Поселение Цветок

      Понедельник.       Раннее утро летнего дня. Кто-то собирается на работу или накрывает себя с головой одеялом, радуясь выходному. Молочник спешит в магазин, чертыхаясь, что зря посидел накануне с друзьями в баре. Продавец мороженого проверяет все ли виды есть из обычно покупаемых, нервно поправляя фартук и поглядывая на часы на башне в центре города, величаво взирающих на первых работяг, вышедших на свои смены.       Несколько курьеров, на велосипедах и пешком, отправились разносить письма и посылки, не обращая внимания на пряные запахи из кафе или ароматы только приготовленных порций кофе и какао. Один из них сокращает путь через проулок и чудом не врезается в выходящего из подъезда грузного мужчину, который отдёргивается и стукается спиной об уже закрывшуюся дверь.       Он поправил пиджак классического кроя болотного цвета, как и его брюки, глядя на мужчину, который сидел рядом с упавшим великом в красной рубашке и серых джинсах. Его волосы были такие же, в цвет молочного шоколада, как и у выходящего из подъезда бизнесмена в дорогом костюме, только спускались чуть ниже ушей и были волнистыми, а мужчина на крыльце подстригся максимально коротко, чтобы выглядеть статусно.       Один кроссовок зацепился за педаль шнурком и слетел, так что курьер отряхивал свою обувь, подняв с пыльной земли и намереваясь надеть его обратно. Мужчина встал напротив, надменно глядя, и произнёс чуть хриплым голосом:       -Почти как босяк! Нет, чтобы найти достойную работу по возрасту, занимаешься ерундой какой-то и мешаешь нормальным людям жить,-он держал в руке папку с бумагами, которую прижал к груди толстоватой рукой, и пошёл в сторону джипа, припаркованного неподалёку под окнами жилого дома.       -Знаешь, мужик,-насмешливо ответил курьер, вставая на ноги, которые уже были в обуви, глядя на грубияна зелёными глазами и засовывая руки в карманы – была одна сказка, где также относились к хорошему пареньку. Вот только все эти люди огребли своё, может и тебе не стоит оценивать людей, не зная их? Я всё-таки не безработный и горжусь своим трудом! – он поднял велосипед и сел обратно, проверив шнурки перед тем, как поехать дальше.       Крупный мужчина уже дошёл до джипа, выключил сигнализацию и положил папку на крышу машины, повернувшись с обиженным видом, хотя пытался сдержать злость, но отвык от такого отношения, почти забытого с юных школьных лет:       -Кто разрешил тебе так со мной разговаривать? – его маленькие карие глазки бегали из стороны в сторону. Драться он не умел, но привык на работе, что ему все подчиняются. Он заметил логотип доставки писем на велосипеде и решил нажаловаться на парня.       -Ты,-ответил ему курьер, проезжая мимо, а на папку шлёпнулась белая какашка от пролетающей сверху птицы. Мужчина достал платок и попытался смахнуть мерзость, но она лишь сильнее размазалась по бумагам, попав внутрь папки.       Курьер выехал из закоулка и направился дальше, вспоминая себя в подростковом возрасте, чувствуя, как ветер надувает ему рубашку, и улыбаясь, вспоминая лицо наглого толстяка. В более юные годы он мог бы и нахамить этому типу, но сейчас дорожил одной из подработок, что давала возможность оплачивать счета за съёмную студию.       Мужчина сел в машину и поехал на работу, ворча про плохое начало недели и записав название компании курьера, злясь на него за испорченные документы, которые сам по неосторожности так неудачно положил на машину.              Стритсон 22. Квартира 35. Утро понедельника       Где-то хлопнула дверь в коридоре, послышались шаги, что-то тяжёлое уронили на пол. Чужие голоса, обсуждающие ближайшие планы разбудили полноватую блондинку с карими глазами, которая сначала подошла к окну, открыла шторы и поморщилась, глядя на поднявшееся солнце на безоблачном небе.       Она была в футболке выцветшей за долгие годы, хотя ещё можно было заметить контуры некоего рисунка на одежде, и в трусах с высокой посадкой. Молодая женщина взглянула на часы, стоящие на тумбочке и проворчала:       -Наверное, это Макс опять напился и пытается попасть к Элине домой, а та его не пускает. Или может Демьен вернулся с командировки и застукал сестрёнку с несколькими друзьями,-чуть злорадно посмеялась она, подходя к своей входной двери и выглядывая в глазок – Ой!       Вместо брюнета, покачивающегося после паба, или шатена, который вернулся с дальней дороги, за дверью стояли коробки новых жильцов рядом с красивым парнем, который оказался к ней в профиль. У него были аристократические черты лица, глаза цвета весенней травы и немного тонкие губы.       Он придерживал коробки, которые поставили с ним в рост, а ведь он был не маленьким, где-то под два метра примерно. Рабочие что-то спрашивали негромкими голосами, чтобы не будить других жителей с этажа. Блондинка за дверью почти впечаталась в глазок, любуясь статным соседом, когда заметила ещё одну девушку, тоже брюнетку, цвет глаз не рассмотреть, стоит к ней спиной и сверяет по бумагам что-то.       «Надеюсь, что это твоя сестрёнка.»       Блондинка очень хотела выйти и познакомиться, но вспомнила, как сама когда-то въезжала и тогда все «помощники» только раздражали. Особенно два парня с необычными именами: Демьен и Ревон. Один был уставший и не сразу соображал, как помочь, а второй ей просто не понравился, хотя и был вежлив, но порой брань вырывалась, да ещё и несимпатичный. Грубоватые черты лица, метр восемьдесят примерно, как раз выше её на голову, зелёные глаза, а взгляд холодный, пробирающий до дрожи.       А вот его женщина оказалась очень приятной, вежливой, милой и очаровательной. Тот день блондинка хорошо запомнила. Она как раз собиралась грубо ответить что-то одному из новых соседей, когда рядом заговорил весёлый почти девчачий голос:       -Ревон, ты такой молодец, но лучше бы ногу поберёг! Здравствуйте,-она подошла ближе. У женщины были мягкие черты лица, карие глаза и светлые крашенные волосы – а вы наша новая соседка?       -Да, меня зовут Элиза,-представилась тогда полная блондинка – а вас?       -А меня Астрид, можно Ася. А это,-она указала на шатена с зелёными глазами – моё чудо,-произнесла она с нежностью, да и во взгляде соседа пропал холод, а осталось только тепло и любовь к его возлюбленной. Элиза тогда удивилась, насколько сильно он поменялся рядом с ней. Хотя по отдельности они были словно персонажи сказки Красавица и Чудовище, а вместе – прекрасные принц и принцесса, любовь сильно влияет на людей.       -А что у вашего избранника с ногой? – новая соседка не заметила, чтобы он хромал, но была рада, если бы эти помощники оба ушли. К тому же её рабочие нашлись и скоро могли помочь внести тяжесть в квартиру.       -Да, он давно неудачно спрыгнул и иногда у него бывают боли,-Астрид прижалась к Ревону и вздохнула – обычно они его не тревожат, но, сами понимаете, за близких всегда волнуешься.       Элиза обрадовалась, когда они ушли, да и Демьен откланялся, заметив более приспособленную рабочую силу. С того дня она стала часто общаться с Асей, которая работала из дома за ноутбуком, пока её мужчина подрабатывал по утрам курьером, как и ещё их несколько общих соседей, нарезая круги по небольшому поселению, городского типа, Цветок, а по вечерам уезжал разгружать фуры для продуктовых магазинов.       «А он молодец! Не нытик. Хотя иногда замечаю, как он сидит на скамейке, вытянув левую ногу и поглядывает по сторонам, куря сигарету. Наверное, тяжело бывает, но он всё равно старается. Да и ещё бы, отхватил такую красивую женщину, ему теперь до конца их отношений пыхтеть.»              Спустя всего неделю она по доброте душевной попыталась познакомить Астрид с каким-то симпатичным мужчиной в кафе, но та тогда легко отшутилась и вывернула разговор так, что на свидание позвали Элизу, а не Асю. Лиз не упустила шанс поразвлечься, а вечером, когда Ревон убежал на подработку, заглянула в гости и спросила:       -Как тебе тот человек в кафе? Импозантный мужчина, да и явно при деньгах,-прошептала она, попивая чай, которым её угостила Астрид.       -Да, точно. Закрутилась с домашними делами,-улыбнулась хозяйка съёмной студии, садясь с другой чашкой напротив ней за столом – как ваше свидание? Мне кажется, что вы неплохо вместе смотритесь. Если у вас всё сложится, то можем как-нибудь на парное свидание сходить: вы с ним и мы с Ревоном.       -Я думала, что ты сама им заинтересуешься, да и смотрел он на тебя. А почему ты проигнорировала его? – спросила в лоб Элиза и сама удивилась, что вопрос вырвался вот так, без намёков. Девушка отставила свою чашку и облокотилась на стол локтями, отвечая и подбирая слова, хотя Лиз ощутила, что обидела соседку:       -Я не знаю, что подтолкнуло тебя к мысли, что я несчастна, но ты ошиблась. Мы в отношениях несколько лет и я не могу представить парня лучше или более мне подходящего, чем мой,-она улыбнулась – понимаю, я не самая красивая на свете, но рядом с ним я перестаю быть просто очаровательной, я чувствую себя единственной во всём мире! – она задумалась и посмотрела подозрительно, хитро немного, спрашивая – тебе понравился мой Ревон?       -Нет, что ты. Я хотела тебе помочь и найти кого-то посимпатичнее,-она запнулась – ладно. Я и правда полезла, куда не надо,-она свернула разговор, не зная, как сменить тему, а потом ушла к себе.       Вечером того же дня она поздно возвращалась домой, попав сначала в длинную очередь, а потом ещё и угодив в пробку, но идти с тяжёлыми пакетами не хотелось и пришлось ехать до остановки дольше, чем планировала.       У дома она увидела ещё одну светленькую девушку, которая сидела и мечтательно смотрела на окна дома. Элиза оставила сумки рядом с ней и познакомилась, помня, что много раз видела, как та утром пробегала мимо её двери, спеша, видимо, на работу, а возвращалась тихо, так что у Лиз было чувство дежавю: каждое утро молодая девушка спешит и безвозвратно исчезает, а на следующее утро опять – ну или день сурка.       -Вы кого-то ждёте? – полюбопытствовала Элиза. Снизу были видны окна её посередине, слева - Аси, а справа - новой знакомой. Выход с этажа был чуть левее входной двери Лиз, поэтому все, кто уходил, попадал в поле видимости её глазка в двери.       -Макс задерживается на работе, наверное, пьяный придёт. А у этих как по часам, хотя он, наверное, так отрабатывает своё право на неё,-вздохнула девушка на скамье – не верю я в такую любовь. Но она не богатая, просто красивая, а этот страшилка,-её слова заглушили стоны из квартиры Астрид.       «Так вот почему она не хочет другого? Этот очень старается?»              Элизе тогда казалось, что это немного странно, но понаблюдав за Максом и Элиной – красивой, но несчастной парой, решила отстать от Аси, жалея, что она выбрала горячий секс от страшного партнёра. Макс часто приходил пьяным и спал под дверью, а Элина терпела это, хотя иногда и ругалась.       «Везде есть такие странные парочки. Красавчики, но с проблемами, симпатичная пара, но хочется кому-то помочь найти половинку получше или как Деймон, который часто в командировках, а его сестра в это время приглашает по двое или трое парней и отрывается на полную катушку.»       Вилли, тот, у кого они снимают квартиры, тоже как-то отметил, что Ревон уверенный мужчина и есть в нём некая особая жила. По крайней мере, когда к его Асе приставал какой-то пьяный двухметровых крепкий мужик, он не отступил, но и не дрался. Просто выглядел спокойно, смотрел насмешливо, а в самый накалённый момент ещё и псы рядом гавкнули.       -Пьяный мозг порой творит чудеса. Ален тогда многим рассказывал, что это Ревон управлял собаками, поэтому он и ушёл, а не потому что испугался самоуверенности мужчины, защищающего свою женщину,-вспоминал Вилли.              На их этаже было шесть квартир. В 31й жил Деймон, 32 и 33 пустовали. 34 квартира Макса и Элины, 35я Элизы и 36 – несочетаемой парочки. И вот сегодня в 32 квартиру въезжали двое, которые могли быть роднёй между собой или романтической парой.       Лиз поддерживала дружеские отношения со всеми девушками на этаже. Так что, едва за новыми соседями закрылась дверь, она побежала обсуждать незнакомцев. Постучалась к Элине, только потом вспомнив, что по понедельникам у неё выходной и она отсыпается после тяжёлой смены.       Потом она отправилась к Аделине, сестре Демьена, но та не открыла дверь, а вот Астрид сама вышла на порог своей квартиры:       -У тебя всё хорошо? Первый раз вижу тебя в такую рань,-удивилась она, стоя с полотенцем на голове и в бежевой сорочке до колен. Элиза подошла к ней и попросилась в гости, та пропустила её.       -У нас появились новые соседи! Симпатичный парень,-кокетливо заговорила Элиза, не замечая этого и прохаживаясь по небольшому коридору – а с ним какая-то девушка,-вздохнула она.       Астрид сняла полотенце и потрясла волосами, а Лиз удивилась:       -Ты покрасилась? Да ещё и в красный? Неожиданно! А тебе идёт,-одобрила она цвет волос.       -Захотелось сменить имидж. Блондинкой тоже неплохо было, но что-то у нас на этаже все одинаковые,-улыбнулась она – к тому же у меня натуральный цвет как у Ревона, а тут,-она пожала плечами и подошла к Лиз – то, что у нас новые соседи, это очень классно! Полагаю, что мы можем ужиться. Кстати,-она коснулась её руки – ты сейчас на работу в наше кафе у дома?       -Нет,-вздохнула та – сначала по всем точкам надо проехать – а что? – она уже подошла к выходу из квартиры.       -Да у нас намечаются гости в выходные и хотела тортик заказать у вас,-задумчиво сказала Ася – но мы ещё думаем.              Элиза вернулась к себе, представляя, как будет здорово, когда к её соседям приедут гости, а то они оказались удивительными затворниками. Вроде и общаются со всеми, но про них мало кто что знает. Только: не ссорятся, не изменяют друг другу и всё свободное время проводят вместе.       Элина тоже как-то пыталась осторожно узнать откуда те приехали и надолго ли? Всё-таки, когда переселяются жить, выбирают квартиру или дом, рассчитывая на детей, а не снимают студию и не держат соседей на расстоянии вытянутой руки.              Элиза надела свой лучший костюм, чтобы выглядеть как можно лучше. Фиолетовый, но приглушённый оттенок, а не яркий и броский: пиджак, юбка до колена, белая майка под низ, чтобы лифчик не так был заметен. У неё третий размер бюста, но молодой женщине он не нравится, мешает добиваться всего своим пытливым умом, ведь многие смотрят на миловидную мордашку, неплохую грудь и начинают флиртовать.       По заигрывать она и сама любит, но когда это уместно, а не со всеми подряд и тем более на работе. Так что было трудно поддерживать хорошие отношения с руководящими позициями, когда там все мужчины, думающие головкой, вместо мозга.       Но, пару лет назад ей очень повезло, она смогла добиться должности не старшего повара, а управляющего, да ещё и собственным кафе с выпечкой от мясных видов до сладких к чаю. Её немного смутило, что место было не в центре огромного многоквартирного квартала, к которому она успела привыкнуть, а в небольшом поселении за несколько километров от Муравейника, так прозвали шумный город за круглосуточную активность. И всё же она решилась и перебралась в Цветок.       Забавно, сначала она думала, что это её так наказали за отказ пойти на свидание с генеральным директором сети, но потом поняла, что сможет вырасти среди доброжелательных людей.       Когда она въезжала в свою квартиру, то услышала ссору между Максом и Элиной, потом грузчики заблудились в простых дорогах поселения, но она смогла познакомиться с Демьеном и Ревоном, а затем Ася подтянулась к ней. И хотя Лиз ошиблась с оценкой отношений четы Грей, как себя называли Астрид и её возлюбленный, но она смогла заставить себя попросить прощения у них за попытку вмешательства в их семью.       Тогда было немного неловко, но они смогли забыть неприятную тему.       -Знаешь,-сказала она однажды, когда они устроили посиделки в Пирожке с девчонками их этажа – мы переезжали пару раз. Сначала в Муравейник, где было очень шумно и мы не задержались надолго, но первый переезд был из-за соседа, который навязчиво дарил мне цветы и конфеты и игнорировал мои слова, что я занята, хотя видел моего парня.       -А он, наверное, приставать начал конкретно и твой побил его? – предположила тогда Аделина, с которой они вместе сидели в кафе по улице Стритсон 23, принадлежащий Элизе.       -Лучше бы так,-сказала Ася – я пошутила очень неудачно и напугала его.       -Это что же надо сказать? – заинтересовалась Деля.       -Ну, он подошёл ко мне, но и мой парень возвращался с работы и такой мол отстань от моей девушки, а тот сказал, что Ревон не стоит меня, что он вообще уродец какой-то. И я обиделась, повернулась к своему парню с фразой из фильма, который мы смотрели накануне,-она чуть улыбнулась – милый, а давай проверим, правда ли, что щёлочь растворяет и кости тоже?       Девчонки от неожиданности захохотали в голос. Элиза смотрела на них тогда и думала, что ей повезло с такими соседками. Все разные, но замечательные и не конфликтные.              Элина, голубоглазая блондинка, полюбившая некогда сероглазого брюнета, поссорившаяся из-за своего выбора с родителями и уехавшая с ним в соседнее поселение, была очень милой, нежной натурой. Их пара первыми въехали на шестой этаж по Стритсон 22, заняла однокомнатную квартиру и стали учиться жить самостоятельно.       Её родители были богатыми, уверенными людьми, которые не поверили в искренность парня и потеряли связь с дочерью, обидевшейся на их недоверчивость. Конечно, сложности возникали, когда они стали жить самостоятельно, но не те, что предрекала её семья.       Макс не распускал руки, не требовал её связаться с родителями ради денег и не давил на жалость со своим: я же сирота, никого кроме тебя у меня нет, не к кому обратиться. И даже, когда выпивал, не обижал её. Их ссоры были связаны с её чувством неловкости, что он снова шатался где-то и потратил деньги, которые они копили, или его премию на нестоящие покупки.       С остальными соседями у неё легко вышло поладить, хотя Деля удивила своими пятью ухажёрами, которые прибегали украдкой, пока её старший сводный брат был на работе или практически жили у неё, когда он выбирался в командировки в соседний город. Ведь Демьен, крупный мужчина с добрыми карими глазами, шатен с небольшой бородкой, всем говорил, что Аделина боится жить одна, вдруг её ограбят или изнасилуют, а девчонка оказалась не промах, пять парней, которые тоже перебрались в Цветок за ней следом. У Дели среднерусые волосы, тоже карие глаза, видимо, это у них от общего отца, была в целом озорной девушкой, подрабатывала официанткой, куда приходили делать выручку её мальчики.       Чета Грей из гражданского брака оказалась необычным дополнением на их этаже. Никогда не ссорились, были активными, поддерживали собрания общедомовые, не пропуская их.              Лиз стояла у лифта, задумчиво глядя на циферки над кабиной, в ожидании, когда сможет войти внутрь и спуститься вниз. Сегодня был очень важный день, теперь она директор сети Пирожочки в Цветке.       Нежданное повышение порадовала женщину, стремящуюся забраться по карьерной лестнице, даже, если нужно ползти, лишь бы не переходили её личные границы. Она непроизвольно поправила волосы справа у себя около виска, улыбнувшись, когда двери лифта открылись и загорелся мягкий свет внутри.       Она уже вошла в кабину и нажала кнопку первого этажа, как следом проскользнула девушка, одетая во всё чёрное с тёмными волосами, но лёгким макияжем. Она посмотрела своими серыми глазами на Элизу, оказавшись с ней одного роста.       «У нас все как на подбор. Девушки метр семьдесят пять, парни метр восемьдесят, не считая более высокого Демьена, но он часто в отъездах, ну, и тот сосед.»       Элиза сама растерялась от собственных мыслей и молча решила оценить соседку, уже догадываясь, что они не родственники с тем симпатичным парнем, которого она видела утром рядом с коробками, хотя и оба удивительно красивые, даже противоестественно.       «А эти хоть счастливы или как чета Уайлз?»       -Меня Энналиса зовут,-представилась вдруг девушка где-то на уровне второго этажа – я понимаю, имя то ещё, но мама хотела назвать меня Энни, а отец – Лисой, вот,-она улыбнулась, на зубах был лёгкий след желтизны, как у курильщиков, хотя вроде табаком от неё не пахло. Девушка подняла маленький свёрток с пола – надо же, кто-то не донёс до контейнера, а я спешу и мне некогда убирать это.       -Ну, давайте я,-Элиза протянула руку и взяла мешочек, лёгкий по весу, пытаясь сообразить, кто мог его выронить, вряд ли намеренно бросили его тут, раздражаясь мысленно от суетливости этой Энни, но и понимая, что это может быть обычным волнением.       -Кстати, а вы же с моего этажа, получается? А как бы собрать всех соседей? Скажем сегодня вечером и познакомиться? А то вдруг мне сахар понадобится, а я к диабетику зайду за этим, или кто-то ко мне за мясом придёт, а я его недолюбливаю,-хихикнула она и посмотрела выжидательно на блондинку.       Двери лифта открылись и они оказались в узком, но светлом коридоре и молча вышли на крыльцо. Энн достала сигарету и закурила, отойдя так, чтобы ветер не нёс запах на её соседку, а та сделала пару шагов, чтобы спуститься на землю по ступеням и сказала:       -Меня зовут Элиза, ну, или Лиз. Насчёт времени встречи, можно часов в восемь вечера, я всем позвоню сегодня днём и предупрежу. Идея хорошая, а люди у нас, кстати славные,-она сделала несколько шагов в сторону асфальтированной дороги, цокая невысокими каблуками в сторону остановки, видя перед собой урну, когда услышала негромкое:       -Очень надеюсь, а то я ненавижу людей, бесполезные создания!       Элиза прошла вперёд ещё десять шагов, сдерживая себя, чтобы не обернуться и не ответить девице, но это было трудно. В голове звучал её презрительный голос. Обернувшись, она увидела Энн, уходящую в противоположном направлении.       «Странная девушка. Есть в ней что-то неприятное.»       Она подошла важной походкой к остановке, выкинув по дороге чей-то мусор, дождалась свой транспорт и поехала, стоя в конце автобуса и глядя в окно. Сегодня ей не только надо будет познакомиться с управляющими трёх её подшефных кафе, но и поговорить с Дереком Шейном, это какой-то бизнесмен, вложивший свои личные средства в развитие сети в этой части материка.       «Я так поняла, что он мне не начальник, а скорее компаньон. Будет делать заказы, требуя особого отношения и питаться в самих кафе вместо дома. Надеюсь, что он не будет меня доставать?»       Такое сосуществование в её жизни будет впервые и ей сложно было представить: как правильно себя вести. Решив оценить его при встрече, она сосредоточилась на дороге и своём дыхании.       Раньше она занималась йогой, но быстро бросила, устав от нагрузок. Зато остались навыки: как быстро отвлечься от проблем. Даже пробка, возникшая на дороге из-за небольшой аварии, не испортила ей настроение. Элиза воспользовалась возможностью и разослала всем сообщение: у нас новые соседи, которые хотят познакомиться с нами сегодня в 20:00.       «И ещё удачно так въехали, в понедельник. У Элины выходной, Ревон сможет отказаться от поздней подработки, у меня длинный день выйдет, но смогу отвлечься вечером. Надеюсь, что есть нормальное объяснение той фразе, например, эта девушка просто затворница.»              Стритсон 22. Квартира 36.       -Привет, а у тебя какие планы на вечер? – девушка с красными волосами, уже высушенными, лежала на постели поверх небрежно брошенного одеяла и слушала голос своего возлюбленного:       -Вообще собирался на подработку, правда пока не выложили информацию в чат,-ответил ей приятный низкий голос – Если у тебя какие-то идеи, Асик, то я весь твой.       -Слушай, мне тут Лиз написала, а потом и позвонила, пока скучала в пробке. У нас новые соседи. Некий парень, пока без имени, и Энналиса. Анька в общем,-хихикнула Ася – та напугала немного нашу Элизу.       -А мне казалось, что она не из пугливых, да и без тормозов, судя по тому, что только чаепитие отрезвило с её,-он сделал вдох глубокий - в общем я был рад, что она передумала давить на тебя с этими сомнительными походами и знакомствами.       -Я и сама тогда удивилась, что она попыталась мне парня найти, когда я с тобой живу. В общем, у меня тут чуйка проснулась,-в её голосе было слышно беспокойство – некая Анька не любит мясо и людей, но очень хочет познакомиться с соседями.       -И правда, странная девушка. Пожалуй, я лучше с тобой схожу сегодня,-решил Ревон.       Они ещё немного поболтали между собой и завершили разговор. Астрид вышла в коридор в своей студии, подойдя к платяному шкафу, решив прогуляться, а потом вполне успевала вернуться до прихода её парня. Она надела красное платье тёмного оттенка, с неглубоким вырезом, длина до колена, туфли чёрные с красными полосками.       -В прошлый раз я была в нём, когда какой-то пьяный тип решил, что может выбирать кого склонять к сексу,-сказала она сама себя, стоя перед зеркалом и оценивая сочетание наряда и нового цвета волос – Ревон вовремя появился, да и гавкающие собаки здорово того придурка напугали.       Она осталась недовольна видом и сняла наряд, отправляясь за другим цветом в платяной шкаф, который стоял у стены. Обычно её парень помогал ей с выбором, так как она плохо разбирается в моде, но сейчас хотелось пройтись, слушая музыку, а может даже посмотреть, что нового появилось в кондитерском магазине через дорогу.       Возникло желание просто всё вытряхнуть на пол, но она тут же расхохоталась над собой, настолько ей это было не свойственно. Выбрав зелёную майку и синие бриджи, переодев обувь на коричневые туфли на резинке и каблуке повыше, Ася вернулась к зеркалу, шепча:       -Когда-то ты был художником, рисовал на полотнах, а твоя девица выпендривалась перед аудиторией якобы она помогает тебе. Вдохновляет, краски покупает, чуть ли не позирует. Врала она долго, пока однажды не проговорилась про поездку, которой не было.              Та история была настолько давней, что и вспоминать не хотелось, предательство Мари, небольшая драка, сгоревший творческий центр, как и дома, построенные рядом, а в результате они покинули небольшой город и поселились в мегаполисе, но ненадолго, ведь именно там был приставучий сосед, от которого они предпочли уехать подальше. Хотя они прожили почти двадцать лет в том городе, но после того, как сосед не оценил их шутку про щёлочь и пожаловался участковому - вот после этого они демонстративно покинули Муравейник, снова вместе, всё в той же машине, радуясь, что сгоревшие дома остались в прошлом, а впереди весёлая совместная жизнь.       То расследование шло около недели, а потом их объявили погибшими. Антон и Ариэль сменили имена, она предпочла ещё одно имя из сказки и тоже русалки – Астрид, а он – Ревон, то есть с тёмной душой.              Поселение Цветок показалось им милым и они остались. Сначала Асю напрягала любопытная соседка, но та потом стала вежливее. Тогда повлияла расслабляющая обстановка и неумение общаться в состоянии обиды, вызвавшее у Элизы желание завершить неприятный разговор.       Когда новые соседи въехали, у Аси появилось подозрение, что что-то произойдёт. И теперь они с Ревоном ждали вечера, чтобы посмотреть на людей, пробудивших в них желание быть на чеку.              День Элизы был сложным, она бегала от одного кафе к другому. Где-то переизбыток мяса, где-то недостача. Дерек приехал под закрытие и от него удалось отвязаться каким-то чудом, хотя он проводил, сам того не заметив, женщину до её подъезда и только там понял, что оказался далеко от своей машины и придётся идти обратно. Он попрощался с женщиной и отошёл, ворча:       -Мне же мало птицы с какашками, да хамского курьера. Хорошо хоть, что его обещали уволить.              Стритсон 22. Вечер понедельника       Она зашла в подъезд, вызвала лифт и услышала, как позади хлопнула дверь. Обернулась с опаской, но это была Деля, спешащая на вечерний сбор из других гостей. Лифт подъехал и они дружно вошли в кабину.       Ехали молча, прибежавшая девушка запыхалась и поправляла волосы, а Лиз чувствовала себя выжатой и переживала, как же она теперь будет работать? Хотя вроде получилось переместить несколько упаковок мяса с точки на точку и даже сверить по документам, чтобы всё было зафиксировано, но занудливый пухлый Дерек портил весь настрой, а терять работу не хотелось и ей приходилось вежливо улыбаться.       Лифт довёз их до нужного этажа и выпустил из своей защиты. Они подошли к дверям и Деля позвонила в звонок. Им почти сразу открыл высокий ухмыляющийся парень, который пропустил их в квартиру.       Астрид уже была там, стояла в объятиях Ревона и общалась с новой соседкой. Элина тоже успела прийти и сидела на диванчике в квартире-студии, рассказывая увлечённо про свою работу. Оказывается она тренер в спортивном комплексе на Ветви и помогает танцорам развивать их навыки в балете и народных танцах. Лиз только сейчас поняла, что раньше даже не интересовалась, чем та занимается, успев как-то привыкнуть, что та бегает по утрам, спеша куда-то в платье или блузке и джинсах, негромко цокая туфлями по деревянному полу в коридоре между квартирами.       Она активно жестикулировала и Лиз услышала голос Дели:       -У тебя такие красивые ногти, непривычно алые!       -Да мы похоже все решили обновиться,-рассмеялась Элина нежным голосом – у меня непривычный цвет на ногтях, Ася стала красноволосой, ты вот рыжая, только Элиза не сменила стиль,-она улыбнулась, чтобы фраза не прозвучало в упрёк.       -А я повышение сегодня получила,-вырвалось у женщины, и мелькнула мысль: а в какой момент они стали мало общаться и она не заметила в них перемены?       -Это же отличная новость! – захлопала в ладоши Энналис – надо бы шампанского или вина!       -Завтра рабочий день,-отметил муж девушки – лучше вина, но в небольших количествах. Я сейчас схожу.       Он быстро собрался, накинув на себя куртку, прихватив кошелёк и ключи, чтобы не звонить в домофон, уточнил пожелания по производителям и отправился в магазин.       -Я чувствую себя так неуютно,-Лиз подошла к Асе – с этим повышением мозги в кашу. Я может и твою перемену не заметила бы, но была ещё сонная, а тут такой яркий цвет,-она вздохнула – так неловко. Ехала с Аделиной в лифте и ничего не сказала про волосы.       -Мне кажется, что та обиделась бы, если бы заметили через месяц,-решила поддержать Астрид соседку – а так, ничего страшного. Ты просто не успела переключиться с работы на отдых.              Лиз отошла, услышав звонок телефона и поговорила с сотрудницей, которой пришлось задержаться, чтобы подготовить отчёт и проверить блюда к завтрашнему дню рождения. Даяна рассказала, куда что положила и отпросилась на час утром, сказав, что чувствует себя неважно, что странно. Если она не успевает приготовить себе обед, то покупает еду из их же кафе, а сегодня она съела пару пирожков с мясом, а теперь болит живот. Врачи уже не принимают. Она сказала, что выпьет таблетку, может всё наладится, тогда придёт вовремя.       -Если что принесу справку от врача,-пообещала девушка.       -Глупости! Я переживу твой час, главное: поправляйся!              Вечер прошёл легко, они перезнакомились между собой, обменялись номерами телефонов и даже сделали общий чат в мессенджере, чтобы можно было о чём-то договариваться, а потом разошлись по своим квартирам.       Элина и Макс уснули рядом, не ссорясь впервые за пару недель, Демьен не пил вино, чтобы не проспать утренний отъезд в очередную командировку, а Делю сморил сон, хотя обычно в такие вечера она лежала в постели и предвкушала встречи со своими мальчиками.       «Как жаль, что старший брат, как и общий отец, считает, что отношения можно строить с кем-то одним, а мне вот трудно выбор сделать.»       Элизу сморил сон, едва она коснулась головой подушки, даже не замечая уже стонов из квартиры слева, которые слышны на весь двор в открытое окно, но удивившие Антуана и Лису, ещё непривычных к активным соседям.              Утро вторника началось с прохлады и пения птиц за окном. В форточки дул ветерок, пробуждая людей дома по Стритсон 22. Алкоголя жители шестого этажа выпили совсем немного, решив выбраться в пятницу вечером за город, правда Ася предупредила, что они с её мужем могут подтянуться позже, так как у них были планы, но пока непонятно, как всё сложится.       В квартирах просыпались жители, принимали душ, завтракали, примеряли наряды, пытаясь определить будет ли сегодня дождь или можно одеться попроще, выходили на улицу, отправляясь прогулочным шагом или на транспорт.       Элина выскочила из квартиры, стараясь не думать, какой будет сегодняшний вечер с Максом, спеша на работу, цокая туфельками по полу как обычно. Вот она вызвала лифт, удивляясь, что Лиз ещё у себя, ведь она вроде подросла вчера по должности, но может график стал щадящим?       Двери лифта открылись с едва слышимым звуком, загорелся свет в кабине и девушка вошла внутрь, залезая в сумочку за блеском для губ, вытаскивая ещё и зеркальце и замирая так, глядя на вход.       -Я так плохо выгляжу? – Антуан посмотрел на неё через тёмные очки, прижимая к голове бутылку с холодной водой и нажимая на кнопку первого этажа – из-за чьего-то порно не получалось уснуть и мы допили оставшуюся бутылку до конца,-пояснил он – Лиса отсыпается. Надеюсь, что собеседование не пропустит, но не страшно, хорошо посидели.       -Это было не порно,-улыбнулась Элина, поправила макияж, убрала блеск с зеркальцем в сумочку и пояснила – Ася и Ревон каждую ночь так отжигают. Мы уже привыкли.       -Молодожёны что ли? – предположил парень, выходя за девушкой из лифта.       -Не в их же возрасте,-улыбнулась Элина – да, я знаю, что когда въезжаешь в квартиру, где все примерно ровесники, то это кажется странным. Нам с Максом по 25 лет, Деле 20, Демьену 26, Элизе 32. Вам, наверное, тоже в этом промежутке.       -Ну да. Мне 30, Лисе – 33. А они старше что ли? Я бы им больше тридцатника не дал,-он подошёл к синей меланжевой машине, дорогая, обтекаемые формы. Элина остановилась рядом, только сейчас обратив внимание на часы на его руке и костюм из качественного материала.       -Они ровесники между собой и вместе уже двадцать лет, а встречаться начали в 22 года и, вроде как, росли вместе с подросткового возраста. Ребята не самые общительные, но за три года, что они здесь живут, к ним не было претензий. Ни ссор, ни проблем, даже завидно,-вздохнула она. Антуан сел за руль и открыл дверь с её стороны. Девушка непонимающе посмотрела.       -Не пойми неправильно, но мы соседи и я хотел тебя просто подвезти до работы. Я бы всё равно сделал пару кругов по улицам, чтобы начать немного ориентироваться здесь.       Элина прикусила губу, чуть наморщив лоб, посмотрела на время на телефоне. Она могла и на автобусе успеть, но захотелось прокатиться на этой машине и она села в неё.       «Надеюсь, что соседи не начнут пускать слухи. Просто хочется спокойно доехать до работы.»              Стритсон 22. Квартира 35. Утро вторника       Лиз стояла в душе, уже по новому оценивая вчерашний день и понимая, что Дерек просто меньшее из зол. Конечно, неожиданно, что сегодня у него день рождения и что он решил отпраздновать его в кафе на Серострит 15, дальняя улица, выходящая из их городка и идущая вдоль внешней стороны Цветка, мимо посаженных деревьев и кустов, из-за чего и получила прозвище: Ветвь.       Когда смотришь на поселение со спутника в виде карты города, то видишь пять лепестков, каждый из которых сделан в своей цветовой гамме, благодаря отделкам крыш: фиолетовый, красный, жёлтый, серый и оранжевый, а ножка – зелёная.       Всё время, что Элиза жила в Цветке, она не покидала фиолетовый сектор и теперь по утрам было странно видеть незнакомые улицы и дома, как будто оказалась за пределами родного поселения, хотя городок небольшой, рассчитан на пять – шесть тысяч человек.       Если бы ей надо было идти на своё обычное рабочее место, то достаточно спуститься вниз, дойти до автобуса и проехать четыре остановки до своей, а там шагов двадцать до кафе и можно бегать по залу, поддерживая работу коллектива или, если накатил аврал и не хватает стандартного количества человек в смене, посидеть в кабинете, передохнуть от этой беготни, проверяя документы и составляя отчёты.       Но сегодня ей трястись около часа в газельке, потом бежать два квартала и только потому, что алкоголь вчера расслабил женщину и у неё вылетело из головы про Даяну и поход той к врачу с утра.       «Весь день всё было в порядке, но к вечеру она ощутила себя нехорошо. Надеюсь, что она не метила на мою должность? Вчера она так сказала, что мол поела пирожок на работе из нашего же кафе. Если это попытка скомпрометировать это место или мою работу…»       Она выключила душ и с трудом попала шлангом в держатель. Руки дрожали, а внутри засосало под ложечкой. Появился страх, что её хотят подставить. А что? Новый человек пришёл и сотрудник отравился.       «Стоп! Это глупо! Я не повар, а директор и к еде меня приписать не выйдет!»       Успокоившись она продолжила быстро собираться, позвонив между делом в кафе и убедившись, что всё готово к празднику, который начнётся через пару часов ближе к обеденному времени. Не хватало одного блюда, но для него должны довезти продукты чуть позже.              Стритсон 22.       Хлопнула дверь в коридоре за спешащим Демьеном на свой автобус. Мужчина радовался, что успел познакомиться с соседями и у него сложилось впечатление, что это очередная парочка, может склонная к алкоголю и Макс будет теперь обитать у них, а не шататься от бара к пабу и обратно, огорчая свою жену, зато точно не полезут к его сестре.       Деля смотрела, как её старший сводный брат шёл быстрым шагом к углу дома, выглядывая из окна, вот он повернул направо и ушёл к вокзалу с междугородним транспортом. Так хотелось сразу позвонить кому-то из ребят, но она предпочитала убедиться, что Демьен уехал. Так что она надела удобную синюю футболку, зелёные шорты и кроссовки бежевого цвета, вышла из квартиры и отправилась привычным незаметным маршрутом за ним.              Стритсон 22. Квартира 36.       -Сука! – от этого громкого крика проснулась Астрид и непонимающе посмотрела на своего мужчину, который стоял посреди студии и смотрел на телефон – во тварь! Убил бы, если бы мог! Работа фигня, зато счета хорошо оплачивались без задержек.       -Что произошло? – она села в постели и взяла свой телефон, чтобы посмотреть время. Сегодня у неё был выходной и обычно он уходил тихо, если накануне поздно легли.       Ревон посмотрел на неё виновато, жалея, что не сдержался и разбудил её, но больше всего - что его так лихо уволили, хотя он был на хорошем счету, и устроился к ним сразу как они поселились в Цветке.       -У меня вчера была стычка с одним толстяком, который выходил из подъезда и я его чуть не сбил на велике. В итоге я упал и он же мне начал грубить, я его даже не оскорбил,-он возмущённо округлял глаза и пыхтел. Ася вылезла из постели и обняла его, прижимаясь к синей рубашке, через которую чувствовала тепло его тела, он автоматически приобнял её одной рукой – я ему посоветовал не судить о людях по их работе и укатил, а этот урод, видимо, углядел логотип моей доставки и всё, я без работы. Там правда ещё кое-что произошло, совпало, наверное,-он отвёл взгляд.       -А опиши его, пожалуйста,-попросила Астрид, отодвигаясь и заглядывая в любимые глаза – может получится узнать его имя и поговорить с ним, чтобы отозвал жалобу? Кстати, а что ещё случилось?       -Насрали ему на папки,-он захохотал, увидев, как вытянулось лицо его возлюбленной – не сам. Птичка пролетела.       Они стояли и смеялись, держа друг друга за руки. Потом Ревон описал неприятного типа и даже откуда тот вышел, посоветовал забить на это, сказав, что поищет другую работу, хотя догадывался, что ей хочется помочь и трудно закрыть глаза на обидчивого толстяка.              Стритсон 56.       Деля добежала до забора, за которым собирались люди, ожидающие транспорт, что вывезет их из города по их рабочим делам, а может и кто-то устал от жизни в поселении, решив поискать себя где-то в другом месте. Девушка встала рядом с деревьями, что скрывали её от собирающихся людей, но давали неплохой обзор на них же.       Она достала сигарету из полупустой пачки, что была в шортах и закурила, глядя как её брат сидит на скамейке, зевая и поглядывая на экран телефона, что-то в нём делая. Деля глянула на свой, но там не было уведомлений.              Серострит       Лиз ехала в автобусе, глядя как крыши с фиолетовых сменяются на оранжевые, а дома стали выше, хотя жители одеваются также, как и в других секторах города. Когда женщина впервые отправилась на прогулку по Цветку, после услышанного разговора, её удивило такое чёткое разделение секторов, хотя не было специальных заборов и въездов. Если не рассматривать крыши, не пользоваться картой города в приложении на телефоне, можно и не заметить этой особенности.       «Помню, как случайно услышала, что Элина говорила кому-то по телефону, что её перевели в зелёный сектор из оранжевого и ей не нравилось, что придётся ездить с пересадками, потому что газелька не подходит по времени проезда. Ей либо опаздывать придётся, либо приезжать слишком рано, потому что сместить её смены не вышло. Вот тогда и стала узнавать о чём речь и удивилась, как же я сама-то не заметила?»       Лиз была очень любопытной женщиной, но это и правда казалось столь необычным. А автобус продолжал её везти, впуская и выпуская пассажиров, которые были ещё сонными с утра, направляясь на работу. Элиза улыбнулась, оглядывая салон, всем хватало места, но подростки всё равно вскакивали со своих для людей преклонного возраста.       «Когда я жила в Муравейнике, то меня раздражала невоспитанность подрастающего поколения, которую здесь я не наблюдала. Надеюсь, что этих ребят не испортят соцсети и какие-нибудь неправильные программы по телевизору.»              Стритсон 56       Деля убедилась, что Демьен сел в автобус. Как обычно она присела, когда транспорт проезжал мимо неё, чтобы потом не объясняться перед ним, почему она проверяла уедет он или нет.       Выпрямившись она повернулась и врезалась в парня в спортивном костюме с капюшоном на голове. Он не дал ей и слова сказать, прижав к дереву и начав её целовать, проникнув в рот своим языком и залезая руками ей под футболку.              Гринстрит 50       Элина зашла в свой центр танцев и остановилась на пороге. Непривычно было так много смеяться с посторонним парнем, который приятно удивил тем, что не стал переходить её границы. Девушка чувствовала себя такой воздушной, что самой захотелось пуститься в пляс и она включила музыку, пока её группа подростков собиралась, и стала танцевать, удивляя их. Кто-то стал подбадривать выкриками и хлопать в ладоши, а она ритмично танцевала и крутилась на месте, смеясь и радуясь прекрасному вторнику.              Стритсон 56       Деля оттолкнула от себя подошедшего и целующего её парня, вытерла губы и произнесла недовольным голосом:       -Мартин! С ума сошёл? А, если бы Демьен тебя увидел?       -И что? Он знаком только с Томасом и Дейлом, из-за которых вы, по идее, и переехали сюда,-пожал он плечами, стаскивая с себя капюшон и поправляя короткие взъерошенные кудрявые волосы цвета миндаля на голове в тон его глазам.       -Да уж! Так некомфортно, как тогда, мне никогда не было,-поморщилась девушка, обнимая одного из своих парней – Сначала отец орал, потом Демьен ворчал. Но убило, когда отец решил меня в монастырь отправить, а брат сказал, что я просто живу в Муравейнике и это вина города, нужно просто другое место.       -А представь, что было бы, если бы мы все пришли тогда? Хотя я ребят пытался притормозить, но им казалось, что в современном мире должно быть понимание.       -Они даже ничего такого не сказали,-вспоминала она тот ненавистный вечер, идя под руку с одним из своих пяти парней – ну встречаюсь я с двумя и что? Но те, видимо, сами домыслили остальное.       -Он так и будет тут жить? – ворчливо поинтересовался Мартин, подводя девушку к дому одного из их общих друзей. На крыльце стояло ещё двое ребят, при виде которых на сердце девушки стало тепло и само по себе пошло возбуждение от предвкушения разврата.       -Ну по официальной версии он ездит в командировки, а по факту к отцу, чтобы взять ещё денег и сказать, что я веду себя хорошо, правда никого себе так и не нашла,-она поднялась по ступеням и была обнята каждым из её парней по очереди. Один сразу полез ей в шорты, второй засунул руки ей под футболку, а Мартин шёпотом попросил:       -Ребят, не здесь же! – и взял её на руки, унося в дом.       Стритсон 22. Квартира 36             Ревон сидел за ноутбуком, подбирая себе другую работу, а Ася вернулась с прогулки после завтрака, прикупив по мелочи в магазине и отправив всё это в холодильник. Она подошла к своему мужчине и взъерошила ему волосы, потрогала пальчиком серёжку в правом ухе в виде гитары:       -Элиза звонила, у неё помощница приболела. Сказала, что нужно запеканку сделать, но она не доверяет вчерашней смене. Классическое блюдо: рыба, лук, сыр и приправки всякие. Сможешь помочь? Она заплатит пару тысяч за это уже сегодня вечером,-попросила она его.       Он встал из-за стола, выключая технику и расстроенно произнёс:       -Похоже, что пока нигде курьеры не требуются. Жаль, что потерял место из-за грубияна, которому не понравилось, что я не смолчал в ответ на его хамство.       -Ты всё сделал правильно,-она провела рукой по его лицу – ты же не оскорбил его, а напомнил про уважение!       Они собрались быстро и поехали вместе в зелёный сектор. Ася там никогда не была, да и хотелось провести время со своим мужчиной раз выходной. Мешать она не станет, но может и помочь.              То кафе, где они иногда перекусывали в выходные или подкупали себе обед на работу в их фиолетовом секторе, было праздничным местом. Ярко синее здание, светлые рамы окон, а внутри сочетание зелёных и оранжевых цветов на стенах и полу, в рамках картины с изображением истории Цветка и того, как менялось место вокруг, причём работы делали два фотографа, которые хотели оставить эти запечатлённые моменты на память. Там всегда играла лёгкая музыка, расслабляющая и умиротворяющая.       Здесь же, на Серострит 15, они увидели двухэтажное помещение серого цвета. На первом этаже был склад, а вход выглядел унылым и блёклым. К тому же нужно было подниматься пешком по лестнице на второй этаж и проходить через скрипучую блёклую бежевую дверь в светлое помещение, где из звуков было только звяканье посуды, а проигрыватель сломался и его починят лишь через два дня, так как он старой сборки, а на такую технику специалистов в городе трое и все заняты.       -Жуткое место,-сказал Ревон, идя первым по лестнице и пытаясь представить, как сытый гость выходит и идёт по ступеням вниз. Да и общая атмосфера была неуютной и тоскливой.       -Там радостное заведение, а здесь заброшенная школьная столовка,-оценила контраст Ася – я думала, что в сети оформление должно быть схоже.       -Это место убыточное,-Лиз вышла к ним из гостевой зоны – его не закрыли пока, только потому что Дерек хочет сюда ходить, да и желающих его выкупить тоже нет.       -А кто это? – поинтересовалась Астрид.       -Мне интересно стало, а где вы храните продукты в нашем кафе? Или отсюда возите? – Ревон прошёл за Элизой обратно на лестничную площадку, а оттуда в служебные помещения через коричневую выцветшую дверь.       -Возим и правда отсюда,-подтвердила женщина в деловом костюме, немного завидуя Асе, которая пришла в жёлтом платье с неглубоким вырезом и длиной чуть выше колена. Несмотря на её возраст, у неё была хорошая фигура и подтянутые мышцы – а Дерек спонсор, который помогает делать закупки и платить зарплату сотрудникам.       -А что случилось со сменой-то? спросил Ревон – отметили что-то удачно?       И тут они узнали, что в кишечнике управляющей кафе нашли мелкие кусочки от иголки и она сейчас не в состоянии работать, а к поварам пропало доверие.       -Уже и детектива назначили из Муравейника,-вздохнула Лиз – он согласился, что раз уж не перенести мероприятие, то стоит дать выходной кухонным работникам. Нам нужна одна запеканка и всё, именинник спонсирует кафе в Цветке, а завтра уже будет расследование. Агент Лус сказал, что поживёт в нашем поселении и поговорит с каждым, кто мог это сделать.       Она показала где и что находится и ушла по своим рабочим делам, а Ася увидела, что Ревон злобно сморит в окно. Подойдя к нему, она заметила внизу крупного мужчину в сером костюме, а от своего мужа узнала, что это и есть вчерашний хам.       Астрид помогла почистить лук и натёрла сыр, пока Ревон обрабатывал рыбу и настраивал плиту. Девушка вышла воспользоваться туалетом, который был в гостевой зоне, а на обратной дороге заметила грубияна, выходящего из кабинета Элизы, которая договаривала фразу и назвала его по имени. Она прошла мимо, сдержавшись, чтобы не сказать пару ласковых , но оступилась и попала каблуком ему на подъём ноги, когда поравнялась, чтобы уклониться от официанта с тарелками на подносе.       -Извините,-сказала она и пошла дальше, довольно улыбаясь.              Вернувшись обратно к своему мужчине, она села на табуретку и стала смотреть, как он выкладывает рыбу, добавляет специи, лук кольцами, снова рыбу и тянется за сыром, который она подготовила для него.       -Ты не поверишь, кому ты готовишь еду,-сказала она расстроенно. Ревон замер с тарелкой в руках и посмотрел на неё:       -И кому же?       -Тому грубияну. Этот толстяк, что был внизу под окнами, и есть Дерек.       -Да ладно? – в голосе проскользнула издёвка – мир настолько тесен? Из всех возможных именинников мне достался именно этот нахал? – он посмотрел на блюдо перед собой, а потом покрутил головой вокруг.       -Что ты ищешь? – она с интересом наблюдала за Ревоном.       -Камеры, если вообще их тут ставили.       Они осмотрели помещение и удивились, что здесь нет элементарной предосторожности. Астрид закрыла дверь изнутри, а Ревон снял брюки и надрочил член, кончив в еду, прошептав:       -Надеюсь, что пробу Лиз снимать не будет.              Они ушли после запекания блюда с необычной добавкой на прогулку по району, не столкнувшись с гостем. Место им не понравилось: дома пожелтевшие или заброшенные, хотя стройка в конце улицы идёт вовсю, но всё здесь отталкивает, чем притягивает взгляд: парк заброшен и только ёлки и вечно зелёные кустики вдоль дороги создают иллюзию ухоженного места.       Пока они гуляли, наткнулись на Энналису, которая проходила где-то собеседование и была очень раздражена после встречи. Она невольно выбирала выражения по грубее и раздражалась на все мелочи: птица пролетела слишком низко или машина проехала быстро, хотя они шагали по тротуару.       -А куда ты хотела устроиться-то? – спросила Ася, когда их новая соседка стала спокойнее, выпустив пар.       -Да помощницей хотела, но перенервничала и напортачила,-вздохнула Энн – я людей плохо переношу,-сказала она – пыталась на звонках работать, тоже нервы сдают.       -Я работаю на чатах,-сказала Ася – давай я спрошу на работе, нужны ли люди? Для этого нужен только ноутбук и неплохая скорость печати.       Энн оживилась и стала расспрашивать про график, зарплату да и в целом про работу, а Ревон смотрел на двухэтажное кафе, мимо которого они проходили, возвращаясь к остановке, чтобы поехать в свой сектор.              Серострит 10. Дневное время вторника       Рыжеволосая девушка лежала в постели и смотрела в стену, покрытую новыми обоями. С неделю назад она сделала ремонт, а сейчас запах клея, который ещё не весь выветрился, раздражал её.       После промывания желудка всё болело и запахи непривычно раздражали. Время от времени вспоминались слова врача, сказанные медсестре и услышанные случайно:       -Ей очень повезло, что новое оборудование мы не успели подключить и проверить. Ей бы разорвало кишечник и она вряд ли бы выжила. У нас нет подходящих инструментов и врачей, чтобы помочь в такой ситуации.       Даяна тогда стояла в служебном туалете, потому что другой, для пациентов, вонял экскрементами и девушка не могла там находиться. Она пыталась осознать, что этот ужас предназначался не ей, ведь она утащила один пирожок из приготовленных на день рождения спонсора.       «Он, конечно, не самый приятный тип, но неужели он заслужил съесть подобное в день рождения и умереть на каком-то там оборудовании?»              Её отпустили домой, остатков иглы в ней не было, но организм болел из-за внутренних повреждений. Врачи предупредили, что через несколько дней всё пройдёт, но пока будет ныть.       Она встала и дошла до кухни, опираясь на мебель и стены, постояла, задумчиво глядя на коричневую мебель и обои на пару тонов светлее их, но поняла, что есть не готова. Был страх, что снова будет больно. Вернувшись в спальню, она выпила обезболивающее и рухнула спать.              Серострит 15.       Вчера Дерек с трудом отчистил документы, хотя часть пришлось восстанавливать, перепечатывая и ворча на наглую птицу. Сегодня он пришёл в хорошем настроении в любимое кафе, сбросив назойливого риэлтора, который предлагал продать участок под коттедж и успел где-то достать его номер телефона.       «Это кафе было первым в Цветке и наглый Карл не сможет лишить меня его! Удивительно, что тот ещё не сговорился с этой Лиз.»              Дерек родился и вырос в Цветке, но уезжал в соседнее поселение Малина на несколько лет, а по возвращении отправился именно в это кафе, где встречал каждое своё день рождение, радуясь, что школьные обидчики живут далеко и хотя бы этот день ему не испортят.       Так уж вышло, что однажды его бывший одноклассник Карл женился, а потом развёлся и переехал на Ветвь, решив привести эту часть городка в порядок. Вот тогда они и встретились, правда не в праздничный день, но всё же бывший спортсмен, не взлюбивший ябеду со школьной скамьи, решил снести и кафе тоже.       Сначала он сам пытался уломать Дерека, а потом нанял риэлтора, который почти преследовал крупного и уставшего мужчину, не желающего отдавать любимое место.       Вот и сегодня он зашёл в кафе, остановившись на крыльце и задумавшись, что надо покрасить стены краской, сохранив старую расцветку, а то и правда здание кажется заброшенным, а там может и людей будет больше приходить.       Он переступил порог и посмотрел на лестницу. Каждый год он бегал по ней вверх и вниз, играя и представляя себя то героем, то пиратом, а сейчас уже вес не позволял взбежать по ступеням как раньше.       Он вздохнул и пошёл медленно, мысленно считая их и предвкушая праздничный стол. К нему должны были приехать несколько приятелей, не так чтобы друзей, но они давно общались, работали в другой сфере вместе и он уже к ним привык, хотя они тоже иногда его любили поддевать, но это и рядом не стояло с тем, через что он прошёл в школе.       Поднявшись до первого пролёта он остановился, тяжело дыша и жалея, что давно уже не маленький мальчик. Его не сразу начали обижать, а только после того, как он начал поправляться. Дети не думают, что у человека могут быть проблемы со здоровьем, им плевать, смешно же: толстяк, упырь, жиртрест. Кажется, что каждый упитанный ребёнок испытал доброту одноклассников на себе в такой ситуации.       Став молодым, но толстым парнем, он уезжал, надеясь поправить здоровье, но не вышло. Тогда он и вернулся, хотя нашёл другое экспериментальное лечение.       Ещё пролёт и вот она скрипучая дверь, а за ней вход в комнату для приёма пищи. Он взялся за ручку, вспоминая, как раньше трудно было тянуть её на себя, а сейчас страшно сильно дёрнуть и сломать дверь вовсе.       Он перешагнул ещё один порог и остановился, оценивая это место и отгоняя воспоминание о вчерашнем знакомстве с зазнобой, которая решила, что имеет какие-то там права на кафе его детства, потому что формально числится директором трёх Пирожков в Цветке.       Он нанёс формальный визит Элизе в кабинет, сделав вид, что ему интересно то, о чём она говорила, но особо не слушая. Да и зачем в праздник переживать о приболевшей помощнице.       Дерек вышел из кабинета и ему практически сразу наступили на ногу, воткнув каблук в ботинок. Он дёрнулся, злясь, даже вышел за нахалкой на площадку, подумывая глянуть, куда она пойдёт, но ему прямо повезло. Она зашла в соседнюю дверь и скрылась на территории кухни.       «Надо будет и эту девицу уволить! И вообще! В каблуках и платьишках на работу не ходят! Бесстыдница!»       Дерек вернулся в залу и сел за стол. Ему подали несколько блюд и он начал есть.              Серострит 10.       Даяна снова проснулась, чувствуя сильную жажду. Она с трудом добралась до кухни и налила себе воды из-под крана, почти не открывая глаз. Вода оказалась горячей и невкусной, но не было сил настраивать температуру воды, хотелось обратно в постель.       Девушка споткнулась о ножку стула и упала на пол, радуясь, что у неё везде лежали ковры, приглушая шумы от соседей снизу, так что она не сильно ударилась и поползла в спальню.              Серострит 15.       Лиз сидела в кабинете и проверяла документы, когда к ней влетел орущий Дерек, обвиняющий её в заговоре против него с каким-то Карлом, он размахивал тарелкой в руке, где была недоеденная порция запеканки. Элиза слушала его, стараясь не морщиться, хотя и видела, как от гнева брызги его слюней попадают к нему же в тарелку.       -Я не знаю, что он вам предложил, но знаю другое – вы не дорожите своим местом! – выдохнул он наконец, стоя с багровым лицом и больным горлом от крика.       -Почему же? – попыталась взять ситуацию в свои руки Лиз, уже и сама понимая, что зря она полезла по карьерной лестнице, уже успев втянуться в работу в одном кафе, и ей нравился прежний ритм работы, а теперь стресс такой, что за сутки она словно месяц прожила.       -Какая упёртая,-он сжал зубы, чтобы не оскорбить её под камерами. Его взгляд упал на тарелку в руке и он резко протянул её к женщине перед собой – а вот съешьте это, если вас не нанял Карл!       Она не смогла сдержаться от омерзения, представив, что съест кусок, а там его слюни. Лиз не успела даже предложить взять другой кусок из сковородки, как тарелка полетела в урну около её стола, а он выскочил из кабинета, шепнув ей на ухо:       -Сука!       Мужчина выскочил, а она так и осталась стоять, глядя на захлопнувшуюся дверь перед собой и пытаясь понять: что случилось? Лиз даже зашла в зал, где он ел, но всё было как обычно. Столы стояли ровно, стулья задвинуты, красивое оформление в виде флажков и ленточек не оценено заказчиком торжества, а на столе осталась сковорода на подносе с едой, на которую зря только потратили время её соседи.       «Надо будет выписать накладную на выдачу им денег, а потом пройдусь немного. Надо бы унять стресс.»       Она выкинула еду в мусор и пошла на улицу, прихватив телефон в руки.              Серострит 10. Дневное время вторника       Даяна с трудом открыла глаза, лёжа на полу, зрение стало мутным. Она смотрела в потолок. Пить не хотелось, есть тоже, только снова клонило в сон. Она прошептала, с трудом узнавая свой голос:       -Почему мне так плохо? Неужели что-то осталось в организме?       Она потянулась к телефону и захрипела от ужаса, глядя как кожа на её руке стала непривычно морщинистой, даже жутко. Девушка хотела закричать, но пересохшее горло не дало ей этого сделать. Решив, что иглы были отравлены, отсюда и эффект, она заставила себя взять телефон и позвонить в больницу, с трудом произнеся перед потерей сознания:       -Помогите!              Серострит 24       Дерек приехал на машине к дому, который был в паре кварталов от кафе, и пошёл в свой сад отвлечься от обиды за испорченный праздник. Он стоял около клумб, которые выращивала его покойная мать, а теперь и он сам корячился и старался продолжать её дело.       Мужчина вздохнул и пошёл в дом, мысленно ворча на наглую бабу и на то, что не сдержался и бросил тарелку под камерой, а теперь нельзя было составить жалобу. Пересмотрят записи и ему тоже влетит, но и ей наверняка дадут шанс.       «Если бы сдержался, то она уже через час искала бы работу себе по уму, а так остался засланец в моём кафе! Ух! Карл!»       Уже дома он сел на диван в гостиной, где было хорошо убрано, потому что приходящая горничная, как и кухарка, не спорила с ним. Но вот сад и те клумбы – это память о матери, которая не дождалась сына с попытки вылечиться и погибла под колёсами пьяного подростка, угнавшего машину и сбежавшего из дома.       Раздражение уходило, накатывала усталость и желание подремать на диване, как делал раньше его отец, теряя очередную работу и приходя домой в поддатом состоянии. Только Дерек вообще алкоголь не пил, боясь обнаружить у себя наследственную склонность. Он уже прикрыл глаза, когда услышал телефонный звонок. Поднял трубку, собираясь предложить перенести празднество в другое кафе, решив, что это звонит один из его приглашенных приятелей, как услышал:       -Простите, что беспокою вас, но пока я прогуливалась по зелёному сектору, то поняла, что либо я ошиблась и это было не покушение на вашу жизнь, либо ваш Карл настоящий псих.       Дерек открыл глаза и посмотрел на экран телефона. Её спокойствие в голосе вызвало обратную реакцию у мужчины. Он снова приложил телефон к уху и прошептал туда испуганно:       -Какое ещё покушение?       -Ну как же? – на том конце трубки удивились – я же рассказывала вам сегодня утром.       Он прокрутил в голове всё, что запомнил из разговора. К сожалению, тогда он отнёсся к этому как к формальной информации и пропустил самое главное для себя. Хотя кое-что всё-таки вспомнил:       -Помощница отравилась пирожком? Это был «мой» пирожок?       -Скорее всего. Знаете, когда я утром узнала про это и что завезли какое-то там оборудование в местную больницу, сразу решила, что вас хотели убить и весьма жестоко. Там магниты же, которые притянули бы к себе части иголок. Даяна сама была напугана, рассказывая мне всё это. Но я удивлена, что и с запеканкой что-то было не так. Видите ли, я отпустила на сегодня кухонных сотрудников, не зная, кто это мог провернуть, а там есть несколько ребят, которые недавно приехали в Цветок.       -И не успели обосноваться,-сообразил Дерек. Сон как рукой сняло – но погодите, я же видел там блюдо с фирменными пирожками.       -Это с моего подшефного кафе. Я бы и так не рискнула оставлять ту партию, да и её забрал детектив, которого вызвали с Муравейника. А запеканку готовили мои друзья, так что там не могло быть чего-то опасного для здоровья.       -Она была кислой,-вздохнул мужчина – но может сама рыба не первой свежести.       -Значит, это уже вопросы к поставщику,-она задумалась – а мог этот ваш Карл подкупить его, чтобы он нам и рыбу некачественную привёз и мясо с иглами?       -Наверное,-задумчиво сказал Дерек – знаете, Элиз, в школе я был сначала неприметным мальчиком, пока не стал полнеть. А местный красавчик и спортсмен решил, что это даёт ему право меня бить и издеваться надо мной. Я жаловался, не мог иначе, и меня прозвали ябедой.       -Это и есть ваш Карл? Обидчик со школы? – удивилась Лиз.       -Когда я стал старше, то решил, что это просто особенность некоторых детей, кто не понимает жизни. Ездил в соседнее поселение на экспериментальное лечение, которое не помогло, а когда вернулся, узнал, что отец спился насмерть, после того как мать погибла под колёсами какого-то подростка.       -Ужас какой! Мне так жаль,-посочувствовала ему Лиз, слыша, что он трезв, но немного нервничает.       «Наверное, он рассказывает из-за стресса, который испытал. Но теперь я хоть начинаю понимать, почему он так среагировал.»       -В общем у меня остался мамин сад и это заведение. А потом Карл перебрался в этот сектор и стал всё реставрировать, но, узнав, что это моё любимое кафе, решил его снести. Мы поссорились и он сказал, что ему плевать, что я толстый из-за диабета, а не потому что много ем. Я мол порчу будущую красоту района и он уберёт всё, что ему мешает.              Вечер вторника       Арман приехал в Цветок позже, чем планировал. Он объехал город, рассматривая его со стороны: цветные крыши, тихие улицы, деревья и кусты, посаженные вдоль дорог. Ему нравились поселения, построенные вокруг Муравейника и забирающие избыток жителей из их города.       «Помнится когда-то давно планировалось возвести рядом лабораторию учёных и расселить специалистов по Цветку, отсюда и разные секторы, но в результате построили её дальше и учёные живут в Малине, а не здесь. Даже разделительное оборудование так и не установили.»       Он ознакомился с делом перед выездом, удивляясь, что в таком тихом месте вообще что-то криминальное приключилось. За два века существования Цветка здесь были грабежи, угоны машин и на этом всё. Но отравление пирожком с раздробленной иголкой?       «Даяну Кёрт жалко. Девочка работала в кафе почти шесть лет, исправно помогала каждому управляющему, но они никак не могли закрепиться из-за трудного характера спонсора, Шейна. Врачу она сообщила, что замоталась на работе и съела первый попавшийся фирменный пирожок из приготовленных на день рождения Дерека. Следовательно она случайно спасла его от мучительной смерти.»       Арман зарулил в город через оранжевый сектор, решив немного проехаться по улицам, прежде чем начнёт расследование с самого кафе. Днём они говорили с врачом, который упомянул, что обычно они делают УЗИ перед промыванием, а тут могли бы новое оборудование задействовать, но не успели подключить его.       «Если бы Шейн съел свои пирожки сегодня как и планировалось, он мог бы обратиться к врачу вечером или завтра утром. А там магниты притянули бы металл и ему разорвало бы кишечник и живот. Здесь нет хирургов или подходящих специалистов, чтобы оказать в таком случае первую помощь. Пока его привезли бы в больницу в Муравейнике, он скончался бы по дороге, с учётом его свёртываемости крови диабетика.»       Поворот направо и вот прямая дорога, ведущая к состыковке оранжевого и зелёного секторов. Хотя у последнего оттенок крыш светлый, но цвет района определялся удачным расположением кустарников, создающих иллюзию зелёного стебля, на котором располагается распустившиеся лепестки Цветка.       «Значит, тот кто приготовил тот злополучный пирожок знал и про оборудование больницы, и про заболевание Шейна, а это уже ограниченный список людей.»       Детектив Лус проехал через бугор на дороге, который не давал разогнаться возможным лихачам, и свернул плавно налево, въезжая на стебель Цветка в зелёный сектор. Здесь часть домов были покрашены свежей краской, бутики косметики и одежды реставрировались, прилетало строительное эхо от укладки фундаментам под музей. Мужчина невольно улыбнулся, оценивая размах труда Мендельсона.       «Бывший спортсмен прожил всю жизнь в поселении и к зрелым годам захотел улучшить этот стебелёк, приводя дома и общественные места в норму, достраивая жилой сектор и возводя новые постройки. Вот только позарился он на кафе Пирожок, одно из заведений сети, построенных здесь из-за самого участка.»       Когда ему дали дело, он решил, что какой-нибудь новый кухонный работник оказался психом и решил отравить первого попавшегося клиента, но местный полицейский уточнил про день рождения спонсора кафе и ещё сообщил, что не знает как это расследовать, потому что убийств у них отродясь не бывало.       Пообщавшись с врачом, узнав про то, что ждало бы Шейна сегодня, Арман де Лус заинтересовался его жизнью в поисках подозреваемых, которые пошли бы на такой рискованный шаг, ведь съесть пирожок и правда мог любой человек из приглашённых, а не только сам именнинник.       Его гости – это разводчики животных, которые приезжают каждый год, веселятся за его счёт и уезжают в Малину, где они познакомились, когда он проходил одно из экспериментальных лечений от диабета.       За час до выезда из Муравейника он запросил видео со всех камер, удивившись, что именно на кухне они не установлены. Там он увидел и ссору его и Элизы Брайерс, женщины, работающей два года директором только одного кафе в фиолетовом секторе и получившей «удачно» повышение. Когда он слушал агрессивные высказывания Шейна у него сложилось впечатление, что это даже не злость, а реакция Обиженки.       «Помню таких в школе. Либо двоечники, либо неудачники в отношениях. А этот, видимо, рано стал набирать вес и так и не научился достойно переносить обиды или проблемы. Зато он упомянул Карла.»       Так де Лус вышел на Мендельсона, который вроде хорошее дело творит, облагораживая эту часть поселения, но детские обиды и его не отпустили, раз хочет снести кафе, а не отреставрировать данное заведение в том числе.       «Стал бы он так заморачиваться? Возможно. Мало ли что они там не поделили. Ресурсы у него есть и он мог нанять кого-то, но ни один из поваров не получил расчёт за проделанную работу, так что даже непонятно как иглы попали в еду.»       Он остановил машину напротив кафе и выключил зажигание. Кафе Пирожок было блёклым пятном среди остальной яркой части этого сектора. Из него вышла женщина чуть полноватая в деловом брючном костюме со светлыми волосами до плеч и уверенно шагающей к остановке, хотя усталость в её движениях заметна. И всё же она старалась отвлечься от проблем и улыбалась через силу.       «Сильная женщина эта Элиза, другая бы испугалась, напортачила, а она отправила сомнительную смену на выходной, попросила ребят из другого кафе приготовить новую партию мучных изделий, а для запеканки позвала друзей, потому что повара были заняты приготовлением еды для своих посетителей.»       Его удивило, что Шейн пожаловался ещё и на рыбное блюдо, жалел, что его выкинули и нельзя отправить на экспертизу. Хотя есть вероятность, что это совпадение и рыба оказалась на грани испорченности. Но в одном он был уверен точно: Брайерс не причём.       «Она не просилась на это место, хотя и изъявила желание вырасти по карьерной лестнице, но год назад. Назначили её, когда закончились претенденты на эту роль из-за славного характера спонсора трёх кафе в Цветке. Да и по камерам видно, что она заходила в подсобку, не распаковывая контейнеры с едой, оставляя их в том же виде, что и привезли от поставщика. На кухню она не ходила.»       Арман решил начать расследование завтра, когда работники будут на местах, но ему позвонили из больницы и попросили заехать. Вздохнув он согласился.       «Я со своей работой вижу кучу интересных и красивых мест, помогаю людям освобождаться от психов и убийц, но ненормированный график ужасный бонус.»              Серострит 24       Дерек ходил довольный по своему дому. Наконец очередное экспериментальное лечение пошло на пользу и он заметил, что часть жира спала. Стоя перед зеркалом в ванной он неверяще трогал своё тело и радовался, что пара килограммов исчезли.       «А врач был прав. Результат будет неожиданным. Я правда думал, что сначала я замечу исчезновение зависимости от инсулина, но пусть так. Даже дышать стало легче! И теперь я понял, почему он просил меньше волноваться!»       Он взял телефон в руки и напрягся, ощутив неприятные изменения, но всё равно позвонил своему врачу. Сначала он довольно отметил, что вес уменьшился, а потом спросил:       -У меня зрение стало хуже. Может мне стоит приехать к вам?       -Всё хорошо. У других испытуемых при снижении веса наблюдались головные боли и подташнивание. Мистер Шейн, ваш организм перестраивается и ему нужно время и ресурсы. Может даже усилиться голод, но к концу недели станет легче,-жизнерадостно пообещал врач на том конце провода.       Дерек повесил трубку и сделал глубокий вдох, чтобы унять волнение. Зрение ухудшилось на пару единиц и было некомфортно, но терпимо. Немного ныла поясница и зад, но он решил потерпеть, чтобы обезболивающими не навредить эффекту. Он набрал одного из своих приятелей, приглашённых на праздник и узнал, что они смогли снять несколько домов на одной улице. Уточнив адреса, Дерек собрался к первому из них, чтобы поделиться хорошими новостями и показать себя.              Цветок       Пока Элина каталась вновь с Антуаном, а Лиз подъезжала на маршрутке к своей остановке, пока Ася и Ревон гуляли по скверу фиолетового сектора, а Деля пожаловалась ребятам, что они переборщили со специями так, что пришлось позвонить в больницу, Арман де Лус стоял у окна и звонил по телефону в свой офис сообщить, что Даяна Кёрт скончалась в течении суток от сильного химического отравления. Её тело ссохлось, но это не всё. Поступило ещё несколько жалоб из разных квартир, где люди не ходили в кафе, а заказывали еду на дом или готовили сами. И объединяет их кроме возможных иголок, так как машины скорой помощи к ним только выехали, то, что они все ели мясные блюда от одного поставщика, который привёз мясо в местные кафе и магазины, под названием Спектр.              Стритсон 22. Квартира 35       Элиза устроила вечерние посиделки у себя дома, пригласив соседей с одной лестничной площадки к себе. Она рассказывала им, что была напугана утром историей своей помощницы, а тут ещё этот детектив, который позвонил ей и она напряглась:       -Я тогда жутко расстроилась. Подумала, что не мой день и чуть было не уволилась, но решила, что надо с кем-то обсудить и у Аси был выходной,-она улыбнулась соседке – знаешь, когда вы ушли, этот толстый придурок шумел много, а разговор с тобой меня успокоил, отвлёк. А к вечеру тот детектив снова позвонил и я поняла, что зря волновалась, у него были такие интонации,-она посмотрела на Энн – похоже, что меня спасли камеры. Правда жаль, что на кухне их не оказалось, зато теперь точно поставят.       -Получается, что это и правда покушение на убийство? – удивился Ревон – а казалось, что городок мирный.       Они сидели на диване, кресле и стульях, обсуждая предположения, как же эти кусочки иглы умудрились проглядеть работники кухни или всё-таки кто-то под шумок подготовки предстоящего торжества пронёс с собой опасные части и закинул в фарш. А в это время ещё несколько пациентов прошли промывание желудков и врачи нашли там иголки, поступали всё новые звонки с разных секторов в единственную на поселение больницу.       Деля со своими парнями тоже ждали скорую машину, которые должны были забрать их, ворча на острую добавку, из-за которой разболелись животы и было испорчено праздничное настроение по поводу отъезда Демьена.       Элина и Антуан заехали в кафе на окраине серого сектора и немного выпили. Девушка впервые за долгое время смогла отпустить проблемы, да и парень рядом был привлекательным.              Улица Гринстрит       Дерек не учёл, что его приятели не сидят дома, так что он решил пройтись в надежде найти их, обнаружив запертые двери. Голова болела, а возвращаться в машину не хотелось, он там случайно обделался. Нос заложило, так что скорее ощутил, чем учуял. Оставив машину недалеко от съёмного жилища одного из друзей, он шёл по улице, чувствуя, что ему становится легче двигаться, хотя тело сильно болело.       «Чёрт! Я же воняю, наверное, дерьмом! Надо вернуться к себе и принять душ, да и осторожно, чтобы соседи не видели.»       Он с трудом сфокусировал взгляд, голова кружилась, один глаз вообще закрылся и клонило в сон. Дерек уже пожалел, что просто не подремал, как обычно днём после приёма лекарства. Наконец он понял, что сделал крюк и ему пройти буквально шагов тридцать, а там и порог его дома.       В это время суток большинство людей на работе, хотя есть те, у кого сменный график, но таких мало. Дерек добрался до крыльца, споткнувшись и улетая во тьму ибо второй глаз резко перестал видеть, а само падение он не ощутил. И даже истошного крика соседки не услышал.              Стритсон 22.       Макс лёг почитать книгу, беспокоясь из-за жены, которая не поднимала трубку, счастливая Лиз сидела у окна, потому что были камеры, которые подтвердили её непричастность к злосчастному пирожку, Астрид и Ревон радовали округу горячими стонами. Новые соседи не были приглашены на праздник жизни, про них как-то случайно забыли.              Где-то в лесах на окраине серого сектора Элина и Антуан под действием выпитого вина решили поразвлечься. Это был просто выход страсти двух людей, которые не собирались становиться любовниками, а просто хотели развлечься.       После страстного соития они поехали на большой скорости, но алкоголь ударил в голову водителя и машина вылетела с обрыва и разбилась о камни внизу, взорвавшись с опозданием после удара через несколько секунд.              Офис в местном полицейском управлении. Раннее утро среды. Выделенное помещение под временный кабинет детективов Муравейника       -Арман, а ты не обратил внимание на это? – блондин с карими глазами в серой рубашке и чёрных брюках сидел рядом с прибывшим раньше него напарником. Они просматривали камеры, проверяли детали, которые могли упустить – Эти приехали и всё закрутилось!       -Ты шутишь? Она передала мусорный мешок и всё. Да и его выкинули у дома.       -Ты про Томаса слышал? Парень был один, прикосновением рук мог сказать, что было с предметом в последние сутки, а ещё бывают лекари, медиумы,-детектив сделал многозначительную паузу.       -Но это хорошие силы,-он запнулся – ты же не хочешь сказать, что у нас тут девица с даром… как это назвать-то?       -В начале этого века несколько добровольцев записались в эксперимент,-решил напомнить про почти забытую историю Ремус, которому она нравилась и он запомнил некоторые детали - Предполагалось, что у них будут силы, но дары открылись у их детей. Кто-то засветился с ними, другие – нет. К тому же несколько родителей предполагаемых сверхдетишек покинули научную территорию после небольшой эпидемии, когда люди стали растворяться в своих же соках.       -Мерзость какая ну и силы,-поморщился Арман, стараясь не представлять себе это, но память уже услужливо подсказала ему, как это было, хотя тогда он ещё был студентом и дело вёл кто-то другой. И всё же в то время про странный эксперимент и его последствия говорили чаще, чем сейчас. Осталось мало детективов, помнящих детали и верящих, что где-то по их материку ходят люди с какими-то силами, которые возлагают на них некую ответственность за чужие жизни.       -Кстати, если я прав, а я уверен в этом, потому что поставщик чист. Проверили и другие доставки мясных и рыбных изделий, да ещё и там некоторые блюда были, где эти иголки бы вылезли в процессе приготовления. Дар сильный, развитый, но не знаю, что не так. Какая-то хаотичность есть. Как будто сила вышла из-под контроля.       -Были некоторые заметки в том деле,-поморщился Арман, вспоминая старые детали – что-то про «нужно практиковаться».       -Да, Томас как-то сказал, что не пользуясь даром долгое время, рискуешь, что он выйдет из-под контроля от злости или на адреналине. Кстати, эта Энналиса подходит и по возрасту.       -В каком плане? – Арман встал и подошёл к окну, вытащив сигарету из пачки.       -Потомкам тех добровольцев сейчас должно быть 30-45 лет. И вот как только эти двое приехали в новый город, а у них же ещё и волнения, все дела,-оживился Ремус и предположил - может она и не хотела вредить. К тому же живёт на одном этаже с этой Элизой. Полагаю, что дело в телесном контакте, передала мусор подарила случайно проклятье.       -И вражда Мендельсона и Шейна не причём? – Арман закурил, глядя скептически на напарника, удивляясь его тяге к мистике, хотя и понимая, что если он прав и тут некто с проклятием в руках, то надо бы отловить, но как? Ведь тогда лучше не касаться виновника преступления, чтобы не заработать проклятье.       -Да у них там обычная школьная вражда,-отмахнулся Ремус, увлечённый своей идеей - Я даже не думаю, что этому Карлу пришло бы в голову вредить спонсору сети кафе, скорее его желание отнять заведение - это просто новый способ побесить толстяка. Думаю, что эта девица сначала случайно передала проклятье, а потом от Элизы могла узнать про случившееся с помощницей на утро после их вечеринки. Соседи этажом ниже жаловались на шум как раз в их квартире.       -Знакомство с соседями? – Арман раздражался, что звучит идеально, даже слишком. Обычно всегда есть несостыковки, которые надо найти.       -Давай ещё раз,-Ремус взял листок, чтобы записывать последовательность – новые соседи приезжают в Цветок, лифт и передача мусора с контактом их рук, а вечером устраивают собрание со знакомством. На следующий день Элиза узнаёт об отравлении сотрудницы необычным пирожком.       -То есть она получила повышение, заехала в кафе, проверила остатки и коснулась как раз фарша, перенеся на него проклятье,-продолжил мысль напарника Арман – а, когда узнала про отравление сотрудницы, вполне могла поделиться переживаниями с соседкой.       -И про вызванного детектива тоже,-кивнул головой Ремус - а новые жертвы появились, когда ты поговорил с Элизой. Может она испугалась, что её припишут к этому или просто перенервничала и снова поделилась с соседкой, а та, на адреналине, устроила нам тут эпидемию.       -Я тебе честно скажу, я не люблю всю эту мистику. И не одобряю эксперименты на людях, пусть даже и добровольные. И тут уверен, что никаких проклятий нет. Пусть поставщик чист.       -Знаешь, что подтолкнуло меня к этим мыслям? – Ремус вздохнул и посерьёзнел – она высохла за сутки, та помощница. Нет таких химических соединений или элементов в природе. Да ещё и то, что осталось от Шейна. Вообще смотреть невозможно.       -Я всё ещё не верю, что он превратился в желе и оставил часть себя в доме по Серострит 24, ещё часть - в машине, а сам превратился в кровавое месиво на пороге дома мисс Стерн.       -У них дома похожи,-прошептал Ремус – он, наверное, пытался идти к себе, но потеряв один глаз в газоне, а второй слишком мутный у порога,-он сделал паузу – думаю, что он практически не видел и сам не осознавал, что умирает.       -Давай проверим теорию? - Арману тяжело было признавать, что тут замешаны мистические силы, но и вид того, что осталось от Дерека Шейна, надолго останется в памяти, потому что это слишком дико для обычной жизни - Если это не химическая атака, а силы какой-то психованной девицы, то должны быть улики, например, телефонные разговоры.       -Согласен. Давай проверим с кем говорила Элиза, а потом и по камерам пройдёмся, время сопоставим.       Стритсон 22. Квартира 36             -Что ты делаешь? – Астрид проснулась, оглядываясь вокруг. Их вещей уже не было в квартире. Ревон сидел на краю их кровати и смотрел на неё с улыбкой – ты меня пугаешь.       -В новостях об этом умолчали, но один начинающий местный блогер рассказал про мужчину, который, цитирую: растаял на пороге дома одной престарелой женщины. Да ещё и детектив с Муравейника уже в Цветке. Полагаю, что поселение заблокируют, так что нам пора. Я уже всё собрал и оставил тебе блузку с брюками. Одевайся, поешь в машине.       Ася встала, немного потянулась, чтобы размяться, а потом послушно быстро оделась. Прошла по квартире и убедилась, что её мужчина ничего не забыл. Они покинули привычное уютное гнёздышко и прошли мимо закрытых дверей, вызвали лифт, который быстро приехал, и зашли в него. Двери закрылись и они поехали вниз.       -Ты не расстроилась, что я нашёл работу в соседнем поселении? – спросил он, приобнимая её. Ася ткнулась в него носом, догадываясь, что здесь есть камеры и это будет их алиби: объяснение почему они уезжают:       -Нет, ты что? Главное, что мы вместе. Да и я надеюсь, что здесь появится подходящая работа и мы сможем вернуться.       Они вышли из лифта, сели в старую машину, в которой они давно приехали в Цветок и оставили на дальней стоянке, и поехали. Ревону трудно давалось ехать с обычной скоростью. Астрид подняла голову, заметив вертолёт, который выглядел слишком мрачным и тёмным. Она взглянула на своего мужчину, видя как он сжимает пальцами руль до белого цвета, но старается справиться.       -Давай направо,-предложила она. Машина свернула с главной дороги и направилась в сторону леса. Ревон повеселел и прошептал:       -Я и забыл про это.       Прошлым летом им захотелось пощекотать себе нервы и они поехали в сторону череды деревьев, где нашли крутой спуск, уходящий за пределы поселения. На карте оно незаметно, тонкая полоска, зато у них есть возможность убраться.       Они без препятствий заехали в лес, свернули с тропы, помня, как веселились в том году, пытаясь "потеряться", а сейчас отправлялись на свободу подальше от умирающего города и опасных детективов.              Вот и спуск впереди замаячил, вертолёты пролетели над поселением, но далеко от леса. Машина проехала по крутому склону, слегка крутанувшись у основания, но Ревон сбросил скорость и они не перевернулись. Дав им минуту сделать выдох, он снова завёл мотор и увёз свою женщину подальше от угрозы, которую ощущал интуитивно.       Из телефона девушки вещал тот самый блогер, с восторгом рассказывающий о необычных событиях в виде приезда незнакомых машин с кучей людей в форме и халатах. Потом канал вдруг оказался удалённым.       -Дай свой телефон,-попросила Ася и выкинула его симку из машины, а следом и свою. Телефоны они оставили себе. Ревон кивнул головой, одобряя это.              История их отношений была необычной. Они познакомились в творческом центре лет в четырнадцать. Он учился писать картины, она – создавать видео ролики. Однажды он долго гулял по верхнему этажу, завидуя великим мастерам своего дела и мечтая тоже пополнить их ряды, а она задремала на диване после сложного курса и заблудившись в коридорах огромного здания.       Они познакомились, но тогда их звали иначе: Антон помог Ариэль выбраться в окно и уйти домой. С тех пор они начали общаться и сдружились. Её хобби так и осталось простым увлечением, а его занятия превратились в смысл жизни. Ему хотелось творить, создавать, но иногда и просто резко всё бросить и отвлечься. Особенно, когда он услышал несколько раз про своего почти тёзку, который создаёт картины гораздо интереснее, чем у него, но парнишка ещё подросток и заключить контракт можно будет через пару лет, после достижения совершеннолетия новом дарованием.       Однажды её родители не пустили её на выставку, не желая, чтобы она общалась со странным парнем, который носит серьги в ушах, матерится и часто пошло шутит, а он в тот вечер встретил Мари.       Нельзя сказать, что он сразу влюбился. Тогда он лишь увлечённо писал свои полотна и всё реже проводил время с Ариэль, не замечая, как его девушка вытесняет его подругу из его жизни, пока однажды не увидел пьяную Мари, рассказывающую странные истории на очередном вечере. Она стояла в длинном вечернем синем платье, держа бокал с вином в руке и весело врала людям, не замечая, что переходит дозволенные границы. Её тёмные волосы были собраны в пучок, который немного растрепался.       Он стерпел испорченный показ его работ, а потом попытался ей донести, когда гости ушли, что нельзя врать людям. Что его увлечение временное, а из-за её баек он становится привязан ко всему этому надолго. И подумывал он уйти не из-за подрастающего конкурента, а просто не чувствуя у себя желания заниматься художеством слишком долго. Пьяная барышня устроила ему истерику, заявив, что он всем обязан ей и что он неблагодарная скотина и у него подписан контракт!       -Ты подписала вместо меня договор? – в тот момент ему стало даже весело. Он представил, как она ездила по ушам директорам, а те согласно подписывали контракт, а может и не только словесно убеждала.       -Конечно, зайчик,-заворковала она, радуясь, что он вроде успокоился и доволен, неверно истолковав его улыбку – я еле уговорила принять мою подпись вместо твоей, сказала, что я твоя девочка,-она пьяно икнула – и что особой разницы нет. А ты попозже оформишь меня ещё и как менеджера, просто очень увлечён работами и отвлекать не стоит,-прошептала она.       От выпитого алкоголя её сильно клонило в сон и Антон довёл её до кушетки, а потом задумчиво прошептал:       -Если бы ты меня любила, то заметила бы, что это просто увлечение, а не цель жизни.       Он позвонил Ариэль, но та не брала трубку, и тогда Антон зашёл в свой творческий уголок, огляделся, а потом начал всё крушить, злясь в основном на себя, что оттолкнул хорошую девчонку, не заметив, как стерва потеснила её.       -А теперь она ненавидит меня и трубку не берёт! А я просто драл эту Мари, потому что давала везде, где хотел, и потому что надо было тогда именно такую девку. А сейчас хочу в отношения, а Ари...       -Кто?? – его девушка слегка протрезвела от злости, хотя и покачивалась. Красивое дорогое синее платье смялось на ней после лежания на кушетке. Она стояла и смотрела с гневом на своего парня, пытаясь переварить, что её использовали, но не воспринимали, как свою девушку, а она постаралась под столом с генеральным директором, чтобы Антон получил выгодный контракт.       Парень посмотрел на неё устало и разочарованно. Ему было обидно, что он сам просрал хорошую девчонку, которая теперь трубку не поднимает, хотя он отправил ей сообщение и попросил прийти в центр творчества.       -Как ты посмел вспомнить эту шалаву, которой от тебя,-дальше не успела договорить, с визгом побежав прочь, увидев в его глазах безумие и лютую ненависть. Его красная рубашка была заляпана синей и жёлтой краской, как и серые брюки. Пиджак остался где-то в комнате творчества. Он бежал, слушая эхо от своих ботинок и отголоски её испуганного повизгивания впереди себя.       Мари бежала вниз к выходу, он сократил путь по старому коридору, который они однажды обнаружили с Ари, гуляя и разглядывая скульптуры вдоль коридора второго этажа. Антон выскочил перед своей девушкой, которая испугалась ещё сильнее, видя его ликующий взгляд, в котором было что-то холодное, жестокое, на грани маньячества.       Мари не рискнула пытаться проскакивать мимо него на улицу и побежала в комнату приёма посетителей, скинув по пути туфли, которые замедляли бег и выдавали её местонахождение. Влетев в залу она замешкалась, понимая, что там особо не спрячешься, а потом рванула под стол, скрывшись под скатертью, свисающий до пола.       Антон и сам не знал, чего он от неё хочет, влетая следом. Ему просто понравилась некая власть, которую он ощутил, когда увидел страх в её глазах, ловя её, подгоняемый азартом. И сейчас, стоя посреди залы, прислушиваясь к звукам, он только слегка взгрустнул, подумав о том, что мог быть с другой, но постарался абстрагироваться от тоски, что с Ари ему уже не быть. Та милая домашняя девчонка осталась в прошлом.       -Мари, дорогая,-вкрадчиво сказал он – тут всего один выход, так что я найду тебя.       Заметив, что одна из скатертей висит криво, парень направился к ней и услышал топот по ковру позади себя. Развернувшись он посмотрел на убегающую девицу, а потом встал на колено и резко дёрнул ковёр к себе. Она с криком улетела на пол, но попыталась взять инициативу в свои руки, перевернувшись на спину и непроизвольно выставляя руки перед собой.       -Антон, я понимаю, что ты злишься,-она резко замолчала, увидев, как он её рассматривает, начиная с лица, проходя по телу вниз, а потом их глаза встретились и она увидела его вожделение. Во время падения платье задралось, обнажив хорошую фигурку до живота. – Нет! – она вскочила, чтобы убежать, но была поймана и уронена обратно на ковёр на спину, причём он развернул её в сторону гостевой залы, чтобы выход был за ним.       Попытки вырваться ничего ей не дали, он смог завернуть ей руки и стащить с себя брюки, засунуть свой член ей в рот и начать наслаждаться горловым минетом, не обращая внимания, что она давится.       Несколько минут он медленно вводил по самые яйца свой пенис ей в рот, держа её руки над её головой, прижатые к полу, а потом резко отодвинулся и вставил в вагину. Она закричала, плача, от боли, не готовая к проникновению, но ему даже нравилось, что она такая сухая и узкая. Он старался двигаться ритмичнее, улыбаясь и наслаждаясь её мучениями.       Ему послышался какой-то звук и он обернулся, но позади него был сумрачный коридор и тишина. Мари ударила его ногой по животу и побежала в сторону окна, Антон догнал её и поставил на колени, влезая через её крики боли в анальный проход.       Творческий центр был построен у подножия горы и сюда можно было добраться только на машине или такси. Ближайшие дома располагались в нескольких километрах, не считая буквально трёх семей: престарелой пары, его дом и Ари.       Оттрахав Мари и кончив ей на платье, он встал и потащил её к столу, приговаривая:       -Я тут подумал, ты же бутылки больше любишь, а давай ты и их порадуешь? – она вырывалась, но он тащил её за платье, натянув у шеи, и за волосы. Бросив рядом со столом, он стал выбирать бутылку, шепча:       -Маленькое и толстое в жопу, а для дырки,-слышалось звяканье, а потом он ощутил движение и чудом отскочил. В руках Мари был нож для мяса и она пыталась попасть ему в глаз. Антон оттолкнул её от себя, попытался схватить со стола другой нож, но получил бутылкой по голове и упал на пол.       Он не потерял сознание, только перед глазами немного поплыло. Он увидел, как его, уже бывшая, девушка замахивается, а потом резко падает на него. Антон отдёрнулся, но понял, что она просто лежит. Жутко болела голова, взгляд оставался мутным, он поморщился и попробовал протереть глаза ладошками, но это не помогало.       -Неслабо она тебя приложила,-послышался до боли знакомый голос и мягкое прикосновение чем-то холодным к месту ушиба – Антон, ты как? – одна рука на чем-то, что облегчает боль в голове, вторая - у него на коленке – я погляжу, ты поразвлечься любишь,-хихиканье – спрячь своё орудие.       -Ой! – Антон аккуратно убрал вялый член и застегнул брюки на себе. Зрение восстановилось, хотя голова продолжала болеть. Он наконец увидел Мари, лежащую на животе с задранным платьем и ножом, торчащим между лопатками. Парень поднял удивлённый взгляд на подругу – ты её убила.       -А ты изнасиловал,-ответила ему Ари, вставая и откладывала тряпку с чем-то внутри на стол – но я же не могла позволить тебя убить?       Антон поднялся и обнял её. Было приятно, что она не отшарахнулась и даже прижалась в ответ, хотя и странно, с учётом, что он только что натворил. Он предложил ей уйти, сказал, что закопает тело, она фыркнула:       -И первая же собака найдёт по запаху разложения. Лучше просто её щёлочью облить и ещё центр поджечь. Шансов, что опознают, крошечно малы.       -Никогда бы не подумал, что ты можешь так спокойно рассуждать о таких вещах, но я согласен, что твой план лучше. Кстати, щёлочь можно свистнуть у наших соседей. Я им помогал мешок донести для строительных работ.       -Идеально! – порадовалась Ариэль, в которой не проявлялась та страсть, что подтолкнула Антона к преследованию и насилию. Она словно делала обычное дело: предложила оттащить тело подальше от окон, всё-таки они сильно шумели, вдруг старенькие Майло и Лили решат заглянуть и проверить здание. Их сосед в молодости работал здесь сторожем и мог зайти, чтобы убедиться что не творится хулиганство какое-нибудь, а Лили - составить компанию. Хоть старички в возрасте, за семьдесят лет, но часто ходят с мобильными телефонами, а полиция им ни к чему.       Антон сходил за мешком, принёс и высыпал на убитую девушку, потом они добавили воды и отошли подальше, чтобы их не разъело за компанию. Решив сжечь здание, они сбегали к себе в дома и собрали вещи, которые скинули в машину парня, а по пути прихватили баллоны с бензином и пошли обливать первый этаж здания. Насильник завершил с левым крылом и стоял на улице, поглядывая на дом, когда заметил движение в окне той самой залы.       «Чёрт! Всё-таки старики припёрлись!»       Антон вбежал в здание, поскользнулся на своей части разлитого бензина, влетел в комнату приёма посетителей в тот момент, когда Ариэль, пыхча отталкивала от себя старого, но крепкого мужчину. Парень подлетел и дёрнул девушку к себе, а Майло вдруг начал кричать, отступая назад к жене, но та завопила сама от ужаса, глядя как он стал покрываться рытвинами. Старая женщина сделала шаг в сторону и попала ногой в тапке в щёлочь, присоединившись криками боли к мужу, упав на труп и продолжая кричать, чувствуя, как её изъедает заживо.       Антон мгновение смотрел на них, а потом вдруг испугался, что эта зараза перекинется на него или Ари. Он вывел подругу из залы, заперев за ними дверь. Они выбежали на улицу, где он поджёг спичку и кинул на здание, послушно вспыхнувшее и готовящееся забрать остатки от Мари и стариков, зашедших на шум в центр творчества.       -Что это случилось с Майло? – спросил Антон, прижимая к себе свою новую девушку и глядя на горящее здание – кстати, поехали отсюда,-они сели в машину и отправились подальше в поисках нового дома.       -Когда я была маленькой, какой-то хулиган хотел обидеть меня,-она посмотрела на парня за рулём машины. Тёмные волосы в цвет горького шоколада развевались на ветру, были заметны привычные ассиметричные серьги рокера, он сидел с прямой спиной, взволнованный, но довольный – я уже не помню, что испытала тогда, коснувшись его и прокляв на одну очень нехорошую болячку, но мне понравилась власть через несколько минут тогда,-сказала она, улыбаясь – как и ты, когда бегал за бывшей, так и я искала повода развить Дар, наслаждаясь тем, что наблюдала за слегка ускоренными развитиями болезней, пока не вызвала небольшую эпидемию и мои родители не увезли меня сюда, спасаясь от напасти.       -А было так заметно, что я там кайфовал? – он взглянул на неё. Расслабленная, уставшая, но довольная. Ему не хотелось её отпускать, немного жалел, что не строил с ней отношения сразу, но может эта Мари нужна была, чтобы они смогли показать друг другу свои тайны? Чтобы поверить друг в друга и знать, что они будут счастливы вместе?       -По глазам. Ты проскочил мимо меня, охотясь на неё как хищник. Я решила не лезть, смотрела, удивлялась сколько в тебе страсти и силы. Ты был таким счастливым, а потом ситуация вышла из-под контроля и я вмешалась,-она улыбнулась – тебя не пугает, что я могу вызвать болезнь прикосновением?       -Я только что изнасиловал бывшую и могу управлять животными, которые рядом, нет, я тебя не боюсь,-он игриво улыбнулся, радуясь, что получилось рассказать свой секрет так спокойно без лишнего волнения. Она посмотрела на него и вдруг начала хохотать, а он присоединился к ней.       Цветок наши дни. Временный кабинет детективов с Муравейника       -Слушай, а ты был почти прав,-сказал Арман, заходя в кабинет к коллеге – она и правда звонила, но другой соседке, Астрид. А по ней данные есть двадцатилетней давности, хотя ей самой 42 года. Получается, что она, как и её Ревон, скрывались. А копнув глубже я узнал, что раньше её звали Ариэль, а её парня Антон и они, вроде как, погибли в пожаре много лет назад. Их родители участвовали в этом твоём эксперименте.       -А где они сейчас? – оживился Ремус.       -GPS их машины показал на сгоревшую машину на дне ущелья за поселением, от тел ничего практически не осталось. Нашли их зубы только, экспертиза подтвердила.       -То есть они хотели избежать правосудия, но не там свернули и разбились? А нам осталось разгребать горы трупов за ними и пытаться спасти умирающих,-вздохнул Ремус.       -Ну, хотя бы на этот раз они точно погибли,-довольно отметил Арман.              Дорога за Цветком       -Что спровоцировало тебя? – спросил Ревон, увозя её дальше поселения, где они жили, проезжая поворот к Малине, решив поискать какое-то другое им пристанище. – Я не ожидал, что тебя вновь потянет на опыты на людях.       -Первый раз это вышло случайно. Я увидела соседей и узнала этого Антуана. Когда ты был художником, однажды при мне сказали, что ты сдаёшь позиции, зато новый почти твой тёзка сразу лучше пошёл в своём каком-то там направлении, а тут Элиза зашла и я, видимо, передала ей проклятье, когда коснулась её руки. А потом она мне рассказала, что на неё упало как-то подозрение и тут я специально выборочно обратила свой взор на магазины с мясной продукцией, чтобы отвезти от неё подозрение. Но я давно не практиковалась и скорость смерти оказалась слишком высокой. Ты меня не боишься? – вдруг вырвалось у неё, она испуганно посмотрела на своего мужчину, боясь потерять его доверие и любовь.       -Ну мы же едем вместе сейчас,-улыбнулся Ревон. У него уже были первые морщинки, но он продолжал оставаться игривым с задорным взглядом, чувствуя себя даже моложе рядом с ней – а там может в отрыв пойду я? Поманьячу немного. Знаешь,-он сделал паузу, представляя, как прозвучат его слова - Я вот сохранил твои два зуба, которые у тебя выпали в прошлом году, и один свой с того же времени, случайно. Положил на полку, а они закатились за книгу. Я вчера вечером ездил по городу, обдумывая сложившуюся ситуацию. Тогда я ещё не думал на тебя, но детектив из Муравейника мог узнать, что мы меняли документы, а это привлекло бы к нам ненужное внимание. Я выехал на гору, остановился и просто смотрел на закат, а потом почувствовал запах горелого мяса. Внизу догорала чья-то машина, какие-то два человека пытались сбежать, но не вышло.       -И что ты сделал?       -Вернулся домой собрать вещи и увидел три зуба. Идея появилась спонтанно. Я вернулся с ними к обрыву и осторожно спустился вниз. Дождался пока незнакомцы догорят,-прошептал он, стараясь говорить жутким голосом – а потом подкинул им наши зубы в машину, удалив их родные. Так что мы сгорели там и можем делать, что хотим.              И сейчас, снова покидая поселения, они смеялись, чувствуя себя свободными.