– Хëн, не смотри, пожалуйста.

Бан очень любит любоваться Чанбином, когда младший приходит к нему за лаской и поцелуями, поражаясь насколько тот может быть прекрасен, когда так нуждается в своём хëне. Иногда Со заваливается к нему весь уставший и разморенный, прося просто пообниматься с ним. Он ложится к старшему на мягкую постель, укладывая голову на чужую грудь и ластится к прикосновениям, словно маленький котенок, просящий молока. Расслабляется и, под оставленные на последок на его макушке поцелуи, засыпает, ни на секунду не прекращая держаться за тёплое тело. Тогда Чан особенно сильно любит ухаживать и наблюдать за таким очаровательным Бинни. Как тот дует чуть пухлые щечки, улыбаясь во сне. Как у него немного подрагивают веки, будто сейчас откроются. Или как мило он сжимает руку старшего, если ему снится что-то непонятное. Он даже на малейшее мгновение не отпускает Бана, и эти моменты просто разбивают сердечко лидера на мелкие кусочки. Чан любит наблюдать и за шумным Со. Когда тот мычит от удовольствия или пританцевывает глупый танец, когда после долгого тяжелого дня съедает целую порцию жареной курочки. Или когда у того возникает какая-то идея, сразу подключает остальных и под недовольные возгласы осуществляет ее, громко смеясь. Или подпевает какой-то женской группе, занимаясь своими делами, но при этом так шумя на все общежитие, что Минхо дает подзатыльника и угрозами о том, что откусит младшему жопу пытается его успокоить, но только больше раззадоривает, и те двое будут носиться по всем этажам. Чану сильно нравится, когда Чанбин зол и начинает ругаться с кем-то, то лидеру никакого труда не составляет просто подойти и чмокнуть в губы разозлившегося парня. Тогда он сразу же стихает, его лицо меняется со свирепого на стеснительное, а руки пытаются скрыть ярко-ярко полыхающие щечки. И во все эти моменты, какими они ни были, Крис считает своего парня самым потрясающим и жутко милым. *** До этого у них не заходило дальше мокрых поцелуев и мягких поглаживаний, потому что Со очень часто куда-то сбегал, оставляя себя и Чана с недоумением в штанах. Но сегодня старшего это достало, и он у всех на глазах нагло забрав к себе на руки Чанбина, отнёс к себе в комнату, сразу же припадая к желанным губам, не оставляя ни шанса. А младший от такого напора совсем потерял бдительность, лишь завороженно наблюдает за перекатывающимися мышцами и небольшим огоньком в глазах напротив. Дневной свет освещает сидящего на коленях Чана Чанбина, позволяя лучше разглядеть его едва заметные родинки на лице, милые морщинки, которые появляются, когда старший задевает зубами чувствительные места и мягкие губы с маленькими трещинками. Со жмется ближе к своему парню, держась за крепкие плечи и отвечает на теплые и нежные поцелуи, удобнее устраиваясь на чужих бедрах. Его ведёт от того, насколько Чан с ним нежен и заботлив. Как он трепетно касается тёмных волос на затылке и пропускает сквозь пальцы мягкие пряди. До чего невесомо касается спины и чуть сжимает талию. Они нежатся в друг друге, получая взаимную ласку и любовь. И Чанбин хочет раствориться во всех этих приятных ощущениях, словно снежинка, упавшая на теплую руку. Со временем поцелуи становятся глубже и чувственнее. Чанбин едва слышно стонет, когда чужой язык ведёт по его опухшим губам и сплетается с его собственным. Прогибается в спине, чувствуя как на поясницу давит большая рука, и совсем прижимается к разгоряченной и открытой груди Бана. Спуская к ней руки, ощущает напряжённые мышцы и чуть сжимает кончиками пальцев под блаженно прикрытые старшим глаза. Со забывает обо всем, когда по его чувствительной шее ведут носом, при этом до безумия приятно поглаживая его мясистые бедра, которые скрыты под тканью длинных шорт. Чан продолжает растягивать пытку удовольствия, забираясь под шорты и поглаживая коленку, а после переходит на внутреннюю сторону бедер, от чего Со восторженно ахает. Наблюдает, как рука снова показывается, решая все же снять эту ненужную ткань, оттягиваяет резинку и... Чанбин внезапно замирает. На его лице читается испуг, и он спешит остановить Чана, хватая того за руку и вставая с колен. – Прости, хëн, мне нужно идти. – последнее, что успевает увидеть старший это почему-то блестящие глаза парня, прежде чем он быстро удаляется из комнаты. Оставшийся в полном замешательстве, непонятливо моргает пару раз и быстро спохватившись, направляется в комнату за убежавшим. Начинает нервничать, ведь думает, что это он сделал что-то не то, что вызывало такую реакцию у Со. Он не хотел быть таким напористым, не хотел принуждать. Просто... Чанбин сам этого хотел, разве нет? Останавливается у двери в комнату и прислушивается, улавливая какой-то непонятный звук. И Чан прям таки врывается в комнату, не жалея дверь, которая вот-вот могла сорваться петель от сильного толчка. – Бинни, прости, я... – договорить он просто не находит сил и слов. Видит, как Со, сидя в одних боксерах и безрукавке, быстро накидывает на оголенные бедра и живот одеяло, а по его глазам скатываются маленькие слезки. – Хëн, не смотри, пожалуйста. – шепотом произносит и руками сильно сжимает прикрытые ножки, отворачиваясь. А Чан не собирается уходить. Нет, он не оставит своего парня в таком состоянии. Да, его огорчает то, что Чанбин не хочет рассказывать о том, что случилось. Но старший обязан быть в такое время с его любимым и поддержать. Совсем тихо подходит сзади, и кровать прогибается под грузом ещё одного тела. Медленно и невесомо касается горячих плеч, спускаясь по рукам и потихоньку обвивает талию, кладя подбородок возле шеи. Чувствует, как чужое сердце под кожей бешено бьется, и Бан даёт время привыкнуть к себе, слыша тихие всхлипы. Младший ещё отчаянно закрывается одеялом, но немного расслабляется в заботливых руках. – Маленький, тебе страшно, что ты не понравишься мне? – Чан будто знает, куда ударить так, чтобы сразу попасть в яблочко. Со не хочется это признавать, но он почему-то виновато кивает, под успокаивающие поцелуи в шею. – Мой милый Бинни, ты самый прекрасный, кого я встречал в этом мире. Ты нравишься таким, какой ты есть. Я люблю тебя с твоими недостатками, потому что считаю их милыми. Прошу, откройся мне. Бан целует мокрую от слез щечку и упорно ждет, когда парень переварит информацию и сможет принять решение. Тут младший полностью разворачивается к нему лицом и заглядывает в добрые глаза. – Ты правда так считаешь? – он выглядит словно щеночек с преданными глазами, ждущего своего хозяина. – Правда, малыш. Покажешь мне, что тебя заставило думать обратное? – старший знает, что может провалиться, и Со скорее всего просто уйдет или откажется. Но попытка не пытка, потому он оглаживает подтянутое тело и чуть улыбается, показывая свою очаровательную ямочку, чтобы успокоить. А Бин сначала колеблется, но потом аккуратно, чуть-чуть поднимая подол безрукавки, убирает одеяло. Видит непонимающее лицо и тихо-тихо произносит: – Растяжки. И только тогда Чан замечает шрамики, которые тянутся на бедрах и парочку видно на милом животике. Где-то они были зажившие, еле заметного белесого цвета, а где-то немного светло-багрового, которые, видимо, появились совсем недавно. Он смотрит зовороженно, почему-то совсем не хотя отрывать взгляд от чудесных бёдер и вздымающегося живота. Он не считает растяжки какими-то отвратительными или портящими. Наоборот, он считает их изюминкой, украшением и так красивого тела. Старший заглядывает в грустные глаза напротив и целует в щеку, словно благодаря за доверие. Чан знает, что для парня это очень важно. Даже если для самого старшего это крохотная проблема, то для относящегося критически к своему телу Бина - нет. И он будет готов продать все богатства мира, чтобы младший не боялся показать себя. – Они такие прекрасные. – Чанбин меняется в лице, когда слышит комплимент. Немного тушуется, ожидая услышать все, кроме этого. – Разве ты не считаешь их... ну, противными? – Бинни, маленький мой, послушай. Растяжки на теле - это нормально, просто ты резко набрал мышечную массу, стал крепким и ещё более красивым, потому они и появились. Но это не значит, что они портят твое тело, нет. Для меня это твоя изюминка, признак того, что ты прекрасен даже со всеми маленьким шрамиками. – старший целует в подрагивающие губы и вытирает солёные капельки с глаз. – Можно я...? – Если ты этого хочешь... – Очень хочу. – Бан подушечками пальцев касается совсем мягкой загорелой кожи на животике и видит, как он судорожно сокращается под рваный вздох. Очерчивает пару белесых полосочек, чувствуя эти маленькие впадинки, и ведет руку ниже, к бедрам. Разводит чужие ножки в бок и сползает по кровати, чтобы устроиться между ними, подтягивая ближе к себе. И губами прижимается к каждому маленькому и большому шрамику, оставляя все больше поцелуев на горячих бедрах. Табун мурашек бежит по всему телу Со, и Чан смеется, лаская тёплым воздухом чувствительную кожу на ножках. – Черт, ты такой красивый и горячий. Готов так вечность выцеловывать каждый сантиметр твоего тела, лишь бы ты понял, насколько ты прекрасен. А Чанбин не может и слова сказать. Он думал, что будет выглядеть некрасивым со всеми этими растяжками, что Чан не захочет видеть эти рубцы и тем более прикасаться. Но вместо этого получает какое-то дикое наслаждение от происходящего. Дрожь пробирает все его тело при каждом бережном поцелуе в бедра, видя с какой любовью старший очерчивает каждый недостаток. Со не может так смотреть на это зрелище, закусывает нижнюю губу и лишь томно вздыхает. Момент кажется интимнее секса, ведь открыться человеку - дорогого стоит. Чан оглаживает шелковые бока и влажно чмокает внутреннюю стороны ляжек, вызывая громкий стон сверху. – Не знал, что ты тут такой чувствительный. – младший вздрагивает, когда носом ведут дорожку по центру его живота и видит перед собой ласковый взгляд, в котором читается любовь. – Я надеюсь, ты больше не будешь сбегать от меня? Со очень смущен, краснея даже ушками, но отрицательно качает головой. – Поцелуй меня, пожалуйста. И пухлые губы Бана с новой силой прижимаются к его собственным, целуя-целуя-целуя. Тот одну руку заводит за спину, а другой хватается под коленкой и придвигает к себе ближе уже снова возбужденное тело, чтобы наконец почувствовать этот уединённый момент страсти и насытиться сполна его до безумия красивым мальчиком. – Самый прекрасный Бинни. – шепчет Бан и снимает чужую безрукавку с торса, все никак не переставая любоваться его любимым парнем.