Воспоминания давно минувших дней

      Свет от Искры разлился по всему телу приятной прохладой, начиная от груди и распространяясь все дальше и дальше к конечностям. Прошли десятки, сотни лет, прежде чем Лололошка сумел полностью ею овладеть, не перескакивая по мирам при малейшей опасности.       Он никогда не возвращался в миры, где уже бывал когда-то. До этого дня.       Парню не нравилось чувство некой невесомости, появляющееся на долю секунды, когда он перемещался по мирам: слишком сильно оно выбивало из колеи; ноги становились ватные, к горлу подступала тошнота, в ушах звенело, а глаза неприятно слезились, поскольку свет от перемещения пробивался даже сквозь крепко зажмуренные веки.       Джодах говорил, что это нормально – все же Ло лишь недавно, не без помощи, конечно, совладал с ОМП, наконец перестав терять память даже после множественных скачков между мирами, каждому из которых нужна была его помощь в той или иной степени. Бог говорил, что он привыкнет, перестав придавать этим симптомам столько значения. И мироходец был склонен ему верить: в конце концов, именно крылатый приоткрыл дверцу воспоминаний в собственное прошлое.       Ощутив под ногами твердую почву, Лололошка спокойно выдохнул – и осторожно приоткрыл глаза. Он стоял на траве перед домом – старым, с прогнившими от долгих дождей досками. В его голове промелькнула мысль: "неужели, это мой дом?".       Парень мягко коснулся стены. Пускай воспоминания и вернулись к нему, но смотрел он на них точно через мутное стекло или гущу тумана, который рассеивался с каждой минутой пребывания в Даливарике.       Потоптавшись у входа, мироходец осторожно ступил через порог. Двери не было, но вряд ли виной тому течение времени: скорее уж специфичное чувство уюта у самого Лололошки.       Внутри домик был в гораздо более хорошем состоянии: в углах не было паутины, вещи, пускай и потрепанные, лежали на своих местах, пол был вымыт и даже пыли практический не было. Создавалось ощущение, словно за строением кто-то приглядывает...или, может, живет тут?       Парень огляделся по сторонам. В памяти отчетливо всплыло имя Сильвестр. Кажется...так звали его енота?       Конечно, животного нигде не было. Да и быть не могло: люди столько не живут, чего уж говорить о животных.       Сердце болезненно дернулось. Прошли сотни лет с его последнего появления здесь. Наверное, все, кого он знал, давно мертвы. Орден магов, которыми управлял Джодах еще до обретения новых способностей, фея по имени Селести, если он ничего не путал – всех них уже нет. Если только...       –Лололошка?..       Голос за спиной звучал хрипло, но был просто до боли знакомым, пускай и изменившись спустя столько лет. Ещё один кусочек пазла вернулся на место, составляя мозаику его памяти.       –Ты вернулся?       Мироходец медленно обернулся, словно опасаясь столкнуться со своим прошлым. Но Ло уже был здесь, бежать было некуда – да и не за чем.       Перед ним стоял высокий мужчина с бледной, почти прозрачной кожей аристократа. Его белесые волосы были убраны в хвост, а выбившиеся пряди неаккуратно спадали на плечи, но их обладателя это вовсе не портило: наоборот, добавляла его образу какую-то изюминку.       На лице, черты которого заострилась, пробивалась щетина. А глаза...       –Привет, Люц.       Это был Люциус. Повзрослевший, осунувшийся, с потухшими от усталости глазами. Некогда они сияли как два рубина, горели ярким огнем беспечности и были наполнены юношеским максимализмом, но сейчас казались мутными, почти серыми, погасшими.       Они молчали. Не зная, что сказать после долгой разлуки, что сделать, как пойти навстречу.       Наконец полубог не выдержал.       –А я, вот, за твоим домом смотрел. Прибирал его там, ремонтировал... – Люциус отвел взгляд в сторону, – не то, что бы ждал твоего возвращения, просто...столько лет прошло. Несколько сотен.       Он вновь выдержал паузу и хмыкнул.       –Ты вообще какими судьбами?       Лололошка поджал губы:       –Да я так... – а зачем он, собственно, вернулся? Говоря откровенно, мироходец сказать не мог. Чуть подумав, он продолжил, глядя под ноги, точно оправдываясь:       –Раньше после перемещения я терял память, а сейчас она начала возвращаться. Так что я подумал, что найду здесь ответы.       –Вот как.       И снова молчание. Неловкое, колючее молчание в ожидании чужих действий, слов. Хоть чего-то.       –Джейс говорил, что ты скорее всего опять потеряешь память. Давненько мы с ним не виделись, конечно. Он со Скайзерном этим совсем ко мне не заглядывает, – наконец Люциус вновь посмотрел на друга. Его первого друга, не считая, пожалуй, Воланда. Да того уже много лет как не стало.       –Ты же помнишь его? – Лололошка в ответ покачал головой, – понятно.       Юноша вздохнул:       –Извини. Я еще не полностью восстановил память и плохо всех помню.       В ответ на это Люциус развернулся и опустил голову, будто собираясь уйти, однако вместо этого сказал:       –Может и хорошо, что ты ничего не помнишь. Тебе не было так больно терять друзей по очереди. Одного за одним. А я все помню. И это больно. Очень больно, Ло.       Прошло уже почти пятьсот лет с того момента, как Лололошка – почти все тот же Лололошка, не изменившийся даже внешне – в последний раз был здесь.       И все это время полубог наблюдал за смертью друзей, имён которых мироходец и вспомнить не может. Для него, для Люциуса время не переставало идти вперед, забирая всех до тех пор, пока он не остался совсем один.       Закат окрашивал купол неба в красный. На нем не было ни облачка, и лишь туда-сюда пролетали черные птицы, которые ловили ветер своими крыльями.       Лололошка смотрел на этот кусочек неба через окно и думал. Думал о том, что он хочет вспомнить всех: членов Ордена, мага и фею. Всё, что он потерял и тех, к кому он не успел вернуться.       Вернуть себе воспоминания давно минувших лет.       –Люциус, расскажи мне, что случилось тогда. Я теперь никуда не тороплюсь.