Wise as an Old Qrow / Мудрый как старый Кроу / Мудрый как старый ворон

      Несмотря на то, что ему отчаянно хотелось подразнить Уиллоу и своих старых товарищей по команде, сделать это было непросто. Они с Гретхен приветствовали их возвращение в Бикон с самодовольными улыбками, но встретили четырех подростков, выглядящих настолько несчастно и жалко, что их улыбки не смогли удержаться на их лицах. Рейвен, споткнувшись, шлепнулась на землю, судорожно глотая воздух в попытке прочистить пустой желудок. Саммер, пошатываясь, спускавшаяся по трапу, выглядела не лучше.       Издеваться над ними было бы неправильно.       И тут Рейвен увидела его.       — Ч-что с тобой случилось? — спросила она с искаженным от боли голосом.       — Мне пришлось встать между бандиткой и старушкой.       — Ох. Хорошо, — то, что Рейвен приняла такой ответ, свидетельствовало о том, как плохо она себя чувствовала. — Круто. Я… Э-э-э… Чертов Тайянг, — прошипела она ему, все еще продолжая стоять на четвереньках. — Я бы предпочла, чтобы он выиграл пари, и мне пришлось пойти с ним на свидание, а не страдать от этого. У-у-у…       Тайянг, вероятно, тоже хотел, чтобы все было наоборот. На этот раз он пропустил открытый гол, хотя, если быть честным, не так-то просто запомнить растения за одни выходные. Это требовало времени и практики, а опознавать растения в дикой природе никогда не было так же просто, как на страницах учебника. По крайней мере, Кроу так полагал. На самом деле ему никогда не нужно было знать, потому что он, умея летать, мог избежать неприятностей.       — Вы пришли нас встретить, — прошептала Саммер настолько счастливо (в буквальном смысле этого слова), что Гретхен и Кроу от неловкости начали переступать с ноги на ногу.       — Д-да, — солгала Гретхен. — Мы пришли именно поэтому. Хм… Может быть, вам всем следует отправиться в лазарет?       — С командой все в порядке, — сказал пилот, закрывая за ними люк, поскольку школьники не имели на этого сил. — Они были тщательно осмотрены, когда мы прилетели их забирать. Они себя ужасно чувствуют, но это будет для них хорошим уроком, чтобы быть в будущем более осторожными.       — Да пошел ты…       — Ты хочешь, чтобы я заставил тебя почистить буллхед изнутри, малышка? — пилот повернулся к Рейвен и приподнял бровь.       Рейвен, что-то проворчав, плюхнулась на землю.       — Да, я так и думал. Из-за вас, сопляков, от моей птички теперь воняет блевотиной.       Продолжая ворчать, мужчина утопал прочь, без сомнения желая принять душ, чтобы смыть зловоние, созданное четырьмя подростками, запертыми в тесном помещении. Блин. А он думал, что их поход прошел неудачно.       — Я бы предложил помочь тебе добраться до общежития, но у меня немного повреждена рука, — Кроу, насколько смог, опустился на колени перед Рейвен.       — Я… Со мной все будет в порядке, — Рейвен перевернулась на спину. — Оставь меня здесь умирать.       — Неужели все настолько плохо?       — Очевидно, мы съели грибы, зараженные паралитическими токсинами, — сообщила Уиллоу. Увидев его вскинутую бровь, она решила объяснить подробнее: — Когда мы сообщили о своем недомогании, учителя потребовали от нас показать по свитку, что мы ели. Они убедились, что ничего из этого не приведет к летальному исходу, а затем, когда станет ясно, что мы выживем, приказали нам самим разбираться с последствиями.       — О, мы с ними долго разбирались, — прошипел Тайянг. — Мы, должно быть, обеспечили удобрениями целую экосистему.       Это был суровый, полный любви урок. Это никогда бы не прокатило в Сигнале с маленькими детьми, но когда приходило время поступать в Бикон, ты должен был уметь постоять за себя. Оставалось всего четыре года до того, как это станет вопросом жизни и смерти в поле. Лучше они, отравившись, выучат урок сейчас, чем потом.       Кроу и Гретхен в конце концов сдались и решили остаться с ними. У команды не было сил подниматься по лестнице в свое общежитие. Гретхен не бросила его, на что в этот раз Уиллоу и Саммер, казалось, не возражали. Они либо слишком плохо себя чувствовали, чтобы обращать на это внимание, либо поняли, что Гретхен сделала это, чтобы помочь, если ему с наложенным на одну руку гипсом что-нибудь понадобится.       Оказалось, что инцидент с грибами произошел не только по вине Тайянга. Пусть именно он собрал, но остальные смогли опознать в них ядовитые и отказались их есть. Ошибка заключалась в том, что они недостаточно тщательно очистили съедобные грибы, поэтому некоторые споры и токсины из первых попали на вторые, которые они приготовили недостаточно тщательно, чтобы полностью от них избавиться. Такая глупая ошибка, но детям её легко совершить, привыкнув к таким вещам, как кухонная плита и духовка, которые позволяют следить за тем, чтобы еда была приготовлена до конца.       Так что, в конце концов, на самом деле Тай не был виноват. Но он и не преуспел, поэтому Рейвен решила, что не обязана идти с ним свидание. Похоже, парня это не слишком беспокоило. Ему было слишком плохо, чтобы обращать на это внимание. В конце концов, они спросили об их команде, и Гретхен решила вместо Кроу взять рассказ на себя.       — Блин, обеим нашим командам пришлось несладко, — подытожил Тайянг. — Боже. Мы, должно быть, были прокляты или что-то в этом роде.       — Насколько сильна была твоя противница? — спросила Рейвен, всегда сосредоточенная на выигрыше.       — Очень сильная, — сказал Кроу. — Но она слишком полагалась на своё Проявление, что дорого ей обошлось. Ни секунду не воспринимала меня всерьез.       — Ты бы смог справиться с ней один?       — Ни за что. Я смог победить только потому, что она не воспринимала меня всерьез. Если бы она это сделала, мне бы точно не поздоровилось, — шестьдесят секунд — долгий срок, чтобы противостоять кому-то намного сильнее тебя. — К счастью, мне не пришлось этого делать. Мне просто нужно было отвлечь ее внимание от охотницы.       Рейвен кивнула. Временами его сестра вела себя безрассудно агрессивно, но всегда она делала это намеренно. На самом деле, как и в случаи с Янг, это делалось не по дурости. Они обе знали, когда лучше отказаться от драки. Просто им обоим нравилось драться, словно они жаждущие битвы идиоты.       Они поговорили еще немного. Понятно, что их четверых гораздо больше интересовал поход его команды, чем их собственный. Пищевое отравление было неприятным, но обыденным явлением, в то время как две охотницы, пытающиеся убить друг друга, стали хорошим поводом для сплетен. Рейвен хотела знать все о битве, Тайянг — о Проявлениях, Саммер — об оружии, а Уиллоу — о политике, скрывающейся за всем этим.       — Я не знаю подоплеки всего этого, — ответил он Уиллоу. — После возвращения я встретился с ней и Озпином, чтобы изложить свою точку зрения, но в ответ все, что я от них услышал, это то, что я должен сосредоточиться на уроках и оставить это взрослым, — он беспомощно пожал здоровым плечом. — Вы же знаете, как это бывает с учителями.       Все они пробормотали что-то в знак согласия, давно привыкнув к менталитету «им лучше знать», который в их отношении использовали все учителя. Ты не сможешь получить даже ответа на вопрос, почему сработала пожарная тревога, если они не захотят сами вам рассказать.       Наконец, спустя час, Рейвен заметила то, что упустили другие.       — Подождите! — выпалила она, указывая на них. — Вы сказали, что ваша команда вернулась в Бикон вчера!       — Да… — скривился Кроу.       — Это значит, что вы провалили тест!       Он покраснел.       — Технически это он провалился, — Гретхен указала на него пальцем, небрежным движением переводя стрелки. — У нас все было в порядке.       Рейвен зашлась в хохоте.       — Отвали, сука, — заворчал он. — А вы отравились.       — Но у нас… Ха!.. У нас по-прежнему… Ай!.. У нас еще есть проходной балл! Мы все равно продержались все выходные!       — Она не ошибается, — сказал Тайянг, улыбаясь, как сумасшедший. — Может, нас и выворачивало наизнанку, но мы победили.       — Это никогда не было соревнованием, — нахмурился Кроу.       Видимо, так оно и было, потому что все члены команды SWRT, зайдя в хохоте, стали показывать на них пальцами. Как ни приятно было видеть, что они вчетвером соглашаются с чем-то и ладят друг с другом, Кроу не мог отделаться от ощущения, что план Гретхен прийти и посмеяться над другой командой несколько провалился.

***

      Когда все команды, наконец, вернулись, в Биконе установилась странная рассинхронизация: только у первокурсников были выходные в понедельник и вторник. Учителя «прозрачно» намекнули, что если они хотят повеселиться, то им всем следует отправиться в город, вероятно, потому, что никто не хотел иметь дело с целым потоком бегающих и шумящих по всей академии, пока остальным приходилось учиться.       Первогодок это устраивало. После того, как команда SWRT провела выходные, питаясь растительной пищей, её члены просто до смерти хотели куда-нибудь сходить, и хотя Кроу пригласил и свою команду, но Питер уже успел пообещать навестить свою семью в Горе Гленн, Несса пообещала провести время там же со своими друзьями, а Гретхен тоже собралась уезжать, но только в Вейл, пообещав провести некоторое время с Хейзелом.       Это было странным напоминанием о том, что у каждого в команде была более насыщенная жизнь, чем у него. Каждого кто-то ждал, будь то семья или друзья, в то время как у него не было ничего, кроме старой команды STRQ. У него не было друзей в Сигнале, он забыл о них почти сразу после выпуска. Не то чтобы они вылетели у него из головы — он все еще помнил про Роузбада, и было жаль, что парень не попал в Бикон, — но эти люди просто не были важны для него.       Они не были командой STRQ.       Возможно, с его стороны было немного бессердечно так думать, но правда заключалась в том, что с возрастом поддерживать дружбу становится все труднее. У ребенка может быть двадцать друзей, и он может помнить о них все, не говоря уже о том, чтобы проводить время с каждым из них, но это просто невозможно, когда ты становишься взрослым и у тебя появляется жизнь и работа. Кроу всегда с трудом справлялся с подобными обязательствами, по-настоящему держась только за Тайянга и племянниц. Даже Рейвен он навещал, может быть, раз или два в год, и встречи их редко бывали приятными. Кроме своего лучшего друга и племянниц, он знал, может быть, одного или двух охотников в лицо и по именам, но они были скорее коллегами и товарищами, чем друзьями.       Кроу не думал, что он одинок в своих чувствах. Многим приходилось проходить через это. Насколько ему было известно, у Глинды не было друзей за пределами Бикона, как и у многих его коллег по работе в Сигнале.       «Быть подростком утомительно. Я прошел путь от одного друга и двух племянниц до того, что мне приходиться думать как минимум о семи людях».       Восьми, если считать его нового спарринг-партнера Романа. У него было в восемь раз больше друзей, чем раньше, и находить время для них всех было довольно утомительно. Не говоря уже про Кали и Гиру и его обещание встретиться с семьей Питера вместе с другими членами команды. Это было гораздо большее количество людей, чем он привык иметь дело.       А каждый член команды SWRT сделал это легко. Они болтали, смеялись, шутили и словно слились воедино. То же самое было и с командой STRQ, но Кроу, хоть убей, не мог вспомнить, как это произошло.       — Что за пристальный взгляд? — спросил Тайянг, подходя к нему, пока девушки сплетничали о девчачьих вещах — про патронники, баллистику праха и о том, какие пули могут пробить стальную пластину. — Ты все утро молчишь.       — Я просто думаю, как легко вы все это преподносите.       — Хм?       — Командная работа, — неуверенно произнес он.       — Дела в твоей команде все еще идут плохо? — встревожился Тайянг. — Я думал, вы все уже прояснили.       — Мы прояснили, что я вел себя как эгоистичный придурок, позволив своей обиде из-за того, что не попал в вашу команду, чуть не погубить все на корню, — Тайянг поморщился от воспоминаний или от раздраженного тона Кроу. В основном брюнет злился сам на себя за то, что в то время повел себя как полный мудак. — И мне хочется думать, что теперь мы в хороших отношениях. Мы все ладим, когда проводим время вместе, и поход шел гладко вплоть до появления охотницы. Действительно гладко. Мы справлялись со всем как хорошо… Смазанный механизм.       — Тогда в чем проблема?       — Я думаю, дело в том, что мы не делаем ничего сверх этого. Мы хорошо работаем вместе, но мы не… — Кроу лениво махнул рукой в сторону Рейвен, Уиллоу и Саммер, сейчас смеявшихся над какой-то шуткой. — У нас совсем не так. Мы ладим, когда проводим время вместе, но никогда не прилагаем к созданию встреч никаких усилий, кроме как в случае крайней необходимости.       — Ты думаешь, что вы избегаете друг друга? — хмыкнул Тайянг.       — Нет. В том-то и дело. Если бы это было так, я бы заметил, что между нами возникли трения. Дело не в том, что мы не ладим. Дело в том, что мы… Хорошо… Мы просто ладим друг с другом. Мы не близки. Как будто мы все просто дружелюбные коллеги на работе, которые болтают во время обеденного перерыва и дарят друг другу тупые подарки от тайного Санты раз в год, вот и все.       Тайянг с трудом воспринял эту идею, в основном потому, что этому Тайянгу было всего семнадцать и ему ни разу в жизни не приходилось по-настоящему работать. Только проработав в Сигнале, он сможет понять атмосферу офиса. Досадно, потому что сравнение получилось удачным. У Кроу было много коллег в Сигнале, и он знал их характеры и кое-что об их семьях из случайных разговоров в учительской и на собраниях, но он с трудом мог назвать их друзьями. Он знал об их домашних животных и семейных драмах, но не знал об их увлечениях.       — Я не совсем понял, что ты имеешь в виду. Вы ведь друзья, не так ли?       Как и ожидалось, ребенок не смог разобраться в нюансах. Друг другу рознь. У тебя были лучшие друзья, хорошие друзья, а затем приятели. Не было никаких промежуточных вариантов. Он хотел спросить Тайянга, как ему это удается, как дети должны просто тусоваться и ладить, но он сомневался, что они осознают методы, стоящие за этим. Дети были просто детьми, и они могли просто сесть за стол с незнакомцем и стать друзьями за несколько фраз. Кроу списал это на отсутствие мирских забот. Никому из них не приходилось бороться с мыслями про Гору Гленн, Салем и временные парадоксы.       Черт возьми, ему нужно выпить.       — Может быть, мне стоит просто вытащить нас куда-нибудь, — сказал Кроу.       — Это могло бы сработать, — Тайянг понял, что последний комментарий относился к команде Кроу. — На самом деле вы не так уж много проводите времени вне занятий и тренировок.       — Именно для этого и был задуман поход.       — А?       — Выходные в одиночестве в дикой местности, — Кроу пил свою колу так, словно это было пиво. На его вкус чертов лимонад был слишком сладким. — Ты же не думаешь, что это была просто проверка навыков выживания? У нас почти не было уроков по этой теме. Речь шла о том, чтобы засунуть команды в глушь и вынудить полагаться друг на друга. Это был тест на командную работу.       — А ты не придаешь этому слишком большого значения? — спросила Саммер. Он и не заметил, как все собрались послушать. Девочки смотрели на него так, словно он сказал что-то безумное. — Ты действительно думаешь, что у учителей были такие грандиозные планы?       — Думаете, они не?.. — ответил он, удивившись больше остальных.       Неужели в его время дети тоже были такими тупыми? Они что, думали, что Кроу и другие учителя в Сигнале просто рандомно ставят уроки, надеясь на лучшее? Похоже, именно это они думали. Это напомнило Кроу о том, как он читал Янг и Руби, когда они были маленькими, книги о мирах, где дети должны были брать все на свои плечи, а от взрослых не было никакого проку.       «Боже. Я и не подозревал, что мы были такими близорукими маленькими придурками…»       И теперь он почувствовал себя еще старше.       — Возможно, я ошибаюсь, — отступил он, осознавая, что это не так, но чувствуя себя слишком усталым, чтобы спорить. Весь смысл возвращения во времени состоял в том, чтобы вновь пережить свои славные годы в Биконе, и все же это ему становилось все больше и больше казаться это невозможным. — Наверное, я просто в настроении.       — Ты всегда в настроении, — заметила Рейвен.       — Это называется зрелостью. Осознай.       — Конечно, старик.       Они и понятия не имели, насколько точна была их маленькая шутка. Он был старым человеком, и не важно, что в зеркале отражался подросток, он уже не чувствовал себя настолько ребенком, чтобы радоваться детству, как раньше. Он по-прежнему любил своих друзей и готов был умереть за них, но он повзрослел. Школа была лучшей частью его жизни, но возвращение в неё?..       Полный отстой.       В Сигнале он просто этого не замечал, продолжая верить, что как только он попадет в Бикон все наладится само собой, а команда STRQ снова встанет в строй. У него всегда была цель, задача, и он повторял себе, что терпеть все неудобства, связанные с ребяческой ерундой — это нормально. Они временно, а в Биконе все станет идеально. Это снова будут они, все будет как прежде, и он впишется так же легко, как и в своих воспоминаниях.       День, проведенный в торговом центре со своей старой командой, ничуть не улучшил его настроения.

***

      — Повтори, — поднял свой бокал Кроу.       — Ты уверен, что готов к этому, малыш? — мужчина бросил взгляд на льены, брошенные на стойку. — Я говорю не о деньгах.       — Тебе нужен мой паспорт? После трех кружек поздновато для этого, — съязвил Кроу. Он не хотел, чтобы это прозвучало настолько агрессивно, настолько, чтобы заставить здоровенного мужчину отступить. Его просто вывело из себя то, что его так сильно и так постоянно недооценивают. — Я могу справиться со своим алкоголем. Я не какой-нибудь новичок, который упадет в обморок в твоем баре, босс.       — Я это понимаю, — мужчина покачал головой, но налил Кроу еще одну порцию из-под крана. — Просто обычно у нас здесь не бывает таких, как ты. Твои коллеги обычно предпочитают клубы и бары побольше.       А это был маленький захудалый бар. Это был один из местных баров с мрачной атмосферой, сигаретным дымом (законы, ограничивающие курение в публичных местах, вступят в силу только через десять лет) и заляпанным бильярдным столом в углу, рядом с доской для игры в дартс. Кроу не столько сознательно выбрал это место, сколько ноги сами привели его туда, и в основном потому, что в будущем он станет местным завсегдатаем. За исключением того, что фавна, который будет им тогда управлять, сейчас нигде не было видно. Даже это изменилось.       — Я не сторонник стробоскопического освещения и громкой музыки, — проворчал Кроу.       Мужчина кивнул, пододвигая ему выпивку, а себе забирая деньги. Несколько посетителей при его появлении бросили на него растерянные взгляды, как, например, сейчас, но они вскоре поняли, что он не какой-то высокомерный подросток, желающий устроить сцену. Он пошел в бар с одной рукой на перевязи и начал выпивать, и вскоре они поняли, что он один из них. Просто еще один пьяница, который хочет пережить этот чертов день с помощью алкоголя.       Однако это было не просто из-за того, что он был расстроен. Алкоголь помог ему сосредоточиться, как бы безумно это ни звучало. Он позволил ему снова превратиться в сорокалетнего мужчину и забыть про подростковую драму. Настало время драмы для взрослых. Мелодрамы.       Сожалел ли он о том, что вернулся и теперь вынужден пытаться заново прожить свою жизнь? Ответом было однозначное «нет» поскольку он мог спасти жизнь Саммер и не дать Рейвен сбежать. О чем он действительно сожалел, так это о том, что буквально вернулся в детство. Решив, что во второй раз жизнь будет такой же веселой, как и в первый, без каких-либо условий, забывая, что он уже пережил и перерос это. Второй раз будет не так весело, как в первый.       Кроу выпил еще.       Он много лет назад успел заметить, что ему трудно ладить с детьми, но не обращал на это внимания. Легко было успокаивать себе тем, что это просто потому, что они еще в Сигнале, а в Биконе все резко станут намного взрослее. Как будто принятие в команду было чем-то вроде прививки в руку, избавляющей от юношеского характера. Оглядываясь назад, можно сказать, что с его стороны это было довольно глупо. Единственная причина, по которой в то время Бикон казался ему более зрелым местом, заключалась в том, что тогда он сам был незрелым. Это все еще была школа, полная подростков, и она ничем не отличалась от Сигнала, разве что учителя были лучше.       «Я должен был понять, что существует проблема, ведь я столько времени тратил на Гору Гленн, — подумал он. — И мне это нравилось. Разбираться со шпионами и проблемой Салем. Мне было веселее за пределами Бикона, чем в нем».       В этом не было ничего удивительного. Он был профессиональным охотником и знал секрет существования Салем, который не знали другие, поэтому, когда Озпин прямо потребовал от него игнорировать проблемы и сосредоточиться на учебе?.. Он почувствовал себя оскорбленным. Не то чтобы Озпин этого хотел, но так оно и вышло. Черт возьми, ему было за сорок, а ему сказали сосредоточиться на домашнем задании, пока взрослые разбираются с ситуацией. Как он должен был это воспринять?       Кроу, допив свой напиток, бросил несколько монет на стойку и получил еще одну порцию. Выпивка, притупляя разум, помогла облегчить боль в плече, что было приятным бонусом. В обычной ситуации его поведение привлекло бы внимание нескольких пьяниц, стремящихся нарваться на неприятности, но даже хулиганы в баре не хотели, чтобы их увидели пристающими к раненому парню.       Уединение его вполне устраивало.       «Рейвен и Саммер забеспокоились бы, если бы узнали, что я пью, — он сделал глоток. — С другой стороны, они бы забеспокоились еще больше, если бы знали, что происходит на самом деле. Должен ли я покинуть Бикон? Этого ли я хочу?»       Он так не думал. Как бы ни было заманчиво просто взять и сделать это, но он не верил, что его молодой организм сможет с этим справиться. Не говоря уже о том, что он будет слишком волноваться обо всех них. Кроу сделал еще один глоток, обдумывая идею. Что ему было нужно, так это способ оставаться активным, потому что четырехлетнее безделье в школе могло его сгубить. История с Горой Гленн и «шпионами» уже хорошо способствовала этому, и, вероятно, именно поэтому он продолжал настаивать на своем, подсознательно желая большего.       Это заставило его вспомнить драку с Ток.       Какой бы короткой она ни была, он почувствовал себя более живым, чем за все последние годы. Адреналин, всплески страха, когда он не смог с наскока победить ее, а затем настоящий кайф, когда он вонзил свой меч ей в грудь и объявил о победе. После этого он сиял от уха до уха, даже с поврежденным плечом, поддразнивая Марию, как и любой другой охотник, выбравшийся живым из сложной ситуации.       «Возможно вовсе не адреналин привел меня в такое хорошее настроение. Хорошая схватка, когда моя жизнь была на кону, наконец-то помогла снять напряжение».       Плюс, о котором он и не подозревал.       — Черт, — пробормотал он. — А я раньше называл Янг и Рейвен маньяками от драки. Как иронично.       Одна только мысль об этом заставила его улыбнуться своему отражению в кружке. Это было близко, он уступал той психопатке во всем, и ему пришлось напрячь все свои силы, чего не требовал ни один спарринг с ребенком его возраста. Он победил не за счет мастерства или обмана, превосходя своего противника двадцатилетним опытом. Он рискнул, и это окупилось.       Он никогда не чувствовал себя настолько живым.       — Я думаю, у меня проблема…       — Согласна, сопляк, — знакомый голос вырвал его из мыслей. Стул рядом с ним отодвинулся, и Мария Калавера заняла свое место. Она прислонила один из своих костылей к стойке бара. — Какого черта ты делаешь в таком месте, как это?       — Размышляю о жизни. А ты, бабуля? Тебе не пора спать?       — Такое оскорбление от такого ребенка, как ты, бессмысленно, — Мария взяла свой бокал и сделала большой глоток. — Озпин был бы разочарован, узнав, что ты вот так напиваешься.       — Вот почему ему не обязательно знать.       — Фех. Как хочешь. Как будто я сама не люблю время от времени пропустить стаканчик, — Мария оперлась локтями о стойку. Без маски она выглядела привлекательно, но Кроу заставил себя не обращать на это внимания. Этой женщине в его время будет, должно быть, между шестидесятью и семидесятью.       Кроме того, он уже успел примерить пивные очки.       — Что заставило тебя напиться? Убийство?       — Нет. Я уже делал это раньше.       — В твоем возрасте?!       — В свою защиту могу сказать, что этот парень был немного придурком.       — Я бы, черт возьми, на это надеялась.       — Бандит. Получал удовольствие, мучая слабых. Ему нравилось убивать людей медленно, чтобы увидеть, как отчаяние отражается в их глазах. Также он брал пленных, позволяя их выкупить только после того, как успеет с ними немного позабавиться.       — Твою мать. И ты встретил такого человека?       — Встретил его? Я вырос среди таких людей. Таким было мое детство.       — До того, как ты ушел вместе со своей сестрой?       — Да, — он сделал большой глоток. — Я решил, что не хочу, чтобы она росла в подобном месте.       — Я заметила, ты сказал, что она росла, а не ты, — Мария заметила, как он в ответ лишь пожал одним плечом, и вздохнула. — Не то чтобы я могла тебя винить. Работая охотницей, я всегда слышала о детях, которым пришлось быстро взрослеть из-за потери своих родителей. Но я никогда не думала, что это настолько буквально.       — Я не всегда такой. Просто сегодня тяжелый день.       — Если бы это сказал любой другой ребенок твоего возраста, то я бы рассмеялась и сказала, что они не знают, что такое тяжелый день на самом деле, — Мария подняла свой бокал. — Еще один для меня и мальчишки. Я угощаю, — бармен выглядел более довольным из-за того, что рядом с ним появился ответственный взрослый человек. Кроу это не понравилось. — Тогда что же тебя сегодня так взбесило? Если не то, что ты лишил человека жизни. Это из-за травмы?       — Не-а. Такое случается. Травмы — это нормально, — он взял новый напиток. — Спасибо. Сегодня я просто осознал, что не понимаю, как общаться с моими ровесниками, и тогда я почувствовал себя довольно плохо из-за этого, потому что все остальные могут расслабиться и быть просто детьми, а я… Ну…       — Делишься военными историями с ветераном в баре, — закончила Мария.       Очень точное определение.       — Да…       — Действительно, хреново звучит, — сказала она. — Но я понимаю, к чему ты клонишь.       — Да?       — Знаешь, в детстве у меня было немало друзей. Я не появилась на свет в маске, умея надирать задницы. И со многими из них я потеряла контакт. Большинство из них даже не умерли. Они просто продолжали жить своей жизнью, пока я бегала по Ремнанту, выполняя поручения.       Поручения Озпина. Ему было знакомо это чувство. Работа Озпина была крайне необходима, и Кроу никогда о ней не жалел, но она, безусловно, сказывалась на социальной жизни. Возможно, именно поэтому ему было так легко найти общий язык с Марией. Не только потому, что она была взрослой, примерно его настоящего возраста, но и потому, что она была его предшественницей. Она была для Кроу, как Бранвен для… Ну, наверное Руби. Она была той, кем он стал сейчас — инвестицией Озпина в будущее, которая еще не окупилась.       — Расскажи мне о своей команде, — попросила она.       — Только если потом ты расскажешь мне о своей.       — Договорились, — Мария открыла свою сумочку и высыпала из нее несколько монет. — Повтори, — сказала она бармену. — Мы с парнем задержимся здесь ненадолго.       — А разве ты не должна была сказать ему, что в семнадцать лет он не должен выплескивать свое горе и что ему следует вернуться домой? — вздохнул мужчина.       — А? — Мария бросила на мужчину мрачный взгляд. — Я что, похожа на ответственного взрослого?       — Все меньше и меньше, — мужчина снова вздохнул. — Будь по-твоему.       — Тц. Похоже, бизнес процветает, раз этот парень пытается избавляться от клиентов, — проворчала Мария.       Она изогнулась на стуле, позволяя сломанной ноге безвольно свиснуть с него, в то время как вывихнутое плечо Кроу царапало стойку. Двое раненых охотников, отдыхая, обсуждали дела за выпивкой. Было почти комично, что он всю свою жизнь испытывал ностальгию по команде STRQ и Бикону, а потом, наконец, получив то, что хотел, начал испытывать ностальгию по этому поводу.       Они вдвоем просидели в баре несколько часов и в общей сложности перепили почти всех посетителей, сидевших за столиками.       Боже, как же он скучает по своим племянницам.