На электричках лучше не ехать

      Здравствуй, читающий эту запись. Звать меня Григорий. Я среднестатистический обыватель любого города России. Работаю официантом в местном кафе да сплю каждые выходные, так как всё равно у меня никого нет.       Друзья, если они и были, давно разъехались кто куда, семья тоже не особо поддерживает со мной контакт.       Особенно после недавней смерти матери, которая была нам всем очень дорога.       Но не об этом разговор. Я хочу поведать тебе, читатель о том, почему я редко езжу на электричках, хотя деньги на них у меня есть.

***

      Всё началось одним июньским днём, а точнее вечером. Двадцатипятилетний я решил, что просто так сидеть в четырёх стенах очень скучно и надо чем-то разнообразить серую массу работы и сна.       Со мной никто не жил, квартиру я два года назад купил и просиживаю в ней в гордом одиночестве, а значит, что никто моего отсутствия и не заметит.       Решил я ехать в село Борок. Ранее, я проживал там лет до семи, потом отцу потребовалось поехать в город, он нашёл работу и как-то забыл про свой домик в селе. Нет, иногда он ездил туда, но брать меня не хотел. — Чего там не видывал? Куча пыли, моха и плесени там, нечего дышать этой пакостью! — говорил он, всякий раз, когда я упрашивал его поехать.       Отец умер, когда мне было пятнадцать, так и не взяв меня в поездку в село. Иногда туда наведывается младший брат Василий со своей семьёй, можно сказать, дом на этой семье и держится.       Значит, собрал я небольшой рюкзак с собой, в надежде погостить денёк у брата или просто походить по селу, пытаясь найти признаки живых людей и пошёл на вокзал. Найдя расписание, я стал ждать электричку. Начал накрапывать дождь, что мне не понравилось. Одет был я в какую-то пародию на куртку и несколько мёрз.       Наконец, тёмно-зелёная электричка соизволила прийти во время. И тут случилась неприятность.        Невесть как, заходя в электричку я споткнулся и со всей силы ударился о железную ступень. Честно, думал, что умру.       Ан нет, пострадал только нос, из которого полилась кровь, пачкая куртку. Ко мне подошли люди, помогая встать и пропихнуться в электричку. Голову будто смяли в какой-то фарш, ничего не соображая, я пытался понять, что я и где нахожусь.       В двери показалась светловолосая проводница. На бейджике было написано «Ольга». Она тут же всунула мне кусок льда в тряпке, почувствовав холод, мозг будто ожил. Я теперь мог соображать. — Спасибо, Ольга — поблагодарил её я и направился занимать сиденье. До отправления было четыре минуты.       Устроившись на жёлтом сиденье, я достал какую-то книжку и начал почитывать.        Всё равно делать нечего. А так хоть проведу время в ожидании отправки электрички.

***

      Забыл сказать, что вагон электрички был полупустой. Я, какой-то дедок на последнем сидении, девушка, говорящая с подругой и женщина лет тридцати. Так что на моем месте никого не было, так что можно хоть лечь во всю длину. Всем всё равно.       Прочитав половину какого-то бульварного романа, я сидел ровно, вслушиваясь в мерный стук колёс. Как вдруг в дверях показалась старушка. Ну, по типу тех, кто продают всякие пирожки, конфеты, журналы и прочее.       Встала она напротив меня и смотрит своими безэмоциональными глазами. Потом протянула кулёк с конфетами. Я сладкое люблю, но поняв, что кроме «Раковых шеек» и остальных карамелек нет, отказался. Старуха посмотрела на меня так, будто я её грязью окатил или в суп наложил соды. — Так ты упал, внучек? — начала она, противным скрипучим голосом, — Небось, как поднимался, отступился и ударился о ступеньку? — А вы откуда знаете? — спросил я её. — Я всё знаю. И про всех.       Зачем-то она потыкала мне в вату, которая сдерживала кровь, не давая ей капать из носа. Защипало. — Эй! Больно же! — сказал я, морщась от боли. — А ты аккуратнее здесь. В этих местах иного кто обитает. А кровушку они очень любят, манит она их, — проигнорировала старуха, но руку в старомодном коричневом платье.       Я решил отсесть, на что она ответила: — Не поможет. Они кровушку за версту чуят!       Я пошёл искать проводницу. Сидела она в небольшом помещении, на столе стояла лампа, а сама Ольга сидела и что-то быстро писала. — Ольга, — позвал я проводницу в фирменной синей форме, — у меня к вам вопрос? — Какой? — спросила она — У вас тут никаких старушек в коричневых платьях не ходит? И тут она ответила то, что заставило меня усомниться в своей нормальности. — Нет, никаких старушек не заходило и не выходило из электрички. — Ясно, — сухо ответил я, — хорошего вечера!       Выйдя от проводницы, я пошёл на своё место. Как это «нет»? Я помню, что она касалась плеча и выглядела как самая обычная старуха. Не призрак там какой, не вампир. Бабка как бабка.       Так почему же проводница сказала, что никакой старухи нет? Этого я объяснить не мог.

***

      Я не знал как это объяснить. В отчаянных попытках расслабиться перед двумя деньками в селе детства я задремал. Виски начало сжимать, все эти непонятные бабки, а ещё кровь эта… поездка перестала мне нравиться. Всё это выглядело как какой-то тупой фильм ужасов. Я задремал.       Проснулся я от того, что колёса электрички скрипя остановились. Станцию не было видно, но я заметил, что эта бабка спокойно выходит на улицу и смотрит своими мутными глазками на меня. Она была настоящей. Улыбнувшись, старуха показала куда-то вдаль.        Я последовал за ней и столкнулся с десятками пар желто-белых светящихся глаз. Они прятались за едемя и соснами, будто бы не хотели, чтобы кто-то их заметил.       Повернувшись обратно к ней, я чуть Богу душу не отдал. У старухи отсутствовало лицо. Просто чёрная дыра, без намёка на глаза, нос или ещё что-то. На лбу выступил холодный пот. Какого? Она стояла, а в глубине леса послышалось движение.        Это были существа, похожие на людей, в серых и чёрных пуховиках, будто бы за окном не июнь, а минимум ноябрь. Они передвигались по-разному: кто-то как человек, кто-то прыгал, кто-то полз, а у кого-то были судороги. Они чувствовали кровь, но как? Я решил спрятаться от них в другом вагоне электрички и, треснувшись головой об стекло, побежал, что есть мочи. —А… где остальная электричка? — спросил я сам себя, видя, что это какой-то вагон, стоявший посреди леса и недвигающийся.       А твари всё приближались.       Отчаявшись, я заперся в тамбуре и чуть ли не ревя, как малолетка, начал орать «Отче наш», пока существа атаковывали стёкла и крышу электрички. Эта какофония из молитвы и яростных ударов, казалось, не собиралась прекращаться.       Внезапно всё завершилось. — Молодой человек, — женский голос зазвучал как-то слишком неожиданно, заставив вздрогнуть и вскочить с холодного пола, — вы тут не одни как бы!       Я быстро открыл дверь. К счастью, не старуха. Это была молодая девушка в футболке со стразами и кофтой синего и чёрного цвета. Пропустив её, я сел на своё место. — Тебе повезло, — сказал дед, сидящий за моей спиной, — они тебя не съели. — А что бывало такое? — спросил я, заинтересовавшись разговором. — Ага. Они особенно активны если кто болеет или у кого травмы. Я тоже однажды себе палец сломал. Они даже на это явились. Лет пять назад было это. А так находили мёртвых иногда. Сердечный приступ или другие болезни ставят. — Так, а почему не отменят маршрут? Люди же гибнут. — А кто поверит, что это они? Это тоже самое если сказать, что к тебе инопланетяне на чай приходили. Вот и молчат. — И то верно, — кивнул я.       Дальнейшую дорогу я провёл молча, заснув только под рассвет. А после возвращения из полумвымершего села я зарёкся ездить на электричках.       А то мало ли. Не хочу встретиться с ними ещё раз.