Любишь? Люблю.

Оставшуюся часть дня Дракен потратил на то, что-бы собрать вещи и договориться с Манджиро о том, что тот останется у него на пару дней. Кен сам не хотел теснить пару, поэтому потом снимет комнату где нибудь. Видеть Шуджи никакого желания не было. Слезы сами скатывались по щекам, а руки предательски тряслись как осиновый лист. Это тормозило, но с горем попалам парень собрал нужные вещи и застегнул молнию спортивной сумки. Все равно что-то останавливало. Он хотел уйти, но глубоко в душе его все равно тянуло к старшему. Вытерев слезы и немного успокоившись парень вышел из комнаты и прошёл в коридор. Ханма, выходя из ванной заметил что Дракен уходит и поспешил к нему. - ты куда собрался? Кен тяжело вздохнул не в силах взглянуть на парня и обуваясь ответил. - к другу поеду на пару дней. Не хочу тебя видеть. Прямолинейность Кена часто бесила Ханму, этот случай не был исключением. - блять, ты серьёзно? Сначала меня пизданул, заставил идти к той бабе, отхуярил её, а теперь весь такой белый и пушистый съебываешь будто я виноват? Дракен выпрямился встав во весь рост и переборов себя посмотрел в янтарные глаза, в которых читалась и злость и обида, что-то ещё в них не мог уловить бывший блондин. - я виноват в том что ты изменил? Так получается? Хорошо, я тебя услышал. А теперь дай мне спокойно уйти, по хорошему прошу. У Ханмы глаз задергался от этих слов, он взял младшего за воротник и с силой прижал к стене, поставив свободную руку у головы Кена. - бляха, я не говорил что ты виноват. Но да, твоя вина в этом тоже есть. Ты постоянно блять ходишь с недовольным ебалом, всегда тебе что-то не нравится. А потом жалуешься что я тебе изменил. Хули тогда не кинешь меня? Хотя нет, я же такой плохой. Я должен тебя бросить. Да? Так ты думаешь? Ну хорошо. Проваливай нахуй, можешь не возвращаться. Мы расстаёмся. Дракен и слова выдавить из себя не мог, из глаз снова полелись слезы, а ноги задрожали уже вместе с руками. Он не хотел этого, он просто хотел все переварить и вернуться. Все исправить. Но исправлять теперь нечего. Три года стали ничем. Ханма же опять же осознал сказанное слишком поздно, увидев чужие слезы. Он в последний раз поцеловал любимого в губы, в последний раз посмотрел в его глаза и в последний раз вытер его солёные слезы. После сразу отошёл отводя взгляд, а Дракену оставалось только быстро ретироваться из квартиры и убежать на улицу. Внутри все невыносимо сжималось и разрывалось, было желание просто провалиться под землю. Стать никем и ничем. Он вернулся на три года назад, он снова хочет исчезнуть как снежинка. Он опять не уберег то, что он любит. Он бежал, падал, поднимался и снова бежал. Игнорировал косые взгляды. Ему нужно было скрыться. Уйти туда где тихо, темно и безлюдно. Добежав до борделя, где он раньше жил, Дракен зашёл внутрь. Глаза были на мокром месте. Работницы конечно помнили его и две из них сразу подошли к младшему, приобняли и отвели в его старую комнату. Ноги сами привели Кена сюда, ему стало спокойнее. Пришлось рассказать рабодницам о том что произошло, но он быстро успокоил их и вывел из комнаты. Нужно было успокоиться самому. Прокрутил щеколду заперев дверь и прошёл к кровати садясь на пол. И снова он не смог сдержать слезы. И снова они стекали по щекам оставляя за собой мокрые следы. Он не знал куда себя деть, так больно ему не было давно. Ханма же не так бурно переживал все что случилось. Он сидел втыкая в пол, в одной руке держал сигарету, а во второй бутылку вишнёвого пива. В пепельнице уже девять сигарет, но ему плевать. Он обдумывает произошедшее, прокручивая свои слова в голове уже сотый раз. В квартире стало как то пусто, тоскливо и одиноко с уходом младшего. Ханма привык к шуму. Громкая музыка, маты из-за порезанного на кухне пальца, возмущения по поводу грязной одежды и просто чужое дыхание. Этого больше не будет. И Шуджи не знает что делать. Как то неуютно стало. Дом уже не дом. Обдумав все очень много раз, учитывая то, что Кен упрямый баран, все же пришлось принять то, что первым идти извиняться придётся ему. Ханма вздохнул, затушил сигарету и поднялся. Довольно быстро собрался и вышел из квартиры, пока спускался на улицу думал что нужно сделать что-бы заслужить прощение младшего. Это очень сложно. Но если постораться, он успеет все исправить. Так ведь? И вот он уже с цветами, с любимым шоколадом парня стоит у дома Сано и звонит в звонок. Дверь открыл сам хозяин дома, чему Ханма был не рад. Увидев длинного Майки помрачнел. - ты что здесь делаешь? С дветами, с шоколадом. Спасибо конечно, но я в отличие от тебя не один. Ханма тяжело вздохнул стараясь унять свои эмоции и убрал шоколад в карман посмотрев в пустые глаза. - позови Дракена, я хочу с ним поговорить. Это срочно. Я понял что натворил и хочу извиниться. Не еби мозг и дай мне все исправить. Сано странно посмотрел на Шуджи и отвёл взгляд в сторону. - Кен не здесь. Он написал что вы расстались и больше не выходил на связь. Я не знаю где он, но есть предположение. Он может быть в борделе или где то на набережной. Вздохнув вернул взгляд на янтарные глаза зло хмуря брови. - беги к нему. Ты мне всегда не нравился, но счастье Кен-чина для меня важнее. Если ты все не исправишь и мой лучший друг будет страдать, я тебя голыми руками придушу, мудила. Я постараюсь до него дозвониться, но не факт что смогу. Не став ждать ответа захлопнул дверь перед ничего непонимающим парнем и ушёл в комнату утирая слезы с краёв глаз. Он знал как Кен любит Ханму и на что способна эта любовь. Он боялся этого момента их жизни. А Ханма секунд пять тупо стоял, но поняв серьёзность происходящего побежал в сторону метро. Сначала бордель, там больший шанс найти Кена. Телефон младшего уже разрывается от звонков, вся их компания уже обо всем знает. Но он не слышит. Он больше ничего не услышит. Обессиленное тело лежит на кровати, смотря в белоснежный потолок. Рука сама тянется к лезвию. И он делает первый аккуратный надрез. Боль из души переходит в запястье, заполняет все тело и покрывает кожу мурашками. Следом более уверенное движение, рана намного глубже первой. Кровь скатывается вниз на одеяло. Третий надрез был сделан не жалея сил и с новыми слезами на глазах. А за ним ещё, ещё, ещё и ещё. Рука постепенно немеет. Пульсация в висках перешла в руку. Глаза сами закрываются, а кровавое лезвие падает на ковер. Серый, мягкий ковёр становится бурым в некоторых местах от алой крови. Боль внутри утихает, а на запястье становится все сильнее. Но Кену нравится, он впервые за долгое время спокоен. Он впервые не думает о проблемах. Он думает только о Шуджи. Представляет его улыбку, счастливые глаза, кольцо на безымянном пальце. Улыбка появляется на лице, её разбавляют слезы. Мысли постепенно уходят из головы. Остаётся пустота. Один глубокий вдох и пауза для последних ударов сердца. В комнату влетают выбив дверь, с порога начинается шум. Дракен не слышит. Не слышит как его зовут, как кричат девушки, как тихо всхлипывает Шуджи держа его на руках и осматривая кровавое запастье. А у Ханмы все внутри перевернулось, остался животный страх и злость уже на себя. Его лучик лежит бездыханным телом не реагируя на попытки старшего привести его в чувства. И это больно, это очень больно. И он не знает что делать. Девушки уже вызвали скорую и ругались между собой рыдая. У всех паника, у всех трясутся руки. Только Дракену хорошо. Только он расслаблен и спокойно лежит с улыбкой на лице, уже не пытаясь вникнуть в чужие слова и понять что происходит вокруг. Он теперь не будет страдать. Он не будет мешать окружающим. Он не будет никому портить жизнь. Он присоединится к Баджи, он наконец увидит лучшего друга. За болью приходит покой. А за покоем новая боль. К сожалению Ханма не успел, а Дракен не нашёл другого выхода. И обоим не стало лучше, ведь оба любят больше жизни. И оба рыдают и оба тонут в омуте краха и разочарования. А ведь если бы они поговорили, этого не было бы. Сейчас уже поздно об этом говорить и об этом думать. Но.. Может все ещё можно исправить?..