Второй поцелуй

Из-за внешности Максима многие считали человеком не совсем традиционной ориентации. Ну, так уж вышло, что он был весь из себя худенький, слащавый, миловидный. За девушку, впрочем, его не принимали, ибо стригся он всегда очень коротко. Но вот одежда – дело другое. Мама у Макса была строгая, и потому за внешним видом его следила зорко, не позволяя выглядеть грязным и расхлябанным. На фоне других мальчишек, он всегда выглядел до крайности ухоженным. Сперва мальчишек, а потом и парней. Привычка следить за собой намертво засела в голове у юноши, и он не считал её чем-то плохим. Даже наоборот, она была совершенно замечательной и полезной вещью. Только вот не очень удачно сочеталась с его остальной физической формой. Шуточки от этого становились ещё более актуальными, а кто-то даже всерьёз думал, что Максим – гей. Хотя обычно слова этими людьми употреблялись погрубее. Сам Макс это категорически отрицал. Притом не из-за желания показаться крутым, и не из боязни, что его побьют. Побить могли и так, а попытки спорить тут скорее риск повышали, чем снижали. Нет, это были совершенно искреннее возражения. Считай Максим себя и вправду человеком нетипичной ориентации, он, наверное, спорить бы не стал. Но… никаких причин для подобных выводов у юноши не имелось. Если уж говорить прямо, то его как-то особо не тянуло ни к женщинам ни к мужчинам. Не то чтобы он вообще был лишён всяческого либидо, но… Парень никогда не хотел ни с кем отношений ближе, чем дружеские. Его не прельщали ни романтика, ни секс, и уж точно он ни в кого не влюблялся. Так было в детстве, так было в подростковом возрасте, и даже в университетские годы. Несколько раз к нему подкатывали девушки. Есть среди них любители таких вот слащавых мальчиков. Однажды даже подкатил мужчина, притом готовый даже хорошо заплатить за возможную близость. Девушек Макс вежливо отшил, а мужику пообещал, что донесёт на него в полицию, за намёки на проституцию. Ничего его не привлекало. Впрочем, с одной из несостоявшихся пассий, что училась с ним в одном классе, юноша даже подружился. Остальные слишком уж расстроились из-за отказа, а вот ей предложение «но мы можем быть друзьями» показалось вполне приемлемым. Собственно, Макс в принципе дружил в основном с девушками. Парни, видимо, боялись уронить свой авторитет, и особо якшаться с ним не решались. Однако именно Юля стала для Максима самой лучшей и доверенной подругой. Очевидно, её интерес как-то трансформировался в другую форму, и стал источником будущей, сугубо платонической близости. Дружба эта, надо сказать, тянулась в течение многих лет. Макс успел окончить институт, устроиться на работу. Юля успела поступить, уйти, выйти замуж, развестись… А они всё также были друзьями, притом самыми лучшими. Девушка даже шутливо предлагала Максиму быть подружкой невесты на её свадьбе, или свидетельницей. И это было даже в чём-то серьёзно, ибо никого ближе, не из родни, у Юли не было. Она хорошо знала Макса, наверное, также хорошо, как и он сам. И потому, когда он вдруг заявил ей: «Знаешь, похоже, я всё-таки влюбился!», девушка была в полном шоке. Это для неё было сродни курице, которая всё-таки научилась летать, и теперь парит над городом. – В кого? – спросила удивлённая Юля. – Ты его не знаешь, – со вздохом ответил Максим. – Его? – Да, его, – чуть виновато улыбнулся Макс. – Неловко получилось, да? Девушка вдруг обняла друга, прямо сжала в объятьях. Она была немножко полновата, и явно крупнее своего собеседника. А ещё, её переполняли эмоции, но не грусть и не печаль, ничего такого. Скорее это были радость и любопытство. – Давай, скорей рассказывай! – велела она. Но Макс явно не разделял её восторгов. – Это вряд ли будет хорошая история со счастливым финалом, Юль. Его парни не интересуют. А ещё он, кажется, женат. – А ты откуда знаешь? – Кольцо на пальце. – А… понятно. Но, может он в разводе? – Может… Но это, видишь ли, не главная проблема. – Но может, мы сможем чего-то сделать? – Сомневаюсь. Юля грустно опустила глаза, но тут же подняла взор, и улыбнулась Максу аки хищница улыбается добыче. – А вот это ты зря! У меня уже есть идея. Правда, если он тебя хорошо знает… – Он меня вообще не знает. Хотя может, видел пару раз краем глаза. Мы в одном кафе обедаем, но ни разу не разговаривали. – Вот и отлично! Хотя… А ты можешь что-нибудь о нём узнать? – Могу попробовать. Он, кажется, на машине ездит. – Вот и отлично! По номеру вычислим! А потом… – Как вычислим? И что потом? – Начнём охоту! Мы, Максик, тебе такую личную жизнь устроим… Парень выглядел слегка напуганным от такого напора, но всё-таки возражать не стал. Похоже, чувства у него и впрямь были нешуточными. С помощью нехитрой манипуляции, коварная Юлия выяснила всю подноготную добычи. Анатолий Степанов, работающий менеджером в одной из множества Московских фирм. Женат. Детей, судя по соцсетям, не имеет. – И чем он тебе понравился? – удивлялась Юля. – Обычный такой, серый. – Не знаю. Это просто… случилось. Понимаешь? – Не очень. Но ты вообще необычный тип! А жену его ты видел? Типичная замухрышка. А судя по её странице, так ещё дура и стерва. Избавить от такой любимого мужчину – твой священный долг. – Он показался мне таким грустным, но очень сильным, стойким. Мне вдруг очень захотелось поцеловать его, и сказать… – Ещё поцелуешь! Ладно, теперь мы всё знаем про нашу добычу, так что начинаем готовиться к охоте. – Надеюсь, мне не придётся в него стрелять. – Только если глазками. Но вообще, главное в нашем деле – маскировка. – В каком это смысле? – В таком, Максик, что твой любимый Толя даже не поймёт, что его окрутил парень. Будет считать тебя девушкой. – Да ну, он же не такой глупый… – Глупый или нет я не знаю, а вот ты, мой милый, имеешь дела с профессионалом. Мы из тебя такую красотку сделаем, ни один мужик не устоит! – Он же всё равно поймёт… – Однажды да. Но если всё сделать правильно, он уже настолько в тебя влюбиться, что не сбежит. – Не очень-то я хочу обманывать… – Дурак! В любви все средства хороши! Кроме того, с такой женой, это ему будет только на пользу. Тут Максим всё-таки был вынужден согласиться. Супруга Толи явно была крайне противной особой. И дело не во внешности, а… во всём. Она даже сетевым маркетингом занималась! Степанова и вправду было впору спасать. И пусть даже Макс ничего с этого не получит (в успехе дела он сомневался), но если эта пара расстанется, дело того стоит. Он не мог отрицать, что этот обман действительно может оказаться во благо. – Ладно, давай попробуем. Только рядом с работой я ничего такого делать не буду. – Найдём другое место. Вот, например, он в баре часто бывает, смотри сколько фоток. Нужно понять что за бар, и… А, вот этот парк я знаю! Добыча сама идёт к нам в сети! – Юль, можешь не называть его так? – Ладно, ладно. Давай, начинаем подготовку. Хотя нет, сперва надо всё продумать... Но для начала, давай-ка снимем с тебя все мерки. Надо же мне знать, какого размера одежду покупать. И парик тоже! – Надеюсь, не слишком дорого… – Ради любви ничего не жалко! – заявила Юля. – Но ты не бойся, разделим траты пополам. Только учти, я тебя все вложения отработать заставлю! В отказку уйти не дам. – Да я и не собираюсь. – Отлично! А теперь, давай раздевайся до трусов, а я пока принесу чем тебя мерить… Макс без вопросов стал стягивать с себя одежду. Своей лучшей подруги он и раньше не стеснялся, а уж теперь… Толя Степанов был человеком привычки, и в бытовом плане крайне консервативным. Политические убеждения он имел совершенно другие, и взгляды на жизнь у него были достаточно широкие. Но вот своё собственное существование он пытался сделать максимально размеренным и предсказуемым. Он всегда ходил с друзьями в один и тот же бар. Когда ему хотелось прогуляться, он шёл в один и тот же парк. Всегда обедал в одной и той же столовой, чередуя, в зависимости ото дня, чётко выверенные комплекты обедов. В общем, однажды найдя что-то подходящее, Толя всеми силами за это хватался, и не отпускал. Именно поэтому он, до сих пор не пытался развестись с женой, хотя ни о какой любви там даже речи не шло. Когда-то Ольга была милой девушкой, но после свадьбы у неё быстро испортился характер. А ещё, она умудрялась куда-то спускать все лично заработанные деньги. К счастью только свои, личные. Бюджет у супругов был, в основном, раздельный, хотя бытовые расходы оплачивал всё-таки именно Анатолий. Он завёл специальную карточку, куда каждый месяц кидал определённую сумму. С неё жена покупала еду, и оплачивала всякие прочие надобности. Но снять деньги не могла, ни-ни. И, надо сказать, тратить на свои сомнительные делишки эти деньги Оля не пыталась. Она хорошо изучила своего мужа, и чётко знала, за какие рамки выходить не следует. А всё остальное Толя будет терпеть. Попрёки, унижения, крики, капризы… Она много чего обрушивала на голову несчастного мужа, однако он продолжал терпеть. По двум причинам, среди которых любовь ну уж никак не числилась. Во-первых, Степанов просто сомневался, что найдёт кого-то получше. Он не считал себя красивым мужчиной, и женщины ему на шею никогда не вешались. Зарабатывал он неплохо, и это могло бы помочь, но… Найти себе очередную бабу на шею – это ещё хуже Ольги. Та хотя бы свои деньги спускает, а не его. А во-вторых, Анатолий просто не хотел нарушать привычного хода жизни. Ему было удобно, что есть такая вот жена. Не самая лучшая, может даже плохая, но со всех сторон привычная. Оля, при всех своих поганых чертах, обладала в глазах мужа несомненным достоинством – она никогда не выбивалась из его привычек, не преподносила неприятных сюрпризов. Возвращаясь с работы Степанов всегда точно знал, что там его ждёт горячий ужин. Не шедевр кулинарии, но вполне нормальная еда. Ольга знала, когда у мужа просыпается игривое настроение, и всегда была рядом в такие моменты. Пожалуй, не будь она так дурна характером, Анатолий считал бы Олю довольно неплохой женой. Но даже так, Степанов не видел повода для развода. Однако, однажды этот повод всё-таки возник. Ибо в ход его размеренной жизни ворвалась новая, совершенно неожиданная личность. Он шёл по знакомому парку своей привычной дорогой. Толя часто ходил так один. Размышлял о жизни, или о высоких материях. Не то чтобы у него в голове зарождались какие-то великие мысли, но он хотя бы снисходил до раздумий о чём-то, помимо низменных удовольствий. Однако в этот раз, его прервали очень грубым образом. Девчушка с длинными волосами соломенного цвета, врезалась в него мало что не с разбегу. Да так, что сама упала, и уронила сумку. – Ох… – жалобно пропищала она. – Девушка, вы что, совсем ослепли? – поинтересовался Степанов. Он вообще-то хотел сказать погрубее, ибо ему тоже было больно. Но он всё-таки был человеком воспитанным, так что решил обратиться на вы. А потом, чуть подумав, подал девушке руку, чтобы помочь подняться. Та, ещё немного поохав, приняла предложенную милость. – Извините, – пробормотала она. – Мне, правда, очень жаль. Я вас не ушибла? – Немного. А вы-то сами целы? – спросил Анатолий. – Да вроде бы. Ох… Простите ещё раз. Я сама виновата! Не смотрела куда несусь. Надо сказать, что наряд девушки вряд ли способствовал бегству. Длинная и весьма узкая юбка, узенькая кожаная куртка… В такой одежде спортом точно не занимаются. Правда, на ногах у неё были кроссовки, но на такой высокой подошве, что бегать в них вряд ли предполагалось. А ещё она была довольно-таки ярко накрашена. Мужское либидо Степанова отметило девушку как вполне даже привлекательную особу. С другой стороны, разум принял это к сведенью, и ответил: «Мы рассмотрим ваше приложение, и обязательно с вами свяжемся». – Я сильно испачкалась? – спросила незнакомка у Толи. – Да нет… не особенно. У вас какие-то проблемы? – чисто из вежливости спросил мужчина. – Да нет… хотя вообще-то да! И кстати, меня зовут Марина, а вас? – Толя. – Можете ко мне на ты обращаться? Я же не старуха… – Это простая вежливость. – Ну пожааалуйста, – похлопала ресницами девица. – Ладно. За тобой что, кто-то гонится? – Ах, если бы! – вдохнула Марина. – Как раз наоборот. Меня прокинули. – Прокинули? – Парень не пришёл на свидание. Я его целый час ждала! – пожаловалась девушка. – А потом он СМСнул что не придёт. Ну, я разозлилась, и пошла… – Не переживайте так, найдёте себе другого, – чисто из вежливости сказал Анатолий. – Правда? – будто бы искренне удивилась Марина. – Да. А почему нет? Вы молодая красивая девушка. Найдёте кого-нибудь. – Спасибо, так приятно это слышать. Она улыбнулась, и очень внимательно посмотрела на Степанова. Внимательно, и очень выжидательно. Намёк предельно прозрачен, и тут же либидо ворвалось в кабинет разума, учинив там хорошенький погром. В состоявшейся битве внимание красивой молодой девушки всё-таки пересилило все возможные привычки и прочие мотивы. В конце концов, такими вещами Толя не был избалован, а эта Марина вряд ли могла знать, сколько он зарабатывает. Значит, интересен был именно сам Анатолий… – Не хотите, ли вместе прогуляться? – поинтересовался Степанов. Девушка ответила ему ещё более лучезарной улыбкой. И стоило им пройти пару шагов, она вдруг взяла его под локоть. – У меня нога болит, – пояснила она свой поступок. Толя знал, что она врёт, но был совершенно не против. Они шли, разговаривали, смотрели друг другу в глаза… А потом, оказавшись на безлюдной тропинке, наступил момент, когда Степанов вдруг наклонился к Марине, и поцеловал её в губы. Совсем слегка, но и этого было достаточно. – Аккуратнее! – заявила девушка. – Один поцелуй – это случайность. Но если поцелуешь меня дважды, я тебя уже не отпущу. Тут Толя на несколько секунд подвис. Его любовь к привычной и спокойной жизни столкнулась с давно забытой, но вновь возрождённой армией сильных чувств. Битва была кровавой, но скоротечной. А вот поцелуй в этот раз вышел куда длиннее и романтичнее. Но вдруг минуты страсти закончились, и Степанов вдруг увидел, что девушка плачет. Чем был совершенно обескуражен. – Прости, я сделал чего-то не так? – Нет, просто… Я так не могу! Я люблю тебя, но не могу! – Ты лю… – Я – парень! – заявила Марина. – Это не смешно, шутить после такого момента! – возмутился Толя. – Я ведь… Но в ответ на его слова, девушка дёрнула свои светлые локоны, и парик мигом слез с её головы. А под ним оказались очень короткие волосы. В ту же секунду Марина расстегнула куртку, и залезла рукой под футболку. Она достала подкладку, и для Толи стало очевидно, что грудь у девушки отсутствует. Во всяком случае, грудь настоящая. – Какого… – Меня Макс зовут! Макс! И… Прости! – заявил уже не совсем переодетый парень, убегая куда-то за деревья. А Степанов всё продолжили стоять, ничего не понимая в произошедшем. Это была шутка? Не смешно! Он, может, и вправду большой симпатией проникся. Или этот парень действительно… Ещё хлеще! Что с этим тогда делать? Толя вновь стал шататься по парку, но теперь брёл совершенно не выбирая дороги. Привычный его распорядок был нарушен, а строгая жизненная организация исчезла, как будто её и не было. Теперь его терзало множество вопросов, которые всё дальше уходили от странной самозванки, и всё больше касались самого Степанова. Его желаний, Его жизни и того как мужчина её проживает. Супруги, конечно, тоже. Толя вдруг в полной мере прочувствовал, насколько же несчастен он в этом браке. Больше того, даже Ольга в нём несчастна. Домой Степанов вернулся до неприличия поздно, зато с крайне конкретными намерениями. Время старых привычек вдруг закончилось, и настала пора перемен. Ольга, впрочем, обо всём догадалась и так. В чём-то она бы даже согласилась с мужем… Но Толя ей ничего объяснять не собирался, а Оля в жизни бы не упустила случая оставить Степанова с пожизненным чувством воины. Но теперь Анатолий готов был заплатить и куда большую цену. В конце концов, это была цена свободы и новой жизни. Развод – дело непростое, особенно для людей, которые долго прожили в браке. Поди ещё раздели пополам имущество! К счастью, квартиры это не касалось, и она полностью принадлежала Степанову, ибо досталась мужчине от покойных родителей. В связи с этим Ольга, после длительного сеанса моральных истязаний, переехала к сестре. Толя же остался залечивать душевные раны, для чего взял на работе срочный отпуск, и закупился большим количеством крепкого алкоголя. Наверное, вместо этого лучше было пойти к психотерапевту, но Степанов был весьма консервативен, и предпочёл народный, пусть даже и не слишком эффективный метод. Правда «лечением» он занялся лишь после подачи заявления на развод. Впрочем, долгого запоя непривычный к таким штукам Анатолий не выдержал. Уже на третий день ему стало настолько плохо, что пришлось вызывать скорую. Следующим же утром несколько литров водки были с большим упоением вылиты в унитаз, но свою роль алкоголь, как ни странно, сыграл. Теперь Степанову пришлось восстанавливаться уже от вполне физических проблем, а вовсе не от моральных нападок Ольги. На работу Толя вернулся не хуже прежнего. В тот же самый день он поехал в привычное кафе, чтобы заказать свой стандартный обед. Развод разводом, но от других привычек отказываться никто не собирался. Но во время еды Анатолия ждал крайне неожиданный сюрприз. Через три столика от него сидел человек с крайне знакомым лицом. А присмотревшись, Степанов узнал ещё и короткие тёмные волосы. Доев, Толя не стал возвращаться на работу, и вместо этого дождался возле выхода, когда подозрительный парень выйдет. И тут же окликнул его: – Макс? Видимо, юноша сильно задумался, отвечать ему на этот призыв или нет, на него будто напал паралич. Который, впрочем, выдала давешнюю Марину с головой. Что-то пробормотав себе под нос, он повернулся, и подошёл к Анатолию. – Да? – спросил он. – Готов принять любое наказание. – Учту. Но вообще, я просто поговорить хотел. – Хорошо, – кивнул Макс. – Только давай вечером, ладно? Мне на работе скандал устроят, если вовремя с обеда не приду. – Где и во сколько? – Давай здесь, после шести. – После семи. Я до семи работаю. – Ничего, я подожду, – заявил Максим. – Ты… не злишься? – Точно не знаю, – признался Степанов. – Но драться не буду, обещаю. – Ладно. Я приду… Встреча пошла немного не так, как планировал Толя, и как предполагал Макс. Поговорить на многолюдной улице, особенно на столь неоднозначную тему было просто невозможно. В результате им пришлось сесть к Степанову в машину. Но даже там было очень неловко. – Как будто в окна все пялятся, да? – высказал Максим общее ощущение. – Нет, так мы говорить не сможем. Поехали ко мне домой. – Уверен? А твоя жена… – Ты и про жену в курсе? – удивился Степанов. – Да. Извини. – В любом случае, жены дома нет. Она у сестры, дожидается развода. – Извини… – А вот за это извиняться не следует, – заявил Толя. – Тут мне впору тебя благодарить. Только не здесь… – поморщился мужчина, глядя на прохожих. – Так что, поехали? – Ладно. Что будет, то будет. Я ведь виноват… – Да ничего не будет, чего ты так боишься? – чуть разозлился Степанов, и завёл машину. – Говорю же, просто поговорить хочу. Зачем это, откуда, всякое такое. Оказавшись в гостях у Анатолия, Максим поведал ему всё. Ни капельки не утаивал. Единственное, он не стал называть имя Юли, обозначив её просто «подругой». А в остальном рассказал всё совершенно искренне. Про своё прошлое, про дразнилки и полную безромантичность бытия. Про любовь… И попытку завоевать сердце Толи таким постыдным способом, с помощью обмана. Или хотя бы поссорить его с женой. – Что, даже по соцсетям видно было, какой я жалкий и несчастный? – Да нет, просто… Она плохой человек. Я прямо сразу понял, что такая тебе не нужна. – А ты, значит, лучше? – Нет. Не знаю, – ответил Макс. – Но без неё будет лучше тебе, я был в этом уверен. Может, я переборщил… – Да нет, мог бы, но в этом чистая правда. Твоя выходка хорошо меня встряхнула, и я решился на развод. За это спасибо. Но вот насчёт твоих чувств… – Я понимаю, что ты ничего такого ко мне не испытываешь. – Да, не испытываю. Хотя, тут всё немного сложнее, если подумать. – Сложнее? – удивился Максим. – Я что-то не понимаю… – Да так… Помнишь место, где мы столкнулись? – Помню. – Скажем так… Если Марина в субботу придёт туда к десяти часам утра, её точно не прокинут со свиданием. – Ты это… всерьёз? – Да. Слушай, я знаю, что это идиотизм, но ты как девушка просто красотка! – Я… Я буду там! Обещаю! Однако суббота – это так далеко. Уже через два дня, часов эдак в девять вечера, в дверь Степанова позвонили. На пороге обнаружилась Марина, в том самом наряде, что носила при первой встрече. – Я могу войти? – Вообще-то уже поздновато, но… Ладно. Не оставлять же тебя снаружи, – вздохнул хозяин квартиры. – Мне просто надо было сказать… – заявила гостья, когда Толя закрыл дверь. – Это очень важно! – Если ты не ужинала, то… – Нет. Сперва, я хочу кое-что для тебя сделать. – Поговорить? – Нет, это после. Я никогда это не делала, но… – Я понял, о чём ты. Но не уверен, что… – Раздеваться я не собираюсь. Это не понадобиться. – А, вот даже как… Ну, тогда можно попробовать. Марина привела Степанова к креслу, и усадила. А сама встала перед ним на колени. Но вместо обычных, в таком случае, действий, она взяла, и поцеловала его руку. – Я очень люблю тебя, Толь, – сказала она так проникновенно, что у Степанова чуть в глазах не защипало. – Так сильно люблю, что прямо… Я всё для тебя сделаю! Ради тебя! Только скажи: я нужна тебе? Нет, не любовь, но… Нужна? – Не знаю… Слушай, я не буду тебя дурить. Это всё забавно, но вряд ли всерьёз. Понимаешь, один раз оно… Но прямо жить с парнем? Я вряд ли захочу. – А тебе и не придётся. Только скажи, и я стану для тебя девушкой. – Что, вот так вот просто? – Нет, сложно. Очень сложно. Но ради тебя я и не такое сделаю! Мне всё равно как жить и кем быть. Лишь бы ты был рядом, лишь бы… Лишь бы смотрел на меня как тогда, в парке. Разум попытался взять реванш, и всеми силами атаковал зарвавшееся либидо. Битва выдалась крайне тяжёлой и изнурительной, но точку в ней поставил третий участник. Внезапно сражение вмешалось сердце, и моментально взяло верх и над желанием секса, и над опасением последствий. Без всяких слов, Степанов помог Марине подняться с пола, и сразу же усадил к себе на колени. А потом обнял так крепко и нежно, как, наверное, никогда не обнимал Ольгу. – Я не уверен, что смогу любить Максима, – сказал он, – Но я определённо могу любить Марину. Могу, и, кажется, люблю. Смотри, если я тебя поцелую в третий раз, то сам никуда не отпущу. Будешь жить здесь, со мной. – Всё, чего захочешь. Если скажешь, я брошу работу, и не буду выходить из дома. Я стану самой лучшей домохозяйкой! Обещаю! – Над этим стоит подумать... Да, работу тебе точно придётся бросить. Или хотя бы сменить. Я хочу, чтобы ты всегда была Мариной, понимаешь? Ты готова? – Да! – Хорошо. Тогда... Степанов прикоснулся своими губами к её губам. Такого нежного и долгого поцелуя, он никогда не видел даже в кино. Побитое либидо подняло голову, но сердце на него злобно шикнуло, и велело сидеть тихо! Настанет и его время, но пока торопиться некуда. Так, не выпуская друг друга из объятий, Марина и Толя просидели весь оставшийся вечер, и добрую часть ночи. Они даже почти не говорили. А потом они легли спать. И вот уже перед сном, сердце позволило побеждённому либидо немного развлечься. Благо, Марина и сама сказала, что очень хочет попробовать… Не мог же Толя отказать любимой. Никак не мог! Той ночью они так и не уснули. Марина, впрочем, и в самом деле не сняла одежду, так что та немного… запачкалась. Пришлось утром, когда невыспавшийся Анатолий ехал на работу, звонить подруге, чтобы купила и привезла чего-нибудь. Юля, конечно же, откликнулась на просьбу, и даже взяла ради такого дела выходной, А за такую благость, Марине пришлось расплачиваться подробным рассказом. Впрочем, она и сама очень хотела поделиться с подругой. Как девушка с девушкой.