Строки, что прожиты болью не зря.

15 мая, 1975 год. Сегодня был тёплый весенний день. Солнце ярко, даже паляще, освещало Хогвартс и его территорию. Большие часы совсем недавно пробили четыре часа дня. Уроки закончились около часа назад. Как и следовало ожидать, большинство студентов решили погулять на улице. Сириус и Римус сидели в спальне мародёров. Во время последней миссии мародёров, Джеймса и Питера спалили, поэтому сейчас они находились на отработке. Джеймс чистил котлы, а Питер должен был до блеска начищать награды. Римус в данный момент читал, как и всегда, а Сириус курил на крыше - что тоже, в общем-то, было обычным делом. Вдруг, Сириус, курящий на крыше, увидел со своего наблюдательного поста, как какая-то Пуффендуйка выгуливала кота. На поводке. Сириус посмотрел на Римуса. Тот выглядел очень скучающим. Поэтому Бродяга не придумал ничего лучше, чем трансфигурировать пояс от брюк в поводок. "Ну, а что? Я лучший в классе по трансфигурации, почему бы не попробовать?" - подумал он. По итогу, спустя пару попыток, у Сириуса получился чёрный кожаный поводок с шипами. Именно этого он и добивался. Блэк превратился в большого чёрного пса - свою анимагическую форму, взял в зубы поводок, подбежал к кровати Люпина и заскулил. Римус, не понимая, что происходит, отложил книгу и спросил у собаки: -Сириус, ты что-ли? Пёс кивнул. -я не буду гулять с тобой на поводке, - разделяя слова произнёс Римус. Сириус поник. -даже не проси, - строго продолжил Римус - это опасно. Первое: в Хогвартсе нельзя держать собак. Второе: как объяснить то, что ещё час назад у меня не было никакого животного, а теперь есть? Бродяга всё понял и, снова став человеком, сказал: -прости, Лунатик, не подумал. Римус снова взял книгу, а Сириус вернулся на крышу. Бродяга очень любил думать о жизни. Он мог рассуждать о ней часами. Это было немного странно, что шестнадцатилетний подросток так часто думает о жизни, проблемах и прочем, но это было так. Поэтому, снова закурив, Сириус принялся перечислять плюсы и минусы своей жизни. В первую очередь он, конечно, думал о семье. Или, по крайней мере, о том, что ошибочно считал семьёй до января этого года. Пока они не запытали его до полусмерти "Круциатусом", пока ему не пришлось сбежать из этого ужасного дома. Сириус просидел так минут пятнадцать, пока не услышал, что дверь, ведущая в их спальню, хлопнула. Он обернулся, и увидел Джеймса. -Сохатый! - кинулся он к другу, забыв потушить сигарету. -фу, опять свою дрянь куришь, - рассмеялся Джеймс. -Сохатый! Сохатый! - почти прыгал на месте Сириус - пошли гулять? На самом деле, Сириусу было всё-равно, пойдёт он гулять или нет. Ему было всё-равно и на возвращение лучшего друга. Просто так Бродяге было легче отвлечься от своих депрессивных мыслей. Каждый раз, когда он оставался наедине с самим собой, в голову лезли навязчивые мысли. Иногда, от этих мыслей, он хотел просто заорать или зарыдать так громко, чтобы это было слышно на другом конце Англии. -пошли, - согласился Джеймс - Лунатик, ты с нами? -эх, - выдохнул Римус - похоже придётся. А-то вы двое - олень и пёс - что-нибудь обязательно натворите. Ребята быстро собрались, и пошли на улицу. К сожалению, их прогулке не суждено было быть такой беззаботной, как хотелось бы Сириусу. В коридоре, неподалёку от выхода из замка, они встретили Регулуса с его компанией. Сириус всеми силами старался сделать вид, что не узнаёт младшего брата. Или что у него и вовсе нет брата? Сириус и сам уже не знал, что пытался сделать. Последние несколько месяцев он пытался обмануть сам себя. Пытался объяснить себе, что Регулус - ему не брат. Но обмануть самого себя, как Сириус уже понял, почти невозможно. Навязчивые мысли о брате всё-равно лезли ему в голову. Он засыпал с мыслями о Регулусе, о его судьбе, и просыпался с ними же. -пойдём отсюда, - шепнул ему Джеймс. Сириус кивнул, и они прибавили шаг. Но не тут-то было. Похоже, у Регулуса были какие-то намерения на счёт Сириуса. При чём не самые лучшие. -эй, Сириус! - окликнул Сириуса Регулус. -добрый день, Регулус, - ответил Сириус. Он почему-то решил, что самое лучшее сейчас - вести себя формально, будто Регулус ему вовсе не брат, а какой-то малознакомый сын друзей родителей. Регулус что-то шепнул Барти и Мальсиберу, и те ушли, оставив его одного. Регулус подошёл чуть ближе к Сириусу. Старшего Блэка аж затошнило, от одного только вида брата. Одно дело - думать о семье, как о неотъемлемой части его размышлений, а совсем другое - видеть кого-то из них живьём. Особенно Рега. Рега, про которого Сириус думал, что он пойдёт с ним. Рега, которого Сириус выделял среди всей остальной семьи. Это было невыносимо. Сириус интуитивно отошёл назад, чуть не сбив собой Джеймса и Римуса. -чего тебе? - огрызнулся Бродяга. -я просто хотел спросить, как у тебя дела... - начал что-то лепетать Регулус. -у меня всё прекрасно! - продолжал огрызаться Сириус. -ты всё-ещё водишься с ними? - Регулус презрительно посмотрел на Джеймса и Римуса. -да, вожусь! - теперь Сириус начал орать - и не просто вожусь! Вот его семья, например, - он тыкнул на Джеймса - приютила меня! И что дальше? Попробуешь их унижать? Сириуса переполняла ярость. Ему хотелось припечатать Регулуса к стенке. Регулус, с виноватым видом, начал отступать. Сириус не был намерен отпускать младшего брата просто так. Он в два прыжка настиг Регулуса и, резко развернув его за плечо, продолжил орать: -говори, что хотел! -я...я просто хотел спросить, как у тебя дела, -испугался Регулус. -отлично! Прекрасно! Шикарно! - не переставал орать Сириус, только теперь в его глазах загорелся недобрый огонёк - от меня отреклась вся семья! Как думаешь, какого мне? -Сириус, пойдём, - раздался тихий голос у него за спиной. Похоже, это был Лунатик. Почему-то, из всей их мародёрской компании, особое влияние на всех оказывал только Римус. Он мог успокоить кого угодно, даже Джеймса или Сириуса. В следующее мгновение, две большие руки взяли его за плечи, и повели подальше от Регулуса. По правое плечо был Джеймс, по левое - Римус. Они шли с ним так, будто были ангелами-хранителями. В прочем, для Сириуса, они, вероятно, и были ангелами-хранителями. Сириус не понимал, куда его ведут. Его голова была настолько забита разными мыслями, что он не понимал ничего, что происходило вокруг. Он едва понимал, когда нужно переставлять ноги, чтобы двигаться дальше. Как оказалось позже, Джеймс и Римус привели его в Гриффиндорскую башню.

***

Сириус провёл остаток дня, размышляя. Постепенно, мысли о Регулусе и семье, перекатились в мысли о том, что он хочет создать рок-группу. Как Сириус решил, что хочет создать рок-группу? Он и сам не знал ответа на этот вопрос. Ещё в одиннадцать лет, когда Андромеда, сбежав, стала отправлять Сириусу маггловские пластинки рок-групп, Сириус понял, что музыка - это его всё. Ночами, захлёбываясь в слезах, он находил утешение в музыке. Днями, впадая в ярость, он находил утешение в музыке. По утрам, когда очередная кричалка его матери разносилась эхом по замку, он перекрывал её музыкой. Музыка стала для него неотъемлемой частью жизни. Хорошо обдумав это решение за ужином, вернувшись в гостиную, он собрал всех мародёров перед собой. -я хочу создать рок-группу, - объявил он - вы со мной? Первыми, как обычно, отозвались на его предложение Джеймс и Марлин. Они были более, чем согласны. Римус спросил: -а где мы возьмём инструменты? -ё-моё, - выругался Сириус - Лунатик, ну ты волшебник? Или нет? Сами наколдуем. Трансфигурируем что-нибудь. Например, как по мне, этот стол, - он махнул рукой в сторону стоящего неподалёку стола - отличная гитара. По итогу, спустя минут десять споров, с его безумной идеей согласились все, кроме Питера. К слову, Сириус был даже рад этому. Он недолюбливал Питера за то, что он постоянно ныл. А в группе его нытьё точно будет ни к чему. Мародёры сели в уголок, и стали обсуждать планы, связанные с рок-группой. Они решили, что их состав будет выглядеть примерно так: Сириус и Марлин будут вокалистами, поскольку они единственные, кто хоть чуть-чуть умеют петь; Римус будет гитаристом; Джеймс - барабанщиком; Мэри будет бас-гитаристом; Доркас - клавишником. Лили будет кем-то вроде пиар-компании. С названием группы ребята решили не заморачиваться, так и назваться: "Мародёры".

***

Сириус не спал полночи - придумывал первую песню. Вообще, набрасывать примерный текст, он начал уже давно - года два-три назад. Но тогда это было сделано просто так, от нечего делать, а сейчас у него была цель. К пяти утра текст был готов. Сириус выглянул из-за балдахина над своей кроватью, чтобы посмотреть в окно. Уже начало светать. Значит, пора заканчивать и ложиться спать. Хорошо, что сегодня суббота. Он решил в последний раз перечитать своё творение. Взяв в руки немного помятый лист пергамента, на котором, кстати, зачёркнутого текста было больше, чем нормального, он стал читать, мысленно пропевая каждую строчку. "Привет! Пытаюсь написать письмо уже как пару лет Но каждый раз стираю его до конца И все мои надежды давно сошли на нет Но представляю как дойдут до тебя Строки, что прожиты болью не зря Строки, с которыми менялся сам я Строки, что жаждут услышать ответ В страницах тетрадей готовших истлеть (Тут будет музыка) Назло Мне всякий раз все строки убивать так тяжело Я умираю вместе с несчастным письмом И судорожно держит моя рука перо Мелькая в холодном свете ночном И строчка за строчкой идут босиком Ведь в старом измученном в клочья листе Их ожидают горячие сны В безжалостно ярко горящем огне (Снова музыка) Не знаю как долго ещё... Быть может... А в общем-то прямо сейчас Я начну свой протёртый рассказ Где сонные тысячи фраз Высекались в моей голове Как будто веками И всю боль проживали со мной в этом тесном аду" - гласил пергамент. Закончив читать, Сириус улыбнулся проделанной работе. Что ж, это было неплохо. Совсем неплохо.