Ночь на крыше.

Солнце заходило за горизонт и город постепенно погружался во мрак. Тёплый летний ветер гулял по улочкам Питера мимо старых домов. Как только время близится к вечеру, Коля обувает свои старые потрёпанные конверсы, сует пачку сигарет и наушники в карман своих шорт и, накинув сверху свою любимую кофту, подросток убегает из дома. У него нет желания находится дома рядом с матерью, поэтому он уходит, лишь бы не видеть ее. Мать он никогда не любил, все детство она лишь избивала его и совсем наплевала на его существование. В этом мире Ромадов никому не нужен, даже родной матери. Николай идёт по знакомым переулкам и пинает жестяную банку из-под пива. В наушниках играет музыка, хотя если быть точным, то она ебашит на полную, разрывая ушные перепонки. Парень любил слушать громкую музыку, это помогало отвлечься от плохих мыслей, которые лезли в голову. Спустя получаса ходьбы, Ромадов наконец приходит к месту своего назначения. Перед ним стоит старое заброшенное двухэтажное здание, где он обычно проходил свое время. Коля поднимается на крышу и подходит к краю. Он свешивает ноги и достаёт пачку сигарет. Парень щупает карманы и понимает, что забыл зажигалку. — Да блять. — Николай отчаянно вздыхает — Ненавижу этот день. Парень поджимает ног к себе и кладет голову на колени. Музыка продолжает долбить по ушам и Коля даже не слышит, что на крышу поднимается еще кто-то. Неизвестный сразу замечает парня и подходить к нему ближе. Он садится рядом и только после этого Ромадов замечает его. От неожиданности тот дергается и снимает наушники. — Блять, нахуй так пугаешь? Коля узнает в этом незнакомце своего друга — Руслана. — Просто иногда надо наушники снимать. — усмехается Тушенцов — А то вдруг к тебе подкрадутся сзади и в жопу трахнут, а ты даже не поймёшь что произошло. — Ой, да пошел ты — Ромадов толкает друга в плечо — Ты же не трахнул. — Эх жаль, а надо было. Оба парня смеются с этой тупой шутки. Коля чувствует некую легкость после общения с Русланом. Всё-таки хорошо, что этот придурок пришел сюда. — А зачем ты сюда приперся вообще? — вдруг спрашивает Николай, нарушая тишину. — И, кстати, зажигалочки не найдется? — Просто проходил мимо и увидел, что чьи-то ноги с крыши свисают. Я сразу понял, что это ты и решил подняться. В ответ было слышно лишь мычание. Тушенцов сует руку в карман спортивок, достает зажигалку и протягивает ее другу. Ромадов поджигает сигарету и, сделав затяжку, дает Руслану. Так они сидят в тишине еще некоторое время, куря одну сигарету на двоих. Чуть прохладный летний ветер развивает волосы Коли и запутывается в его кудряшках. Сидя на холодной крыше, парни смотрят на чистое ночное небо, на котором были видны звезды. Тишина. Не было слышно ничего, кроме ветра и шелеста листьев. Ромадов кладет свою голову на чужое плечо и берет ладонь Руслана в свою. Он разглядывает его татуировки, словно видит их впервые. Мягкими подушечками пальцев Николай проводит по коже Тушенцова. Парень переплетает их пальцы между собой и улыбается. Татуированная ладонь Руслана красиво смотрелась в бледной ладони Ромадова, словно две противоположности. Коля чувствует, что вот-вот уснет. В объятиях Руслана было слишком спокойно. Только с ним он чувствовал себя хоть капельку нужным. Николай дорожил каждым моментом, проведённым рядом с Тушенцовым и благодарен судьбе за то, что этот придурок совершенно случайно появился в его жизни.