Детство

      Когда в доме есть ребёнок — это зачастую бесконечное и безграничное счастье. И любовь, конечно. Шум, беспорядок и в целом не соскучишься, даже если маленький человек спокоен, как скала, тихо никогда не будет. А ещё ребёнок в доме — это нескончаемые мультики. В любое время, когда бы ни не шли. Может быть, кроме ночи, но и то не факт.       Маленького Сашу от телевизора оторвать было сложно что в четыре, что в четырнадцать. К тому же, позже у него появляется напарник в этом деле. После школы — сразу домой, Олега под бок и смотреть произведения российской и зарубежной мультипликации.       Опытным путём становится ясно, что брату больше по вкусу именно советская анимация. Саша его, в общем-то, понимает. Графика там может и не очень, но вот приятные тёплые цвета и заложенный в большинстве случаев смысл имеют огромное значение. Однако, это не мешает младшему Шепсу смотреть всё, что показывают. Хоть «Черепашек ниндзя», хоть «Масяню», хотя в свои три он и не слишком понимает, что там творится. От последнего Саша его честно старался гонять, всё-таки не совсем детский контент, только вот грустные болотные глаза со слезинками в уголках тоже своё дело делали — глядели дальше.       Детям, в общем-то, много и не нужно: Олегу в столь юном возрасте — красивые картинки; Саше — побег от реальности, где он слишком устаёт от новых сил, знаний и фантомов. От этого уже не откажешься, а привыкнуть он должным образом ещё не успел.       Эта традиция сохраняется у них и дальше, только с развитием технологий уже не обязательно ориентироваться на время программ. Интернет в помощь. Пока Саша живёт с ними вечер субботы отдаётся детям на просмотр чего-либо. Все счастливы.       Привычки и устоявшиеся традиции рушатся в тот момент, когда старший переезжает от них в столицу. Олег всё прекрасно понимает: там и возможностей для всего больше, и в целом лучше. Саша там на своём месте — это видно и по горящим радостью глазам, и по довольному виду в целом.       Младший Шепс в своём возрасте чувствует себя преданным. Он не остаётся один, нет, но самый близкий человек уже не рядом. Логично, конечно, они даже не клялись всегда рядом быть. Да Саша и не стал бы, по крайней мере по предположению Олега, у старшего ж своя жизнь давно. От всего этого очень сильно плохо. В первое время совсем хреново, потом постепенно привыкает. Тем более, что брат заводит новую привычку — традиционно звонить раз в пару дней, а то и чаще. Такое обстоятельство не может не радовать, всё-таки не забыл и не оставил совсем.       И всё равно маленький Олег скучает без такого необходимого родного тепла под боком, Саши в доме очень сильно не хватает.       Младший обещает себе, что когда-нибудь обязательно переедет к брату. Хотя бы в один город.       Мечта начинает сбываться достаточно скоро. В двенадцать Олег периодически мотается в Москву с родителями, в тринадцать проводит там всё лето и ещё месяц, когда Саша участвует в Битве. С трудом, слезами и истерикой, уговаривает взять его на Сашин финал, о чём в последствии вообще не жалеет. Смотря на радостного, довольного, искрящегося старшего в душе рождается ещё одна мечта, тоже вполне себе воплощаемая когда-нибудь в будущем. То, что он собирается заниматься магией уже неоспоримый факт, даже если об этом пока не знает никто, кроме, непосредственно, Олега.       После этого спонтанно рождается ещё одна традиция, постепенно переходящая в правило. Каждую неделю что-то смотрят, а, созваниваясь, обсуждают. Это не совсем то, что было раньше, но в изменившихся обстоятельствах более чем важное. И очень-очень приятное. Мультфильмы смотрят целиком, мультсериалы отмеряются определённым количеством серий. У Саши времени сейчас значительно меньше, практически нет, но каким-то образом он всё-таки всё успевает.       — Ты там хоть спишь? — Олегу пятнадцать и о состоянии брата он печётся более чем.       — Конечно, сплю, — чужая яркая улыбка слышится отлично. — Хотя бы часов шесть обязательно.       Лукавит, конечно, оба это знают. Старший то загоняет себя, ложась хорошо, если часа на три-четыре, то потом все свои выходные отсыпается. Олег за такой график давно бы высказал, да только брат же не послушает. Ещё и сам намекнёт, что младший не так далеко от него ушёл. Иногда очень жаль, что в сутках всего лишь двадцать четыре часа.       В свои восемнадцать Олег, сдав экзамены, с чистой совестью отчаливает в Москву на всё лето. С Сашей договаривались об этом ещё зимой, так что всё спланировано, обдумано и вообще полное счастье в жизни кажется возможным. Жаль только, что потом обратно домой придётся возвращаться, но ничего, переживёт как-нибудь.       — Как хочешь, но в ближайшие два дня у нас мультмарафон.       — Вот так с порога? Ни тебе «здрасьте», ни обнять любимого брата?       Саша шутливо дуется, разводя руки в стороны. Ждёт. Кто Олег такой, чтобы отказывать? В родных руках тепло и безопасно, можно расслабиться. Просто не думать и дышать родным запахом.       Господи, как же хорошо.       — А с твоим предложением я полностью согласен, Олеж.       У Саши получается варить отличнейший, как оказывается, глинтвейн, доставка вкусностей приезжает ровно ко времени. Четыре пиццы на двоих и ещё сладкие плюшки домашнего сочинения. Всё более, чем прекрасно. Под боком у старшего уютно, Олег готов вечно вот так сидеть, устроив голову на чужом плече. Надо почаще такие посиделки устраивать, что ли. И вообще переехать в Москву и больше никуда не отпускать. Немного эгоистично, но брат слишком важен, чтобы вот так просто всё оставлять как есть.       Время глубоко за полночь, слегка клонит в сон, но при этом очень хочется досмотреть, чем там дело в «Зверополисе» закончится. Ясное дело, что хэппи-эндом, но вот как до него дойдут... Какой чёрт на моменте угона вагона-лаборатории его дёргает, Олег ни тогда, ни потом так и не смог понять. То ли виновата общая расслабленная атмосфера, то ли всё ещё бродящий в крови алкоголь, но он, совершенно не думая, тянется вверх, прижимается губами к чужим. Ответа даже не ждёт. Ждёт скорее именно обратного, например, что Саша его оттолкнёт, разразится тирадой о морали, правильности и вот этом вот всём.       Брат, однако, полностью ломает шаблон. Приоткрывает губы, позволяя делать всё, что вздумается, сам зарывается в короткие волосы, не давая отстраняться раньше времени. Если бы можно было остановить момент — Олег бы сделал это сейчас. Лучше уже не будет. Отодвинуться выходит с трудом, в голове полный вакуум, в сердце безграничное счастье.       — Это просто случайность, — младший утыкается носом в чужое плечо, стараясь скрыть покрасневшие щёки, — просто нужно меньше пить и всё.       — Случайность, — Саша соглашается покладисто, — и юношеские гормоны.       — И гормоны.       Чем закончился мультик в памяти почти не откладывается. Да и не до того, собственно. Важнее разобраться в себе, понять, что это было и, собственно, зачем? Ответов так и нет, больше про эту ситуацию никто из них не говорит. Хотелось бы и не вспоминать, только вот Олег постоянно прокручивает всё это в голове, не оставляя тщетных попыток разобраться. Важнее, что никаких стен между ними не выстраивается, а остальное мелочи.

* * *

      Олега достало всё. Нет, он не жалел, что пошёл на «Битву», как минимум хотелось посмотреть, на что он способен. Как максимум — доказать всем, что он тоже чего-то стоит, а не просто тень брата. Хорошо хоть Саша так перестал считать довольно давно, а то было бы ещё обиднее. Хотя для вида и продолжает говорить прямо противоположное. И всё равно это оказалось немного слишком, в том числе в эмоциональном плане. Успокаиваться получается только под боком у брата, там всегда тепло, безопасно и не тревожит вообще ничего.       После той слепой девушки в душе вообще возникает полнейшая пустота. Младший медиум как-то никогда не задумывался, как видят незрячие, а тут вот так... Страшно. Отпустить это не получается, хотя раньше таких проблем не возникало. Поскрестись к Саше в комнату скорее условность и дань приличиям, чем необходимость — его там всегда ждали и в любом состоянии.       Подлезть под одеяло и прижаться со спины, успокоено выдохнуть в загривок. Если его место не здесь, то младший совершенно не представляет, где ещё оно может быть. Брат, если и спал, то таким наглым вторжением разбужен, впрочем, не так это и важно. Саша разворачивается, прижимая своего возмужавшего маленького к себе, гладит успокаивающе по отросшим волосам.       — Устал? — вопрос, конечно, глупый.       — Вымотался. Энергии нет совсем и хочется плюнуть уже на всё, сдавшись, — под руку подставляется, прикрывая глаза.       — Совсем немного осталось, Олеж, — Саша по старой привычке целует в лоб.       Немножко... Конечно, уже к финалу дело идёт. Это, пожалуй, единственное, что радует. И, кажется, надо было позже идти, не вывозит он все людские проблемы сейчас, не хватает моральных сил. Только вот время не отмотаешь, а у младшего есть чёткая цель.       — Саш, можно что-нибудь включить? — в глаза просительно заглядывает. — Разгрузиться хочу и вообще не думать.       — Тебе всегда всё можно.       Олег, получив согласие, подрывается за ноутбуком, под тихий смех выпутываясь из одеяла. За это он потом отомстит обязательно. На всё уходит минут пять от силы. По пути ещё успевает прихватить заначеный на чёрный день пакетик чипсов, Саша за это время успевает свить подобие гнезда из одеяла и подушек — для большего удобства. Укладывается младший быстро, так, чтобы под тёплый бок. Компьютер на колени, на просмотр выбирают давно откладываемую «Семейку бигфутов». Необременительно и голову не забивает.       Тепло, уютно и максимально защищённо. С братом, впрочем, всегда так. Он именно та точка опоры, с чьей помощью невозможно упасть.       — Я очень сильно тебя люблю, Саш.       Олег почти спит, угнездившись головой на чужой груди и перекинув через талию руку, максимально близко. И фраза-то совершенно спонтанная, но абсолютно уместная и искренняя. И, главное, что все всё поняли как надо.       — Как и я тебя, Олеж, — Саша легко гладит острое плечо. — А сейчас спи, всё обсудим утром.       Младший удовлетворённо улыбается, спихивая ноутбук брату, пусть с этим сам разбирается. Всё остальное можно отложить на когда-нибудь потом.