YOU ARE MY SOULMATE2

      Добравшись домой, Юнги уже ничего не соображал. В груди всё разрывалось на части. Он физически чувствовал эту агонию.       — Чёрт побери, что я творю! — как сомнамбула, мужчина повторял эти слова. — Чёрт побери, что я творю! Чёрт!       Юнги прошёл в прихожую. Там он стянул ботинки, скинул куртку и оставил всё бесформенной грудой. Ключи полетели в том же направлении, становясь вершиной этого хаоса. Не разбирая дороги, он побрёл в свою комнату, включать свет не стал.       — Чёрт, чёрт! — бубнил он себе под нос.       Мужчина был растерян и подавлен, совершенно не представляя, что делать дальше. Он повалился на кровать в одежде и достал из кармана телефон. Открыв переписку в чате с Ясей, Юнги прочитал последнее сообщение. В нём он просил прощения, а девушка отвечала в привычной ей манере. Писать заново и просить прощения определённо было плохой идеей. Он так завёлся из-за этой истории с доктором Оном, что даже не спросил, когда именно она приступала к новым обязанностям. Мужчина сжал руками голову, телефон засветил прямо в глаза. Юнги откинул его в сторону.       — Блять! — прошипел он.       В висках било набатом, головная боль растекалась по всему черепу. Юнги зажмурился. Самое правильное сейчас вернуться и попросить прощения за всё лично, что наговорил. Мужчина даже подскочил с кровати и хотел уже идти в прихожую. Другая мысль врезалась в сознание, что, если девушка его не простит? Она ведь до последнего хотела вразумить его, просила одуматься, а его заносило всё больше и больше. Что, если она сейчас сгоряча просто не пустит его? Возможно, правильно будет позвонить или прийти к ней утром. Они смогут поговорить перед её работой и уже на холодную голову решить, как быть дальше. Это верное решение и логичное, но это совсем не то, что в действительности хотел сделать Юнги. Его истинное желание заключалось в том, чтобы сломя голову броситься обратно в квартиру Яси и решить всё сейчас. Усилием воли он подавил в себе это желание. Юнги остался в кровати и, не раздеваясь, до утра пролежал, периодически впадая в тревожный сон.       Глаза открылись сами собой, когда первые лучи солнца попали в комнату. Мужчина проснулся от того, что бездумно смотрел в потолок. Он рывком поднялся с постели и, оставаясь в той же одежде, побрёл к выходу из дома. У входа на полу так же лежала брошенные ранее одежда и ключи. Волосы Юнги в беспорядке свалялись, от сна вся одежда была помятой. Не обращая внимания на свой внешний вид, он натянул куртку, ботинки и вышел из дома. Уже находясь в машине, он посмотрел на своё отражение в зеркале заднего вида и увидел там мужчину с бледной кожей с заломами от постели, залёгшими под глазами синяками и растрёпанными волосами. Он пытался их пригладить, но безрезультатно. Окончательно сдавшись привести себя в божеский вид, он завёл машину и тронулся. По пустым дорогам мужчина добрался до квартиры Яси очень быстро. Не дожидаясь лифта, он поднялся по лестничным пролётам на этаж, где находилась квартира, и позвонил. Никто не открыл. Он позвонил ещё раз и сделал это ещё несколько раз. Он не дождался ответа и набрал код замка, дверь открылась, и он зашёл в квартиру. Навстречу ему вышел только чёрный кот, который сразу же принялся тереться об его штаны. Юнги скинул обувь и зашёл вглубь квартиры. Никого не было. Только сейчас он догадался посмотреть на часы. Они показывали шесть утра. Это было слишком раннее время. Смены Яси начинались в восемь утра и заканчивались в восемь вечера. Где она могла быть в это время? Мужчина достал телефон и набрал номер девушки. Гудки шли за гудками, но никто не брал трубку. Только на десятую или двадцатую попытку дозвониться Яся взяла трубку.       — Да, — отозвался в трубке глухой голос девушки.       — Яся, ты где? — мужчина не скрывал тревогу в голосе.       — На работе.       — Но почему так рано?       — За мной приехал спецтранспорт.       — Что?! Я не понимаю, — Юнги схватился за голову.       — Юнги, это я пыталась тебе сказать вчера, — она замолчала на несколько секунд и потом продолжила. — Я перешла работать в закрытую зону.       — Но ты не говорила вчера, что начинаешь так скоро.       — Ты мне не дал.       — Прости, — промямлил мужчина.       — Это уже не важно, — она вздохнула. — Ты у меня в квартире?       — Да.       — Тебе нужно уйти оттуда и какое-то время не приходить.       — Сколько?       — Я не знаю. Мне нельзя контактировать ни с кем. Видеться мы тоже не сможем, пока не уляжется всё.       — Яся, что происходит?! — мужчина начал паниковать. — К чему такие ограничения?       — Юнги, это очень серьёзно и опасно. Я не могу говорить об этом. Ты должен уйти из моей квартиры и не приходить больше, увидеться мы тоже не можем. Я уже приступила к работе.       — Чёрт!       — Юнги, ты понял меня? — голос её стал ледяным. — Мне нельзя на работе пользоваться телефоном, не знаю, когда смогу позвонить в следующий раз. Не ищи меня.       — Яся, если это из-за вчерашней ссоры, прости, пожалуйста, меня. Я совершенно не думал, что говорю.       — Ты сказал всё, что действительно думал, но это всё равно никак не влияет на ситуацию. Ты должен обещать мне, что не будешь меня искать.       — Яся, пожалуйста, прости, — глаза Юнги начали наполняться слезами.       — Юнги, обещай мне. Мы поговорим обо всем позже, если всё ещё будет о чём говорить.       — Яся…       — Мне пора. Обещай мне.       — Обещаю.       Девушка закончила вызов. Экран звонка свернулся, и появился главный экран с иконками приложений. Слёзы хлынули из глаз Юнги. Он сел на пол и закрыл ладонями глаза. То, что разрывалось на части внутри него ещё вчера, окончательно превратилось в лохмотья, залитое реками крови и его слезами. Он всё испортил. Из-за своего ужасного характера и эгоистичного поведения он отстранил дорогого для себя человека. Ему не дали второй шанс. Ему и не обязаны были его давать. Клетка одиночества открыла ему свою дверь, и ничего не оставалось, как снова зайти в неё и закрыть за собой дверь. Юнги завыл в голос.       Испуганный поведением человека, Сахарок, громко урча, подошёл и стал обнюхивать. Для животного было непонятно поведение человека, и, чтобы успокоить себя и его, стал тереться об его ногу. От неожиданности Юнги вздрогнули, кот так же отошёл в сторону. Мужчина протянул ему руку, животное обнюхало её и потёрлось своей мордой.       — Сахарок, я всё испортил, — прохрипел Юнги.       Кот не понимал человеческую речь, и не обращая внимания, продолжал тереться об руку. Телефон опять зазвонил, и мужчина рывком поднёс трубку к лицу. Пока он совершал это секундное действие, в душе появилась надежда, но, увидев абонента, она растворилась. Ему звонила мама. Он ответил на вызов.       — Алло, — прохрипел мужчина.       — Здравствуй, Юнги. Я разбудила тебя? — ответил женский голос.       — Нет, я уже давно не сплю. Что ты хотела, мам?       — Я и отец едем в Сеул. Хотим сегодня вечером поужинать все вместе.       — Хорошо. Вас встретить на вокзале?       — Нет, мы приедем на машине. Мы можем остановиться в твоём доме?       — Конечно, почему ты спрашиваешь? — Юнги был в недоумении.       — Хм, твоя новая подруга тоже будет в доме? — строго спросила женщина.       — Нет, — коротко ответил Юнги.       — Хорошо, предупреди охрану, мы будем примерно в три часа дня.       — Хорошо. Я буду дома.       Юнги даже не удивился такому предвзятому отношению со стороны матери. Вся история их знакомства была не принята семьёй. Отец даже перестал на какое-то время разговаривать с ним, мама тогда много плакала, только брат отнёсся с пониманием и беспокоился о его состоянии. Собрав остатки сил, Юнги встал и побрёл к выходу. Напоследок потрепав кота за ушком, Юнги оглядел комнату и вышел, закрыв дверь.       Родители приехали к трём часа дня, как и обещали. К этому времени Юнги успел привести себя в порядок, прибраться в доме. На лице всё равно отражались последствия прошедшей ночи.       — Юнги! Ты что совсем не спишь? — воскликнула женщина и потянула руки к его лицу.       — Сплю, — он отдёрнул головой, уходя от прикосновения.       Отец занёс вещи в дом. Это был мужчина пожилого возраста с широкими скулами и пронзительными чёрными глазами. Мать Юнги стройная темноволосая женщина с прямой осанкой и чуть надменным взглядом. Она молча наблюдала, как её муж заносил вещи.       — Мы будем в гостевой комнате? — спросила она у сына.       — В любой, которая вам нравится, — ответил Юнги.       — Ты один дома? А где та женщина?       — Её зовут Яся.       — Странное имя, не могу запомнить.       — Я же рассказывал, что она приехала из Монголии.       — Н-да, и что жила в пустыне. Очень романтично.       — Мы не живём вместе, — мужчину передёрнуло от такой прямолинейности своей матери, — и я не знаю, где она.       Отец по-прежнему сохранял молчание, только по взгляду было видно, как он недоволен.       — Ясно. Мы отдохнём немного, Джун Ки обещал приехать с невестой сюда, — отметила женщина.       — Хорошо. Я буду у себя.       Юнги развернулся и ушёл в свою часть дома. Он закрылся в своей комнате. Вечер обещал быть долгим и мучительным. Молчание отца не сулило ничего хорошего. Мужчина повалился на кровать и попытался подремать до приезда брата, но ему это так и не удалось.       Мин Джун Ки подъехал к дому. Он не стал заходить, так как все уже были готовы и только ждали его. Решено было ехать на двух машинах. За рулём второй был Юнги, с ним в машину сел отец. Парень тяжело вздохнул, предчувствуя тяжёлый разговор.       — Юнги, ты можешь мне объяснить, что происходит между тобой и той женщиной? — первым завёл разговор мужчина.       — Папа, всё хорошо. Мы просто встречаемся, — ответил Юнги, не отрывая взгляда от дороги.       — Она не тянет из тебя деньги?       — Папа! Я, по-твоему, не могу быть просто интересен? — руки на руле непроизвольно сжались.       — Ты интересен, но твои доходы могут быть для некоторых более интересными.       — Она не такая, — сквозь зубы проговорил парень.       — Ты ещё молод, можешь не замечать некоторых вещей.       — Пожалуйста, прекрати! — шипел Юнги.       — И всё же, Юнги, выслушай меня. Будь внимательней, возможно, она просто втирается тебе в доверие, и всё, что ей нужно, твои деньги, — отец по-прежнему гнул свою линию.       — Их не настолько много, чтобы на это тратить столько времени.       — Ты говорил, что она выросла в семье кочевников. Для неё твой образ жизни просто сказочное богатство.       — Давно ли мы вырвались из нищеты. Я ещё помню те времена, — парировал Юнги.       — Тем более приличные женщины не будут жить в доме незнакомца неделю, — продолжил отец, намеренно игнорируя предыдущее высказывание Юнги.       — Я уже тысячу раз рассказывал, что она была в тяжёлом состояние и я сам попросил её остаться.       — Для приличной женщины такое поведение недопустимо.       — И я ещё помню, как был позором нашей семьи, — не удержавшись, съязвил парень.       — Это было давно, и ты сделал правильный выбор в жизни. Так сделай его и сейчас.       — Что ты имеешь в виду? — в недоумении ответил Юнги.       — Мы разговаривали с Н***. Она готова простить. Тебе нужно просто позвонить и попросить прощения.       — Блять! Что вы сделали?! — Юнги непроизвольно повысил голос.       — Выбирай выражения!       — Прости, папа, — ответил парень, смягчив тон. — Я не изменю своего решения.       — Ты можешь сейчас не замечать очевидных вещей, но прекращать настолько долгосрочные отношения ради первой встречной неразумно.       — Папа, я люблю тебя, но ты должен прекратить. Я сам разберусь, что для меня разумно, а что нет.       — Упрямый мальчишка!       — Не обращайся ко мне так! — волны гнева начали окутывать разум Юнги.       — Ты будешь перечить отцу?!       — Остановись уже! Я тебе все сказал! Твои крики не заставят меня изменить решение. К Н*** я не вернусь, мы с ней закончили отношения, и вы должны просто принять это, а не пытаться найти обходной путь.       — Ты совсем нас не уважаешь!       Юнги тяжело вздохнул. Отца начало заносить в дебри взаимоотношений родителей и детей. Он кричал на всю машину, и никто не мог его остановить. Юнги терпел, насколько это было возможно, и в момент, когда чаша уже была переполнена и он был готов сорваться, они наконец-то подъехали. Юнги припарковался и, ничего не говоря, вышел из машины, старший мужчина последовал за ним, поставив машину на сигнализацию. Пока они шли ко входу к Юнги, подошли две молодые девушки.       — Простите, господин, — начала одна из них. — Вы Шуга из BTS?       Девушки были до безумия смущены и боялись поднять на него взгляд.       — Да, это я, — улыбнувшись, ответил Юнги.       Сейчас он был рад их появлению, это на несколько минут избавило его от продолжения разговора с отцом.       — О! Шуга-щи, оставьте, пожалуйста, автограф, — вторая девушка не могла справиться со своим смущением и не поднимала глаз.       — Я к сожалению, не могу, агентство запрещает мне.       — Как жаль! — почти хором произнесли девушки. — Неужели нельзя, так жёстко запрещать.       — Но, думаю, из-за одного автографа меня не уволят, — улыбнувшись, ответил Юнги. — Есть бумага?       — Да! — обе девушки захлопали в ладоши. — Спасибо вам, Шуга-щи!       Юнги взял у них лист бумаги и размашисто поставил подпись. Ему стало приятно от того, что его узнали на улице, раньше этого почти не было. Отец молча прошёл мимо него. Парень распрощался с девушками и последовал за мужчиной.       В ресторане им выделили отдельную комнату, чтобы никто не мешал из семейному ужину. Интерьер комнаты был выполнен в традиционном корейском стиле. Окна закрыты ширмами с растительном орнаментом, но помещение было равномерно освещено, и было не совсем понятно, где находился источник света. От мебели падали мягкие тени на пол. На стенах висели картины в тонких рамах, на которых были изображены иероглифы. Тёплый пол застелен циновками, по которому было приятно ходить, словно ноги утопали в сухой траве. В центре стоял большой низкий стол, вдоль которого были расставлены сидения без ножек, но с жёсткой спинкой. На стол уже были выставлены закуски и напитки. Семья расселась по своим местам. Отец семейства сел во главе стола, справа от него мать и Юнги. На противоположной стороне сели Джун Ки и его невеста. Разговор пока не клеился, чувствовалось напряжение между отцом и Юнги. В полном молчании они изучали меню. Разрядить обстановку решила мать.       — Джун Ки, когда вы планируете свадьбу?       — Возможно, через пару лет. Необходимо накопить на праздник, — смущённо ответил старший брат Юнги.       — Я бы мог вам помочь, — сразу же ответил Юнги.       — Благодарю тебя, но не нужно. Мы хотим сами заработать денег, — ответил Джун Ки и сжал руку своей спутницы.       — Юнги, ты бы уже тоже давно женился, — вставила свое слово мать.       — Ты же знаешь, что я не могу это сделать, — ответил ей Юнги.       — Ты мог бы уже обручиться, — настаивала женщина.       — Обстоятельства изменились.       — Всё ещё можно изменить.       — Пожалуйста, давайте прекратим этот разговор. Мы так давно не виделись, и единственное, что вас волнует, когда я женюсь.       — Хорошо, как у тебя дела на работе? — смягчившись, спросила мать.       — В целом, неплохо, — Юнги с радостью подхватил новую тему для разговора. — Мы готовим мировой тур.       — Это прекрасные новости, — ответил брат.       — Не слишком ли рано? — забеспокоилась мать. — С момента операции прошло не очень много времени.       — Врачи сказали, что всё в порядке и я могу постепенно начинать заниматься хореографией.       — Поистине хорошие новости, брат, я рад, что ты оправился окончательно, — с улыбкой сказал Джун Ки.       — Да, покупка нового дома почти разорила меня. Нужно зарабатывать деньги, — сконфуженно ответил Юнги.       — У тебя финансовые проблемы? — настороженно спросила мать.       — Не совсем так, мне есть на что жить, но вот накопления практически израсходованы. Всё будет хорошо, в новом туре я заработаю деньги. Тем более есть пассивный доход. Хотелось бы ещё за свою работу для других артистов получать большие гонорары, но для этого необходимо больше работать и быть более известным.       — Звучит как надёжный план, — поддержал его Джун Ки.       — Надеюсь, всё так и будет, — согласился с ним Юнги. — А у вас есть планы, где вы хотите праздновать свадьбу?       — Здесь, в Сеуле, нам понравился один из банкетных залов, но мы ещё присматриваемся.       Невеста Джун Ки за всё это время не проронила ни слова. Она очень скромная девушка, которая с первого взгляда располагала к себе. Юнги вспомнилась Яся и её фирменный немигающий взгляд. Её бесстрастное лицо вкупе с выражением глаз работало безотказно, собеседнику становилось некомфортно. Она была полной противоположностью. Юнги ещё не знакомил её с родными, но точно знал, что, только увидев её, она не понравится родителям. Особенно матери. В её представлении девушка должна быть кроткой и милой, как Н***. Хотя по факту она никогда не была кроткой, возможно, только в начале отношений. Яся для них представляла опасность. Они знали всю историю благодаря Н***, Юнги оставалось только оспаривать уже сложившееся впечатление. Он настолько ушёл в мысли, что не сразу заметил, что его телефон ожил и на него стали приходить многочисленные сообщения. Юнги мгновенно схватил телефон, но разочарование на его лице дало понять, что там не то, что он хотел увидеть.       — Что-то случилось? — спросил шёпотом брат.       — А! Нет. Это по работе.       Групповой чат: Бан Ши Хёк-щи хочет завтра нас всех собрать. Будет серьёзный разговор.       Далее были бесконечные сообщения от мемберов, в которых они рассуждали о теме разговора.