Особенный

Неосторожно полученная шутка уже как пару недель заставляла его сначала пересмотреть всю свою галерею, все Томиано фотографии и видео, где он сам того не замечая целует его ближе к губам, тискает едва ли не в каждой истории группы. А потом часами думает о Томасе. Столько он не фантазировал давно. Сложно думать о том, что он влюблен, но чем еще может быть это состояние? Домой возвращаться не хочется. Скоро Новый год, Джорджия по непонятной ему причине не захотела отпраздновать его вдвоем, и сказала, что он конечно может пойти с ней к подругам, но вряд ли это будет действительно весело. Рождество он сам планирует отметить с друзьями. А вот с Новым годом выходит есть проблемы. В голову не приходит ничего лучше, чем написать Томасу. -Какие планы на Новый год? -вроде никаких еще, а что? -Давай отпразднуем вместе? -Ты разве не с Джо? -В конце Томас добавил эмодзи с выдернутой бровью -Она будет у подруг -Окей, без вопросов отпразднуем вместе, звать кого-то еще? Конечно, Дамиано хочет сказать «нет», но не будет ли это странно? Наверное будет, но разве они недостаточно близки, чтобы быть друг для друга странными. - Не стоит, поднадоели вечеринки за тур. -Ага, хорошо. Сразу скажу, приезжай по-раньше. Готовить будешь ты! Честно сказать, Дамиано совсем даже не против. Если готовить будет Томас из праздника точно не выйдет ничего хорошего. Несмотря на то, что все самое вкусное съедят еще в Рождество, встречать Новый год с горелой пастой уж точно не хочется. Шестнадцатого декабря они дали последний концерт в Американской части тура, последний концерт до выхода нового альбома. До Рождества остается меньше десяти дней и подготовка идет полным ходом. Все улицы, магазины, дома, всё это сверкает яркими огнями, то и дело напоминая о близящемся празднике. Возвращение домой, вопреки ожиданиям, не стало таким ужасным. Джорджия если и упрекала, то за такие мелочи, что через пару минут ей самой становилось смешно. Настораживает в этом всем лишь то, что не один из зимних праздников она не захотела праздновать вместе. Это не расстроило Дамиано. На Рождество планы были, а на Новый год с легкостью появились. Мысли, фантазии, чувства, с которыми он наконец-то привык просто жить хлынули на него с новой силой. И виной всему был совсем не совместный Новый год. Они планировали это давно, но ему никак не верилось. Они устроят свадьбу в честь выхода альбома. Последние дни они говорили едва ли не только об этом, а с учетом их ну очень близких отношений, было совершенно очевидно, что никто не откажется от поцелуя на данном мероприятии. В этот момент приходит осознание. Пускай это будет в полу-концертной обстановке, пускай совсем не так, как тогда в номере отеля, но скоро, через какой-то там месяц, он поцелует Томаса, и наверняка это даже не будет странным, ведь не просто так был придуман именно такой формат. В ту же секунду, когда мысль о поцелуе приходит ему в голову, Дамиано жалеет о том что подумал об этом. Весь оставшийся месяц: Рождество, Новый год, свой день рождения и день рождения Томаса, он будет ждать только одного– этого самого вечера. С самым большим трепетом отсчитывать дни до девятнадцатого января. До Рождества останется не так много дел: нужно отснять несколько тик ток роликов и клип для нового сингла, и немного сменить имидж. Имидж он решается менять никак не из-за того что ему хочется поменять что-то в себе, выглядеть круче. Нет. Его просто напрочь замучили волосы. Они не лежать, лезут в глаза. Совершенно предательски пушатся в самые важные моменты. И конечно, решается он на самые кардинальные перемены. Просто-Напросто бреется под машинку. И конечно, абсолютно везде ходит в капюшоне, ведь по его планам, фанаты узнают об этом в его собственный день рождения. *** Ночь перед Рождеством в этот раз была такой же волшебной, радостной. В предвкушении Рождества, они с Джорджией выпили немного шампанского и легли спать, ведь на завтра были большие планы . Рождественское утро начинается в девять. Джорджия будит его легким поцелуем в щеку, а он в ответ, чуть поворачиваясь, пытаясь не единой частью тела не вылезать из под одеяла, чуть касается носом и губами ее щеки. На вопрос почему она так рано встала, девушка отвечает, что ей нужно заехать к родителям, а потом ехать к подругам и помогать им приготовить стол к празднику. Дамиано вспоминая о своих планах, дабы рассказать о них Джо, понимает, что обычно они обсуждали подобное за неделю или даже две до праздника, а сегодня узнают о планах друг друга только утром, но не имея ни времени, ни настроения на эти раздумья, он быстро отвечает, что в его планы входит увидится с семьей, а затем отправиться на вечеринку к своим еще школьным друзьям и друзьям друзей. Под блеском огней соседнего дома, которые чуть пробиваются даже пои дневном свете и немного бьют по глазам, он зарывается с головой под одеяло и ни о чем не думая, понимает, что на сон есть еще около часа. Как вдруг телефон предательски вибрирует под подушкой. Около минуты Дамиано думает о том, не стоит ли ему забить на уведомление и поигноровать кого-то еще с час. Но все же решает просмотреть. Сообщение пришло от контакта Вик, в общем чате -С Рождеством!! -Виктория добавила два сердечка пронизанных стрелой -И тебя! Чего так рано проснулась? Возможно Дамиано стоило обрадоваться, что не один он проснулся такую рань в день, когда у него немало дел и вечеринка, но все же решил спросить. -Меня разбудила Фия! -О хаха, передавай привет! Дамиано тут же отложил в сторону телефон, но заснуть уже не получилось. В голове он начал перебирать всех, кого не получится увидеть сегодня, но им обязательно нужно позвонить, чтобы поздравить. В мыслях о том, что надо сделать, что надеть, о чем не забыть в Рождественской суматохе затягивают его на долго, после чего он с досадой понимает, что досыпать нет никакого смысла. Он как обычно идет в душ, с большим удовольствием быстро проводит руками по чуть отросшим волосам, думая лишь о том, что больше не придется таскать за собой фен и сушить их по полчаса, а то и больше. Определенно в новой стрижке нравится ему не только это. Теперь с волосами можно сделать что-угодно и они быстро отрастут. В голове так и появляются идеи: выбрить что-нибудь, вроде рисунков на стрижках у мальчиков дошкольного возраста или покрасить их. И точно, все это нужно будет осуществить в новом году! Вот и первые цели и планы. Когда Дамиано выезжает в сторону родительского дома, сердце наполняется настоящим рождественским трепетом, своеобразным волшебством, которое случается так редко: на Рождество, когда он проводит его, как в детстве и иногда на новы год, если подобралась хорошая компания для того чтобы отметить праздник. До ужаса приятным чувством его накрывает с ног до головы. Все ведь чувствуют что-то совершенно особенное в такие зимние праздники? Чувство, которое сложно описать словами, сложно передать в каких-либо эмоциях. Странные такие бабочки в животе, во всем теле. Совсем ни те, что от влюбленности, но еще более сильные, трогательные и наивные. Еще на пороге его встречает брат. Он приехал примерно на час раньше. Он легонько хлопает его по плечу и проходит дальше. Обнимает маму, садится за стол. Семейная посиделка в самом классическом ее виде: родители, брат, бабушка, на этот раз к сожалению уже без деда. Настроение у всех хорошее, праздничное. Это все действительно радует и хочется провести так, спокойно, умиротворенно, как можно больше времени. Но к семи ему нужно быть на вечеринке. Обсудив все совсеми, подарив подарки всей семье, а главное искренне насладившись этим временем, он выдвигается на тусовку. День чуть прохладней обычного и в момент пути к машине, он впервые жалеет о том, что побрился. Его лысая бошка мерзнет особенно сильно. Дамиано хорошо провел время с семьей, и честно сказать уже совершенно не хотел ни на какую вечеринку. Он бы с удовольствием остался дома. Поболтал бы с родителями и братом, но с друзьями он тоже виделся редко и увидеть их хотелось ни чуть не меньше, чем родителей. Подъехав к месту проведения вечеринки, он быстро набирает паре человек, которые не смогут прийти, чтобы поздравить их, а после отправляется в помещение, Атмосфера там совсем не такая, как дома, но компания самых близких друзей, действительно создает тот уют, делающий Рождество Рождеством. На столе зажгли пару свечей, выставили закуски, алкоголь и конечно пиццу. Много пиццы. Настоящей и вкусной. Как же он скучал по этому в турах. Несмотря на то, что вопросы журналистов про итальянскую еду уже не казались оригинальными. Всю «итальянскую» еду в других странах, действительно можно было назвать такой лишь формально. Через пятнадцать минут включается музыка. Он выпивает, но совсем немного, а вот друзья решают оторваться по полной. Танцы, песни, разговоры. Фото, много общих фото и много фото с Дамиано. В суете вечеринки, он совершенно забывает о новой стрижке и о том, что слишком много людей ее еще не видели. Друзьям он об этом тоже не говорит. Это слишком неважно, в момент, когда так весело. В какой-то момент его в голову приходит мысль о том, чтобы выпить еще бокал. Несмотря на то, что он почти не пьет, за последние пару дней он все же выпил пару бокалов и еще один точно не станет лишним. Возможно ему станет еще чуточку веселее, а возможно не будет ничего. Пока он сидит напротив окна с красивым фужером шампанского, болтая с другом, медленно пропивающим виски с колой, его резко накрывает. Друг рассказывает что-то о своей девушке, о том, как они встретят Новый год, о том, как любит ее, переходит на уж совсем откровенные темы. А в мысли Дамиано приходит что-то, что не приходило еще никогда до этого– он совсем не откровенен сегодня. Все его мысли, даже до первого бокала крутятся вокруг одного человека. Вокруг Томаса, вокруг того, как хочется быть с ним, хотя бы просто рядом, а лучше в обнимку. Может ли он сказать об этом кому-то. Да не вопрос! Его друзья, едва ли не ближе, чем семья. Они примут его, никому не расскажут. Ничего не поменяется от того, что он скажет об этом, но сил в себе найти не получается. Конечно, выпито немного и он помнит эту ночь в деталях, все рассказы друзей, все танцы, смешные моменты, то, как уезжал с одним другом, который не пил вообще и о чем думал, о чем ему хотелось говорить, особенно тогда в машине. Но на утро его накрывает совсем другое чувство. Чувство того что он дурак. И нет он не сболтнул лишнего. Что вообще лишнего можно сказать этим людям!? Нет. Проснувшись около одиннадцати он видит уведомление об отметке в инстаграме и конечно сообщение в общем чате, что его лысое фото уже утекло во все возможные фанклубы. Скрывать что-то дальше нет особого смысла. Они и не собирались делать это слишком долго, но он просто должен был выложить фото, а не заставлять фанатов плакать из-за какой-то полу-размытой фотографии с аккаунта друга. Шум вокруг его новой прически не утихает еще пару дней. Почти до нового года люди продолжают спорить о том, идет ли ему всеж таки эта стрижка. *** Тридцать первого декабря, около двенадцати часов дня он выезжает к Томасу. На пороге его встречает по всей видимости, только что проснувшийся Томас в растянутой футболке и спортивных штанах. Дамиано быстро проходит, оглядывает то, какие продукты Томас купил вчера, чтобы сейчас они приготовили что-нибудь вкусное к столу. Он быстро проходит дальше, скидывает с себя всю более менее приличную одежду, надевает какие-то пижамные штаны и отправляется на кухню. Томас включает на фоне Led zeppelin, и принимается старательно помогать. Моет какие-то овощи, чистит рыбу, а Дамиано в свою очередь начинает готовить. С Томасом весело и хорошо в любом деле. Он помог всем, чем мог и дальше не полез. Чуть откинувшись на спинку стула, и лениво перелистывая музыку, в поисках чего-то более подходящего, он болтает с Дамиано, рассказывает о Рождестве и о дальнейших планах уехать в горы числа до шестого. Дамиано с интересом слушает, параллельно пытаясь узнать песню, струящуюся из динамика. Все время думает о своем новогоднем желании, которое действительно стоит загадать и в этом году оно у него странное. Буквально связанное с человеком, сидящим у него за спиной, с человеком, с которым проводит так много времени, что насчет него едва ли можно что-либо загадывать. Они ведь знают друг друга, как облупленных, какие еще новогодние желания насчет друг друга. Но Дамиано нужно одно: наконец-то разрешить все те сомнения, которые мучают его на протяжении этих месяцев. Как бы смешно это не звучало, ему хотелось своеобразного знака о том, что делать со всем этим дальше. Тем временем, часы проходили, время все близилось к новому году, они с Томасом сидели за столом, болтая обо всем и ни о чем, и это было дороже всего на свете, лучше любой предновогодней суеты и любых вечеринок. Поставив рыбу в духовку, Дамиано решил немного передохнуть пред приготовлением пасты. Но по его мнению десять часов до нового года- очень мало времени, так что поболтав и пошутив про соженные однажды спагетти, Дамиано принимается готовить пасту. Плейлист Томаса из сплошного рока через пару часов превращается в сборник новогодней и рождественской попсы. Пока Дамиано усердно моет все, оставленное собой после готовки, Томас танцует под новогодние песни, обнимает сзади, всячески достает его. Все это весело, смешно и забавно ровно до того момента, пока он не обнимает Дамиано сзади, что есть силы прижимаясь к нему. Сердце уже от одного этого жеста бьется везде: от низа живота до ушей. Такой приятной щекоткой, едва ли парящими бабочками отдает в грудь, этот совершенно привычный в их дружбе поступок. Когда он приготовил пасту, оказалось, что время действительно идет ну слишком быстро и до нового года осталось часов восемь. Да, кажется много, но так многое хочется обсудить, так о многом хотелось сказать, именно сегодня, именно в этот день и именно в эту ночь. Когда стрелки часов перевалят за двенадцать по-сути не изменится ничего. Все будет так же, туры, концерты , песни, репетиции, вечеринки, отпуска, чувства, эмоции, но почему-то этот день так важен для всех людей. Хотелось болтать с утра до ночи, лишь бы охватить все, что важного и не очень произошло за год. Честно говоря, с Томасом он был готов болтать так хоть каждый день. Едва ли ни со дня их знакомства, и даже если не с этого дня, то после месяца в группе уж точно. Сейчас, что особенно странно, учитывая то, что его чувства разгорелись с новой силой, Дамиано отключил голову и совершенно спокойно, совершенно как раньше разговаривает, шутит, радуется этой невероятной дружбе. Так действительно проходит несколько часов, за окнами начинает темнеть, Томас зажигает гирлянду. Кухня начинает играть цветными огоньками, а Томас снова усаживается на стул, до этого достав бутылку шампанского, что словами о том, что уже точно пора. Дамиано со всеми этими праздниками уже ну просто надоело его пить. Он знал, что выпьет бокал около двенадцати, но не раньше и не больше. Томас на его слова о том, что он конечно будет, но позже, совсем по-детски закатывает глаза со словами о том, что есть вторая бутылка и за ней даже идти никуда не надо. Но Дамиано все еще старательно отказывается от предложения выпить до Нового Года. Томас в одиночку выпивает почти бутылку, и что в случае такого тусовщика, как он совершенно не странно, по нему и не скажешь. Новый год все ближе, музыка играет тихо, Дамиано наконец-то выпивает пару бокалов и счастливый смотрит на часы, наконец-то показывающие двенадцать. На улице зашумели люди, видимо компании друзей, решившие, что Новый год нужно встретить именно так. Дамиано опрокидывает последний бокал шампанского, кажется он был третьим, а Томас, что есть сил кричит -С Новым годом! Подлетает со стула и тащит за собой Дамиано. Прибавляет музыку, но в итоге в шуме какой-то песни, до ужаса красивой, но почему-то едва ли узнаваемой, Томас спрашивает -Ну и что ты загадал? -Теперь по Томасу видно всё. Он смешной, милый, пьяный. Дамиано наверное мог бы сказать, что загадал, мог бы сказать, что не будет говорить, но когда он совершенно случайно оказывается так близко к Томасу, что с легкостью ловит на щеках его горячее дыхание, в голове есть одна единственная мысль, которую он наверное никогда бы не озвучил в другой день, но точно может сегодня. -Я хочу тебя поцеловать. -Дамиано после этой фразы замолкает и лишь тихо наблюдает за Томасом. Он стоит, не подходит ближе, но и не отдаляется, чуть склоняет голову, но не раскрывает губ. Проходит возможно пара секунд, а может даже меньше, когда Томас наконец-то отвечает -Чего ты ждешь? - он подходит ближе, сильнее склоняет голову, приоткрывает рот и полается вперед для поцелуя. Дамиано не совсем веря в происходящее, опускает руки, чуть притягивая Томаса к себе, прикрывает глаза и наконец-то, спустя пару мгновений целует. Нежно, едва ли размыкая губы, ловит губы Томаса, повторяет это несколько раз, но Томас не отстраняется, он улавливая ритм песни, играющей на фоне. Гладит его щеку, целует более напористо. Дамиано тут же понимает, что ни капли не жалеет, что выпил мало. Каждое прикосновение ощущается остро, будоражит и честно говоря, сильно заводит , Томас кладет руки ему на плечи, иногда чуть касаясь коротких волос на затылке, а Дамиано на свой страх и риск, запускает руки Томасу под футболку, ведет по спине, все еще зацеловывая его губы, самыми нежными, самыми приятными поцелуями. Томас отстраняется на пару секунд, выдыхает ему прямо в губы и снова целует. Так же нежно, но довольно напористо, и чуть более влажно. Когда Томас все же отстраняется, от уже совершенно расплавившегося от этих действий Дамиано, он говорит -Пойдем спать. - чуть зевая, он хватает за запястье Дамиано и ведет его за собой Дамиано становится смешно, неужели, когда Томас лег спать, он бы остался сидеть и смотреть в окно. Он определено мог просто позвать. Когда они ложатся, Томас уступает Дамиано место у стены, после чего ложится рядом, как и Дамиано лицом к стене. -Повернись ко мне. -В темноте комнаты раздается тихий голос Томаса, который по мнению Дамиано должен был уснуть сразу же, как только его голова коснется подушки. Дамиано развернулся и оказался совсем вплотную с лицом Томаса. В полумраке Томас заглянул в темные глаза, прошелся ладонью по коротеньким волосам и аккуратно, чуть касаясь поцеловал его.