Иногда лучше не просыпаться

      — Ну почему?! — уколовшись иголкой в третий раз в одно и тоже место, Донси недовольно сопел одной ноздрёй, так как другая была занята ваткой. За прошедшую неделю парень успел выполнить то, что очень хотел сделать ещё давно, но впереди оставалось множество других дел. Например, в этот выходной день студент пытался вышить крестиком подарок для Лисы, ведь день рождения у неё сегодня вечером. Раньше сесть и вышить не получалось из-за учёбы, дел по дому и… Болезни, с которой Ларк почти смирился. Почти.       — Тебе может помочь? — обернувшись от ноутбука, поинтересовался Лаур, облокотился рукой на спинку стула и несколько вопросительно наклонил голову, хрустнув спиной так, что на всю комнату было слышно. — Если хочешь, я могу, меня одно время сестра вышивать учила, — правда это было лет десять назад, но те занятия в мозги вцепились лучше, чем любимый всем сердцем школьный курс биологии       — Нет, я сам должен, — нашарив рукой коробок с таблетками, поскольку на телефоне зазвенел будильник, Ларк отложил вышитое наполовину кривое сердце с небольшой надписью в сторону. Встав с пола, студент налил себе воды и закинул таблетки в рот, попутно достав кровавую ватку из носа. Только кровь всё равно ещё текла, пришлось засовать новый кусок ватки, которая теперь всегда лежала рядом на всякий пожарный случай. Недавний приступ кровоизлияния был около получаса назад, посему Донси всё-таки ваты побольше запихал в ноздрю для подстраховки.       — Я и не говорю, что собираюсь вышивать за тебя, просто покажу способ, как это можно сделать легче       — Показывай, а то я до вечера не успею, — сдавшись, парень прошёл обратно к месту «борьбы с шайтан ниткой» и сел на пол по-турецки. Тихо хихикнув, Шеффер встал и подошёл к чужой кровати, плюхаясь на край и беря в руки рукоделие. Кривоватые крестики умиляли неебически, но иголка всё равно оказалась между пальцев       — Смотри, ты за раз делаешь по одному крестику, это геморно. Лучше будет сделать сначала ряд косых в одну сторону, потом вернуться обратно, перечёркивая эти косые другими, — сделав пару-тройку стежков, молодой человек меньше чем за минуту сделал три аккуратных крестика, кои почти ничем не отличались от других. — Видишь? — глянув на всё это снизу вверх, поскольку парень сидел на полу, Ларк понятливо кивнул. Сведённые над переносицей брови разгладились, пропала морщинка со лба, а сам студент забрал незаконченную вышивку из рук старшего. Пыхтя как трактор, веснушчатый продолжил заниматься своим делом. Пепельные кудри упали на лицо, скрыв собой изрядно впалые щёки и бледную кожу. Из-за этой опухоли Ларк стремительно терял в весе и на данный момент был в шаге от того, чтобы зваться ходячим скелетом. Правда сам кареглазый старался не обращать внимание на отражение по утрам в зеркале в ванной и носить только те вещи, которые были ему на пару размеров больше. Даже сейчас студент сидел в мешковатом свитере и свободных штанах — из-за болезни, опять же, Донси стал часто мёрзнуть даже в самую жаркую погоду. — Ты себя как чувствуешь, — улёгшись на живот, старший уткнулся носом в шевелюру младшенького и немного надул щёки. Адски хотелось спать, ибо ночь получилась, мягко говоря бессонной, но Шеф всё равно старался максимально следить за Лари, чтоб с ним ничего особо не случилось       — Нормально, только вот я думаю, где можно найти нормальные краски или воск для волос, — Ларк очень хотел уже перекрасить свои пепельные кудри либо в родной русый цвет, либо в цвет поярче. И хотел, чтобы это сделал Лауро, даже если получится криво и совсем не то, что надо.       — Могу в интернете поискать что-то, какой цвет хочешь? — параллельно в мыслях крутилось, любой ли цвет подойдёт ему самому. Если краситься, то можно и обоим, так веселее будет       — Русый или красный, — вышивая несколько крестиков подряд, парень не поднимал головы, хоть и чувствовал, что тяжесть на макушке несколько мешает. Спустив рукава так, чтобы закрыть тонкие запястья и оставить видными кончики пальцев, Лари продолжил вышивать.       — Ты подумай, в любом случае хочу покраситься заодно с тобой, чтоб веселее было       — Со мной? Серьёзно? — всё-таки отложив рукоделие, Донси повернулся лицом к старшему. На веснушчатом лице появилась улыбка, которая чуть ли не превратила глаза в щёлки, но зато выделила все веснушки.       — Да, почему бы и нет, — умильно улыбнувшись, Лау улыбнулся, прикрыл глаза и пожал плечами. И сам хотел попробовать что-то новое, но с бешенной учёбой никак руки не доходили       — Пошли чуть позже за краской? Я только дошью немного, — парень залез на кровать и обнял друга, ткнувшись лицом в тёмную шевелюру.       — Хорошо, найдём тебе самую красивую и бесшабашную краску, а потом пойдём в какую-то кафешку или что-то в этом духе       — Да. А может вообще, в лавандовый перекраситься? Ну, помнишь, кофе с лавандой такой, у него ещё пенка светло-фиолетовая, — улёгшись на Шеффера сверху, Ларк подобрал ноги под себя вместе с руками. Холодно было несмотря на то, что на улице за плюс двадцать градусов.       — Как хочешь, заяц, я буду с тобой в любом случае. Лавандовый, зелёный, розовый — всё равно я сделаю это вместе с тобой, что бы ты ни сделал…)       — Ну вот и замечательно, — парень поверх Лаура выглядел как кот в позе буханки. Глядя в глаза напротив, студент о чём-то задумался, после чего аккуратно вытащил руку из-под свитера и убрал со лба старшего лишние чёрные пряди. Пальцы были ледяными, хоть никакой температуры или что-то в этом роде у Донси не было.       — У тебя руки холодные, — пробормотал Шеффер, затем беря чужие ладошки, зажимая их между своими и дыша в этот «бутон» из рук, чтобы согреть. — Ледышка маленькая, весь ты совсем холодный       — Я знаю, что холодный весь, — чуть нахмурившись, Ларк прикусил губу. В голове тут же вспыхнула мысль о том, как было бы хорошо в конце месяца на море съездить вдвоём. — Лау…       — Ась? — немного-таки разогрев другу руки, студент приобнял его и прижал к себе, глядя в потолок       — В конце месяца отвезёшь меня на море?       — Даже через неделю могу, чтоб подольше побыть там       — Нет, именно в конце месяца. Ну, точнее, за два дня до его окончания.       — Чего так строго? — просьба немного удивила Лау, так что он немного нахмурился и приподнял голову, глядя на «малого». — За два дня… туда ехать только несколько часов       — Мне надо так. Понимаешь? — парень смотрел очень серьёзно, а из ноздри торчала уже совсем мокрая красная ватка.       — Мне стоит знать, почему?.. — ощущения были смутными и какими-то совсем неприятными, а молодой человек подтянул Лари выше и откинулся обратно головой на кровать       — Хочу полюбоваться на море подольше. Тем более, я там от силы пару раз был, — Ларк всё также смотрел в глаза своего друга, несколько удручённо думая о чём-то своём. Чём-то, что он не скажет ни под каким предлогом.       — Ну тогда будет логично поехать пораньше, разве нет? — кажется, что кое-кто запутался совсем, а пальцы слегка стиснули чужой свитер       — Нет. Так не пойдёт, — Донси потихоньку начинал закипать с того, что друг не понимал его намерений. А они были кристально чисты и ясны, правда, наверное, только самому Ларку. Парень вывернулся из объятий, сел на край кровати и вытащил ватку из носа. — Ты только на меня посмотри, каким я стал… Мне осталось буквально три недели, а так понять мою просьбу сложно что ли?.. — выбросив красный комочек в мусорку, студент весь нахохлился, обнимая себя за плечи.       — Я пытаюсь понять тебя, но ты сам себе противоречишь. Сначала говоришь, чтобы я отвёз тебя на море в конце месяца, но при этом хочешь полюбоваться на него подольше. Я запутался…       — Неважно уже тогда… Просто, не забудь о моей просьбе, — встав, Ларк направился на кухню, чтобы заварить себе чай и немного успокоиться. Он уже всё решил за себя и за Лауро, так что оставалось только дожить до конца месяца, точнее, за два дня до конца. И «дожить» тут будет в буквальном смысле.       — Да не забуду я, — вздохнув, брюнет сухо шмыгнул носом и задумчиво напел себе под нос что-то коротенькое и немного мурчащее

***

      Ещё неделя пролетела незаметно, таблетки исправно выпивались, периодически происходили ситуации из разряда «пиздец ночной», но в целом всё шло как обычно. Летние каникулы, конечно, лучшие и надо нормально отдыхать, но… Но для Ларка всё иначе. Он перестал нормально из дома выходить и то для того, чтобы осуществить все свои хотелки. Лавандовые кудри, тату на запястье, небольшой пирсинг на верхнюю часть уха, огромный плюшевый медведь — всё это парни успели выполнить за прошедшую неделю. Сидя сейчас на кухне, Донси молча рисовал что-то на огрызке старой тетради, больше выводя какие-то линии нежели нормально рисуя. Джоэл и Лиса пару раз наведывались к ребятам, отчего приходилось прятать таблетки, вату и мусор заранее выносить, чтобы друзья не узнали, что их драгоценный Лари болен.       Лауро сейчас просто спал, развалившись на всю кровать и накрывшись пледом. Как его умудрилось продуть до простуды и где, он был без понятия, но, слава Богу, ничего даже отдалённо серьёзного не было, просто чуть-чуть побаливало горло, была небольшая температура с редким кашлем и постоянно клонило спать. Ну, в последние пару дней точно. Хотя когда Ларк куда-то собирался, Шеффер тоже начинал одеваться, ибо «как же принцесса без телохранителя будет». Прошелестев в сторону кровати друга, парень молча забрался под плед и лёг спиной к старшему, свернувшись в клубок. Лари знал, что Лауро болеет, но всё равно особо ничем не мог помочь при этом не перепутав свои таблетки от головной боли с обычным аспирином. Сейчас студент просто лежал и смотрел в стенку, стараясь особо не шевелиться. За окном шёл дождь, отчего в этот полдень было мрачно, серо и уныло.       — М… — подняв одну руку, Шеф сгреб Ларка к себе, утыкаясь носом куда-то ему в плечо. Немного чувствовалось, что лицо горячее, но это было больше похоже на то, как кровь приливает к лицу, нежели на жар. Что же ему снилось, брюнет не понимал и сам, только изредка отфыркивался от лезущих в лицо синеватых прядей (осветлить получилось немного, посему и было приняло решение покраситься в синий). Донси лежал неподвижно, всё также втыкая куда-то в стенку. Он бы и дальше так лежал, если бы не будильник, который зазвонил где-то на кухне. — Да блять…       — Спи давай, это мне таблетки надо принимать, — погладив по синей макушке, парень ловко выбрался из объятий и потрусил на кухню. Тихо пхикнув, старший просто перевернулся и сел, потягиваясь. Последние минут двадцать он не спал, но и вставать повода не было, так что будильник разбудил его окончательно       — Да я знаю… — выпив всё очень тщательно, Ларк сел за стол и зажал между ладонями кружку с чаем. Он опять мёрз, опять чувствовал себя каким-то подавленным и обузой для Шеффера. Особенно последнее сильно его гложило; уронив на поверхность стола пару солёных капель, студент быстро стёр их рукавом свитера.       — Ларь, в чайнике ещё кипяток есть?       — Угу, — только и получилось ответить поникшему парню, снова стирая слёзы с лица. Погода давила, болезнь давила, простуда Лаура тоже давила. Всё вокруг сегодня казалось не таким, каким-то чертовски раздражающим и печальным.       — Ну что такое, м? — решив, что друг намного важнее чая, Лау подошёл сзади и тихонько приобнял мальца со спины, наклоняясь и тыкаясь лицом в макушку. — Что случилось, что ты расстроился?       — Тебе не кажется, что я для тебя как обуза? — Ларк шмыгнул носом, отпивая из своей вычурно-цветастой кружки с узором как на лужах бензина. Эту кружку ему Лауро купил и подарил, отчего веснушчатый снова шмыгнул.       — Нет конечно, ты что, обалдел? — вырвалось у студента, а сам он отстранился и заглянул товарищу в лицо, хлопнув глазками. — Ни в коем разе, даже не думай об этом       — Ты вот сейчас болеешь, а я даже нормально тебе не могу помочь, при этом не спутав свои таблетки с твоими, — крупные слёзы предательски скатились по веснушчатым щекам, а сам Ларк прикусил губу и отвёл взгляд куда-то в сторону.       — Лари, я не болею, это просто лёгкая простуда, у меня ни кашля особо нет ни температуры, так что беспокоиться не о чем, — с этими словами Лауро коснулся губами лба Донси и слегка боднул его носом. — Мне даже лекарства не нужны, так что можно вообще не заморачиваться       — А вдруг хуже станет? — совсем тихо поинтересовался студент, хмурясь.       — Не бойся, не станет       — Не верю, — боднув друга в лоб, Лари опустил голову, смотря на свои штаны с белками и рукава бежевого свитера. В ухе качнулась серьга с длинной цепочкой, отчего можно было услышать тихий звон; карие глаза упёрлись взглядом в татуировку на запястье, отчего Донси пуще прежнего заплакал. Волна в миниатюре и в цвете, под ней подпись острым почерком «Saint» — «Святой».       — Почему? — присев на одно колено, Шеф обнял сокурсника за талию и уткнулся лицом в грудь. — Лари… ну не плачь, пожалуйста, — а то и он сейчас плакать будет       — Да как тут людям после всего, что с нами за последние две недели произошло, верить? — Донси честно старался не плакать навзрыд, но получалось ровно наоборот. Он не хотел умирать не посмотрев на море, не выполнив других дел, которые были для него важны. Такие истерики уже были раза два-три, но без участия Лауро.       — Мне ты можешь верить, у меня нет резона тебя обманывать, солнце…       — Лаур, ты блин понимаешь, что мне немного осталось?.. Я ж. Я ж нормально так и не допёр до четвёртого курса-а-а…! — в конце парень сорвался на вой, зажав рот рукавом свитера. Всё, накрыло по полной программе, отчего тело стало трясти как банный лист. «Да бля…» — отвечать ничего вслух старший не стал, только покрепче прижал к себе Ларка и, приподнявшись, поставил подбородок ему не плечо, гладя по спине и голове и стараясь хотя бы мало-мальски успокоить. — Я на Рождество хотел Лисе в любви признаться! — с горяча выдал свой самый сокровенный секрет Донси. Ему много чего хотелось, но конкретно сейчас уткнуться в старшего и плакать, плакать, плакать. Пока всё слёзы не кончатся.       — Ох ты ж… — взвыв совсем уж отчаянно, Ларк уткнулся в шею друга, сжав в кулаки его футболку на спине. Он, конечно, очень любил одногруппницу, но именно сейчас рядом с ним был Лауро. И мозг по какой-то странной причине начал думать в неправильную сторону. Сторону того, что сердцу не прикажешь и любовь к Шефферу уже давно существует, отчего веснушчатый снова взвыл, но уже тише. Говорить было совершенно нечего, посему брюнет просто глухо медленно выдохнул и немного прикрыл глаза, глядя на стол из-под ресниц. Пусть младший поплачет, если ему так будет легче, главное, чтобы ему было относительно комфортно; у Лаура же сердце сжималось, когда до ушей долетали всхлипы и подвывания, но молодой человек держался       Минут через пятнадцать парень затих и обмяк, тихо сопя в шею Шеффера. Нет, он не спал, просто молчал во благо себе и начинающей болеть голове. Всё же, после истерик она болела сильнее, чем при обычных приступах.       — Маленький мой… — едва слышно прошептал голубоглазый и мягко прижал юнца крепче, упираясь теперь щекой в чужое плечо вздыхая       — Пойдём ночью в парк?.. В банку хочу немного клевера нарвать… — тихо выдохнул Ларк, смотря опухшими глазами на потолок.       — Конечно пойдем, а потом можем в круглосуточный суши-бар заглянуть, если хочешь       — Хочу… И кофе возьмём с лавандой, — поёрзав в чужих объятиях, Донси чуть отстранился и глянул в глаза друга. Что-то в голове крутилось, а взгляд был таким печальным-печальным, будто щенка на улице бросили.       — Возьмём, и я сладкого куплю, — подбадривающе улыбнувшись, парень приблизился и прислонился лбом к чужому лбу, продолжая обнимать и закрывая глаза; опять сон смаривал. Осмелев, Ларк мягко поцеловал в уголок губ, после же опустил взгляд куда-то на рукав своего свитера. И стыдно, и страшно, и неловко — весь этот коктейль сейчас создавал что-то похожее на отчаянную попытку доказать себе, что он кому-то в этом мире нужен. — А… — быстро разлепив веки и хлопнув глазками, Шеффер недоумённо посмотрел на младшего и отстранился на расстояние в половину вытянутых рук. — Это что было?       — Ничего… — совсем тихо произнёс веснушчатый, пытаясь опять не заплакать. Хватит с него на сегодня. — Не бери в голову…       — Ладно, — вздохнув, Лауро немного сполз вниз и снова обнял «мелкого», только теперь упёрся виском и щекой в его грудь в районе солнечного сплетения. Маленький такой, костлявенький, но тёплый…       Два дня прошло с того разговора и этого неловкого поцелуя, но Ларк не давал себе повода думать о том, что у них с Лауро что-то могло бы получиться. Посему, лёжа сейчас у себя на кровати после очередного приступа носокрови и головной боли, бледный и болезненно худой студент обнимал плюшевого медведя, ткнувшись в него холодным носом. Одеяло от холода не спасало, хотя на улице тоже было прохладно этим ранним туманным утром. В коридоре послышались шаги, осторожные такие, чуть шаркающие и явно босыми ногами; тихонько войдя в комнату, что была залита приглушенным предрассветным полумраком, Лаур приблизился к чужой кровати, немного постоял и, явно недолго поразмышляв о чём-то, устроился у хозяина спального места за спиной, обнимая его горячими от накатившего жара руками. Да, в последние пару дней всё было хорошо, но сегодня ночью градус всё же подскочил, отчего брюнет почти не спал. А ближе к утру подумал, что Лари мог ночью замёрзнуть, так что не придумал ничего лучше, чем попытаться сделать комфортный обоим обмен — Шеф получит нужную ему прохладу, Донси — тепло       — Ты чего такой горячий? — сипло поинтересовался Лари, хмурясь. Лицо от медведя парень не отрывал, пытаясь таким образом согреть его хотя бы немного. Но и не нравилось студенту то, что друг так сильно температурит.       — Тебя согреть пытаюсь…       — Я и так в пушистом всём лежу и нихрена ничего не греет, — честно пожаловался младший, после выпустил игрушку и отпихнул её к стенке. Повернувшись лицом к другу, Ларк ледяной ладонью погладил горячую щёку старшего, всё также хмурясь на его безрассудство.       — Попытка не пытка, — приоткрыв один глаз, брюнет слегка улыбнулся и потёрся лицом о довольно маленькую ладошку, что-то муркнув. — Не хмурься, хороший, нормально всё со мной       — Не нормально… Ты не забыл, что через пару дней должен меня на море отвезти? Если ты к тому времени не выздоровеешь, я сам поеду, — парень ещё сильнее нахмурился, после чего убрал ладонь с щёки, смотря прямо в глаза. В полумраке, конечно, не особо было видно, как собственные на мокром месте в очередной раз; полежав и подумав о чём-то своём, Донси приблизился к лицу Лаура. Потрескавшиеся сухие губы коснулись сначала переносицы, лба, а уже после робко утянули в поцелуй. Стоило пробовать всё, жить один раз в буквальном смысле оставалось недолго.       — Я просто горячий, ничего не болит и я себя чувствую вполне хорошо, — пробормотал старший в недолгом перерыве между первым совсем уж неловким поцелуем и вторым, коий был уже лучше и по его инициативе. — А за руль тебе нельзя…~       — Да знаю я, — проворчал Ларк, снова целуя, уже по-настойчивей. Руки обвили шею старшего, ноги же талию, а сам студент прижался поближе. Он мог заразиться, но что такое простуда по сравнению с опухолью? Ничего.       — Ме-елкий…~       — Что? — прервавшись, Донси чуть сонно глянул на старшего. Кажется, кого-то начинало потихоньку смаривать и утаскивать в царство Морфея.       — Ничего, поспи, — усмехнувшись, молодой человек прислонил Донси лицом к плечу и обнял за талию, ставя подбородок на макушку. — Я всё же попробую тебя немного согреть       — Ага, а потом коней двинешь от температуры… — в конце фразы получилось только зевнуть. — Я тебя люблю… — едва слышно выдохнул веснушчатый, позволив себе немного расслабиться.       — Не волнуйся, не двину, я лекарство выпил да и не позволю себе сдохнуть раньше

***

      Как и обещал, Лауро вёз сейчас младшего в своей машине на море. Сидя на переднем сидении с открытым окном, парень любовался видами, открывшимися его глазам: леса с огромными деревьями, иногда мелькали какие-то степи, но больше, конечно, было лесов. Зарываясь лицом в ворот своего свитера, Ларк глядел на всё это с потаённым восхищением. Они выехали рано утром, перед этим собрав все необходимые вещи для двухдневного пикника и, не забывая самое главное, все лекарства. В машине специально для Донси был включён обогреватель, хотя за окном было жарко и температура снова была за плюс двадцать. На лице с впалыми глазами и щеками играла робкая, едва заметная улыбка, а тонкие пальцы перебирали ткань на узких джинсах.       — Ну, как тебе? — вообще, машина была отцовская, но водительские права у Шеффера имелись, год назад получил. Вот правда, личного авто, увы, пока не имелось, что, впрочем, Лаура не смущало от слова совсем; сейчас он сидел в одних шортах и майке, пока на ногах были сандали, а то жарко сильно       — Красиво… — довольно протянул младший, смотря на виды за окном чуть ли не с обожанием. Всего один месяц, но Ларк так изменился: стал замкнутым, нервным, иногда слишком истеричным, но… Но в тоже время научился принимать решения, связанные с его здоровьем так, чтобы не вредить и себе, и Лауру, когда случалась какая-то непредвиденная ситуация.       — Ты тоже очень красивый, вон как глаза горят)       — Ты, между прочим, это говоришь живому скелету… — прозвучало как-то горько, но тем не менее более бодро, чем можно было ожидать. Оперевшись плечом о дверь, парень сложил руки на груди. — Ты моим всё рассказал, как я тебя просил? — парень было открыл рот, чтобы что-то ответить, но на вопрос тут же закрыл и промолчал около минуты, прежде чем тихо пробормотал       — Я не смог       — Я же просил тебя… Почему ты не… — поморщившись, Ларк глубоко вздохнул и выдохнул, пытаясь отогнать подступающий к горлу ком. Посидев так в тишине, он продолжил. — Ладно, не твоя вина. Я бы и сам мог сказать, но ты понимаешь, что потом было бы после сказанного.       — Я не смог, потому что просто, блять, не смог, всё…       — Проехали… Два дня оставшихся полностью наши, — хорошенько выделив последнее слово, Ларк чуть улыбнулся уголком губ. Хотелось кое что-то попробовать с Лауро, но пока данная задумка оставалась в тайне.       — Не напоминай, — снова протерев глаза, брюнет ненадолго повернулся к младшему и несколько секунд спустя обратно перевёл глаза на дорогу. Не показывал Лауро этого, но в последние несколько ночей он просто тупо плакал, пока не засыпал. И ни звуком, ни видом старался не показывать свою боль, коя просто выжирала его изнутри как огонь       — А вообще, знаешь, я тут подумал. Давай на пляже, как только приедем и расположимся, корзинку с ракушками соберём? — Ларку тоже было больно, но он скрывал это за хорошим настроением. И неважно, насколько сильно болело, главное, что хотелось сделать оставшиеся дни самыми яркими и запоминающимися.       — Давай попробуем, — эта затея его улыбнула, так что по ямочкам на щеках стало заметно, что и старший улыбнулся       — О, а ещё, зефир на костре вечером пожарим! И, и… И колбаски! — кажется, кое кто слишком сильно оживился, отчего карие глазята загорелись азартом.       — Я, кстати, нашёл интересный способ поджарить охотничьи колбаски, тебе должно понравиться       — Вот и замечательно.       Через два часа парни наконец-то добрались до нужного пляжа, отчего Донси с довольным урчанием сейчас потягивался на улице. Море омывало небольшой скалистый залив, в коем им предстояло провести два дня. Песок под ногами был в некоторых местах усеян мелкими остравками зелёной травы, остальное же — сплошной песок. Вытащив из багажника палатку, свой рюкзак и небольшую корзинку, — с последним Ларк спустился с холмика, где они припарковались, — веснушчатый побежал собирать ракушки. Радости не было предела, морской воздух приятно щекотал нос и горло, отчего Ларк только шире улыбался. Шеффер пока выходить не спешил, что-то там копошился в машине; сначала в бардачке полазил, достал небольшой бутылёк со спиртом, зажигалку и маленькую коробочку с чем-то. Затем уже перелез назад, чтобы найти сандали, кои ему в какой-то момент натёрли и кои он кинул куда-то назад       — Лау, смотри! — помахав руками, парень задорно улыбнулся и поднял корзинку над собой в одной руке, в другой же держал огромную полосатую ракушку. Несмотря на то, что теперь Донси был как ходячий скелет в глубоко впалых глазах не гас огонёк азарта и веселья.       — Сейчас подойду, погоди! — улыбнувшись такому восторгу, молодой человек таки нашёл обувь, но уже решил не обуваться и вышел, сразу погрязая ступнями в песок и закрывая машину. Сунув ракушку в корзинку, парень быстро стал рыскать вокруг себя в поисках других даров природы, периодически поправляя светло-фиолетовые кудри. По мере поисков, ёмкость наполнялась ракушками разных размеров, расцветок и форм, отчего восторг Ларка можно было описать как «рад любой мелочь, только покажи». — Смотри какие, — Лау раскрыл ладонь и показал на ней несколько завитых в конус ракушек разных размеров и цветов. Самая большая была размером где-то в две трети большого пальца, другие и того мельче       — Кидай сюда, — протянув корзинку, Ларк глянул на старшего очень уж умильно. Ссыпав ракушки к остальным, мужчина подошёл ближе, забрал лукошко и, встав почти вплотную, чмокнул товарища в переносицу. — Лау, слушай… — парень хлопнул глазами, обвив руками шею старшего. Глядя прямо в глаза напротив, студент весь как-то густо покраснел. Ну не очень приличная идея пришла в его голову. То ли морской воздух так на него повлиял, то ли что; прикусив губу, Донси бегал взглядом по лицу Шеффера.       — Что ты уже удумал? судя по щекам, что-то этакое       — Ну… — Ларк так просто вслух не мог сказать, потому надеялся, что друг его поймёт по другим признакам. Говорить вслух Шеф тоже не собирался, только плутовски прищурился и приподнял одну бровь, слегка наклоняя голову. — Ты явно надо мной издеваешься… — несколько обиженно отозвался Ларк, краснея пуще прежнего.       — Да нет вроде, — муркнул брюнет, наклоняясь и касаясь губами чужих. — Впринципе, можно устроить, если так сильно хочется, только ближе к вечеру, когда стемнеет, — Ларк совсем красным стал, как рак, посему только глаза вниз опустил и ещё больше губу закусил. Горело, чесало, рвало изнутри — приятное, но одновременно гадкое чувство. — Какой ты милый, когда смущаешься       — Не говори так…       — Маленький и хорошенький, — в голосе сквозила улыбка, да и сам студент развеселился немного. — Пойдём купаться?       — Пошли, — уши малиновым пылали, но всё же хотелось в воду залезть.       — Тогда давай, кидай вещи и погнали, — отстранившись и мягко бросив корзинку в песок, Шеффер стянул с себя майку и шорты и рванул в сторону водоёма, громко улюлюкая

***

      Сидя у костра, Донси жарил на палочке пару зефирок. После насыщенного дня со сбором ракушек, купанием и небольшим загоранием, Ларк был спокоен как вода в море, тихо накатывающая на песчаный берег пляжа. Оранжевые языки пламени улетали вверх мелкими шмелями, дрова в костре трещали и несли с собой тепло вместе с ароматом зефира. После выпитых таблеток Ларк чувствовал себя получше, чем до этого, а вата в носу почти перестала его беспокоить.       — Будем колбаски жарить? — усмехнувшись, Лауро дорезал последнюю колбаску и тихо вздохнул, поднимая глаза на младшего и щурясь от сильно яркого ему пламени. — И мне хоть зефирок пару штук оставь, я тоже хочу       — Оставлю, не волнуйся. А колбаски, да, будем жарить, — несколько заторможенно отозвался Донси, чуть хмурясь. Он глубоко задумался о чём-то своём, посему был рассеян. Кивнув, старший покидал равные кусочки в котелок, залил спиртом и, тихо помолившись, поджёг. Огонь взметнулся тут же, а меньше чем минуту спустя закрыл крышкой, дабы перекрыть кислород и не сжечь ужин. Ларк смотрел на это с удивилением и немного испуганно, что чуть не переплавил зефирки. Убрав их от костра подальше, парень решил попробовать одну. Аккуратно сняв вкусность с палки, Ларк надкусил вязкую субстанцию, довольно мыча от вкуса. Горячо и до умопомрачения вкусно.       — Ну-с, будете пробовать, сударь?       — Буфу, — проурчал Донси с набитым ртом, хлопая глазками. Немного подождав, пока остынет, Лаур взял один кусочек в пальцы и приблизил ко рту товарища, мол открывай рот. Дожевав зефир, парень тут же ловко выхватил колбасу, медленно разжёвывая. Мягко говоря, сочетание зефира и колбасы показалось очень необычным, отчего Ларк прикрыл глаза, восторженно выдыхая. — Бля, слушай, тебе бы в повары идти.       — Скорее моему папе, его рецепт, — усмехнувшись, старший тоже закинул себе в рот такой же горячий кусочек и довольно заурчал, стараясь как-то быстро охладить себе полыхающий рот       — Слушай, а сочетание зефира и колбасок отрадное, — Донси взял ещё одну, довольно жуя вместе с подостывшим зефиром.       — Верю, но проверять, пожалуй, не буду       — Да ты только попробуй, — состроив щенячьи глазки, парень чуть надулся, немного хмурясь. Всё таки он тут старается как-то поднять настроение чуть поникшему Лауро, а он… Ларк уже давно заметил, что с его другом что-то не то ещё в машине, посему решил для себя, что оставшееся время будет делать всё, чтобы оставить после себя только хорошие воспоминания.       — Ладно, только для тебя, — показательно закатив глаза, старший пододвинулся несколько ближе и открыл рот, мол корми мама-птица. Да, в груди стоял крупный болючий ком, но вместе с тем было весело, насколько это было вообще могло было быть так. — Давай, только если что, я буду плеваться, малыш       — Ладно, ты только несильно, а то я в тебя швырну тем, что ты выплюнешь, — Ларк фыркнул и улыбнулся уголками губ, кладя остывшую зефирку в рот. Было несколько досадно от того, что ночь на дворе стояла, а дневная хотелка никак не хотела исчезать.       — Мгм, — от тёплой вкусняшки старший сам чуть не растаял, но на деле просто громко муркнул и прижался к чужому плечу подбородком, ластясь       — Ну вот, а ты ещё и пробовать не хотел, — пхикнув, парень мягко погладил по синей макушке, чуть улыбаясь.       — У меня только зефирка, — тихо выдохнув, Лаур слегка улыбнулся и прикрыл глаза, обнимая своего мелкого за талию и тихо сопя носом. Тут классно было, уютно и хорошо       — Слушай, Лау… Ты, кхм, не забыл кое-что сделать, что обещал мне днём? — дико покраснев аки маки в поле, Донси спрятал лицо в чужой шевелюре. Вот стыдно было так думать, но ведь невозможно всё так долго скрывать. Несколько секунд молчания, после чего Шеффер проглотил сладость, прижал к себе Лари и прихватил губами его шею, чуть оттягивая губами кожу. Внутри что-то перевернулось, и через ещё пару таких действий юнца таки укусили. — Кх! — поджав губы в тонкую полосу, Ларк совсем как помидор стал. Обвив старшего всеми конечностями, студент руками залез под майку, проводя пальцами по груди и животу сверху вниз и обратно.       — Маленький ты такой, хрупкий…~ — приглушённый шёпот обжигал ухо дыханием, а брюнет отставил зефирки и корзинку с ракушками в сторону, мягко укладывая сокурсника на подстилку на песке и целуя в щёку. — Хороший мой… — Ларк смотрел на старшего снизу вверх, прикусив губу и чуть прикрыв глаза. Разрывало от приятных ощущений, да и просто поближе хотелось быть; руки с невозможно холодными пальцами так и скользили по чужому торсу нарочито медленно. Смотреть на Лаура было невозможно без дикого смущения, тем не менее, иногда веснушчатый бросал робкие взгляды из-под ресниц. — Скажи что-нибудь, м? Хочу тебя тоже слышать, чтоб не я один говорил…       — Да что ж говорить то?.. — Донси чуть нахмурился, но поймал ладонями лицо Шеффера, мягко поглаживая большими пальцами по скулам. — Ты красивый, хороший, заботливый… И вообще, лучшего достоин, чем я, — можно было почувствовать, как голубоглазый раскраснелся, но тем не менее тёплая рука полезла под одежду, очерчивая тазовые косточки и худющие бока       — Нежный такой, от тебя сейчас солью вкусно пахнет       — Ага, с примесью зефира, — парень фыркнул и потянулся за поцелуем, сминая чужие губы довольно жадно. Просто потому что хотелось.       — Мгм, — привкус жареной колбаски немного насмешил Шефа, отчего он слегка улыбнулся и закрыл глаза, целуя глубже и мягко проводя языком по ровному ряду зубов. Закинув руки на плечи старшего, парень чуть прогнулся в спине, прижимаясь ближе. Донельзя холодный даже в тёплой одежде, Ларк сам искал тепло напротив. Пальцы зарылись в синие волосы, слегка сжимая в кулаке, когда из груди вырвался тихий довольный стон. Оторвавшись от лица, Лауро принялся мягко и аккуратно зацеловывать руки партнёра от запястий до плеч, постепенно закатывая рукава, а после только проникая лицом в широкое горло, чтобы и там что-нибудь поцеловать       — Лаур… — проурчал младший, откинув голову назад и вздрагивая от поцелуев. Несчастно горело где-то внутри, сам же парень едва ёрзал на месте под тяжёлым сокурсником.       — Что, солнышко?..       — Жарко в свитере… — а жарко действительно было, ещё и как. Без каких-то лишних слов брюнет лизнул товарища в шею и начал потихоньку стягивать с него свитер, стараясь и не навалиться, и не сильно вставать. Послушно вытянув руки вверх, чтобы легче было снять ненужную вещь, Ларк довольно застонал, как только свитер отлетел в сторону. Болезненно худое тело с выпирающими костями везде, где только можно, сейчас не особо волновало Донси. Главное было понять, что он нужен, что не просто же так они делают это прям тут, на безлюдном пляже.       — Что ж я тебя, такого красивого, раньше не рассматривал, — касаясь языком ореола соска, прошептал Лау и поднял глаза на младшенького, отчего казалось, будто он или глаза закатывает, или подчиняется       — Да я ж как скелет… — тяжело выдохнул Лари, сжав чужое плечо так, как мог.       — Ты всегда красивый, и тогда был, и сейчас       — Не неси чепуху, — шикнул парень, прикусив губу и прикрыв глаза.       — Правда, честно-честно, — муркнув, Шеффер наклонился над шеей, немного подумал и вздохнул, обдавая кожу дыханием и целуя. — Маленький мальчик…       …Последние угольки в костре медленно догорали, пока парни расположились в машине. Палатку было лень раскладывать, посему сейчас Ларк валялся на старшем, щуря глаза от света лампы над бардачком в салоне. Сидения они откинули ещё днём, чтобы если что, прятаться от жары, но сейчас ребята готовились ко сну. Завтра предстоит ещё немного порезвиться и уже после ехать домой. Завернувшись в плед и положив голову на грудь Лаура, веснушчатый довольно улыбнулся уголками губ.       — Знаешь, Лау… Это было офигенно.       — Рад, что тебе понравилось, — стараясь не сильно шевелиться, чтобы не нарушать идиллию, Лауро слегка улыбнулся и прикрыл глаза, лениво поглаживая молодого человека по голове. Ощущение полёта всё не отпускало, коленки едва заметно подрагивали до сих пор, да и вообще легко было, а в голове, что называется, единороги джигу отплясывали       — Тебе не кажется, что ты себя как дома чувствуешь? — приподняв голову, Ларк глянул на сонного товарища. — Что вот прям сейчас, ты по-настоящему дома.       — Кажется, наверно, немножко, но, кроме тебя, я сейчас вообще особо ничего не чувствую. Может ещё бабочки какие-то…       — Честно скажу, тоже самое. Ну и немного напоминает что-то в духе какой-то там философии с нашего юрфака, — Донси фыркнул и улыбнулся уголками губ, чмокнув старшего в щёку. — «Это была долгая дорога домой», как сказал один препод, а чья именно цитата, не знаю.       — Это ты к чему? — в голосе прозвучала сонная улыбка, а студент подсадил друга на себе чуть выше и, подняв голову, тыкнулся носом в волосы. — Дымом от тебя несёт…)       — Я себя как дома ни с кем не чувствовал, как с тобой, — на запах про дым Ларк усмехнулся и поудобнее устроился на сокурснике. Прикрыв глаза, веснушчатый устало вздохнул и чуть поморщился от лезущих в лицо волос.       — Мне это как комплимент воспринимать или ты просто привык, что мы живём в одной квартире? — молодой человек глухо уркнул и поднял лицо к потолку, глядя на ручку над задней пассажирской дверью и немного задумываясь. Затем послышалось тихое. — Буду как комплимент, мне тоже с тобой хорошо. И было, и сейчас       — Угу, считай, что комплимент. Спокойной ночи, Лау, — последнюю фразу Ларк не услышал или сделал вид, что не услышал. Ещё немного поёрзав, парень совсем расслабился, напоследок перед тем, как в сон провалится, проурчав. — Долгая дорога домой… Но она того стоила.       — Спокойной ночи, маленький мой, — музыку единороги выключили и отрубились мертвецки пьяным сном, а мужчина, послушав несколько минут блаженную тишину с шуршанием волн и редкими сверчками, скоро тоже постепенно провалился в сон… И он ушёл. Тихо, неслышно, будто затаил дыхание. Солнце проникало в окно машины, играя бликами в сиреневых кудряшках, на бледном лице с веснушками и пушистых ресницах. Расслабленно выглядели и приоткрытые губы, сам парень под пледом расстянулся во весь рост, неподвижно закинув руку на чужую талию. На рассвете, когда солнце только-только вставало из-за горизонта, Ларк Донси ушёл туда, где его место. Домой. По длинной, долгой дороге домой.