1.Много лет жизни.

Хонджун не сразу понял, что происходит, когда проснулся с бешено колотящимся сердцем. Раздавался громкий стук в дверь. Этот звук из реальности прошел в сон напугав Хонджуна даже если он не помнит, что ему снилось. Недолго думая, закутавшись в свое тонкое одеяло, Хонджун подскочил с кровати, выруливая к входной двери. В доме было душно, а солнце уже успело прогреть солнечную сторону. Хонджун пожалел бы что не открыл окна, но от укусов насекомых он страдал больше. Громкий и резкий стук выдавал собой срочность, отчего Хонджун пытался вспомнить хоть что то, из-за чего в его дверь могли так ломиться, но разум был еще затуманен сном. - Привет! Мы идем в лес! Странно даже что Уен не был первым же предположением. - Какой лес? – Хонджун хмуро смотрел на Уена, который был слишком бодр. Уен обошел Хонджуна, заходя в дом. - За твоим домом! И только сейчас Хонджун обратил внимания что Уен не прячет свои уши и хвост которые выдавали в нем енота. Уен редко показывает свою сущность вне дома, Хонджун размышлял что дало ему уверенность приходить к нему в таком виде, пока провожал взглядом подергивание темных ушек. Захлопнув дверь, он пошел на кухню, куда направился Уен. - Что ты делаешь? Задница Уена выглядывала из-за дверцы холодильника куда он нырнул с головой. - Собираю подношение. - Подношение? - Для Санни! - Для Санни? После чего Уен выпрямляется и внимательно смотрит на Хонджуна. - Ты в порядке? Хонджун моргает, все еще сжимая свое одеяло. - Наверное? А ты? Куда мы идем, и кто такой Санни? Уен фыркает. - Я же тебе говорил! Санни это все вокруг нас, он очень старый и благодаря ему у нас все хорошо! - Сегодня нам надо его навестить и попросить о чем-нибудь важном. Пока Уен говорил, он быстро перемещался по кухне, хлопая шкафчиками, пока не нашел тот в котором стоят кастрюли. Найдя нужный размер, он продолжил: - Я сейчас сделаю тебе завтрак, а ты собирайся и подбери вещи, на случай если Санни захочет прийти в гости. Хонджун стоял в ступоре некоторое время, наблюдая как Уен ставит вариться яйца, и с грохотом открывает и закрывает все дверцы что видит, скорее создавая шум и хаос, чем реально занимается готовкой. Уен не обращал на него никакого внимания, так что Хонджуну осталось только заняться собой. Вариант отказа с Уеном не работал. Отказать ему мог только Сонхва. И то с последствиями. Сонхва приходилось наглаживать мягкие бока Уена, когда тот от обиды полностью превращался в енота и никак не хотел контактировать с окружающим миром. Придется идти и, к ужасу, Хонджуна это были только седьмой час утра. Он уже несколько месяцев не вставал так рано. Переехав, сюда и не имея никаких границ на счет своего распорядка дня, он стал ночным жителем. Ранние пташки Сонхва и Уен совершенно не уважали его образ жизни. Прежде чем одеться он выглянул в окно из свой спальни. В такое раннее утро, солнце уже значительно припекало. Окно выходило как раз на ту сторону, где начинался упомянутый Уеном лес. А под окном Хонджун мог видеть жалкий салат и лук, которые он посадил, предполагая, что ему не помешает заняться выращиванием своих овощей. Вот только погода стояла жаркая и ясная, без единого облачка в небе уже которую неделю. Все его попытки собственными силами поддерживать влагу, не могли сравниться с хорошим дождем. Выбрав самое легкое что можно было найти в своем гардеробе, Хонджун так же нашел и вещи этому Санни. Он не думает, что сказанное Уеном реально. Но предпочитает выполнить просьбу. Сонхва и Уен были хороши людьми, даже если один из них не совсем человек, и до недавнего времени Хонджуна в такое не верил. Хонджун решил, что несуществующему Санни не будет жарко или холодно. Так что он упаковал в рюкзак свой старый темно зеленое худи, который носил очень давно, и почти в тон ему шорты. На худи когда-то был изображен ярко оранжевый кот, но со временем выцвел, но все еще хорошо смотрелся. Хонджун решил, что странно размышлять о том хорошо ли смотрится вещь, которую никто носить не будет. С кухни раздался треск, и Хонджун поспешил узнать, что на этот раз придется выбросить. - Я ничего не сломал! Уен не стал ждать вопроса. Времени он даром не терял. Уже почистил для Хонджуна пару яиц, поставил кружку, от которой валил пар и бутерброды на тарелке. - Ничего особенного, у тебя совсем ничего нет, но этого хватит чтобы сходить туда-обратно, а потом мы пойдем к нам, у нас сегодня вкусный обед. Энтузиазм Уена заряжал воздух вокруг него, и чтобы не попасть под его настроение пришлось бы перестать дышать. За то недолго время что Хонджун провел в сборах, он даже не задумался о том, что ему самому надо сегодня сделать. Он надеется, что ничего срочного. *** Хонджун слишком долго шел вверх по тропе, погруженный в размышления, чтобы его не осенила до смущения простая мысль. Он даже остановился. Четкий слух Уена сразу это уловил. Он оглянулся. - Санни? Уен комично хлопает глазами. - Ага? - Это буквально гора? Мы навешаем гору? Уен расплывается в широкой улыбке и смеется своим высоким смехом. - Ну конечно! Глупый! Хонджун был смущен от того, что ему это не сразу пришло в голову, и раздосадован что Уен не слишком то его и боится. Опять над ним смеется. Уен любил дразнить, когда Хонджун или Сонхва не понимали совершенно «простые» вещи. Уен не думал о том что они отличаются от него и живут в другом мире. - Как я мог догадаться? Зачем горе одежда? Они вышли на плато и уже шли рука об руку. - Он любит подарки, даже если они бесполезные, а еще мои друзья из леса, те кто намного старше меня, говорят, что иногда Санни может ходить здесь чтобы понаблюдать за всеми. Хонджун надеялся, что гора не станет сдвигаться с места, иначе от его дома ничего не останется, как и от него самого, собственно, тоже. Уен ведет его дальше. В какой-то момент Хонджун понимает, что они иду по тропинке. Они были довольно высоко и далеко от мест, где обычно есть люди. И все равно сюда кто-то часто приходит. Тропинка расширялась, пока сквозь деревья Хонджун не начал различать деревянное строение. Это был старый алтарь, когда-то выкрашенный в красный цвет, может быть он назывался по-другому, но выглядел как домик, который представляют себе дети. Крыша и три стенки, а внутри пустота, явно предназначенная для подношений. Он стоял на каменном основании. Уен уже раскладывал принесенные с собой вещи подле основания. - О чем ты хочешь просить? - Много лет жизни с Сонхва! Зная Уена не так много времени, Хонджун очень быстро понял, что для него Сонхва был самой большой ценностью в жизни. Среди шоколада, печенья и еще многих угощений, из рюкзака Уена начали появляться небольшая глубокая тарелка, что-то похожее на клеенку и большая бутылка воды. Хонджун полюбопытствовал. - Зачем тебе все это? - Чтобы Санни услышал вас, нужно о нем позаботиться. Иди сюда. Хонджун оставил свою ношу на земле и встал напротив Уена следуя его указаниям. Они расстелили клеенку перед алтарем, рядом поставили тарелкой, в которую налили воду. Даже есть салфетки, которыми обычно Хонджун протирает дома столы, но новые. Повторяя за Уеном, Хонджун встал на колени перед ним и боком к алтарю. Уен сложил руки перед собой, чуть наклонившись вперед. Было видно, что он что-то шептал. Следом Хонджун смотрел как Уен убирает камни от основания, и понял, что основание полое. Что-то лежало внутри. Уен закончил с камнями и уже просунул руку внутрь. Хонджун не задавал вопросов. Он не понимал всех этих ритуалов, но Сонхва очень просил не мешать Уену если тому это необходимо. Но сейчас Хонджун пожалел, что не узнал заранее. Потому что он и не предполагал, что из темноты в руке Уена окажется… человеческий череп. Хонджун вскрикнул и резко захлопнул себе рот. Уен просил на него совершенно спокойный взгляд и положил череп между ними. Как будто это обычное дело. Мысли Хонджуна бежали быстро. Так быстро что он еле улавливал их. Буквально недалеко от его дома в старом домике для подношений лежит чей-то труп. Уен продолжал вытаскивать кости одну за другой. Хонджун уже начал терять то смятение и страх пока наблюдал за работой Уена. В голове толкались рассуждения на тему, не надо ли заявить о костях, спрятанных высоко в горах. Он очнулся в тот момент, когда рука Уена совала в его руки тряпку, заранее смоченную в воде. Ушей достиг тихий шепот. - Оботри их, Хонджун. Руки Хонджуна дрожали, одна часть его разума хотела все бросить и бежать, чтобы сообщить о находке, другая взялась за ближайшую кость с намерением провести по ней влажной тряпкой. Даже мысленно Хонджуну было сложно называть то, что перед ним костями. Это был человек. - Это Санни. Если ты с добротой отнесешься к нему, от чистого сердца, он будет добрым в ответ. Санни. Не такая уж и гора выходит. Слова Уена и так не имели чаще всего особо смысла, когда он говорил о той стороне своей жизни, где человеку делать нечего, то сейчас Хонджун в большей растерянности чем был вообще когда-либо. Хоть они работали и медленно, Хонджун не заметил, как последняя часть Санни была тщательно протерта, пребывая в своих размышления. Уен просунул во внутри основания чистое вафельное полотенце, обеими руками, застревая там, чтобы как можно лучше уложить его. После чего вернул всего Санни обратно. Хонджун не мог иначе называть то, что прошло через его руки. Уен вернул камни закрывающие дыру на место. Убрал все что было лишним и предложил Хонджуну вместе с ним разложить плодоношение в красный домик. Хонджун вытащил подготовленную одежду уже слишком хорошо осознавая, что она более чем подходит горе. И из того, что он себе представлял, о жизни после смерти, возможно эта одежда попадет в какое-то другое место и согрет своего нового хозяина. Такие вещи он слышал от верующих людей. Сильно ли отличалась вера людей и вера Уена? В любом случае это были слишком далекие от Хонджуна вопросы. Он положил одежду по центу и поверх нее, они разложили все съедобное что Уен принес из своего дома и то, что нашел у Хонджуна. - Шоколадные шарики? Уен цокнул недовольно. - Ну извини, у тебя больше ничего не было. Большая коробка молочного завтрака выглядел самой громоздкой, среди всего что они подготовили. Казалось, они закончили, но Уен остался на коленях перед алтарем, продолжая шептать, приподнимая ладони вверх. Он отвлекается на секунду. - Попроси, его, о чем хочешь. Хонджун встал рядом с Уеном. - Но мне ничего не нужно. - Ты позаботился о нем, теперь нужно попросить, так надо. Хонджун повторил позу Уена, но некоторое время на ум ничего не приходило. Солнце сильно пекло его макушку, отвлекая от мыслей. Он весь взмок, даже не напрягаясь особо и это раздражало. Открыв глаза, он посмотрел в небо. Чистое небо, ничего не нарушало целостность голубого полотна. С легким смешком, ощущая себя шаманом из давних времен, Хонджун прошептал: - Немного дождя бы не помешало, спасибо. Вставая, боковым зрением он видел ухмылку Уена. - Ни слова. Со смехом Уен, уверил что и не думал что-либо говорить. - Выпросил много лет жизни? - Конечно! Надеюсь, у Санни будет для нас немного счастья. Уен выглядел довольным, хотя казалось куда уж больше того, что было утром. Хонджун же решил поинтересоваться у Сонхва на счет останков. Оставлять могилу безымянной, казалось неправильным. Спускались они в разы быстрее по понятным причинам. Можно сказать даже скатывались, под задорный смех Уена, который норовил убежать и оставить Хонджуна скитаться до конца дней своих в лесу. - Не бойся, Санни не даст тебе погибнуть, но и я тебя не потеряю! Хонджун в ответ только щелкает веткой по вредному заду Уена, в тот же момент чувствуя влажность на щеке. Не успел он ее коснуться как еще одна крупная капля упала на его руку. Одна за другой капель становилось больше. Хонджун удивленно смотрит вверх и видит темные тучи, в наличии которых сложно было поверить. - Он выполнил твою просьбу! Громко кричит Уен и хохочет. Потому что и для Уена с Сонхва будет выполнена просьба. Уена счастлив. С кривой улыбкой Хонджун прибавляет шаг и говорит: - Это совпадение. Он говорит: - Слишком долго жара стояла, наверняка дождь был в прогнозе сегодня! Он говорит: - Это не может быть! Уен все еще смеется. - Меня тоже не может быть, но я здесь. Говорит он и бросается на Хонджуна с объятиями. - Видишь! А Санни если захочет тоже так сможет! Хонджун думает о когда-то ярко рыжем коте, на своем темно зеленом худи и надеется, что больше никогда не увидит эту вещь.