Что это за фрукт?

      Чу Ваньнин закончил высчитывать в уме коэффициент распределения, потом моргнул и огляделся. Ветер трепал волосы, и те норовили залезть в ему рот, накрапывал дождь, а в руках болталась холщовая сумка.              Последнее, что он запомнил — Мо Жань мягко оттащил его от рабочего стола, посулил шоколадные конфеты, для которых ему требуется самый важный ингредиент, и пожаловался, что Чу Ваньнин уже неделю не выходил из дома и ему стоило прогуляться.              Кто виноват, что новый проект оказался таким увлекательным? Впереди еще много работы, некогда гулять и бездельничать.              Чу Ваньнин постарался вспомнить, что делал всю неделю — кроме расчетов — и не смог. Нет, он что-то ел, иногда прямо из рук Мо Жаня, потом просыпался в теплой постели, сам не зная, как туда попал, но это все были тени воспоминаний, а самое яркое — медленное приближение к решению увлекательной головоломки. А теперь Чу Ваньнин оказался на улице. Мо Жань явно попросил его купить продукты, но он понятия не имел, какие именно.              Пошарив по карманам, он обреченно вздохнул — телефон остался дома.              Ноги понесли его к рынку, а Чу Ваньнин выуживал из памяти каждое слово Мо Жаня, но в голову лезло только одно, самое волшебное: “конфеты”.              Обычно его баловали традиционными китайскими сладостями, но однажды Мо Жань принес домой пакет странных маленьких апельсинов, которые следовало есть прямо с кожурой, а еще выплевывать косточки, которых было едва ли не больше самой мякоти — стоит ли говорить, что Чу Ваньнина такое угощение совсем не обрадовало — и Мо Жань, смирившись, что слова вроде “очень полезно”, “тебе нужны витамины” на него не действуют, взялся за улучшение десерта.              В итоге Чу Ваньнин получил целый поднос ароматных шоколадных конфет с оранжевой мякотью внутри. Пропитавшись сиропом, кожура стала мягкой и сладкой, а горьковатый вкус глазури прекрасно дополнял пряность начинки.              Чу Ваньнин сглотнул.              Как же назывались эти маленькие оранжевые мерзавцы?              Чу Ваньнин подошел к первому же прилавку с фруктами и беспомощно оглядел его.              Ничего похожего.              Он собрался идти дальше, но продавец окинул его цепким взглядом и заговорил:              — Господин покупатель ищет что-то конкретное?              Чу Ваньнин терпеть не мог признаваться в том, что чего-то не знает, поэтому сначала поджал губы, не собираясь отвечать, но, увидев доброжелательность продавца, который мечтал поскорее сбагрить свой товар, пока дождь не разошелся, переступил через себя и сказал:              — Я ищу фрукт. Оранжевый.              Продавец чуть удивленно приподнял брови, но не рассмеялся.              — Хурма? Апельсин?              Чу Ваньнин помотал головой, потом кивнул.              — Как апельсин, только крошечный.              — Мандарин? — с надеждой спросил продавец.              — Нет, его не чистят, а едят прямо так, — сказал Чу Ваньнин и поморщился. — Очень вкусный с шоколадом.              Ради конфет он стерпит даже такое унижение.              — Хе-хе, жёнушка просила купить? — проницательно спросил продавец и довольно потер руки.              Чу Ваньнин мог нагрубить, но ему нужен был этот проклятый фрукт. Да и Мо Жань в фартуке и на кухне, ну чем не жёнушка?              Жестом фокусника продавец выудил из-под прилавка небольшой деревянный ящик.              — Только привезли, я еще не успел выставить.              Пасмурный день вдруг засиял, озаренный словно солнцем этими маленькими начинками будущих изумительных конфет.              — Я беру все, — охрипшим от волнения голосом сказал Чу Ваньнин.              

* * *

             Мо Жань удивился, когда услышал звонок в дверь, но быстро вытер руки заткнутым за пояс полотенцем и поспешил открыть.              Сначала в квартиру протиснулся деревянный ящик, а следом за ним сам Чу Ваньнин.              — Вот, как ты и просил, — сказал он и вручил Мо Жаню свою добычу, накрытую промокшей газеткой.              Мо Жань приподнял помятый край и едва не выругался, но вовремя прикусил язык.              — То, что нужно, — сказал он и вымученно улыбнулся. — Сходи пока в душ, а я займусь конфетами.              Нет, он никогда не скажет, что Чу Ваньнин вместо того, что он просил, принес это его проклятье, на которое Мо Жань, после всей возни, смотреть даже не хотел. В этот раз он решил взять за основу нежные дольки мандаринов, чтобы не мучиться, но не подумал, что Чу Ваньнин, слушая его инструкции, слишком глубоко погрузился в свой мир и ни черта не услышал.              Ну, учитывая такую рассеянность, стоило порадоваться, что Чу Ваньнин вообще нашел дорогу домой.              Мо Жань почесал макушку и отправился готовить сироп, пока Чу Ваньнин с видом победителя потопал в ванную.