запретный плод может оказаться отравленным
15 октября 2023 г., 22:49
В день встречи Чимин чувствовал себя «барышней на выданье». Проснулся рано, сходил в душ, трижды почистил зубы, уложил волосы и привёл в порядок лицо. А потом три часа выбирал прикид.
«В костюме я выгляжу солидно, даже секси» — проговаривал он, рассматривая себя в зеркало. «Но для кино это слишком официально. Рубашка и джинсы? Нет, не то. Не то. Может одеть смешную пижаму? Пак Чимин, какая пижама? Нет, ну а с другой стороны… Так стоп!»
Чимин долго думал, что бы ему такого одеть, чтобы выглядеть на все сто и быть при этом расслабленным. В итоге принял решение пойти в широких голубых джинсах, белой футболке оверсайз и — на всякий случай, — рубашке в крупную клетку, которую он повязал на пояс. На ноги белые носки и белые кроссы. Образ получился очень расслабленным, а вот Чимин — нет. Чем дальше стрелка часов смещалась вперёд, тем сильнее натягивалась у него внутри струна переживаний.
За весь день парень ни проглотил и крошки. Он залипал в тик-ток, чтобы отвлечься, строил план действий. Думал о том, что они с Тэён будут делать. О чём говорить. Представлял, как возьмёт её за руку. Как она кокетливо чмокнет его в щёку. Как они, наконец, улыбнутся друг другу и посмеются от души. Внутри сразу разливалось тепло, и Чимин краснел. Он чертовски радовался, что их с Тэён общение перейдёт на новый уровень. Теперь вместо экрана мобильного он будет смотреть ей в глаза, ощущать тепло её рук и улыбки. Он сможет насладиться каждой эмоцией Ким Тэён, и не нужно больше будет довольствоваться бездушными смайликами. Наконец-то стена, стоявшая между ними, превратиться в пыль.
В 20:30 Чимин выехал на такси из дома к кинотеатру Сити.
В 21:15 купил цветы.
В 21:25 с букетом в руках он стоял у входа в Сити и ждал свою принцессу.
В 21:45 Чимин думает, что девчонки всегда опаздывают.
В 22:30 — что он перепутал дни. Потом проверяет календарь и видит, что ошибки нет.
Чимин написал Тэён сообщение, но она его даже не прочла. Он звонил, но в трубке был слышен только автоответчик. А в голове — оглушающе громко звучала мысль «Она не придёт». Все мечты, что Чимин себе навооброжал, дали трещину прямо по центру, и от неё разошлась куча мелких. «Не придет». Время близилось к полуночи, а в трубке телефона Пак Чимин слушал только гудки и автоответчик, разбивающие надежду и веру в лучшее. Он оборвал ей телефон звонками, сообщениями, но всё без толку.
Струсила. Безжалостная девчонка.
Он бросил букет цветов и пинал его ногами, будто бы это могло решить проблему.
***
Чимину было откровенно херово. Он впервые за последние пять лет снова взял сигареты в руки. Сел на предпоследней ступеньке у входа в кинотеатр и задымил. Первая тяжка была как впервые, горькой и непонятной. Чимин закашлялся. Такими же были его чувства сейчас, отравляющие. Он никогда бы не подумал, что влюбиться в человека можно по переписке. Это же сюр, глупый сценарий для бесполезной мелодрамы, которых больше сотни на экранах. Неужели он стал её героем? И почему так тошно? С каждой затяжкой туманился рассудок, а желание расхреначить всё к чертям собачьим красной тряпкой застилало глаза. Чимин ударил кулаком перила, у которых сидел и зарычал от злости сквозь ком, застрявшей в горле. Трубку Тэён не поднимала. Сообщения игнорировала. Тогда для чего было всё это? Неужели всё то, что между ними было в сети — тупая игра с несчастливым концом? Он что, похож на сраного Марио, который добежал до отметки «game over», как только вляпался в неё? В эту Ким-суку-Тэён? «Нет, не сука» — одёрнул сам себя Чимин и потушил уже вторую сигарету. Он набрал её номер последний раз, и когда гудки прошибли его пулей в голову, принял решение её найти. Где там находится её кофейня? По пути к кофейне Пак Чимин упорно названивал, несмотря на то, что сам себе это запретил. И снова гудки. Эти, сука, сраные гудки. — Ким Тэён, я что для тебя, шутка какая-то или что? Я не собачка, меня нельзя вот так просто бросить! — рычал Чимин, записывая послание на голосовую почту. И всё это — сквозь его отчаянное «ты мне нравишься, Ким Тэён. Нравишься, слышишь?» Он впервые такой, сам себе не знакомый. Но и с ним так тоже впервые. «Я не железный, Ким Тэён!» — последнее голосовое, которое записал Чимин у её кофейни, которая была закрыта для него, как и сама Тэён. «Тэён, если ты солнце, то для меня ты перестало светить,» — говорил Чимин, ударяя рукой по стеклянной двери. Чимин любит соджу, потому что он более лёгкий и приятный. Но сегодня он отдал предпочтение виски, который никогда не любил из-за излишней горечи. — Эти чертовы бабочки… — кричит в открытую бутылку Чимин. Они ломают крылья о стену, которую взрастила Тэён. Им некуда деться, ведь над этой стеной висит табличка «входа нет». На шее петля из обиды, злости и боли, которая затягивалась на горле тугим узлом. А в душе Чимин отчётливо чувствовал, как скребут кошки, хоть надежда всё ещё запускала тусклый луч света. А вдруг… Он пьян, и лицо от алкоголя красное, как помидор. Пак вернулся к её кофейне, сел прямо на коврик «добро пожаловать» и облокотился о входную дверь. Она точно придёт сюда завтра утром. И они точно встретятся. Точно! Тактика партизанской войны — лишить врага провизии и ждать. Но что, если Пак Чимин сам для себя стал хуже врага? И решил, что дождётся Тэён во что бы то не стало. Он не уходит от двери кофейни через час, два и даже пять. Упёрто ждёт, невзирая ни на что. Забил на подработки, учёбу, погоду и голод. Вот только почему она, блять, ему так важна? Мозг и сердце Чимина будто бы шли порознь, пока он не понял. Ким Тэён не пришла сегодня, не придёт и на следующий день, это понятно как дважды два. Понятно всем, кроме Пак-дурака-Чимина, который, только ожидая девушку, понял. Я влюбляюсь? Быть такого не может! Сотрудники в кофейне тоже не появляются, и Чимин вдруг решил, что всё это время она ему лгала. Всё, что он о ней знал — враньё? Помятый, уставший и расстроенный парень вызвал такси и уехал домой, спустя три часа. Сидя в салоне авто, он заблокировал Тэён во всех соцсетях, набрал Чонгука, единственного человека, которому доверял как себе. Ему впервые нужна жилетка, так пусть эту роль хотя бы раз исполнит Гук.
