Часть 44. Уехал на работу
15 ноября 2024 г., 12:00
А где Савен? Вчерашний день прошёл как сон, и помнилось всё обрывками. Только чувства сохранились где-то внутри и до сих пор грели. Мгновение на траве в саду, которое незаметно растянулось на томные несколько минут, было прервано звонком телефона Савена, на что он с полной кашей в голове смог ответить только «да… да, я завтра буду в офисе… я не могу сего… я вас понял». И умчался прочь, всё также скомканно оправдавшись «я скоро вернусь, я буквально на час» и прочее, но как будто бы Дафси его слушал? Ему было слишком хорошо и спокойно, чтобы его сейчас такие вещи волновали. Савену можно верить, он ведь точно скоро вернётся? Ну да…
Вечером Дафси случайно уснул на кресле в гостиной первого этажа. Из-за того, что дверь туда больше не закрывалась, на него пришёл и уселся кот. Не решившись сгонять пушистого, юноша остался сидеть на кресле и пробыл там до самого утра. К девяти часам утра, а именно в это время Дафси проснулся, на него накинули тёплый плед и положили его заряженный и целый телефон на кофейный столик рядом. Из интересных уведомлений были только звонки от мамы и Савена в тот день, когда бог веселья решил над ним поиздеваться, а от вчерашнего дня сообщение от Вали.
«Мама сказала, что ты съехал в общагу. Значит, поступил, а я и не знаю! Мог бы и рассказать, между прочим( Но, в любом случае, я тебя поздравляю! Надеюсь, учёба тебе понравится, хотя, наверное, ты ещё не успел забыть свои предыдущие годы и помнишь, как это. В общем, жду рассказа, куда ты поступил. Напиши или позвони вечером»
Конечно, он тут же ответил. Что был занят переездом, что не заметил сообщение, что хотел написать ещё вчера, но уснул (хотя бы это было частично правдой), и что он обязательно всё расскажет, но чуть позже. Когда придумает.
От Савена сегодня утром пришло одно единственное уведомление. В семь утра. «Уехал на работу». Так где он? Ну, очевидно, на работе. В Москве? В Питере? Да какая ему разница, что ему это даст? Сказали же, на работе, не всё же с тобой возиться, работать тоже надо. Это только ты тут уже несколько лет бездельничаешь. Позвонить? А зачем? Что спрашивать? «Когда ты вернёшься?» И снова, зачем? Да лучше и не тревожить, пускай работает. Вот только чем заняться? Тем же, чем и всё лето до этого. Интернет и книги, теперь можно ещё и котов потискать, но это вместо шиншиллы. А что тогда поменялось? Ну как минимум его самочувствие. А с Савеном… вечером вернётся, и поговорят, если понадобится. А, может, и не понадобится. Может, Савен войдёт в дом и сразу примется объясняться, как он умеет, сбивчиво, но чётко. И тогда сразу всё станет ясно, и не придётся ничего выяснять. Очень хотелось бы, чтобы теперь всё было так. Но, даже если некоторые боги так и научились, то их потомки пока не слишком умеют читать чужие мысли. И, наверное, не очень-то хотят учиться, иначе будет слишком скучно жить.
Около девяти часов вечера в ворота въехал чёрный внедорожник, но Дафси этого не заметил. Он сидел на втором этаже в компьютере, и окна в той комнате выходили на противоположную от стоянки сторону. Только когда внизу послышались очевидные звуки возни на кухне, юноша оторвался от экрана и решил хотя бы спуститься проверить. Даже если это Селена, её он тоже весь день не видел, может, хоть поговорят.
Савен стоял у плиты и что-то пытался на ней готовить, но движения были какие-то вялые, тяжёлые. Дафси даже как-то побоялся его беспокоить поначалу, но потом всё же решил, что ничего страшного в том, что он войдёт на кухню, нет. Да и помочь может, в конце концов.
— Савен? — позвал юноша, и сначала показалось, что его не услышали, Савен продолжил переворачивать на сковороде куски куриной грудки. Потом замер, быстро обернулся и неуверенно дёрнулся. Дафси недоумённо поднял брови, замирая у холодильника. Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза.
— Боже мой, — наконец Савен тяжело выдохнул и тихо прыснул. — Всё, это клиника. Я забыл, что ты вернулся. Зашёл в коридор, думаю, вещей многовато, ну да ладно.
— Класс, — Дафси шутливо закатил глаза и слегка улыбнулся. — Работа отшибает память?
— Я редко приезжаю домой не в слабом сознании, а сейчас ещё и голова трещит по швам, прошу меня извинить, отойду за аптечкой, если ты не против последить за едой.
Дафси на это только кивнул, Савен тут же вышел в коридор и двинулся куда-то в сторону лестницы. Не стоит его сегодня беспокоить, если ему плохо, пускай лучше отдохнёт. Но вот курица приготовилась, чуть не сгорела, но этого всё же удалось избежать, а Савен так и не вернулся. Отворилась входная дверь, послышался частый стук каблуков, через минуту на кухню заглянула Селена.
— Не жги продукты, фашист, нам их ещё есть, — как обычно богиня высказала что-то едкое и прошла дальше вглубь дома. За ней тут же побежала её кошка, спавшая до этого в гостиной первого этажа.
Отложив курицу на разделочную доску, Дафси неуверенно пошёл следом, желая выяснить, где же в комнатах этого дома мог затеряться Савен? А если ему так плохо, что он даже встать не может, пускай Дафси не мог себе представить Савена в таком состоянии. Вероятно, сегодня придётся познавать новые грани личности этого человека. Физически страдающие.
Савен либо умер, либо спал, больше вариантов не было. Он лежал на кровати, но не целиком, а будто решил сидя лишь на секунду приложиться к подушке и тут же отключился. Ну, или опять же умер. Дафси осторожно подошёл ближе, глядя на прикроватную тумбочку, на которой лежала упаковка ибупрофена. Пустая. Значит, наверное, лекарство он всё же выпил.
— Ну началось, добро пожаловать, — послышалось достаточно громко из коридора, но Савен даже не дрогнул. Селена стояла в дверном проёме и поджимала губы.
— С ним всё в порядке? — взволнованно спросил у богини юноша, та лишь хмыкнула.
— Абсолютно, его базовое умение уснуть после работы где угодно и как угодно. Не знаю, где он его выработал, но присутствует. На моей памяти в таком виде он выключался раза три точно, так что не ной и не вопи, у душнилы от силы затечёт спина. Это ты его ещё в ванной уснувшим не находил. Ему вообще с такими способностями жить одному опасно, не знаю, как он жив был так долго до того момента, как сюда перебралась я, — Селена гордо выпрямилась, явно показывая, что в этом доме только на ней всё и держится. — А ты привыкай. Это он с тобой когда носился на работу клал хер, а рано или поздно ему всё равно пришлось бы к ней вернуться. И если ты уже знаком с Савеном-душнилой, Савеном-нытиком и Савеном-влюблённым дурачком, пришла пора знакомиться с Савеном-трудоголиком. Когда он уезжает в такую рань, что солнце ещё не встало, а когда возвращается, сил у него остаётся только на то, чтобы по какой-то своей внутренней программе приготовить себе, ну и мне, разумеется, еды и уснуть на первой попавшейся хоть слегка горизонтальной поверхности, и так по кругу минимум. Заметь, минимум пять дней в неделю, обычно больше. Так что… ну что могу сказать, твоё любимое. Удачи.
Женщина вышла обратно в коридор, мимо неё просочился кот, с забавным звуком запрыгнул на кровать и улёгся Дафси на подушку. Пока можно было его не сгонять. Но что-то же надо сделать с Савеном, нельзя его оставлять спать в рубашке с брюками и в такой неудобной позе. Разбудить? Ну да, как Валя, воды в лицо плеснуть, может, тогда проснётся. Жалко его как-то, устал ведь, а что тогда? Кажется, пора вспомнить, что кто-то здесь маг воздуха. Да, до этого с людьми он особо не практиковался, а если и делал это, то не слишком специально, но попробовать можно. Только бы головой Савена никуда не двинуть. Да и другими частями тела тоже.
Дафси взмахнул рукой максимально аккуратно и почувствовал, как ветер вытягивает из-под Савена одеяло. От этого движения молодой человек перевернулся с бока на спину, и стало ясно, что так его оставлять точно нельзя, а то завтра у него спина не только затечёт, но и сразу отвалится. Ещё один взмах рукой, уже более сильный, и, пускай не с первой попытки, но удалось уложить Савена на постель, чтобы утром он проснулся в добром здравии. А сам Савен, кажется, этого и не заметил, тихонько сопел себе в подушку, повернув голову влево. Вот, вроде бы, и всё, пускай спит. Но не в рубашке же с брюками? Первая верхняя пуговица ещё поддалась магии, но слишком уж это была для неё кропотливая работа, так что следующую пуговицу просто вырвало вместе с нитками. Дафси втянул воздух сквозь зубы и оставил эти тщетные попытки, потянулся расстёгивать всё сам.
Кожа под тканью рубашки была горячей, а пальцы у юноши были холодные, так что каждое случайное прикосновение обжигало обоих, но Савен этого не чувствовал в отличие от Дафси, склонившегося над ним в попытках разобраться с неподдающейся пуговицей. Хотя, раз рубашка уже всё равно испорчена, может, и эту оторвать можно? Тяжело вздымающаяся и опускающаяся обратно грудь постепенно оголялась. Постепенно и лицо Дафси заливалось краской. Конечно, не так сильно, как у Савена бывает, он так просто не умеет, но всё же. Пуговицы закончились, на последней у Дафси уже стали слегка подрагивать пальцы, но он надеялся, что это лишь оттого, что они затекли.
Как стягивать с Савена рубашку и при этом его не будить, оставалось загадкой. Впрочем, разум сейчас явно был занят не этим. Ещё же брюки снимать. Юноша осторожно взялся за молнию на них и уже думал потянуть её вниз, но в последний момент скользнул взглядом по чужому расслабленному лицу. А если он сейчас проснётся, и первое, что он увидит, это как Дафси расстёгивает ему ширинку, отлично!
«А если он нижнее бельё не носит?» — то ли испуганно, то ли с каким-то чувством лёгкого предвкушения уточнил внутренний голос, и Дафси в ужасе отскочил на шаг. Дыхание у него на секунду сбилось, юноша очень глубоко вдохнул и так и, по ощущениям, не выдохнул.
Ладно, даже если и не носит, оставлять Савена спать в брюках было так себе идеей. Просто снять и… уйти спать в другую комнату, например. Чтобы не смущаться лишний раз. Да и Савен, ну, он же адекватный, не как его папаша, вряд ли он может что-то такое выкинуть. Спит он обычно в футболке и трусах, так с чего бы ему сейчас в них не быть?
Собравшись с какими-то внутренними силами, Дафси снова подошёл к кровати и осторожно всё же потянул за молнию. Тёмное однотонное нижнее бельё оказалось на месте, это невероятно радовало, пуговица легко поддалась, дальше работу можно было предоставить магии, она же виртуозно разобралась с рубашкой. Теперь можно накрыть одеялом и наконец спокойно выдохнуть. Миссия выполнена, Савен не проснулся.
«Куда ты смотришь?», — снова ехидно послышалось в голове.
«Ой, как будто ты не знаешь, куда я смотрю», — тут же понеслось в ответ каким-то незнакомым доселе голосом. Он не оправдывался, а просто честно признавался в совершаемых действиях. Меланхолично и даже слегка скучающе.
«Интересно, а у кого больше, у тебя или у него?»
«Как только у меня в руках окажется рулетка или хотя бы инженерная линейка, я обязательно тебе доложу, как обстоит дело. И не сомневайся, если это случится где-то на улице, я стяну с него штаны прямо посреди Тверской»
Где-то на задворках сознания голоса продолжали издеваться друг над другом, а Дафси уже ни о чём не думал, только отчаянно пытался отвести взгляд. Отвёл. Куда-то на грудь, отчего голова закипела ещё больше, теперь ему тоже надо было бы выпить таблетку. А ещё лучше лечь спать, это больше всего было похоже на верный выход. Да и наплевать, что на часах десять, уже можно и лечь. Но сначала убраться на кухне, авось, за это время и мысли растекутся по местам. Однако, в итоге растёкся только сам Дафси по кровати после того, как, проклиная всё на свете, отмыл сковородку от подгоревших кусочков и убрал приготовленную курицу в холодильник. Можно было не сомневаться, что утром её там уже не будет.
Уже было не до чужого нижнего белья, просто хотелось отправиться куда-то в мир снов, желательно приятных, иначе зачем он вообще сюда пришёл? Кошмары можно было и в соседней комнате глянуть, а тут Савен, «господин спокойствие», от него хорошим сном фонит, вон как сам засыпает. Знать бы ещё, что ему снится и снится ли что-то вообще? Сначала казалось, что таким людям не должно сниться ничего, но теперь возникает ощущение, что определённо что-то снится, наверное, что-то романтическое или просто приятное. Или работа, но это уже на уровне кошмаров.
Дафси подвинулся ближе, но голова Савена была повёрнута в другую от него сторону. Юноша подумал пару секунд, а, точнее, попытался за это время найти в голове хоть одну мысль, но они все тут же разбежались по тёмным углам. Тогда он аккуратно приподнялся на локтях и убрал прядь чужих белёсых волос за ухо, а затем легко-легко и так же быстро поцеловал Савена в щёку и тут же лёг обратно, будто боясь быть застуканным на месте преступления. Что ж, это было приятно, но коротко и мало. На большее сейчас рассчитывать не стоило, в конце концов Савен спит, да и ты уже ложись, Дон Жуан, завтра поговорите и всё расставите по своим местам в очередной раз, потому что каждый раз эти места каким-то загадочным образом перемещаются в разные стороны.
***
Прошло пять минут? Нет, чёрт возьми, прошёл целый день, но такое ощущение, что он вывалился куда-то из списка, в котором обычно было триста шестьдесят пять, ну максимум триста шестьдесят шесть пунктов. А сейчас он почему-то сократился. Опять Савен исчез задолго до того, как Дафси проснулся, опять на телефон пришло уведомление «уехал на работу», опять день в никуда, опять Савен пришёл домой в, как он выражался, «слабом сознании», опять уснул, спасибо, что сегодня хотя бы перед этим сам разделся и сходил в душ. В общем. Опять. Как же это слово уже вымораживало, а ведь это только второй день такой. А Селена ведь говорила, ну практически предупреждала, что так бывает… ну, то есть, как «бывает». Перманентно случается. Господи, кошмар какой. Дафси повернулся с боку на бок, придя спать где-то во втором часу ночи. Лицо Савена было крайне безмятежно, в отличие от лица всё того же Дафси. Как сказал бы, да и приблизительно уже сказал ему когда-то бог веселья: «ты не ценитель юмора с такой кислой рожей». Но это было совершенно не смешно, причём ни для кого. Правда, может, с этого могла посмеяться Селена, но и та пока что держалась, даже сочувственно глянула на племянника, когда тот понял, что Савен уже спит, а он только собирался с ним поговорить… о чём? Да о чём угодно, он ведь даже слова сказать не успевает! Если так продолжится, да он просто… просто… ничего не сделает, но будет очень расстроен. А что он может? Будить Савена и вставлять ему в глаза спички, одновременно с этим крича ему что-то типа «вот скажи мне, пожалуйста, ты правда считаешь, что было достаточно поцеловаться со мной всего один раз, чтобы…», о нет, он уснул с открытыми глазами. Бесполезно. От этого становилось смешно и грустно одновременно. Он спокойно отнёсся к, если смотреть по классификации Селены, «Савену-душниле», чуть более настороженно воспринял «Савена-нытика» и через тернии, но всё же смирился и даже получил удовольствие от «Савена-влюблённого дурачка», но «Савен-трудоголик», как выяснилось, рухнул на него сверху бетонной плитой на стройке. И каска на голове тут ему бы всё равно не помогла. Дафси раздавлен. Дафси уничтожен. Дафси отчаянно хочет завопить: А ГДЕ?! А где же? Он же сюда приехал, здесь остался, сам, на секундочку, поцеловал, да дальше только раздеваться, причём в ускоренном порядке, даже если о таком пока не было сил думать, но это можно было хотя бы обсудить, однако… Савен спит. С ним на одной кровати. Злости на это уже не хватало, а это, на секундочку, действительно второй день. Дафси набрал в грудь воздуха и вцепился пальцами в подушку, плюхнул её себе на лицо и беззвучно закричал в неё. Да ну что ж это такое, ну не здесь, так там выстрелит, не быть ему счастливым, по судьбе не положено. У неё тоже своеобразное чувство юмора, может, ей на ухо папаша Савена что-то нашёптывает, так это же просто ужас. Ладно. Ладно, это второй день. Когда-то же у Савена будут выходные? Внутренний голос зашептал «на том свете», но слушать его не стоило. Не в этой ситуации. Сейчас оставалось только скорее из чувства вредности, чем из ощущения комфорта, хотя из-за этого тоже, закинуть на Савена ногу, да и вообще всю правую часть тела, и так очень обиженно засыпать. Но обижаться долго всё равно не получилось, спать хотелось чуть больше, чем дуться. Да и некий план в голове уже начал потихоньку созревать. Дожить до выходного. «Уехал на работу». Да что б тебя черти драли, на работу он уехал. Дафси проснулся часов в десять утра, хотя был абсолютно уверен в том, что Савен не сможет незаметно спихнуть его с себя утром, чтобы юноша не проснулся. Ебучий маг, что тут ещё можно сказать? Фокус с исчезновением, который он проворачивает уже третий день подряд. У кого-то исчезают отцы, когда их отправляют в хлебный, а у кого-то потенциальные партнёры в шесть утра по московскому времени. Дафси сидел и очень агрессивно завтракал, когда думал о том, стоит ли ответить на это сообщение что-то ехидное, например написать «а я уехал навсегда», но это было бы слишком жестоко. В конце концов Савен не виноват, что у него столько работы. Или виноват? Это было слишком сложно осознать. Хорошо, наверное, следует поступить иначе. «Когда у тебя выходные». Вот так, даже без знака вопроса. А он вообще ответит? Или, как Валя рассказывала, на следующее утро или дня через три. Но, на удивление, ответ пришёл буквально через минуту, и то только потому, что сообщение было относительно длинным. «Учитывая, сколько времени я провёл в вынужденном отпуске, думаю, недели через три.» Он что, поставил точку в конце? Он либо злой, либо старый, но ни во что из этого верить не хотелось. «А что?», — понеслось тут же следом. И смайлики он, небось, не использует. Конечно, это же серьёзный, взрослый мужик, с кем он связался? А он говорит «зарплата» или «получка»? Не было ни малейшего желания выяснять. Тут вопрос в другом. Три недели?! У Дафси от этой информации перекосило лицо, будто у него инсульт, а то и нечто похуже. Савен, например, вполне звучит как название какого-то заболевания, жаль, не лечится. Нет, он не готов это выносить три недели… а всю оставшуюся жизнь? Боже упаси, нет, нет и ещё раз нет. «Бездельничаешь?», — всё же с лёгким подколом уточнил молодой человек, буравя взглядом сообщения выше. «С чего ты взял?», — это звучало с претензией или обычно? Чёртов текст, никогда не разберёшь в нём интонацию. «Так быстро ответил», — это выглядит жалко или нормально? Нет, с этим человеком просто невозможно переписываться, в следующий раз только звонить. «У меня включены уведомления на номера родителей и твой номер.», — с точкой, сволочь, ну разве это вообще законно? Хотя сама суть сообщения приглушила дерущихся где-то в груди и царапающихся кошек. Дала им по башке чем-то тяжёлым, чтобы затихли, ироды. Приятно такое читать, очень даже. Дафси сам не заметил, как слегка улыбнулся, снова скользя взглядом по буквам. Правильно, читайте его сообщения, он никогда в них ерунды не напишет, всё только по делу. Так, может, если он вечером приходит в состоянии нестояния, можно обсудить всё сейчас, раз всё равно отвечает? И что спрашивать? Нет, конечно, очень хотелось из всё той же пресловутой вредности спросить: «Ты меня любишь?», чтобы сбить весь рабочий настрой, но реакцию на такое хотелось наблюдать вживую, да и что он получит в ответ? «Да», «Очень», «Люблю» и прочие похожие варианты. Нельзя так издеваться над человеком, который столько всего для тебя сделал и который так безнадёжно в тебя влюблён. А безнадёжно потому, что у кого-то выходные «недели через три», да тьфу на вас на всех. И что ему, три недели на него по ночам глазеть, как на Спящую Красавицу? «Привяжи к кровати и изнасилуй», — промелькнуло в голове, юноша подавился своим кофе. «Ты у Расхо этому что ли научился?» — тут же полетело в ответ, ох, нет, лучше вообще об этом не думать, чем думать так. А ведь, если быть совсем честным. Да, не в самом идеальном варианте и не в совсем (в совсем не) здоровых отношениях секс с мужчиной у него был, и не раз, так что, наверное, а что такого в том, чтобы над этим поразмышлять? И самую главную проблему он уже, вероятно, ощущал, но формулировать не хотел, а звучало это примерно так: когда, хотя в нынешних обстоятельствах уже скорее если, и от этого хотелось плакать. В общем. Если они рано или поздно придут к сексу. Тогда ему предстоит, чувствуя себя виноватым во всех смертных грехах, выкатить список: «топ десять причин, почему я не готов быть снизу» по порядку от большего к меньшему: Расхо, Расхо, Расхо, Расхо, Расхо… Позор, но что он мог с собой поделать? Даже сейчас его крупно передёрнуло, а там, уже ближе к процессу, что с ним будет, подумать страшно. Да, может, он самого процесса и не против, вероятно, уже даже ближе к «за», смотря как долго его ещё будут морозить. А ведь так обидно, зараза, так обидно, ведь он уже буквально встал перед Савеном и сказал: «вот он я, забирай!». А что тот? «Уехал на работу», да гори твоя сраная работа в аду! Ну неужели нельзя было её ещё хотя бы на неделю отложить чтобы разжевать все интимные моменты, а не исчезать после какого-то несчастного поцелуя. Буквально сразу же! Дыши, просто спокойно дыши, вдох, выдох… Сука! Да это же всё равно, что ребёнку конфету дать один раз облизнуть, а потом её выкинуть. Даже откусить, распробовать не дали. Поманили и оставили ни с чем. И это ведь, опять же, не Расхо. Расхо так делал специально, каждый раз закидывая сначала ложку дёгтя в бочку мёда, а потом незаметно меняя мёд и дёготь местами, так что и от мёда почти ничего не оставалось, а этот? Стал бы он так делать намеренно? Да нет, конечно. Просто так сложилось. И от этого становилось ещё обиднее, ведь никто на самом деле не может на это повлиять, а так хочется. Вот Савен придёт сегодня вечером и, сволочь такая, никуда от него не денется. Он собой проход к лестнице загородит, если так будет надо. Ну всё, готовься, белобрысый трудоголик. Дафси будет мстить (как только поймёт, за что) и месть его… будет прекрасна.***
Как только юноша услышал, что к дому подъезжает машина, а он в последние полчаса специально вслушивался, он рванул вниз по лестнице на первый этаж и замер у входной двери, сердце ёкнуло. Зазвенел ключ в замке, и вот в дверном проёме показалась знакомая фигура. С уставшим печальным лицом, слегка сведёнными бровями и пустым взглядом. Савен сделал шаг вперёд, по коридору, но дальше метра Дафси пройти не дал. Одну руку положил Савену на плечо, второй за рубашку притянул ближе к себе. Кажется, тот даже не понял, что произошло, когда его губ коснулись чужие. Только замер, как вкопанный, даже глаза закрыть не смог. Дафси почувствовал, как молодой человек напрягся, и ему не то чтобы это понравилось. Юноша отстранился и хотел обиженно посмотреть на Савена, но тот выглядел так растерянно, так смущённо, опять краснеть начал, что обидеться и не очень-то получалось. — Привет, — осторожно выдохнул Савен после нескольких секунд тишины, приходя наконец в себя и явно не ожидая такого необычного для него приветствия. — Привет, — протяжно послышалось в ответ, Дафси скрестил руки на груди и вздёрнул брови, впрочем, весь его запал внутри уже затих, слишком ошарашенно Савен выглядел. — Так когда у тебя выходные? — Я… — Савен запнулся, быстро-быстро пару раз моргнул. — Я не уверен, пока не знаю… А ты можешь, пожалуйста, — отвёл взгляд, думая, как сформулировать вопрос. Он не хотел прозвучать грубо, поэтому отчаянно подбирал слова, — спрашивать или предупреждать, когда ты… ну, так делаешь? — Чего? — Дафси опешил, даже забыл, что дальше сказать хотел, и хотел ли что-то вообще. — Спрашивать, можно ли поцеловать? Ты сейчас… шутишь надо мной или что?! — Я не хотел сказать, что мне неприятно, я не это имел в виду, мне приятно, просто я… о боже, — Савен поморщился, словно (а, может, так и было) у него снова раскалывалась голова. — Я иногда возвращаюсь домой не в лучшем состоянии. — Всегда! — поправил его Дафси, но выглядел он так, будто готов был в Савена пульнуть чем-то тяжёлым. А он был готов, но пока ещё сдерживался. Сам не знал, почему. Наверное, только эта растерянная залившаяся краской моська его останавливала от акта насилия. — …И я могу чувствовать себя не очень хорошо… — Савена снова перебили, в этот раз он не стал продолжать. — Я тоже чувствую себя не очень хорошо, когда ты сбегаешь и пропадаешь на работе, ни словом со мной обмолвиться не можешь! Я здесь, видишь? Я в твоём доме, я теперь снова тут живу, ты не хочешь это как-то обсудить? Или тебе нормально видеть меня пятнадцать секунд в сутки? Потому что мне нет! — юноша схватился за комод возле стены и впился пальцами в ручку одного из ящиков. Губы он сжал буквально в тонкую ниточку, чтобы не сказать что-то ещё, но оно отчаянно рвалось наружу. — Я… — Савен очень тяжело и виновато выдохнул, — не был на работе почти полгода, очень редко там появлялся, на меня навалилось очень много обязанностей, которые мне надо решить в ближайшие несколько недель, потом станет легче. — Класс, а можно было об этом сказать? Выкроить в своём невероятном графике пять минут и написать: «Дафси, дорогой, я сейчас очень занят, но совсем скоро, я обещаю тебе, мы поговорим и всё обсудим, просто чуть позже», — Дафси развёл руками, снова цепляясь за комод и сжимая пальцы до побеления. — Я не умею в голову залезать, не учили меня такому, и я не знаю ничего, кроме твоего «уехал на работу», и я понимаю, да, ты работаешь, а я бездельник, признаю, но я не был готов к тому, что ты приходишь домой и выключаешься по щелчку пальцев, а уходишь, когда я ещё сплю. Просто… — Дафси тихо зарычал, пытаясь как-то перевести свою агрессию в хоть сколько-то дельную претензию, но сам чувствовал, что, по сути, просто налетел с ходу на уставшего после рабочего дня человека. — …Зачем я тут тогда, если ты всё время работаешь? А? Вот и я не знаю. Юноша развернулся, чтобы уйти, и останавливать его никто не стал. Да и не должен был. Не остановил — он что, правда здесь не нужен? Остановил — «да не трогай ты меня!». В любом случае он был зол и взбешён, так что, во имя сохранности лиц и конечностей, наверное, лучше, всё же не трогать. Конечно, как Инри, током он не треснет, но не дай бог в кого стул на сверхзвуковой скорости воздушной магии полетит. Жаль, что, когда они ссорились с Расхо, такая опция у него временно отсутствовала, может, Его Высочество бы меньше возникал, если бы со всей дури книгой промеж глаз разок получил, а левой рукой было даже особо не прицелиться. Дафси залетел в спальню на третьем этаже, хотя, наверное, зря, ведь Савен наверняка скоро придёт сюда спать. Ну да и пусть, пускай что хочет делает. Приходит, уходит, вообще плевать. Целовать его нельзя, вы подумайте только. Бубня что-то похожее себе под нос, юноша распахнул дверцы платяного шкафа. Кота тут не было, но где-то в дальнем конце его полки среди идеально сложенных вещей торчала всё такая же скомканная знакомая толстовка. Дафси достал из неё белый пушистый плюшевый шарик и сжал с такой силой, что тот почти взмолился о пощаде, но от этого стало легче, как минимум теперь не хотелось никого задушить, по крайней мере не до смерти. У двери в комнату послышалось какое-то шевеление, Дафси тут же, не глядя, кинул в дверной проход игрушкой, зазвучал кошачий визг. Блин. Ещё и кота напугал, вообще всех напугал, Савена в том числе. Как бы плакать не ушёл, где он вообще? Ужинает? Дафси выглянул за дверь, в том числе и чтобы поднять игрушку, и дёрнулся. Савен стоял, а точнее сидел на корточках в коридоре перед котом и… что-то пытался ему объяснять? Дафси прислушался. — Ты зачем туда пошёл? Ну что «мяу», ты же видел, что он не в настроении? Сам виноват, не жалуйся. Ну не обижайся на него, он же не со зла. Да, он будет тут теперь жить, представляешь? Привыкай. Потому что я его люблю, вот почему. Пошли, я тебе пакетик дам, моральная компенсация, но на этой неделе последний. И кот побежал за Савеном к лестнице, а Дафси остался стоять в дверном проёме и размышлять над увиденной сценой. Зараза, на него даже злиться невозможно, это всё равно что злиться на домашнее животное: отвесить пинка за то, что погрыз диван или со стола что-то стащил, но уже через минуту снова гладить и чесать за ушком, так виновато это бессовестное чудище выглядит. Опомнившись, Дафси наконец подобрал с пола игрушку и уставился на неё, опять стискивая. Швы жалобно затрещали, но красные глазёнки неумолимо глядели в душу. Не хватало ещё себя виноватым почувствовать перед игрушкой. Юноша тяжело вздохнул и прицелился, чтобы кинуть шарик обратно в шкаф. Не попал, но потом лишь взмахнул рукой, и пушистое чучело само запрыгнуло на нужную полку. — А я надеялась на драку, — послышалось сзади, Дафси подскочил на месте и тут же обернулся в панике. Селена стояла в коридоре, на руках держала свою кошку. Та растеклась по всей предоставленной ей поверхности лужей или, вернее, чёрным нефтяным пятном. — Что ты ему хотя бы по макушке треснешь, а ты попсиховал и ушёл, скучно с вами. — Если бы началась драка, он бы меня зашиб, — протянул в ответ Дафси, наблюдая за тем, как кошка медленно превращается в двигатель трактора, судя по звукам. — А, то есть ты всё-таки приценивался? Уже интересней, но всё равно не то. Страсти без драки как свадьба без неве… хотя, кому я это говорю? — женщина закатила глаза и направилась к лестнице, чтобы спуститься то ли на второй этаж, то ли на первый к холодильнику. Юноша лишь хмыкнул на прозвучавшие слова и направился к шкафу на этот раз, чтобы взять пижаму и пойти умыться. Моральные переживания вымотали не хуже физического труда. Теперь от всей его одежды пахло, как от той толстовки, но всё же одновременно чем-то его родным и знакомым. Это уже получался какой-то общий запах, какой обычно есть у каждой семьи, когда в гости приходишь и чувствуешь его. — Можно? — прозвучало почти на ухо. Дафси втянул воздух сквозь зубы. — В этом доме какая-то заразная привычка подкрадываться со спины и пугать меня? — прошипел он и повернулся на источник голоса. Савен стоял чуть поодаль, хотя казалось, что намного ближе. Выглядел сонным, но явно хотел что-то ещё сказать или сделать. Или всё вместе. — Прошу прощения. Можно? — снова спросил молодой человек, указывая куда-то то ли на Дафси, то ли ему за спину. — К шкафу подойти? Да пожалуйста, — Дафси сделал шаг в сторону, забрав пижаму с собой, но Савен проследил за ним взглядом. Как-то очень печально. Начал краснеть. Ах вот, что он хочет. — Нет, нельзя, — холодно и строго, но, если он сам не дал ему поцеловать, пускай теперь и не пристаёт. — Ну вот видишь, — слегка расстроенно протянул Савен, но он, очевидно, был к этому готов. — Поэтому я попросил спрашивать. — Ах ты… — его же тактику обернули против него, да где это видано? Вы смеете использовать мои же заклинания против меня, Поттер? Это непрощаемо. — Ладно, можно. Ну? Можно, и что ты будешь делать? А что оставалось, если разрешили? Быстро чмокнуть в макушку, по ней же погладить, растрепать волосы и уйти в ванную с вещами для сна из шкафа. Да как с этим человеком жить дальше вообще?! И вообще… зараза, он первым в ванную пойти хотел! И что, что на втором этаже другая есть? А зубная щётка? Невыносимо. — Я поеду с тобой к тебе на работу завтра, — это был не вопрос, а вполне себе утверждение. Произнесённое в ту секунду между касанием головой подушки и смыканием век. Вовремя, потому что после этого Савен уже вряд ли услышал бы что-то. А так вздрогнул, поднял голову, посмотрел непонимающе. А Дафси только брови поднял, мол «а что, посмеешь мне возразить?». Не посмеет, и не собирался. — Ладно?.. — не очень уверенно протянул Савен в ответ. — Только там тебе будет, наверное, скучно… — Не скучнее, чем здесь, — Дафси потушил лампу на тумбочке со своей стороны, давая понять, что разговор окончен. — Это в Питере, не в Москве, — всё же попытался воззвать к чужому разуму Савен, но ничего за этим не последовало. Тишина. — И вставать придётся рано. Но как хочешь. И свет окончательно погас. Савен уснул сразу же, Дафси ещё долго ворочался, думая, а надо ли ему это? В конце концов решил, что надо. И только тогда отключился.
