к одному из дворников. Алексей оглянулся на аудиторию и увидел, как Сабуров или Бейкер учатся за балконом. «Нашёл что-нибудь, Воробей-4?» Алексею показалось, что он услышал что-то приглушенное в микрофоне, прежде чем один из них ответил. «Э-э, простите, заходите еще, сэр?» У Алексея внезапно появилось ощущение урчания и тошноты. Не может быть. Он удостоверился, что его реплика направлена ​​только к Воробью 4, а затем очень четко сказал: «Dulce et Decorum est pro patria mori». Как мило на самом деле. Последовала короткая пауза, прежде чем Воробей 4 ответил: «Э, повторите еще раз, сэр?» Это не Сабуров или Бейкер. «Всем Воробьям, Красный код, повторяю, Красный код», — сказал Алексей, сохраняя спокойствие. «Я только что произнес убийственную фразу Воробью 4, и никто из них не отреагировал. Он самозванец. Сойдитесь в аудитории и…» Раздались еще более приглушенные выстрелы – рабочие по техническому обслуживанию достали оружие только для того, чтобы «Воробей-3» быстро его отправил. Быстро и тщательно. «Это «Воробей-1», люди пытаются проникнуть!» « Идите в зрительный зал! » — рявкнул Алексей. «Мы не можем потерять Жерара!» Затем Алексей быстро откашлялся и снова передал приказы ложному Воробью-4, который не слышал никакого шума. «Воробей-4, следите за своими углами. У нас есть мошенники-ремонтники и бунт снаружи. Сохраните Центральный кабинет ОЗД любой ценой». Это должно дать Жерару немного времени – если они начнут стрелять, он не будет в центре их внимания. "Понял." Три команды мчались по зданию на всей скорости. Однако, когда «Воробей-1» завернул за угол, они сразу же столкнулись с четырьмя мужчинами в незнакомой спецназовской броне. "ЧТО-" «Воробей-1» упал; оба участника быстро трижды прострелили грудь, прежде чем снова получили два выстрела в голову. Алексей смотрел мертвыми глазами, благодарный, что, по крайней мере, зал все еще заперт и звукоизолирован. Никто из вас не избежит этого откровения. Часть его испытывала искушение просто уйти – главная цель миссии уже достигнута. На место могли быть поставлены новые лидеры, возможно, выбранные самим Алексеем. Он мог выбрать людей, которые отвернутся от застойной политики ОЗД в пользу нового порядка, который будет двигать человечество вперед. Но я потеряю Жерара. Выбора действительно не было. Алексей снял шляпу и надел гарнитуру, которую Жерар нес на себе «на всякий случай». Здание опечатано. Бразильские команды действуют, одна команда проиграла, а другая скомпрометирована… это хороший день, чтобы умереть. — Воробей 2 и 3, действуйте осторожно, — сказал Алексей, вытирая пот со лба. «Бразильские специалисты находятся на месте и уже уничтожили «Воробей-1». Я ухожу со своей позиции, чтобы помочь обезопасить эти коридоры – нам нужно не дать им проникнуть еще максимум семь минут, но кто-то должен убрать самозванцев. " А если я кому-нибудь расскажу, что происходит в зале, эти ублюдки начнут стрелять. Как, черт возьми, они зашли так далеко? Алексей проигнорировал ответы Воробьев и подошел к оружейному шкафу и достал смертельно выглядящую винтовку «Предвестник» . Лучше всего я могу обойтись без боевого костюма. Нужно быть осторожным. Вздохнув, он осторожно открыл выходную дверь и побежал по коридору, чувствуя, как винтовка выскальзывает из его рук. «Воробей-2 ранил троих парней и преследует их! Они кричат ​​по-португальски». «Воробей-3, прижат. Сэр, вам лучше быстро добраться до этого зала. Я думаю, у них есть бомба». Алексей представил, как Жерар все еще произносит слова, которые он написал для него, блаженно не подозревая о людях, сражающихся, истекающих кровью и умирающих за пределами его маленькой аудитории. Нужно попасть на второй этаж. Ошарашенный дворник чуть не столкнулся с Алексеем. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, поднял руки, но Алексей дважды нажал на спусковой крючок и увидел, как кровь забрызгала стену за дворником, когда мужчина без костей рухнул. Алексей побежал, несясь дальше к лестнице. Он слышал крики с пола над собой, слышал приглушенные удары. «Воробей-3, человек упал! Они направляются к балконам!» Алексей распахнул дверь лестницы и помчался вверх с колотящимся в груди сердцем. Когда он толкнул дверь второго этажа, он обнаружил, что к нему поворачиваются два спецназовца, а между ними стоит желтый мусорный бак, нагруженный пищащим пакетом. Его руки были скользкими от пота, Алексей быстро поставил винтовку на место и выстрелил в них двоих. Один закричал, когда его ударили в плечо, прежде чем с бульканьем рухнуть на землю, а другой бросился на Алексея. Алексей перенаправил огонь и увидел царапину, но отдача была слишком сильной и слишком быстрой, чтобы уследить – бразилец поднял Алексея с ног, когда тот врезался в него, оставляя следы крови. Оба упали в кряхтящий и кусающийся беспорядок. Алексей вышел сверху и прижал коленями руки бразильца, отведя кулак назад и вонзив его в живот мужчины. Алексей почувствовал хруст и внезапную боль в руке, когда костяшки пальцев соединились с чем-то металлическим, и мужчина вырвался на свободу и быстро встал, когда Алексей схватил его побелевшие костяшки пальцев. Они смотрели друг на друга, оба тяжело дышали, когда боль Алексея стала пульсирующей, а нога мужчины непрерывно кровоточила. Когда Алексей попытался встать, бразилец рванулся вперед и попытался нанести удар по Алексею, но слегка потерял равновесие и промахнулся. Алексей, не желая пытаться ударить человека, носящего какие-либо доспехи, вместо этого нырнул вперед и нашел рану большим пальцем, вонзая в нее палец и чувствуя при этом садистское ликование. Мужчина выл и извивался, но Алексей снова оказался на нем и тоже вонзил палец в рану, чувствуя, как кровь багровыми ручейками стекает по его потным рукам. Умри, черт возьми. Рука мужчины нашла руку Алексея и с усилием вырвала ее, оставив Алексея кувыркаться в сторону с ярко-красной рукой. Он засмеялся, хотя его враг был сильнее его, даже когда его враг снова начал стоять, потому что Алексей оказался прямо возле винтовки своего врага. Схватив его, он нанес резкий удар по голове мужчины, разбив его по маске. Линза разбилась, и мужчина, дергаясь, упал на пол. Алексей снова напал на своего врага, снова и снова нанося ему удары пистолетом, пока и оружие, и череп жертвы не превратились в беспорядок. Он стоял, тяжело дыша, над своим упавшим противником. Все равно придется переехать… Другой бразилец лежал неподвижно, из нескольких отверстий в его груди все еще сочилась кровь. Рядом с ним лежала еще одна винтовка. Алексей взял его, едва заметив в нем что-то вроде карабина Южно-Американской коалиции, услышав, как только Воробей 2 и 3 сообщили о том, что они ранены, но победили, а он снова побежал, почти поскользнувшись в крови, к дверям, ведущим на балконы над аудиторией. Когда он ворвался в дверь на другую сторону, он сразу же столкнулся с одним из самозванцев, который дернулся назад и начал целиться из винтовки. Алексей, даже не понимая, где находятся его руки, так сильно нажал на спусковой крючок, что думал, что он сломается. Дозвуковые снаряды, казалось, пронзали самозванца в замедленной съемке, кровь расцветала перед его глазами, и это было прекрасно. Мужчина в шоке посмотрел вниз, и Алексей увидел, что его глаза широко раскрыты за линзами. Самозванец выстрелил из собственной винтовки, хотя его ноги подкосились, и Алексей почувствовал давление на грудь сквозь красную дымку. Мир перевернулся вокруг Алексея, когда он услышал собственные прерывистые вздохи. За теперь уже сгорбленным первым самозванцем стоял второй, который теперь смотрел сверху вниз на собравшихся политиков. Алексей снова поднял свою винтовку и трижды выстрелил, заметив потом, что его запястья теперь мокрые от крови, и он понятия не имел, почему. Толпа взревела, и мужчина упал; Алексей клялся, что чувствует боль и смятение последних мгновений жизни этого человека. Его собственное оружие выпало из его безжизненных пальцев, и он упал вперед, зацепившись лишь за перила балкона. Багровые капли упали с него на толпу внизу, и он увидел, как собравшиеся политики отшатнулись в шоке и отвращении, когда он посмотрел на них сверху вниз. Он посмотрел вверх; увидел, как Жерар смотрит с трибуны. «Алексей?» Алексей вытянулся, как мог. "Видите?" — прорычал он остальным политикам, указывая на неподвижное изображение инопланетного корабля позади Джерарда. Алексей Стуков начал было поворачиваться, но ноги его подкосились, и он упал на колени, в шоке глядя на рану в груди.