downcast

* * * Чтож, он прикуривает сигарету, медленно затягиваясь медленно начинает свой скучный рассказ. Его повседневность утомительна, и тот путь, которым он пользуется, чтобы повествовать свой глупый сюжет обыденен. И ничего он с этим поделать не может. Он мыслит, мыслит потребительски. Мыслит конвейерно, слишком стереотипно. Живёт и думает как все, как часть толпы, и он не понимает, как перестать. Окурок, который он подобрал, тлеет. Когда он позволит себе полноценные сигареты? Пачка сигарет - самая обыденная вещь, которая ему недоступна. О чём писать на самом деле неважно, важен друг, который рядом. Важен его сорт, важно то, как он раскуривается. Он делает затяжку - последнюю. На соседнем участке, совсем рядом, кто-то сжигает листья. Слышно, как они сгорают, потрескивая. Он бросает фильтр в костёр перед собой. В свой костёр. Его голова кружится, кажется, сигарета была слишком тяжёлой. Он черкает что-то в блокноте. Знает, очень хорошо знает, что его не пропустят, не напечатают, не прочитают. У него не того, ради чего стоило бы работать. Ему нечего дописывать, нечего сказать. Его работу не поймут, ни одну из них. Он сплёвывает, откладывает блокнот, встаёт и шёпотом начинает молиться. Не закончив до конца, он встаёт спиной к костру и падает. Он кричит, пока огонь поглощает его конечности. Он замолкает, когда огонь доходит до его головы. Пламя медленно выжигает его глазницы и спустя полтора часа на остатках листвы лежать лишь обугленные кости. * * * - " Полдень, задний двор сильно оброс травой. на месте грядок растёт лопух, а пугало представляет собой выцвевший крест с двумя перекладинами. На верх нанизана моя старая куртка. Из неё торчит пух, но ветер несильный. Среднего размера куча серых кирпичей, сложенных в одну приземлённую башню. Рядом стоят скелет качелей и маленький мангал. Я сижу в тени сарайчика, который мы называем домиком, и смотрю на наваленные друг на друга доски. Ко мне на колени ветром приносит жучка. Я окидываю взглядом высокий узкий стол, на который меня сажали малышом, когда здесь всё только начиналось. Тогда у нас был другой сосед, и дети во дворе тоже были маленькими. Этот стол откопал дедушка, мне даже в голову не приходит откуда. Но это прогнившее со временем дерево, помогает мне вспомнить то время, которое я, казалось, совсем забыла. Я знаю, дома я та, кто я действительно есть. Сколько же мне на самом деле лет?" 12.1989