Биение сердца

Исповедь, а не визитка, никак иначе. Ощущение, что мне приходится вырывать из глубин своей души ту черноту, которая отравляет жизнь и мешает существовать, но что уж тут, сама пришла, сама подписалась, сама пойду до конца. — Привет, меня зовут Фиса, 20 лет отроду, — мой взгляд падает на руки, стараясь избежать взгляда оператора, словно он прожигал во мне дыру, а я пряталась в темноте, — и я наркоманка, алкоголичка и просто крутая телка! Юмор — защита, это попытка забыть боль за приятной эмоцией, которую мы любим демонстрировать больше, чем страдания, вот и вся математика. — Это было лет 5 назад, мелкая была, кучкой гормонов со своим мнением, играли с ребятами в бутылочку, понятное дело, все выпендреться хотели, мол до звезды смелые и задавайте любое желание, да и я с ними такая же, а как, там пацанчик сидел, прям голубая мечта моя, в грязь лицом не ударишь, — ухмылка озарила моё понурое лицо, продолжение меня явно не радовало, — этот парень и загадал мне оголиться на публику. Ну, алкоголь взял своё, тем более мне есть, что показать, — жмакнула себя под сиськи, доказывая свои слова, — видимо, он тоже это понял и его лапы гуляли по всему моему телу: бесконтрольно, нагло, пошло, грязно… А чего с меня взять, я ростом с полмизинца и веса такого же, как ни брыкалась, только смогла отползти до стены, даже так не спаслась. Слезы уже вовсю текли из моих глаз, а я этого даже не заметила, эта боль живет во мне и никак не хочет уйти, хотя казалось, что я проработала, видимо, казалось. — Меня спасла полупустая бутылка из-под шампанского, я может и слабенькая, а вот бутылка тяжелая, а еще четкий удар в голову, собственно он и грохнулся без чувств, жаль, что остался жив, цел. Эта история навсегда бы и осталась шрамами на моей руке, огромные порезы, я не хотела умирать, но желание, чтоб физическая боль перекрыла моральную росла с каждым днем. Боль это боль, как её ты не назови и я пыталась научиться жить с ней, окольные пути привели меня в Питер. — Около года я перебралась жить в Питер, тут мою боль на теле закрыла татуировка дракона, — оголенная на автомате рука, в доказательство, — а вот менталку заглушили тонны алкоголя, а после и наркотики, очень расслабляет, рекомендую. Да, все веселее и веселее, Фис, десять баллов просто, нечего сказать. — Здесь тоже шрам был, от спиц. Мать белку словила и швырнула в меня клубок бабушкин. В принципе, татуировка не очень помогла и теперь все это выглядит как размазня над бровью. Да и похуй. Прикусив губу, я перешла к самой тяжелой части рассказа. — Родители вели не самый благоприятный для ребенка образ жизни. Били меня, винили во всем, что в голову придет. Жили мы плохо, конечно. Я не то чтобы сладости, я в принципе хлеб нормальный дома редко видела. Помню, как-то раз, сотку нашла в коридоре. Стащила и киндер себе купила. Отец избил. Вообще, чем старше я становилась, тем больше он бил. Бычки тушил, бутылками кидался. Все по классике. Запустив пальцы в волосы, я сжала челюсть. — Если «Пацанки» мне не помогут, то я точно умру где-нибудь в подворотне.