Три слова о любви

Автобус женской команды неспешно ехал по ровной поверхности. Ира наслаждалась солнечными лучами, которые падали на её лицо. Всё было просто прекрасно. У неё были всё, включая иммунитет. Ну, на самом деле, была одна вещь, которая её заставляла нервничать. Юля так и преподчетала не общаться с ним. Ирина отчаянно пыталась понять всю эту идею с кротами по тому выбору, который сделала для себя Болошко, но всё никак не выходило. Может быть, пришло время разрулить всё самой? — Юль, давай поговорим. Платонова отказывается от лучей, чтобы поговорить с подругой. — Нам не о чем разговаривать. Говорит своенравная девушка, отворачиваясь от подруги. Не сказать, что решение Иры она совсем не поняла, но точно не приняла лично для себя. Ей казалось, что Ирина всегда была достаточно сильной участницей, чтобы играть в довольно грязные игры, желая получить иммунитет. Это не было поганым выбором, просто девушка этого искренне не понимала. Но сказать об этом, почему-то, оказалось просто невозможным. — Эту ситуацию можно обсудить и решить. Ирина решила включить в себе режим максимального спокойствия. Если она хочет ничего не усугубить, то придётся играть по её правилам. — Но я этого не хочу. Юлии бы сейчас пересесть на другую сторону, включить всю свою невозмутимость, но она не может. Ира разбила ей сердце. Да, это её выбор, но почему тогда это так грустно? Почему кажется, что дружба уже давно переросла всевозможные нормативы? — А теперь скажи мне это, глядя в глаза. Платонова резко поворачивает Юлию к себе. В глазах Иры пылает огонь гнева, а в глазах Юли — непринятие действий собеседницы. Оба всё осознали. Дружба ли это? Сейчас точно нет. — Расскажи это Диме. Ты же его пыталась добиться? Юля впервые дала ревности выплеснуться. Если она так отдавала отчёт в том, что между ними творится что-то, помимо дружбы, то почему она делала всё, чтобы Конников обратил на неё внимание? Юля была для неё всего лишь запасным вариантом, который потребовался? Считала всего лишь второстепенным персонажем, от которого ничего не ждёшь и ассоциировала лишь с чем-то второсортным? — Люди иногда делают ошибки. Взгляд Иры мгновенно тухнет, в уголках глаз собираются слёзы. Она опустошена, сломана и разбита. Болошко видит это, но дала чувствам разбиться о волны ревнивой ненависти, что пробирает до дыр, ломая кости, оставляя сильные синяки. — Но не тогда, когда видят, что рядом есть человек, которого сводит от тебя с ума. Юлия решила отомстить за всю ту боль, что она испытывала, когда та смотрела в сторону Дмитрия. Теперь она может себе это позволить. Теперь она не боится собственных чувств, что доводят до дрожи в кончиках пальцев. Ира молча садится на прошлое место. Солнце не грело, хотя светило лучиками её лицо. Пытаясь отыскать то, что ей не принадлежит, она потеряла самого близкого человека на свете. Амина смотрела на Кристину, которая вовсю общалась с Аней, не забывая флиртовать. Девушка пыталась с ней поговорить. Денисова сказала о том, что не нужно начинать встречаться из-за жалости. Какая, к чёрту, жалость? Да, Ковалёва сначала сглупила, но всё поняла и попыталась исправить все ошибки. Теперь ей придётся ждать конца съёмок этого эпизода, чтобы быть вместе с Кристиной. Именно такое условие выставила девушка, и Амине не оставалось ничего, кроме как подчиниться и постараться понять этот подход девушки. Но что именно она делает сейчас? Неужели из кожи вон лезет, чтобы Амина поменяла мнение за это время? *** — Юр, о чём они там разговаривают? Конников готов уже прыгнуть, лишь бы только расслышать хоть слово из разговора Николаса и Миши. Пока они едут на испытание, возможности подслушать не было никакой. Когда же они приедут? — Хватит уже! Садись, хватит выглядывать. Юрий усаживает Диму обратно. Что же он такой нетерпеливый, честное слово! — Нам надо узнать! Конников смотрит на него так, будто тот обезумел. — Если мы будем так сильно выпячиваться, то никогда ничего не узнаем. Терпение! Якубенкову пришлось применить силу, чтобы усадить Дмитрия обратно. Неужели он никак не понимает, что нельзя подавать виду, будто им это интересно? Весь остаток пути прошёл в почти молчании. Пока, выходя, к ним не подошёл Николас. — Когда приедем, нам надо поговорить. Я готов рассказать про Мишу всё, потому что чувствую, что он начинает выходить из-под контроля. Дима и Юра переглянулись. Конникову это всё не нравилось. Взгляд их друга не выражал ничего хорошего. — Лучшие! Неизвестно ещё, как бы всё закончилось без вас. Богачёв пожимает руку сначала Диме, а потом и Юре за напиток и десерт. Оба благодарят Мишу, делая это максимально добро и расслаблено. Но только лишь на первый взгляд. — Знаете, откуда у меня это блюдо взялось? Якубенков хитро улыбается, пока Миша качает головой, а Дима задумывается. — Это что, тот рецепт, который вы тогда с Женей придумывали? Щёлкает пальцами Конников, а глаза у него загораются. Юрий кивает, а Богачёв, пока не видит, вновь закатывает глаза. Но, когда все смотрят на него, то расплывается в улыбке. Они ведь даже не знакомы, но Михаила Евгения уже терпеть не может. Из-за чего? Он пришёл на шоу, но, создаётся такое ощущение, будто это место было зарезервировано, а Миша так нагло его отобрал. Но, если он хочет получить доверие Димы, то нужно не показывать эмоций. *** — Ну? Дима готов был уже вытрясти всю необходимую информацию из Николаса, настолько сильным было его желанием. — Ты понравился Мише. Он не хотел признавать чувств, поскольку роман с Лавой его вполне устраивает. Но так и не смог сопротивляться. Здесь и понадобился ему я. Рассказать всё о тебе, рассказать о Жене всё, что я только знаю… — Чтобы показать, что более подходит Диме, чем Женя? Спрашивает Якубенков, пока Конников только поднимает лицо к потолку. Чёрт, почему всё так сложно? Объясните кто-нибудь, почему ему нельзя просто участвовать в шоу, добиваясь поставленных целей? Зачем нужна эта бесконечная чехарда любовных ампул? — Зачем ты повелся на это? Он видит, что Абашидзе вздрагивает. Знает, от чего. Голос Дмитрия был полностью бесцветным. Видимо, Николас готовился к другой реакции. — Скорее всего, в номинацию попаду я. Миша обещал, что не будет голосовать за меня. Пробубнил мужчина. — И тебе этого хватило? Конников прожигает взглядом. Двое его собеседников смотрят с некой опаской. Такого Димитрия они ещё не знали. — Я не хочу уходить! — А Миша тебе не сказал, что, помимо него, есть ещё люди, которые могут проголосовать за тебя? Тогда номинация неизбежна. Говорит Юра. Он так до сих пор и не понял, говорит ли Абашидзе правду. Николас хотел что-то ещё сказать, но замолчал. Видимо, железобетонных аргументов у него имелось поменьше. — Я могу идти? — Иди. Ну, что скажешь? Последние слова Юры относятся уже к Диме. — Мы не можем полностью довериться Николасу. Нам остаётся только следить за Мишей, чтобы он не наделал делов, прикрывшись чувствами и заботой обо мне. Фыркнул Конников. Жизнь становится всё интереснее. *** Случается небольшая поломка, и съёмки второго задания немного встают. Ребята направляются в жилую зону, дабы скоротать время и не мельтешить перед глазами съёмочной группы, пока те пытаются устранить поломку. — Что это с тобой? Сам шутил, а сейчас уже грустишь? Подходит Юра к Конникову. Он мог бы пройти мимо, но никак не мог, когда только взглянул на эти грустные глаза. — Подумал о команде, с которой я работаю. О том видео, что они сняли специально для меня. Слишком много чего изменилось, но что, если они этого не примут? Я ведь тоже не тот, что приходил сюда изначально. — Не думаю, что они этого так и не поняли. Наоборот, они тоже прошли через некоторое количество изменений. Они тебя примут. Ты слышал их, все ждут только твоего возвращения. Ребята будут только рады, когда встретят тебя. — Спасибо. — И они будут только рады, когда узнают, что твоя личная жизнь наладилась. — Большое спасибо. Дима даже немного смущается, а Юра посмеивается над ним. Такое ребёнок, но может собраться в необходимой ситуации. Такое дорогого стоит. *** Заканчивается ужин. Участники убирают за собой, уходят в жилое помещение. Только Света остаётся. Берёт тряпку, протирая все поверхности. Когда она только начала так делать, то работники очень удивлялись. Но прошло некоторое время, и все уже перестали что-либо чувствовать насчёт этого. Оставались только лишь шутки, что клинингу убираться будет меньше. Но никто из них так и понял, что, убираясь, можно собрать все мысли в кучу. Сложно быть су — шефом, надо было хоть немного личной тишины. Девушка присела, закрыла глаза. Прошло немного времени, и послышалась открывающаяся дверь. Ей не нужно было открывать глаза, чтобы понять, кто это. Саша останавливается около неё, и Светлане приходится открыть глаза. — Я так и думал, что ты именно здесь. Пушков был вполне доволен собой. Света только мельком улыбается и кивает. — Поздравляю с закрытием кухни. Продолжает он, а девушка благодарит. Она очень надеется, что румянца совсем не видно. Зря, что ли, на неё было нанесено столько грима? — Никак не думала, что это будет таким наслаждением. — Тут и не такое происходит. И снова возникает тишина. Такое между ними происходит постоянно. Она снова берётся за тряпку, а он продолжает смотреть на неё. Ей кажется, что как-то особо, так, как не смотрит на всех остальных. Снова позволит сердцу мечтать, а потом будет испытывать невероятную грусть, когда, спустя десять минут, будет чрезвычайно холоден с ней. И так по бесконечному кругу. — Саш, может, выпьем кофе? — Свет, ты же знаешь, я… О боже, он подумал совсем не о том! Меньше всего сейчас ей было нужно, чтобы Александр подумал, что его приглашают на свидание! Это совсем не входило в её планы! — Нет, я имела ввиду, чтобы мы заполнили время до съёмок выгона. Осталось не так много времени просто… Так, нужно приложить все усилия, чтобы он ничего не заподозрил. Милая улыбка идёт в ход. Только вот выходит она натянутой, а пальцы сжимают тряпку так, что даже белеют. — Да, давай. Ей кажется, или в его глазах потух некий огонёк? Снова эта её фантазия! Но как только такое можно утихомирить? И возможно ли вообще это сделать? *** — Итак, ребята, у меня новость для вас. Лера собирает всех в гостиной. Повсюду раздаются стоны, ведь, посте такого напряжённого выгона, сил совсем нет. Но девушка уговаривает всех, что это будет хорошим подарком, ведь к ним пришёл человек, которого они все хорошо знают. — Привет. Заходит этот самый человек, и в ответ только звенит тишина. Ребята переглядываются, очень удивлённые таким поворотом судьбы. — Женя? Первым приходит в себя именно Конников. Вполне возможно, мужчина хотел именно задать вопрос, но вышло больше утвердительно. — Он хочет кое-что вам рассказать. Вот мы и подумали, что лучше будет поделиться этой идеей лично с вами. Продолжала Валерия, посылая подмигивание в сторону Димы. Дмитрий улыбнулся ей в ответ. Вообще, съёмочная группа находится по другую сторону от самих участников. Им нужны все эти склоки и ссоры между ребятами. Но Лера «перешла» на другую сторону, преподчитая помогать тем, чем она может. Да, может быть, приход Портного и был вызван именно самой безумной идеей, но затащили его сюда не только по этому. Все бросились обнимать Евгения, наперебой пытаясь рассказать ему о том, что он пропустил за целый выпуск отсутствия. Он живо выслушал всех, не спуская взгляда с Димы. Тот улыбался. Радость окутала его всего, создав мягкий и удивительно терпкий кокон любви и безмятежности. — Ну, привет. Только и говорит Портов, подходя. Моментально оказывается в объятиях Конникова. Можно ли им так простоять целую вечность? Возможно ли это вообще? — Привет. Я скучал. Отвечает Дима тихо. Хочется, чтобы этот диалог длился вечно. — Я тоже. Жене бы зарыться в эти родные объятия, чтобы никогда не показывать миру даже носа своего. — Ты чего приехал? Теперь Конников хмурится. Задачу эту ему было не разрешить без подсказок. — А вы все здесь? Или мы кого-то ждём? Будет лучше, если это все услышат от меня лично. — Не хватает ещё Амины и Кристины. Проговорила Платонова, оглядывая нестройные ряды. — Тогда пойдём к ним, приведём их. Берёт Женя всю ситуацию в руки. Ну, ещё и Диму за руку. Кристина облачается в платье, осматривая себя в зеркало. Находясь ещё дома, она думала, что наряд стоит взять с собой в шоу, чтобы была хоть одна вещь, в которой не стыдно выйти в свет. И сейчас кружится в нём, чтобы напомнить самой себе, что такая девчонка существует, поскольку, после всего, что случилось, это напоминание стало частично просачиваться сквозь пальцы. — Ты очень красива. Только и говорит Ковалёва, заходя в комнату. Кристина оборачивается, не заметив, как девушка вошла в помещение. — Я его уже снимаю. — Но это никак не изменит твою красоту. — Хватит говорить так, прошу. Хватит делать вид, будто тебе есть дело до меня. Кристина садится на свою кровать, сжимая простынь руками. — Мне есть дело до тебя. Я люблю тебя. Мне всё равно, что ты пытаешься все эти съёмки сделать всё, чтобы я начала злиться на тебя, но я никак не могу этого. Хотя, если честно, ты меня и начинала временами бесить. Но я хочу попробовать. Я хочу увидеть и узнать нас. Амина садится на корточки, беря в ладони лицо Денисовой, чтобы она не могла вырваться и смотреть куда-то, помимо её глаз. Кристина, недолго думая, целует её, почти сразу получая ответный поцелуй. — Девочки, мы тут… Начинает Женя и сразу понимает, что лучше всего будет замолчать. — Кажется, мы зашли не вовремя. Отвечает Конников, дотрагиваясь до его руки и кивком указывая на дверь. Но девушки уже отпрянули друг от друга, и теперь вовсю разглядывали посетителей. — Амин, мне уже Женя мерещится. Дотрагивается Кристина нежно до плеча любимой. — Только тебе он не мерещится. Обе подбежали к нему, для того, чтобы обнять и рассказать всё, что у них тут происходило. Дима просто стоял и смотрел на это, чувствуя, как внутри все раны складываются в такие маленькие фрагменты мозайки счастья. — Слушай, Жень, я хотела бы извиниться. Я была не права, когда приставала к Диме, не давая вам нормально жить. — Всё в порядке. Ты поняла, с кем тебе хорошо, а ведь большего нам и не надо для счастья. — Это да. Оба они улыбаются. Денисова немного смущена, поскольку не готова полностью ещё делиться с счастьем. Она сама ещё не до конца привыкла к нему, чего греха таить. — Так, нас ждёт некоторое объявление, ведт так? Может быть, уже перейдём к нему? Конников хлопнул в ладоши, призывая всё внимание собеседников. Портнов, в ответ, пригласил девушек пройти в гостиную. — Итак, у меня есть маленькое предложение для вас. Мой ресторан хочет устроить праздник, который мы могли бы отпраздновать после финала. Закрыть его на достаточное количество времени, чтобы веселье получилось хорошим. Но это случится, если будут присутствовать достаточно большое количество человек. Мне надо знать окончательный ответ заранее. — Это хорошее предложение. Очень. Я и платье смогу показать. Денисова указывает на наряд, задорно улыбаясь. Её запал поддержали все присутствующие. Ну, почти. — А что, если мы все поссоримся за время участия? Тогда и праздника не получится, а всё будет организовано. Мы будем вынуждены общаться друг с другом, хоть этого и не хотим? Дима, ты разве со мной не согласен? Казалось, что Миша хочет сорвать всю злость на Жене. Хотя, учитывая его реакцию только на имя Портного, в этом нет ровно ничего странного. — А почему я должен быть согласен? В конце концов, все проблемы между нами мы сможем решить ещё до финала. Тем более, не думаю, что каждый будет не разговаривать со всеми. Конников хмуро посмотрел на него. Что этот человек задумал? Неужели он полагает, что он не встанет на сторону такой адекватной идеи Жени? Настроение Богачёва тоже резко устремилось вниз, хоть он и хотел этого скрыть. Евгений остался ещё совсем немного, чтобы попить с ребятами чаю и обсудить последние новости проекта. Все смеялись, рассказывая о различных испытаниях, а Конников краснел, когда речь зашла о нём, как о кроте. Но ещё краснее он стал, когда встретился с таким счастливым и влюблённым в него взглядом. Менжинский смотрел на всё это с плохо скрываемой завистью. А вот Руслан, кажется, только сейчас понял, что двух Дим клонит к Жене. Все размышления и разговоры прервал Руслан, который собрал все свои вещи и теперь готов был покинуть проект. Он пожал руку каждого, поблагодарил за тёплые слова и добрые дела. Кроме Богачёва, хотя тот и протягивал ему руку для прощального рукопожатия. После того, как Тажибаев ушёл, Миша просто встал и ушёл в спальню. В его голове крутились не самые радостные мысли. — Я подойду к Руслану, поговорю с ним. Шепчет Диме Евгений, собираясь уходить вслед за мужчиной. Но остановился, когда прочитал изумление на лице любимого. — Знаешь, у меня недавно появился парень. И он так искусно умеет читать подобные ситуации о любви, что я тоже немного у него научился. Портнов подмигивает Конникову, а у того уже улыбка на лице расплывается. — Я такси жду. Устало говорит Руслан, когда Женя догнал его у дверей. — Я подожду здесь, с тобой. Что, Миша оказался тем ещё придурком? — А откуда ты знаешь? Удивлению Тажибаева не было предела. Но он рассказал Евгению всё, не упуская всяких деталей и мелочей. Казалось, что он только очнулся тогда, когда перешёл к той части, где Миша пытался заставить Диму встречаться с собой. Вот только после того, как он это рассказал, он понял, кому это сделал. Пообщавшись ещё несколько минут, Портнов повернул назад, горя бешеным желанием ударить Богачёва, пока сам ещё не уехал. — Где Миша? Только и спрашивает он у Кирилла, который ел уже вторую порцию ужина. — В спальне. Все ребята так и остались сидеть, даже тогда, когда Женя кивнул и направился туда. И только через несколько секунд поняли, что произошло. — Значит, так. Если ты ещё раз задумываешься о Диме, то я буду твоим самым страшным ночным кошмаром. Женя прижимает Мишу к стене, а в глазах у Богачёва вовсю плещется страх. «Оторвать» их друг от друга для остальных ребят не было чем-то очень сложным. — Ага, посмотрим ещё на тебя! Кричит Михаил, пытаясь высвободиться от стальной хватки некоторых участников. — Прошу тебя, Жень, не надо. Не стоит он твоих нервов. Пусть придумывает там себе всё, что хочет. Конников начинает уговаривать Женю. И только так мужчина начинает успокаиваться, понемногу приходя в себя. Проходит ещё несколько часов. Михаил всё это время находился в спальне, пока все остальные продолжили маленький пир, как только отошли от такого. Но Евгению пора была уезжать, и уже Дима провожал его точно на том месте, где Портнов разговаривал с Русланом. — Мистер, вы тут сказали, что только недавно начали встречаться, но месяц — немаленький промежуток времени. А, если вспомнить, где именно мы находимся, то и можно засчитать за все два. Дмитрий поворачивается к Евгению, пока тот выслушивал всё, что первый хотел сказать. — Знаю. Просто время так быстро идёт, что я уже теряюсь. Улыбка сама появляется на лице. На улице никакого не было, лишь горел одинокий фонарь, который освещал лицо Димы. — Я тебя люблю. Только и говорит Конников. Слова растворяются в полной тишине места. Но тишина эта была уютной, что позволяло находится в полном расслаблении, даже не находя каких-то громких слов. Женя смотрит в это лицо, которое вовсю освещает фонарь и понимает, что влюбляется в этого человека всё больше и больше. Хотя, казалось, куда там? Попсовые слова, да, но Евгений как-то по-другому, как-то совсем иначе, и не умеет. И это состояние, когда весь рок выключается… Это было лучшим состоянием в его жизни. И опять, снова, он ловит себя на мысли, что лучше было бы, если бы они навсегда остались в этом моменте, когда любимые глаза смотрят так мечтательно, в чувстве абсолютной влюблённости. А Конникову просто ничего не надо, просто видеть эти счастливые глаза рядом каждый день. Поцелуй происходит сам по себе, словно оба этого не ждали. Внутри разливается приятное тепло, которое не обжигает. Просто потому, что не может. Не для этого оно было создано. — А что, если Миша сможет влюбить тебя? Я не хочу тебя терять. Женя и вовсе не хотел затрагивать эту тему, но слова сами вырвались. Он смотрит на то, как Дима нежно качает головой, как на губах появляется ласковая улыбка, и понимает, что никуда Конников не денется. Он будет рядом всегда, даже в самые тёмные моменты. И это окрыляет. — Я очень люблю тебя. Пусть делает там всё, что хочет, но моя позиция не изменится. Между нами что-то очень прочное, чего нельзя перевести в другое русло. То, что я испытываю к тебе — дар, от которого не хочу отказываться. Для Дмитрия подобный разговор был настоящим подарком. Всё казалось таким нереальным, что хотелось говорить вот так. Хотя, признаться честно, он боялся произносить эти слова. Боялся, что Евгений не одобрит их, хотя так и порвался сказать. — Но я такой проблемный. — То есть, ты хочешь сказать, что Миша, который подрался с Димой… Тут обоих поглотили ухмылки, вот договорить так и не удалось. И опять эти нежные взгляды. Опять эти ласковые поцелуи, от которых совершенно не хотелось уходить. Опять эта любовь, которая накрыла обоих с головой. — Жень, я не знаю, сколько времени тебе нужно на принятие себя. Но я буду каждый раз доказывать тебе, что ты — лучший. Особенно тогда, когда тебя будет захватывать тьма. — Спасибо. Всего лишь прикосновение одного лба к другому, но это значило для них очень много. — Всё, тебе уже пора, а то не отдохнёшь нормально, как потом на смену пойдёшь? Грустно ухмыляется Дима. Жене кажется, или в уголках его глаз скопились слёзы? — Да, ты прав. Пока. Он садится в машину, смотрит на то, как Дима ждёт его отъезда. Но, удивительно для себя, глушит машину и возвращается обратно, втягивая Диму в страстный поцелуй, который длился довольно долго. — Я никак не мог многое тебе сказать. Я обожаю то, что появился ты у меня. Клянусь, ты — первый человек, от которого все мои тараканы затихают. И я очень горд, что ты прошёл так долго. Тем более, получая такие отметки. И пройдёшь дальше, потому что никак не может быть иначе. Если решат тебя убрать из шоу раньше, чем золотой китель окажется на тебе, то, значит, что Ивлев не увидел всю ценность твоего таланта, а это уже его проблемы. Самое главное, что этот талант вижу я. И знаю, что ты сделаешь ещё много чего классного. Я тоже очень люблю тебя, хоть и ту катастрофически мало говорю тебе об этом. И я наврал, когда говорил, что желаю победы Кристине. Покажи им всем, что в Питере есть достойные и крутые шефы. Я верю в тебя. Даже если ты и устанешь слушать это, то я не перестану напоминать тебе об этом всегда. Я благодарен шоу за многое. Знаешь, за что я хочу бесконечно благодарить съёмочную группу? За тебя. Если бы не это шоу, то я бы никогда не узнал, что значит любить по-настоящему. Теперь Дима целует его. Именно этих слов ему так и не хватало. Но, начиная с этой секунды, он будет рвать и метать. Готов становится именно тем самым настоящим шефом, который никого не оставит равнодушным блюдами собственного приготовления. Именно это он и говорит Портнову. — А теперь езжай. Не хочу, чтобы ты пришёл на работу не в самом лучшем расположении духа. — Поверь, если я захочу ещё поспать, то всё равно буду завтра в хорошем настроении. Но у меня кое-что есть для тебя. Женя вытаскивает кольцо, которое он сделал собственноручно из какого-то железного материала. — Это тебе. Пусть будет амулетом и напоминанием о том, что я всегда рядом с тобой. Он пытается положить это кольцо Диме в карман, но Конников отодвигает его руку. — Жень, ты у меня дурак? — Что? — Этому кольцу вовсе не место в кармане. Пусть оно будет на пальце. Дима подставляет палец. Проходит несколько секунд, и вот, кольцо уже оказывается именно на нём. — Мне точно уже пора. Евгений целует в нос Диму, садясь обратно в машину. Эти довольные кота сегодня были самыми счастливыми. *** Платнова смотрит на все эти любовные сцены и не понимает, почему она сама так далека от всего этого. Что она сделала не так? Почему Юля настолько боится их близости? — Нам надо поговорить. Ира подходит к Юлии, но та сразу качает головой. — Нет, не надо. — Почему? Ты злишься на меня, потому что я была кротом? — Потому что ты хотела, чтобы мы этот ужин завалили! — Нормальное желание девочки с иммунитетом, разве нет? — Только вот на раздаче стояла я! Или ты помнишь только лишь то, что тебя саму устраивает? Болошко уходит. Она смотрела на Платонову так, будто окончательно разочаровалась в человеке? Эх, и почему Ире так не везёт в любви? Дима возвращается обратно. Счастливый весь, улыбка на всё лицо. Пока его не догоняет Миша, останавливая. — Можешь дать мне номер Руслана? Хочу всё исправить, пока окончательно не испортил. — Ты думаешь, что я тебе дам номер? Могу спросить у него о том, можно ли дать номер тебе. И это максимум. — Но ты же знаешь, что он мне его не даст! — Тогда почему я должен давать тебе номер? Дима проходит дальше. Его хорошее настроение сегодня никто никак не сделает хуже. А вот Михаил находит номер Руслана, записывает его на салфетку. Его настроение тоже резко пошло вверх. Что взять с Конникова? Придётся его проучить. Если он не хочет ему помогать даже в таких мельчайших делах, то придётся поставить его перед выбором. Каким? Либо само участие в шоу, где он будет находиться с Мишей на одной волне, пусть даже и не по собственной воле, либо пусть валит к Жене. В прямом смысле. Уж Богачёв постарается, чтобы духу его не было уже после следующего выпуска. От этого поднялось настроение ещё больше. Вот он, какой умный красавчик! Просто удивительное сочетание. — Кирилл, почему ты даже не смотришь в мою сторону? Менжинский подходит к парню, а тот только лишь устало пожимает плечами. Для чего он устраивает весь этот спектакль? — А что не так? Ты весь вечер игнорировал меня, всегда был в зоне внимания Жени. Может быть, я для тебя и вовсе не существую? — Что ты такое говоришь? Я же тебя… — Вот только не надо говорить о том, что что-то чувствуешь ко мне. Не верю. Я был нужен тебе, чтобы забыть другого, ведь так? Ты смотрел таким взглядом, каким Дима смотрел на Евгения. И, если с ним всё понятно, то почему ты так смотришь? — Я могу всё объяснить. — Не надо. Не хочу слушать пустые отговорки. Между нами всё кончено. Но Дмитрию хотелось всё высказать. Он уже начал что-то чувствовать к Кириллу. Да, это тёплое и мягкое чувство ещё только зарождалось, но оно было очень уютным, и вполне нравилось Диме. Теперь он прекрасно понимал Конникова. Только было уже слишком поздно. Или же нет? Может быть, так только кажется? — Дим, нам надо поговорить. Он находит Диму на его постели. — Давай не сейчас. И не сегодня. Конников устало закрывает глаза. Неужели всем так нужно поговорить с ним именно сегодня? Есть завтра, вот тогда к нему и обращайтесь. — Но мне очень надо. — Дима! Повысил немного голос Дмитрий, устало смотря на мужчину. Неужели его нельзя оставить одного? Сегодня он хочет просто побыть одному, вдоволь насладиться всем тем, что произошло между ним и Женей. Он так много просит? Почему всем так нужно оказаться рядом с ним именно сегодня? — Ты даже не будешь слушать меня? — Я очень устал, сейчас уже поздний вечер. Давай завтра. Да, может быть, это и эгоистично. Но может ли Дмитрий хоть вечер побыть эгоистом чисто для себя? Как оказалось, парни думали иначе. Миша и Дима, как только случилось пробуждение, придумывали план. — Нам нужно вывести из игры Диму. Окончательно. Богачёв потирал руки. Эту месть Конников запомнит надолго. — Да, но как? Он сейчас идёт достаточно стабильно. — А вот это нам и предстоит выяснить. Причём, в ближайшее время. Кирилл всё слышал. Он не хочет играть плохо. Давайте стараться всё делать честно! — И ты на это пойдёшь? Спрашивает Хмельницкий, останавливая Менжинского. — А что? Ты со мной не разговариваешь, а тут целое предложение! За Диму испугался? Дмитрий знал, что ревновать здесь полностью бессмысленно, но так ничего и не смог поделать. Это странно, дико, но что поделать, если сердце горит огнём каждый раз, когда Кирилл даже упоминает другого парня? — Лучше бы он понравился мне. Ты понимаешь, что это может выйти тебе боком? Никогда ещё подобные вещи не выходили так, чтобы не возвращались бумерангом. — Теперь ты волнуешься обо мне? — Ты — идиот. Если я пойму, что ты участвовал в этом, то буду ненавидеть тебя всю оставшуюся жизнь. Дима — хороший человек, который не заслуживает подобного обращения. Он сам пытается всем помочь. — Но ты же и без этого меня ненавидел. — Невозможно стереть человека так быстро. Но ты, похоже, до этого ещё так и не дошёл. Хмельницкий уходит, разочарованно качая головой. — Неужели ты повёлся на его слова? Тогда я буду считать тебя полным неудачником. Не знаю, может, ты даже попадёшь под пресс вместо Димы. Выбор за тобой. Богачёв уходит, оставляя Дмитрия одного. И что ему теперь делать? — Дим, прости за вчерашнее, мне просто нужно было побыть одному. Если ты ещё хочешь поговорить, то я согласен. Около него появляется Конников. Вот так всегда, ведь так? Только успел придумать историю жизни, где человек появляется в образе безусловного антигероя. И вот, оказывается, что он — самое милое существо, которое только придумал этот чёртов мир. — Давай позже? — Хорошо. Дима уходит, отпивая из бутылки. Хмельницкий показывает Менжинскому на мужчину. Собрав всю волю в кулак, Дмитрий разворачивает обратно собеседника. — Миша устраивает целый план против тебя. Не знаю, что именно он там задумал, но это очень серьёзно. Прошу тебя, будь аккуратен. — Спасибо. Вот теперь Конников окончательно проснулся. Зачем Дмитрий всё это говорит ему? Предупреждает? Это и есть часть дикого плана? Ну почему всё должно быть так сложно вечно? Кирилл показывает большие пальцы и уходит. В душе Менжинского расцветают лилии. Между ними ещё ничего не кончено. И он будет бороться за них. Пусть это и включает в себя помощь Диме. И пусть Миша устраивает после него всё, что там хочет. Есть вещи поважнее шоу.