Скажи, что любишь меня

— да как ты смеешь так себя вести! — выкрикнул Цинь Цзысюнь будучи оскорбленным и схватил свой меч доставая его из ножен. Вэй Усян заметив это схватил свою чёрную флейту и увернулся от нападения, но не успел и сыграть ничего перед ним пронёсся белый меч, который отбил очередную атаку. Он посмотрел в сторону заклинателя, чей меч его защитил и сделал пару шагов назад, замечая, что взбушевавшегося племянника главы ордена схватили и начали успокаивать. — и зачем ты это сделал? — вырвался больше гневный вопрос у омеги, который он задал Ванцзи, но тут же был перван. — Глава ордена Цзынь, мы должны удалиться, вы видите во что это превратилось, думаю по этому поводу собрание будет вновь собрано, но сейчас подопечные вашего клана несут опасность для ученика нашего ордена, — Цзян Чэн встал перед Вэй Усянем и громко сказал каждое слово. Схватив его под руку, он вышел с ним из зала, спустившись немного по ступеням он резко остановился пред ним. — и зачем ты все это устроил? — начал на него кричать шисюн, взяв его за плечи. — ты понимаешь, что тебя уже возненавидеть все могут, ладно ты бы просто отказался сдавать флейту и печать, но нет же нацепил на себя одежды ордена Лань! — а мне разве стоило отдать им все, чтобы они поубивали сами себя? А одежда, могу показать, что с моей случилось, времени не было переодеться, пришлось идти так. — пожалуйста, уж постарайся принять хотя бы свой обычный вид, так же не вытворять подобного больше на заседаниях клана, не трогай этого Цзынь Цзысюня, не смотря чтобы он тебе говорил, иди, чтобы я тебя сейчас больше не видел! Вэй Усянь же повиновался и начал отправляться к себе, почувствовав как его ногу со спины обняли. — мама, а я тебя нашёл! — прокричал радостно детский голос, который не мог вызвать улыбку, развернувшись Вэй Ин поднял ребёнка на руки. — да, нашёл, пойдём отдыхать А-Юань, сегодня был сложный день у мамы. — а где папа? Он тоже с нами отдыхать будет? — спросил мальчик устраиваясь удобнее. — у папы свои дела, он сейчас занят, может потом он придёт к тебе играться. Вэй Усянь не знал, что чувствовать, ведь понимал, что хоть они и переспали, то это было по пьяные, но почему он тогда в зале не смотря на то, как могли бы на него посмотреть другие, после того как он защитил темного заклинателя. Омега знал, что сейчас многие его боялись и были враждебно настроены, по этому не удивился их враждебности. Приняв решение, что это было из-за того, что он родил ему ребёнка, парень просто начал сидеть с сыном играя с ним, пока они так не вышли во дворик, где мальчик подбежал к фигуре в белом. — папа, — крикнул радостно мальчик и остановился, — ой, вы не папа, вы дядя как папа! — и тебе здраствуй А-Юань, как вижу вы тут играли, я вам не помешал? — нет, что вы, я как понимаю вы что-то хотели обсудить, Цзэу-Цзюнь? — можно не так официально, я хотел бы обсудить то, что происходило ночью, — ответил юный глава ордена, на что получил кроткий кивок. — хорошо, А-Юань, беги в дом, нам нужно немного поговорить, ты ведь не обидишься? — проговорил родительниц сев на корточки перед ребенком. — нет, мама, я буду ждать тебя внутри, только приходи быстрее! — проговорил мальчик понимающе будто улыбнувшись, после чего побежал помахав рукой гостю, — пока дядя как папа! Вэй Усянь улыбнулся, после чего серьезно посмотрел на Лань Синчэня и пошёл с ним дальше к деревьям. Он держался уже на этот раз серьезно и понимал, что разговор мог быть не из легких. — думаю вы не против прогуляться, будь каким бы бесстыдным меня не считали, но при ребёнке говорить о подобном я уж точно не хочу, — говорил Вэй Ин получив лишь утвердительный кивок, но набрав воздух в легкие он тут же задал вопрос, — что же вас именно интересует с прошлой ночи? Как многое вы бы хотели обсудить? — к сожалению или к счастью я застал то, как все начиналось под деревом, я хотел бы обсудить в действительности не только это, но и то, что произошло сегодня, ведь вчера вы…. — немного остановился Сичэнь не зная как точно подобрать слова, но все-таки продолжил, — вчера вы больше проявляли инициативу, не зависимо от того, что мне довелось услышит про случай на облаве. Почему вы даёте Ванцзи надежду и рубите ее на корню стараясь отдалиться? — думаю вы не хуже моего знаете о том какой у меня статус, в первую очередь я лишь обычный слуга, но так же я теперь и в глазах многих угроза, ведь практикую темное искусство. Даже не зависимо от моих желаний иногда нужно избрать лучший вариант для всех. Несмотря на то, что я в действительности проявлял инициативу вчера, я осознаю также то, как на него могут смотреть другие. После сегодняшней ночи я убедился в этом, лишь стоило нам обоим появится в зале, как слухи тут же поползли, я желаю в действительности для него лучшей жизни, чем та которая может случиться если дать волю чувствам. Вэй Ин говорил холодно об инциденте на одном дыхании, хотя и поверить не мог сам, что способен такое сказать. Ему приходилось долго скрывать свои истинные чувства, но сейчас он готов был продолжать это делать для блага возлюбленного. Он понимал, что для его репутации это будет лучшим выбором, так ему казалось правильным сейчас. — господин Вэй, это смелый поступок отречься от собственных чувств во благо, но сейчас отрекаясь от этого вы заставляете в первую очередь страдать Ванцзи. Думаю вы давно поняли, что сейчас ему все равно, как на него будут смотреть, несмотря на это он проявлял заботу к вам и вашему общему ребёнку. Вне зависимости от того, что старейшины нашего клана против этого союза, Ванцзи на это ответил, что он готов отречься от клана, если дело будет касаться вас, прошу вас переосмыслить своё решение, так же не буду вас больше задерживать. Лань Сичэнь знал практически все, так казалось сейчас омеге, но все-таки он понимал, что при таком раскладе событий ему не удасться уберечь его от того, что могло бы произойти. Сейчас он смотрел в удаляющуюся белую спину, но все-таки решился задать свой вопрос напоследок. — а вы сами разве не против этого? — я буду рад, если Ванцзи обретёт своё счастье с вами и А-Юанем, а я точно знаю, что так и будет если вы примите правильное решение. Эта была последняя фраза, после которой Вэй Ин в действительности начал сомневаться во всем, что происходило, но сейчас он готов это осмыслить и прийти к одному наверное из сложнейших для себя решений. Он раздумывая над загоняющим себя вопросом в тупик, но никак не мог найти ответ, пока не зашёл в дом, в котором он уже увидел Лань Чжаня, который внимательно слушал разговор ребёнка. — а потом мама подняла меня так высоко на небе, что я чуть не упал, но она меня словила и посадила к себе на шею и я как будто летал! — А-Юань, а что ты рассказываешь такое интересное папе? — спросил перебивший Вэй Ин, который появился на пороге с улыбкой полной нежности. — как ты меня на мече катала! Я тебе ещё пообещал, что буду тебя катать, как научусь сам кататься, помнишь? — конечно помню малыш.