Ты мое солнце

Его сердце колотилось, как сумасшедшее, и это было единственное, что он мог слышать, кроме своего тяжелого дыхания и злых криков где-то позади. В лесу было темно, листья деревьев поглощали весь свет. Ничего не было видно, но каким-то образом мужчине удавалось вилять между кустарниками и высокими дубами. Удача, страх, отчаяние; его не волновало, какое чувство позволяло ему бежать. Он просто был рад, что ему это удавалось. Вообще, ситуация была действительно глупая. Все, что он сделал, это спас женщину из неизвестной деревни от кого-то из его собственной. Она даже не сделала ничего плохого; просто была не в то время, не в том месте. Судя по всему, то, что она была на улице ночью (не учитывая ее рыдания и попытки защититься, она просто собирала лечебные травы для больных жителей ее деревни) было достаточным оправданием для тех ублюдков, которые пытались напасть на нее. Она была одна и далеко от дома, поэтому преступники были уверены, что могут сделать все, что захотят. Зоро заступился за нее и отвлек их дракой, чтобы она могла сбежать, и его обвинили в предательстве. Его это не волновало; лучше уж он будет предателем, чем насильником... Его родная деревня изменилась к худшему, когда бразды правления принял новый староста. Место, которое раньше было гостеприимным и процветающим, стало рассадником воров и убийц. Здесь теперь жили только худшие из худших, а остальные старались избегать его, как огня. Когда Зоро освободил женщину, он сказал ей бежать прочь, решая, что он задержит их, а затем убежит сам, когда поймет, что женщина достаточно далеко. Он больше никогда не хотел иметь дел с этими преступниками, и это был подходящий момент, чтобы уйти из того проклятого места. И вот так он оказался в лесу, которого ему еще с детства говорили избегать. Его родители предупреждали его о монстрах и демонах, которые будут рады обмануть и съесть любого, кто будет бродить в этом месте в одиночку. Так было не только в его семье: всем детям в деревне рассказывали эту историю. И даже если он не верил в это, он все равно избегал ходить в лес. Ведь там к тому же обитали ядовитые змеи и другие опасные животные. Он хотел использовать эти истории и слухи в своих интересах, но эти идиоты упорно продолжали преследовать его. Во время бега его привлек внезапный золотой блеск, нарушая поток его мыслей, и он почти остановился, чтобы посмотреть поближе. Что-то в этом блеске было потусторонним, и он думал, что это "что-то" было намного важнее, чем он мог себе представить. Но... Он бы никогда не стал рисковать своей жизнью ради чего-то неизвестного. Нет. И он продолжил бежать. Несмотря на то, что он бежал так быстро, как только мог, он понял, что голоса преступников приближаются. Они догоняли его, и если он не будет осторожным, все может закончится плачевно. О чем это он? Ничего не может закончится вот так. С кряхтением, мужчина стал взбираться на ближайшее дерево. Его вершина была густо покрыта листьями, что было более чем достаточно, чтобы спрятаться от преследователей. Кора была шероховатой, и с одной стороны это помогало быстрее карабкаться, а с другой - она царапала кожу его ладоней, оставляя кроваво-красные царапины. Он забрался так высоко, как только мог, прежде чем замереть, чтобы звуки не привлекли внимания. Когда крики раздались достаточно близко, он замер, надеясь, что ночная тьма и густой покров листвы скроет его от нежелательного внимания. Его одежда была достаточно темной и позволяла слиться с окружением. Он был так благодарен, что сейчас ночь, а не светлое время суток, когда преследователи могли бы легко найти его. Он напряженно ждал, затаив дыхание и пытаясь не издавать ни звука, пока группа всматривалась в вершины деревьев. Секунды длились ужасно долго. А его сердце билось так громко, что он думал, оно выдаст его местоположение, хотя это и было невозможно. К счастью, группа решила двигаться дальше, удаляясь все дальше и дальше до тех пор, пока он стал не способен их услышать. Он все еще не был уверен, стоит ли ему спуститься вниз или нет, почти ожидая засады. С другой стороны, те мужчины были не самые умные личности, так что он сомневался, что они смогут додуматься до такого. Не говоря уже о том, чтобы осуществить этот план. Осторожно, он начал спускаться с дерева так тихо, как только мог, желая уйти подальше от преследователей. - Привет! Мужчина вздрогнул, чуть не упав с дерева от неожиданного приветствия. И, едва он установил какое-то подобие равновесия, взглянул в сторону, чтобы увидеть кто, черт возьми, только что с ним заговорил. Зоро все еще находился на приличной высоте на дереве, так что здесь не должно было никого быть. К его шоку, это не был кто-то из преследователей (они бы изначально не разговаривали так дружелюбно). Рядом с ним плыла полупрозрачная мужская фигура. У него были черные, спутанные волосы, которые были больше похожи на птичье гнездо. Карие, почти черные глаза смотрели на него с любопытством. Если этот парень был мертв, Зоро это не беспокоило. - Чего ты хочешь? Я уверен, ты видел, что меня преследуют, - прорычал он. У него не было на это времени. Призрак или нет, он больше ни с кем не хотел иметь дел сегодня ночью. - Хм, да. Я знаю, - ответил призрак, явно не смущенный резким ответом. - Я знаю обо всем, что тут происходит. Ну, о большинстве. Я просто хотел спросить, не видел ли ты мое Огненное ядро где-нибудь поблизости? Я случайно выронил его. - Огненное ядро? - что это черт возьми? - Оно золотое, круглое и блестящее. Сложно пропустить. Ну, даже так, я все еще не могу найти его... Описание заставило его кое-что вспомнить... круглое и золотое? Разве он не видел это во время бега? - Эм... Я думаю, что видел его, - мужчина осторожно слез с дерева, пытаясь быть более аккуратным со своими ладонями, а затем указал в направлении, откуда он пришел. - Не так далеко отсюда, кстати. Как только это было сказано, выражение лица призрака стремительно изменилось, глаза его засверкали восторгом, и он взял лицо мечника в свои руки. - Ох! Хорошо, хорошо! Мне нравятся честные люди! Призрак придвинулся еще, слишком близко, чтобы было комфортно. Их лица были всего в паре сантиметров друг от друга, насыщенные карие глаза уставились в стальные серые. Если бы это был живой человек, а не призрак, Зоро мог бы почувствовать легкое дуновение дыхания на своей коже. - Как тебя зовут, хм? Мужчина попытался оттолкнуть призрак, краснея от внезапной близости. Не то чтобы дух был уродлив или что-то в этом роде, но от такого близкого расположения лица другого было некомфортно. И несмотря на его усилия, мечник понял, что это было бесполезно, как будто он толкал огромную металлическую стену. Дух крепко держал его, и он сомневался, что сможет вырваться, пока не ответит. - Меня зовут Зоро! А теперь отпусти меня! - наконец сказал он, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы его отпустил. Странное чувство охватило его, когда призрак широко ухмыльнулся, обнажая ряд белых зубов и необычайно острые клыки. - Зоро? Зоро, да? Хорошо! Нереально сильная хватка ослабла, и призрак со смехом отодвинулся. Зоро вздохнул с облегчением, благодарный, что неестественно сильные руки наконец отпустили его, и отошел, настороженно наблюдая за другим. Призрак был невероятно непредсказуемым и сильно нервировал. Что он сделает дальше? - Ши-ши-ши! Ты мне нравишься! Твои волосы напоминают мне о лесе! А мне очень нравится лес, знаешь! Тут так тихо и мирно, и можно поиграть с разными животными! О, а еще тут много деревьев со множеством вкуснейших фруктов! - Это... хорошо, - ответил Зоро, нахмурившись. Почему его должно волновать, нравится ли он этому странному призраку или нет? И что призрак может знать о фруктах? Они ведь не едят; им это не нужно. Или может едят, а он просто не знает об этом (не то чтобы ему хотелось). - Ты можешь звать меня Луффи! Дух взволнованно кружился в воздухе, как ласточки, за которыми он наблюдал в детстве. Они носились вокруг его дома, прежде чем исчезнуть в куче сверкающих огней. - Я знаю, что ты скорее всего не доверяешь мне, но иди отсюда прямо на восток! Там будет деревня, где ты можешь остановиться! Деревня Солнца! Мы скоро встретимся, хорошо? Зоро нахмурился сильнее, поправляя пояс, мечи звенели при этом движении. Казалось, что этот дух каким-то образом мог видеть его насквозь.