(Не)Традиционные ценности

Дома уютно. Особенно когда сидишь за столом с чашкой ароматного кофе и разбираешь документы ( а их немного, что самое важное ). Да, дома уютно. Знакомое окружение, атмосфера к которой уже привык. Жаль, что это обрывается недовольными фразами о традиционных ценностях и нововведенных уроках. А наш герой, между прочим, старался! Придумывал их лично и темы подбирал сам. Да, там куча сексизма ( прикрытого оберткой "традиционных ценностей" ), ошибок в географии и истории, но это же было сделано для него. Ну как он этого не понимает? Ведь он может за эсктремиста сойти со своими высказываниями, однако ему плевать! И только с лёгкой руки министра просвещения он ещë не эсктремист. Ни один понедельник не проходит без его видео, его недовольства о новых уроках, о системе образования и о самом министре. Последнее самому министру нравится слушать больше всего. Пусть Павел остаётся недовольным, пусть говорит что хочет о новых уроках, но только пусть продолжает выпускать свои видео. А это его недовольное "Сергей Сергеевич!" во многих роликах... Сразу вспоминается тот злосчастный год, когда он работал учителем. Жаль у Павла он не преподавал, может научил бы уважать старших. Министр улыбается своим мыслям, откладывая последнюю бумагу в стопку. Заканчивается и ролик Астапова. Допивается кофе. Многим не дано понять министра просвещения, да и рассказать ему некому. Но и не стоит. Не поймут, засмеют, разочаруются. И сам министр уже давно разочаровался в себе, тяжело признаться себе в этих чувствах. Он же нормальный мужчина. Он любит женщин. У него есть жена и двое детей. Он счастлив в этом браке. Он убеждается в этом каждый раз, когда видит лица своих детей. Но он никогда себе не признается, что не чувствует к своей семье ничего. Просто привык к нахождению рядом. Привык к такой жизни. Интересно, а Павел тоже привык? Все время шутит, ( будто действительно находится в ожидании ) что к нему в дверь постучится дядя в фуражке, даже не подозревая, что этот дядя не придет. Он даже не узнает почему. Можно ли назвать это небольшим подарком от министра Павлу? Вряд ли, но ничего более открытого делать ему нельзя. Ведь он – нормальный мужчина. И Павел –нормальный мужчина. Никто из них не ведёт себя как гей, ( в привычном понимании этого слова ) и министру этого вполне достаточно. Павел, как всегда разносит в пух и прах новую тему для разговоров о важном. "Чувствуете? А это традиционными ценностями от министра просвещения повеяло... " О, да, Павел, чувствует на личном опыте ( к сожалению ). Засыпает вроде с некогда любимой женщиной, но не понимает, что чувствует к ней. А что чувствует к Павлу? Ничего. Он – нормальный мужчина, нормальный... В заметках у министра куча идей для разговоров о важном. Главное, чтобы Павел не переставал снимать видео, главное, чтобы говорил со своей точки зрения. Пусть Сергей и не желает слушать, как Павел разносит в щепки все ценности, поднесённые детям на блюде ( Павел не ребенок, но ему тоже ). Просто чтобы не проиграть в этой схватке, каждый понедельник Кравцов придумывает все более шизанутые ( как назвал бы их человек с прогрессивным взглядом на мир, в общем Павел ) "традиционные ценности". Ведь он точно знает, что Павел оценит ( пусть и по-своему ). Он не желает слушать точку зрения Павла, ( пожалуй потому, что в какой-то мере она действительно кажется Кравцову верной, что недопустимо ) желает слышать лишь его голос. Он пьянит, возбуждает, пробуждает давно забытые чувства в сознании Сергея. "Что же ты со мной творишь..?" – безнадежно задаётся этим вопросом министр, не желая знать ответ. Проще будет сказать себе, что это глупая шутка, ведь это неправильно, это не по его природе ( если сама "мать" не решила подобным образом позабавиться над Сергеем... Хм, а только ли над ним? ). Никогда Кравцов не думал, никогда не размышлял, почему существуют "они". Педерасты, геи, люди нетрадиционной ориентации, гомосексуалы и так далее. Он не думает об этом, когда предлагает новый сценарий для своих разговоров. Он даже самостоятельно сделал наброски этого сценария! Интересно, узнав об этом Павел, чтобы он сказал? Вряд ли что-то хорошее... А ведь никогда Кравцов не думал, никогда не размышлял, может ли он быть таким. Чисто теоретически... Нет. Нет и ещë раз нет, и боле это не обсуждается ( хотя как раз таки наоборот ). «Вы понимаете масштаб проблемы? В Госдуме поголовно все против геев, ( ну этих самых ) и ладно просто люди никак не связанные с образованием, но нет! Наш министр просвящения умеет удивлять. Да я и сам в шоке... В общем выкатили новую презентацию для Разговоров о важном о том, какие плохие люди "нетрадиционной" ориентации. Вы вообще можете представить, как на на этот... Кусок текста ( и это ещë мягко сказано ) отреагируют ученики не той ориентации, ну, с точки зрения Кравцова таковых нет ( а я то думал это мне нужно зрение проверять... ). Но поверьте мне, такие есть и не в малом количестве...» – И далее, далее, далее. Кажется Павел уже начинает заговариваться. Через каждое видео одно и то же. Для министра это не критично, конечно, но в этот раз он настолько заслушался, что начал вникать в слова Павла. Подобное министру кажется глупостью. Влюбиться в мужчину? Так ещë и с "неудобными" взглядами... Странно, как минимум. Но Павел из раза в раз убеждает, что это нормально. "Как будто сам таким является! Ей богу!" – поражается министр. Вот только министру даже думать не хочется, но... Внутри что-то вынуждает. Что это? Терпкое чувство расползается по всему телу, приятное однако чувство, тепло... Такое будто лично находится с Астаповым. А, действительно тепло... В штанах. Уже виднелось пятно от предэякулята, вязкая жидкость распространялась по штанам. Как хорошо, что рядом есть салфетки, а дома нет никого... Видео Астапова включают заново... Мерзость и пошлость, именно то, что он порицает в сценариях «Разговоров». Такие смешанные чувства в нём смеет вызывать мужчина! Мужчина! Кем он сам является, а ведь у Павла к нему отношение как у всех педагогов... Ну, вернее не очень хорошее. Хотелось бы увидеть себя со стороны Павла, хотелось бы взглянуть с другой стороны. Иной взгляд... Какой он? Слегка вычурный, глуповатый, мало, что понимающий в системе образования... Ой, то есть взгляд, не он. Сергей Сергеевич, – тянет блогер, смотря его очередное интервью. Информации о нём... Не густо. Хотел стать педиатром, не смог поступить, пошëл в пед, женат, двое детей... Нет, никаких шансов с женатым человеком нет, да и быть не может. У Павла нет никакого отвращения к "не тем". "Это" порицается всеми депутатами, "это" порицает Кравцов. И последнее, очевидно, хуже всего на свете. Ну как? Ну как?! Ну как мог понравиться человек, к которому испытывалось лишь отвращение? Ну что, ну что с ним не так? Что не так с Павлом? Или все так? Вроде... Если бы министр из последних сил не пытался навязать детям "традиционные ценности", то Павел бы безоговорочно сдался и признался бы в своей нелепой симпатии, а так... Он будет дальше с этим бороться. «С этим бороться...» Павел усмехается своим же мыслям. Бороться? А разве он может на что-то повлиять? Да, конечно, признается ему в симпатии и гомофобию как рукой сняло! Очень правдоподобно, Паш! Даже... Даже плакать хочется. От безысходности. Почему все так? В какой момент мать-природа дала сбой в этой системе? Павлу всегда нравились девушки! И министру! Наверное... Разве может об этом говорить кто-то кроме министра? Нет, а значит остальное выдумки и предположения... Даже жаль становится. Что никогда не полюбишься объекту своих чувств. А впрочем, не стоит обращать на это внимание, нужно думать над идеей для нового ролика. Благо, Кравцов со своим интервью помог, как нельзя кстати. – Ну хоть за это можно сказать тебе "спасибо", – Астапов улыбается, ведь рядом Чарли, всегда рядом будут его подписчики - это ли не счастье? Счастье, конечно, но не то... Перед ним штатив, на нем камера, а сам Астапов уже настроил свет, и сейчас подглядывает в свой сценарий, пусть попыток у него много лучше уж сделать хорошо сразу. А потом ещë монтировать... Павел в последний раз осматривает всë, чтобы оно стояло как надо, просит Чарли уйти на время и начинает снимать. – Привет, просветители! На этой неделе свершилось чудо, – Павел старается произнести все максимально выразительно, с долей сарказма. – Министр просвещения Сергей Кравцов вновь решил обрадовать нас интервью ( не знаю как вас, но меня он уже порадовал, Сергей Сергеевич, прекращайте уже, разбалуете ещë ). В целом в этом интервью даже присутствовали адекватные мысли, да, даже со стороны министра! Я тоже удивлен... – Кивает Астапов в такт своим мыслям. – Но в большинстве своём здесь конечно разговоры про патриотизм и традиционные ценности. Внимание, я бы не удивился если бы министр как всегда рассказал, что место женщины на кухне, а у мужчины на работе. И да, я действительно остался не удивлен. Извините, но у меня ощущение, что министр их уже навязывает, и не только детям и нам, но и себе. Хотя мне конечно может только показаться ( я же не знаю тонкостей жизни Кравцова... И слава богу! )... Если бы Павел только мог знать, как он прав на счет министра. Он уже давно не может считать себя "нормальным мужчиной". И да, это больно. Это горько. Спасают только видео Павла, с которым так хочется поговорить. Рассказать о том, что он чувствует при виде Павла, как сердце его трепещет от красоты этого человека, как красив его голос, как он прекрасен. И все это Сергей вполне не против рассказать Павлу во всех красках, но есть несколько "но". Во-первых, он женатый человек, и Павел об этом знает. Во-вторых, они сейчас в разных странах. Ну и наконец В-третьих, они нормальные мужчины. Не позволит воспитание, удушит совесть, Кравцов придумает миллионы вариантов развития событий, кроме положительного, которого ему так хочется увидеть, узнать какого это. Чувствовать себя самим собой. И почему министр так эгоистичен? О Павле он совсем не задумался, а ведь мысли их схожи. Схожи настолько, что иногда Астапову становится страшно, что он ничем не отличается от чиновника, который предлагает запретить радугу. Просто страшно и грустно. Может Павел и хотел бы этой встречи. Признаться. Вот так открыто, словами о чувствах или стихами? Это не важно, ведь это невозможно... И от этой мысли становится только хуже. Прийти и признаться открыто в чувствах... Конечно... Но воспитание Кравцова вывернет все наизнанку, это сейчас ему везёт, и дядя в фуражке не стучится в дверь, а что будет после подобной встречи? Лучше сидеть и молчать, не высовываться. Но все так хочется... Подобные мечты, как небо. Недосягаемы. Но Павел хочет достигнуть. Посмотреть в глаза, погладить волосы, вдохнуть чужой запах, просто побыть рядом и поговорить. А может и профилактическую беседу с министром провести? Павел улыбается, но по щеке уже готова течь слеза. За что? За что эти нелепые чувства были посланы ему?! Кравцов узнает, засмеет или, ещë лучше, направит мужчину в полицейской форме к Павлу. Ведь он точно знает, что министр, что его министр, его муза никогда не откликнется на эти чувства. Суббота. Кажется это любимый день недели не только у Павла, но и у министра. Ведь сейчас один из них настраивает, а другой с придыханием ждëт стрим. И вот наконец. Новый разговорный стрим. Павлу нравится отвечать на вопросы от своих подписчиков, нравится рассказывать новости из своей жизни и делится мнением, это здорово помогает отвлечься. Но, конечно, и во время стрима у Астапова не получается оставить Кравцова, о нём задают вопросы. Много вопросов. И что поделаешь? На каждый придется отвечать. С горечью на душе, с улыбкой на лице. Особенно разыгрались подписчики с Павлом под конец стрима. Кажется вопросы и шутки только про него с Кравцовым. Это никогда не надоест. Павел улыбается. Особенно ему нравятся шутки из разряда "немецкий мальчик отрицает свои отношения с министром образования". Только пришлось поправлять. С министром просвещения! И тут же замечает комментарий "миф об отношениях подтверждён". На что только горазды эти люди? Но, подобные комментарии западают в душу не только Павлу, но и Кравцову. Кажется им обоим понравилась шутка " Давайте соберемся вместе, оденем Павла и устроим ему свидание с Кравцовым, а то он стесняется". Только жаль, что воспринимают они одинаково эту шутку. То, что никогда не случится. То, что не должно произойти. И оттого им обоим грустно, но Астапов не смеет показывать этого на стриме. И Павел замечает, что как бы не хотелось подписчикам, как бы не хотелось ему самому, ( этого он не сказал ) но министр не находится с ним в одной комнате, они не в одном здании, они даже не в одной стране! Хотя, подмечает, что министр мог бы приехать в Бишкек, так как страны это все таки дружественные. Но министра не покидает мысль, что как это все... Нетрадиционненько. Странно, может даже глупо. Но долго ли ещë он сможет тешить себя мыслями о "нормальных" и "ненормальных" мужчинах. Рано или поздно ему придется признать, что он НЕнормальный. Потому что так считать заставит воспитание. Кравцов запускает руки в волосы. Традиции. Почему какие-то традиции, придуманные и навязанные кем-то другим, смеют мешать ему? Он вспоминает все сценарии связанные с традиционными ценностями. Они правильные, но не работают на Павла, и он всегда четко пояснял почему. Значит и министр так может? Перестать переубеждать себя и других. Конечно может, но хочет ли? Очень... Сергей смотрит на себя в зеркало, уставший взгляд. Уставший от своих раздумий и неопределенности, ему скоро не будет дела до работы, а этого категорически нельзя допустить. Но Астапов был бы рад. И министр усмехается этой мысли. Не будь он министром просвещения вряд-ли бы узнал о Павле, а то что узнал все таки нечто хорошее в его жизни. Эти мысли греют душу, ложатся на сердце, словно покрывало, грея. Побыть рядом с Павлом. Всего один раз. Этого было бы достаточно. Даже если он не скажет о том, что думает. Посмотреть в эти глаза в живую, увидеть эти мускулы, услышать голос – то, чего требует душа. А раз требует должна получить. Даже если это будет противоречить тому, чему ему учили. Как там Павел сказал? Не удивится если министр наведается в Кыргызстан? Ну-ну, посмотрим. Кажется у Кравцова появились серьёзные и неотложные дела. Нужно убедить парочку людей "свыше" дать ему добро на поездку в Бишкек, конечно, встреча будет с министром просвещения той страны. Конечно, конечно, Владимир Владимирович, это очень важно, чтобы дать детям другой страны узнать о ценностях страны по соседству. Нет, что вы, никакого навязывания, просто беседа, почему российское образование одно из лучших в мире, и предложить министру Кыргызстана добавить предмет вроде "Разговоров о важном". Да-да, это необходимо прямо в этом месяце, да, лучше на следующей неделе. Да, возможно эта встреча затянется на пару дней, но вы же справитесь? Конечно, буду как только прикажете... Конечно, любимая, ( слово то какое горькое ) я вернусь как только смогу. Конечно, ничего такого, обычная деловая встреча. Уже за два дня эта новость облетает весь интернет. «Министр просвещения РФ Сергей Кравцов приезжает на встречу с министром просвещения Кыргызстана...» – Дальше заголовка Павел уже не читает. Он... Он в замешательстве. С одной стороны, это прекрасный повод для них встретиться! А может даже признаться в своих чувствах? Но с другой... Едкое чувство страха расползается по телу. Откажет. Во встрече. Не узнает, не придет, на признание и слова не скажет... И это действительно пугало, делать нечего. Попытка - не пытка ( хотя в случае Павла... ). В следующую секунду в телеграмм-канал отправляется пост о скором прибытии Кравцова в Бишкек, сам Павел комментирует это событие нейтрально, но в комментариях буря о том, что герой-любовник по имени Сергей Кравцов отправился в Бишкек к нашему новоиспеченному герою... И как же они черт возьми были правы. Если бы они только знали... Павел для себя твëрдо решил, что должен во чтобы то не стало встретиться с министром. Чего бы то ему не стоило. Когда там встреча? Во вторник? А что по времени? 16:00 пойдет... И что? Поджидать его будет? Как маньяк какой, ей богу... А иного выхода вроде и нет, пока взгляд не цепляется за цитату министра: "Я бы также хотел посетить несколько школ в Бишкеке, конечно не оставив без внимания достопримечательности.... ". Вот он. Шанс. Настоящий. Почти осязаемый. Шанс один на миллион. Павел не врал на своих стримах и в видео, когда говорил о погоде. Действительно было очень тепло, на улице было приятно. Кравцов может наконец вдохнуть полной грудью. Он видел пост Павла в телеграмме, ничего интересного, кроме предложения о том, что он не прочь встретиться с министром, конечно по вопросу образования. И всë же было бы кстати встретиться, желательно в прохладном месте, желательно в месте с водой. Чëрт, вот с чего Кравцов вообще решил, что сможет с Павлом встретиться?! Чепуха какая-то... Но как же хочется в неë поверить. Министр бы так и стоял в раздумьях, но его окликают. Да-да, точно... Сначала же официальная встреча... И надо сказать эта встреча довольно долгая. Минуты кажутся часами, Кравцов скучающе смотрит то в камеру, то на собеседника. Отвечает на различные вопросы и конечно даёт наводку на введение нового предмета в школы ( он президенту обещал, в конце концов ). Когда это уже закончится? Жаль не школа. Звонок не звенит. Министр делает вид, что очень активен и заинтересован в вопросах кыргызских школ ( пусть сначала с российскими разберëтся, ей богу ), но вечно подавать вид не получиться. И вот наконец. Последний вопрос. Последний ответ, и они расходятся. Вопрос по прежнему открыт, как ему увидеться с Павлом? А... Всë таки удобная вещь – телеграмм. Павел в кафе неподалёку, ой как удобно... Павел действительно сидел в кафе даже написал об этом в телеграмме, сам он по сути должен был ждать конца встречи, но желание остудиться было куда больше. В кафе, да ещë и с водой было вполне прохладно. Но сейчас Астапов чуть водой не подавился. Он правда видит? Его видит. Сергей Кравцов всë ещë чëрт подери в костюме рядом с ним. Павел шокирован... И наверное поэтому сидит, ничего не предпринимая. Проблема есть, Кравцов его заметил. Подходит. Сердцебиение учащается, сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки. Он уже.... Близко, а Павел всë ещë не может отвести взгляд. Стоит. Над ним. И вот теперь они вдвоём смотрят друг на друга, как зачарованные. В жизни друг от друга другие... Ощущения. "Красивый," – проносится в из головах одновременно, но каждый из них не скажет об этом ни слова. Руки подрагивают, министр ухватывается за спинку стула, чтобы удержать равновесие. – Я подсяду? – Не всë время же им молча друг на друга глазеть. Павел кивает, голос... Приятный баритон, он же не покраснел? Вроде нет. Министр садится напротив. Руки до сих пор предательски дрожат. Рука тянется на встречу к другой. Их пальцы переплетаются. Даже в таком прохладном помещении им стало жарче. Павел пытается успокоить дыхание, и чужие поглаживания его руки в этом помогают. Взгляды скользят по одежде, по волосам, в конце концов они смотрят друг на друга. – Вам не кажется это... Неправильным? – Сергей вздыхает, вот надо ему испортить такой момент... Самому себе хочется дать пощëчину, одернуть себя... Ему становится стыдно, его сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки, а он пытается всë это прекратить. – Вас смущает, что у меня есть член? – Павел открыто возмущается, но злиться в такой ситуации он просто не может. Это кажется сном, настолько прекрасным сном, что не хочется просыпаться. Но Павел понимает, что это не сон, пусть он и не был к этому готов. Нравится. Жутко нравится так открыто пялится. Нравятся прикосновения. Нравится смотреть в глубокие голубые глаза. Нравится. – Боюсь ситуацию не спасет, будь у меня вагина. У вас жена есть... – Павел немного кривится, пожалуй, это единственное, что смущает и не нравится ему в этой ситуации. – Изменяете? – Павел наигранно усмехается. Не хочет верить. – А вам не нравится данная ситуация? – Министр улыбается, но Павел остаётся правым. Это мерзко, но ничего он с собой не поделает. Но если Астапов не выдергивает свою руку, ему это нравится? Он же не против. – Вы не... Вы мужчина, да... Нетрадиционно... Не... Неправильно. – Министр закидывает ногу на ногу, всë ещë пытается себя убедить в неправильности своих действий. Почему тогда... Такая реакция... Сергей сжимает ноги. – Какая разница, нравится или не нравится? Факт остаётся фактом... – Всë это слишком глупо, слишком сумбурно происходит. Такая встреча и... Неловко в общем. Очень. Министр отводит взгляд. "Только твоих ценностей и не хватало," – прокучивается в голове Павла. – Глупости и предрассудки. Людям могут нравятся люди своего пола. Это не болезнь, она же через воздух или половой контакт не передаётся? Значит, не болезнь. Или только мне, западной либерде, такие знания открываются? – Павел невесомо касается чужой щеки. Проступившая щетина колется, и Павел убирает руку, но этого достаточно, чтобы привечь внимания Сергея. Он внимает чужим словам, кивает, но взгляд его говорит, мол, не верю. – Любить? Одного пола? Это ли не глупость?! Часто вы видите мужчин, объединенных половыми связями? Это ли не... – Кравцов замолкает, подбирая слова. Ну какое же лицемерие, сам же засматривается на разгорячëнного Павла, сквозь футболку вполне видны чужие мускулы... Сергей сильнее сжимает ноги, за что такое наказание то?! – Это ли не слом традиций, всë это навязанно, такого и быть не может в нормальном обществе, скрепленным традиционными ценностями. – А разве то, чем мы сейчас занимаемся вполне себе традиционно? – Павел усмехается, да про что министр говорит? Он буквально держит за руку незнакомого мужчину, у него на лице написано: "Стыдно, мерзко, неправильно, но хочу.". И Павел хочет, но они оба молчат, они... Пожалуй никто из них не понимает, что чувствует, никто из них не понимает хочет ли признаваться в том, что понимает. И даже если они не расцепляют рук, значит ли это, что другой чувствует то же, что и он? Вряд ли. – Разве подобные ценности могут быть кем-то навязаны? Я вот заметил только то, что вы со своими "Разговорами о важном" что-то навязываете школьникам. Не стыдно? Самому за руки непонятно с кем держаться, а в своих сценариях говорить о том, какие геи плохие? – Павел резко смолкает. Министр закусывает губу, опускает голову. – Стыдно? – Сергей переспрашивает, хмурясь. "Стыдно конечно... Но, разве, вам Павел, не стыдно? Вы то же много чего говорите в своих роликах... " – Он хмыкает. – Экстремист. – Утверждает Кравцов. Даже смешно, что Сергей делает многое, чтобы Павла не повязали за его мнение. – Дяди в фуражке не боитесь? – За несколько лет у власти только угрожать научились? – Ответ следует почти сразу же. Ну и чего толку от этого бесполезного диалога? Эти двое вряд ли сами понимали смысл, который в нём таился. Они пытаются друг друга понять, раскусить, как орешек. Кравцову неловко. Ну конечно. Сквозь брюки будет прекрасно видно это безобразие, он откидывается на спинку стула, вынимая свою руку из чужой. Павел отпивает воду. Стало жарче? Или ему кажется... Нет, так он точно сойдет с ума. Единственный шанс и тот испорчен. Павел сам отводит свой взор от министра... Это нелепая ситуация и им обоим стыдно. – Вы не задержитесь в Кыргызстане? – Павел с надеждой и лёгкой грустью взирает на министра. Все же в чем-то они оба не правы. Не стоило влезать в этот спор... Только все испортил. – Нет, увы, Владимир Владимирович дал мне здесь день-два обосноваться. Скорее всего завтра обратно. – Сергей пожимает плечами. Ему тоже грустно... Этот спор... Придал ему сил в какой-то мере. Он не может налюбоваться Павлом. Сам улыбается, когда на него смотрит. – Жаль... Я бы... Если вы не против, ещë один разговор? Не на повышенных тонах. – Поясняет Павел. Он снова обводит министра взглядом. Красивый, упирается руками о стол, придвинулся ближе. И глаза красивые... Глубокие, как в душу смотришь... И волосы наверняка мягкие... Павел много думает о красоте министра, но его воспитание пожалуй... Личная проблема для Павла. – И если можно без глупых сценариев на ваши эти "влажные разговоры", – улыбается Павел. – Не против, конечно... – Кравцов вздыхает. Все таки неудобное кафе место для общения, они вроде как никого не отвлекли от своих дел, да и на них никто внимания не обращает. Делать нечего. – О, если бы так можно было, я бы эти разговоры бы и не ввëл. – Усмехается Сергей. – Может и к лучшему? – Павел пожимает плечами. – Хотя тогда было бы меньше тем для моих роликов. – Про меня бы снимали. – Да и так про вас каждое второе видео, или вам надо в каждом о себе завявить? – Было бы славно. – Я не могу так часто только о вас говорить, мои подписчики... Не знают были бы они этим довольны? Вряд ли. – Не волнуйтесь, на такие случаи есть Госдума. – Кравцов усмехается, будто он в ней не состоит. А Павел по-прежнему безумно красив. Кто бы что ни говорил.. Мускулы и пресс виднеются сквозь футболку. И Сергей с радостью готов рассматривать это тело. Прекрасное, божественное тело. Он кладёт свою руку поверх руки Павла. Прикосновение как ток. Пробивает, выбивает из колеи. Хочется большего, конечно... Но что на это скажет Павел? Да и Сергей ни слова не сказал о своих чувствах... Стыдно... Когда-нибудь он сможет признаться? Нет, Павел наверняка все понял, но ведь нужна... Определëнность? Этого министру и не хватает. – Бишкек очень красив, жаль, что вы не задержитесь здесь... – Переводит тему Павел, радуясь какой-никакой близости. Большего они позволить себе и не смогут. Да ещë и в общественном месте. Везëт, что подписчики Павла сегодня как сквозь землю провалились, значит дела никому до них с Кравцовым не будет. – Провели бы экскурсию? Я бы с радостью посетил Бишкек позже, если будет возможность конечно... – Один? – Если будет возможность. – А ваши... – Павел осекается, он видит, министру неприятно. "А ваши дети, ваша жена...?" – у Павла в голове миллион вопросов, но их он, пожалуй, задавать не будет. Незачем портить момент. Скудный момент близости. – В следующий раз сразу к вам или в отель? – Усмехается министр. – Раз уж мы на такие темы заговорили... – Улыбка спадает с его лица. Павел прав. Сергей не имеет права так поступать со своими родными, но разве он сейчас может иначе? Сейчас мысли должны быть только о Павле. О прекрасном и неземном, но он рядом. Осязаемый, настоящий, такой какой предстаёт в своих видео. – Раз уж на то пошло, отель. Не готов пускать вас к себе, вдруг дядя майор придет с вами? – Павел тянется через столик и расстегивает министру одну пуговицу. Кравцов притаил дыхание, но далее ничего не последовало. А жаль... Ну ладно, не в людном месте... – Жарко. Вам, мне. Решил... Помочь... – Павел усмехнулся. – Спасибо за помощь, товарищ Астапов. – Сергей краснеет, и он это чувствует. Чувствует как румянец тянется по всему лицу, он отводит от блогера взгляд. – Только не говорите, что готовы упасть в обморок от одного расстегивания пуговицы. Боюсь представить, что там в постели с вами происходит. – Довольно... Пошло, но никто и не был против. Вроде бы. – А вообще о постели вам думать ещë рано, Павлуша, – Может же себе позволить. Все таки старше Павла на двенадцать лет. Тут уж Астапову не по себе, резкая смена... Настроения? Пожалуй. ( И все таки мерзко. Два мужчины в одной постели, вряд ли Сергей сможет это спокойно пережить, даже будь он сверху. Что поделаешь? От предрассудков не так то просто избавиться. ) – Все таки только пол седьмого. – Смотрит на часы министр. Так быстро время пролетело? Павел смотрит на него с недоумением. Неужели уже пора... Но они ведь... Промолчали, проглотили, сами ничего не поняли! – Уходите? Уже? Так... Быстро... – С горечью произносит Павел. Министр кивает. Ну нет. Почему именно сейчас?! У них же только начал налаживаться контакт... – Спасибо. За это время и... За разговор. Вы... – Давай же, давай, признавайся! Ты сможешь. – Вы приятный человек, спасибо, мне действительно пора. – Нет! Не смог... – Я... Я обязательно вернусь сюда, и вы об этом узнаете. – Кравцов встает, следом Павел, он уже хотел кинуться в объятия, но конечно... Останавливает. Ситуация, место, время, страх... Они заключают руки в рукопожатие. – Спасибо... Вам тоже.. Оказалось вы не такой уж и отталкивающий... Спасибо за такие... Откровения? – Павел с надеждой смотрит в чужое лицо и... Ничего не происходит. Министр разворачивается и уходит, оставляя Павла в одиночестве. Он ведь ещë вернется? Он пообещал, черт подери, конечно! Конечно он вернется! И Астапова настигает эйфория на смену грусти. Будет. Ещë. Рядом. Будут. Друг с другом. Но... Но он не признался, да и не понял, хотел ли этого Сергей. Жестоко, Сергей, уж очень жестоко. Я буду ждать, когда вы вернетесь. Я буду ждать, когда я вернусь. Чтобы наконец-то признаться Паше в чувствах ( даже если самому от этого будет мерзко ), чтобы побывать снова вместе, чтобы чувствовать чужое дыхание рядом, чужие подколы... Это приятно. Приятный человек. Очень... Жаль, (не)традиционный.