In bed with the enemy

— Он беспокоит меня, Намджун. Взгляды Ким Сокджина и его мужа встретились в продолговатом зеркале, висевшем в ванной над сдвоенной раковиной, выложенной кафельной плиткой сизого, как лед, цвета. — Раньше он никогда себя так не вёл. Супруги торопились отправиться на работу пораньше по совершенно разным причинам. Ким Намджуну, шефу отдела детективов полиции Авроры и начальнику Сокджину в полицейском участке, не нужно было спрашивать мужа, кто такой он, несмотря на то что эти слова его супруга произнёс уже после того, как вышел из состояния хандры. Джин имел в виду своего младшего сына Ким Тэхена. Тэхен, как и два его брата, сестра и мать, служил в полиции. Он был детективом и в конечном счете подчинялся Ким Намджуну. Еще пару месяцев назад двадцатипятилетний Тэхен выглядел беззаботным, общительным и жизнерадостным молодым юношей, который с улыбкой встречал каждое утро и не переставал острить. Его голубые до синевы глаза всегда сияли. Если бы Намджуну надо было выбрать из приемных детей самого оптимистичного и жизнелюбивого, его выбор пал бы на Тэхена. Однако недавнее убийство его напарника, детектива Пак Соджуна, тем самым серийным убийцей, которого он преследовал вместе с остальными сотрудниками спецподразделения, все изменило. Тэ притих, замкнулся, а временами был просто неприступным. Это и тревожило Намждуна. Он напоминал ему племянника Пак Чимина, самого младшего из детей его старшего брата Пак Хён У. Сразу после исчезновения своей матери, которая, как полагали, была убита, Чимин стал неадекватным. Начались его приводы в полицию, несмотря на то что Хён У был тогда шефом полиции Авроры. К счастью, через некоторое время Чимин образумился и заслужил у всех добрую репутацию. Тэхен, конечно, был вполне адекватным, но нельзя было не видеть, что он переживает сверх меры. Навсегда ли изменилось его поведение или только временно? — Он утверждает, что с ним все в порядке, но я вижу, что дело обстоит не так, — продолжал Сокджин. Он оставил попытку наложить макияж и повернулся к мужу. — Я не хочу, чтобы он патрулировал улицы в таком состоянии, Джун. Эта служба трудна, даже когда у тебя легко на душе, каково же ему теперь. — Сокджин не терпел просить послаблений даже у своего мужа, но сейчас речь шла о сыне. — Почему бы тебе, как начальнику, не приказать ему отдохнуть некоторое время, пока он не вернется в прежнее состояние. Сокджин давно примирился с тем, что все дети последовали примеру покойного мужа и его собственному, поступив на полицейскую службу. Он старался не тревожиться об этом, однако новый поворот событий лишил его равновесия, он всерьез беспокоился за здоровье Тэхена, не говоря уже о его жизни. — Я бы мог, — медленно произнес Намджун. Он взглянул Джину в глаза. — Но не буду. Омега был разочарован до глубины души. Он рассчитывал на поддержку мужа. — Но, Джун… — Малыш, поставь себя на место Тэхена. Ведь тебя ранили, и ты едва не умер у меня на руках несколько лет назад. Что ты думаешь после этого о том случае? — Намджун сознательно не касался того, что чувствовал он сам, видя, как он падает на землю, и что творилось в его голове, когда он собственными руками пытался остановить выходящую из него кровь, отчаянно старался помешать жизни выпорхнуть из его тела. Губы джина сложились в мрачном изгибе. — Это было ужасно, — согласился наконец он. Он долго после того, как залечили его огнестрельную рану, продолжал думать так же. Его первый муж, Ким Минхо, воспользовался ранением, чтобы повлиять на него. Одержимый ревностью и подозревая его в связи с Намджуном, в то время его партнером по службе, Минхо принудил Джина уйти из полиции и стать полноценным мужем и папой. Хотя Сокджин любил детей, ему претило быть в стороне от жизни, которая так много для него значила. Оставив службу, он как бы лишился половины своей натуры. — Что я могу сделать, — сказал Альфа, — так это показать Тэхена полицейскому психиатру. — Хулигану? — Даже произнося имя этого человека, омега качал головой. Хмурое выражение лица еще больше подчеркивало его неодобрение. Намджун считал себя справедливым человеком и всегда был готов выслушать мнение оппонента. Повернувшись к своему омеге, он прислонился бедром к раковине и скрестил руки на своей еще довольно загорелой груди. — О’кей, что ты имеешь против Хулигана? После того, как его подстрелили, и до того, как Минхо вынудил его бросить полицию, он сам был на приеме у психиатра. Омега запомнил этот прием как не очень приятный опыт. — Ну, вообще, я сомневаюсь, чтобы кто-нибудь, кроме робота, мог общаться с этим человеком. Этот прием, холодный, безжизненный взгляд мужчины, оставил в го душе неприятное ощущение, которое не прошло до сих пор. — Он какой-то безликий, бесчувственный и, откровенно говоря, приводит меня в дрожь. На короткий миг Намджун задумался. Его собственное общение с психиатром сводилось к случайным встречам в вестибюле и обменам кивками. У него не было оснований защищать этого человека. — Ладно, найдем для Тэ-Тэ кого-нибудь еще. Это будет заданием для тебя, — ласково проворковал он и быстро чмокнул мужа в висок. Уголки рта омеги приподнялись, когда он уперся рукой в бедро. — А что же ты станешь делать, пока я буду искать для Тэхена подходящего врача? — Ты имеешь в виду, что я буду делать, помимо руководства детективами? — спросил он невозмутимо. И вспомнил о том, из-за чего собирался на работу так рано. — Я приму окончательное решение по поводу нового партнера для нашего сына. Джин улыбнулся. Ему понравилось упоминание Тэхена в качестве «нашего сына», несмотря на то что их объединенные семьи насчитывали восемь взрослых детей. Он вполне мог разделить их на две группы «твоих» и «моих» ребят. Вместо этого они стали «нашими». Так поступали в семействе Ким, и это был один из многих мотивов, по которым он любил этого Альфу так сильно. — У тебя есть кто-нибудь на примете? — полюбопытствовал он. Альфа снова посмотрелся в зеркало, с целью убедиться, что чисто выбрит. — Да, я имею в виду вполне определенного человека. — Назовешь имя или я должен догадаться сам? Намджун отвернулся от зеркала. Его глаза чуть просветлели. — Зависит от того, — начал он лукаво, — что ты хочешь предложить в обмен на информацию. Сокджин взглянул на часы. — Через полчаса, — напомнил он, — мы оба должны быть в участке. Он пожал широкими плечами, имитируя беззаботность. — В короткое время можно сделать много дел, господин Ким, — ответил он, нежно проводя губами по его тонкой шее. «Джун легко может заставить мое сердце учащенно биться», — подумал джин. Он сомневался, что когда-нибудь привыкнет к этому. Или сочтет само собой разумеющимся. — Значит, мы пропустим завтрак, — пробормотал он в некотором затруднении, поскольку он заставил его прерывисто дышать. — Еда не всегда самое важное занятие, — парировал Намджун, медленно двигаясь поцелуями к горлу. Кончиками пальцев он поднял его подбородок, чтобы обеспечить себе больше места для ласк. Сокджин перестал делать вид, будто торопится на работу. Он обвил руками шею мужа. — Считай, что завтрак пропал, — прошептал он, поддаваясь влечению.

***

— Но я не хочу перевода в другой отдел, — запротестовал Тэхен, шокированный предложением. Он находился в кабинете отчима. Этим утром омега нашел на своем столе записку, уведомляющую его о том, что шеф детективов желает с ним поговорить. Он шел к нему, понимая, что разговор будет носить официальный характер, потому что в ином случае Намджун воспользовался бы телефоном и позвал его обсудить проблему дома. Однако он не ожидала столь неприятного сюрприза. — Знаю, что не хочешь, — ответил Джун доброжелательно, но твердо, — однако я решил именно так. Тэхен неохотно принимал перемены, тем более сейчас. — Я работаю в отделе убийств с того времени, как стал детективом. — Его переполняло отчаяние, и он изо всех сил стремился подавить это чувство. — Я сделал что-то не так? Если дело в этом, то скажи, в чем моя вина, и я… Намджун прервал его. — Нет, все в порядке. Ты не сделал ничего предосудительного, — проговорил он отчетливо. — Ты ценный сотрудник полиции, и весьма вероятно, что это лишь временное назначение. — Он сделал короткую паузу, затем добавил: — Тебе нужна такая перемена. Он заметил, как напряглись плечи Тэ, будто его слова ударили его наотмашь. — Мне нужно остаться там, где я работаю, — сказал Тэхен. — Тебя никуда не гонят, Тэ, — возразил Альфа. — Ты не знал отдыха с тех пор, как убили Соджуна, даже когда я советовал тебе отдохнуть. И я понимаю тебя. Ты из тех людей, которые нуждаются в напряженной работе, чтобы заглушить горе. — Он улыбнулся. — Ты не очень отличаешься в этом отношении от меня. — Выбравшись из-за стола, он подошел к нему ближе. — Это не наказание, Тэ-Тэ. Это передышка, смена ритма и, наконец, услуга мне, — прибавил он, надеясь, что его слова ему помогут. Тэхен вздохнул. Это был мужчина, который осчастливил его папу, который всегда был для него, братьев и сестры отцом больше, чем настоящий отец. Намджун поступал так, как считал лучше для него, он же не хотел ломать заведенный порядок, не хотел расставаться с людьми, к работе с которыми привык. Сейчас не то время, чтобы строить отношения с другими сотрудниками. Все же, когда шеф вел себя таким образом, ему трудно было отказать, хотя он и знал, что кроется в действительности за его так называемой просьбой. И «услуги» здесь ни при чем. Вздохнув еще раз, он понял, что не имеет иного выбора, кроме как уступить. — Ладно, раз это важно, то, думаю, я смогу поработать в отделе ограблений — но до тех пор, пока ты не подыщешь кого-нибудь еще на это место. — Спасибо, я знал, что могу на тебя положиться, — улыбнулся Альфа. Омега обратил внимание на то, что он не возражал ему по поводу временного характера перехода. Джун же, чуть поколебавшись, продолжил: — И еще одно. Тэ знал что. Он устало взглянул на отчима: — В чем дело? — Ничего серьезного, — заверил тот. — Я хочу, чтобы тебя освидетельствовал психиатр. Тэхен прикрыл глаза, ища в себе силы. — О боже, шеф, надеюсь не Хулиган. — Нет, — успокоил он его, смеясь, — не Хулиган. Твой папа взял на себя заботу об этом, — пояснил он в ответ на его любопытный взгляд. — Папа? — тихо спросил Тэхен слегка удивленно приподнимая брови. Итак, они сговорились против него, подумал омега, почувствовав себя еще более одиноким. Он любил их, но неужели они не поняли, что он должна пережить это сам, по-своему? Неужели они не поняли, что ему нужно время, чтобы в памяти стерся облик Соджуна, лежащего посреди аллеи в луже крови, сердце которого проткнул кол, торчавший как зловещий символ в фильме ужасов? Это ведь не насморк, от которого он должен избавиться, но ощущение огромной вины. Он должен был прикрывать его со спины. Намджун кивнул в ответ на его вопрос: — Он убедила меня, что прием у Хулигана не поможет. Твой папа предложил, чтобы ты показался какому-нибудь частному врачу. Тэхен расправил плечи, как бы пытаясь обороняться. Он не раз видел, что так делают четверо его собственных детей. — Но я сам справляюсь с этим. Намджун знал, что мог привести убедительные аргументы, чтобы он не артачилась, но он просто попросил: — Уважь меня. Юноша вздохнул. Он влип. — Сколько времени дается мне, чтобы найти этого типа? — Он не мог заставить себя произнести слово «психиатр». Признание этого слова означало бы допущение того, что он нуждается в помощи, тогда как он в ней не нуждался. Ему нужно было только время, вот и все. — Я бы предпочел, чтобы это было вчера, — честно признался Джун, — но давай договоримся, что ты найдешь его до конца недели. Он явно не был настрое искать психиатра, но ответил: — Хорошо, сэр. — Прекрасно, это то, что мне хотелось услышать. Теперь о твоем партнере — временном партнере, — буркнул он и увидел, что его пальцы вцепились в подлокотники кресла, а сам он приподнялся в нем. Снова усевшись в кресле, Тэ продолжил сжимать подлокотники, словно хотел их оторвать. — Мне не нужен партнер, — энергично запротестовал молодой омега. — Я могу работать один. — Так не работают, Тэ, и ты знаешь это. Детектив ходит в одиночку лишь в одном случае — когда его или ее партнер серьезно заболел. Мы работаем командами, Тэхен, всегда работаем так, — напомнил он. — Убийства, грабежи, пороки — не важно какой отдел — правила везде одинаковы. Поскольку Тэхен уважал и любил Джуна, он решил быть с ним честным, раскрыть душу на короткое время. — Шеф, если с моим партнером что-то случится прямо сейчас, я не сумею справиться с этим. — Потому-то я и говорил, что тебе нужно сходить на прием к психиатру, — деликатно напомнил Джун. — Хотя, — пробасил голос позади Омеги, — со мной ничего не случится, я весьма тронут, что ты беспокоишься об этом. Настроенный на разговор с шефом, Тэ не заметил появления кого-то еще позади него. Голос, прозвучавший ниоткуда, его интонации чуть не заставили его подпрыгнуть. В то же время этот голос показался ему знакомым. Тэхен резко развернулся в своем кресле как раз вовремя, чтобы увидеть детектива Чон Чонгука, прислонившегося мощным мускулистым телом к дверному косяку. Он несколько подался вперед, когда увидел, что он наконец заметила его. — Доброе утро, шеф, — поздоровался Чон, кивнув Намджуну. — Вы меня звали? — Вы знаете, как надо входить, детектив Чон, не так ли? — Джу кивнул в ответ и жестом указал на кресло, стоявшее рядом с Омегой.– Садитесь. — Слушаюсь, сэр. — Чон разместился в свободном кресле, удостоив кивка и Тэхену. — Что касается манеры входить, я вынужден был так поступить, сэр. Однажды я подкрался к Киму и едва увернулся, чтобы не получить прямо в грудь пулю из пистолета 22-го калибра. — Чон улыбнулся широкой ослепительной улыбкой в две тысячи ватт. Той улыбкой, которая пленяла сердца омег на расстоянии в шестьсот футов. — Ты все так же быстр, как прежде? — спросил он Тэхен. Ему не было свойственно хвастать, но что-то в тоне Чона заставило его незамедлительно ответить: — Еще быстрее. Не оставляя ничего на волю случая, Намджун взял за правило знать как можно больше о детективах, работающих под его командой. Некоторое время назад он выяснил, что Чон Чонгук и Тэхен были друзьями-соперниками, учившимися вместе в полицейской академии. Двадцативосьмилетний Чон не был лишен обаяния, имел яркую внешность, но, кроме того, зарекомендовал себя отличным детективом. Можно было не сомневаться, что он присмотрит за Тэхеном, пока тот снова не обретет боевую форму. Для Намджуна эти два детектива были прекрасными партнерами — они позаботятся о безопасности друг друга как следует. Он все узнал о Чоне от Шона, командира Чона. Поскольку случилось так, что партнер детектива отправился на восток, чтобы быть рядом с захворавшим отцом, Чон нуждался в новом партнере. Тэхен тоже в этом нуждался. — Ну, поскольку вы знакомы, я поручаю вам, Чон, помочь Киму набрать темп. Омега почувствовал себя неловко. Ему вовсе не хотелось переходить из отдела в отдел прямо сейчас. Обычно он не пользовался покровительством, но в этот раз очень надеялся, что близость шефа к родителю и к нему самой склонит чашу весов в его пользу. Сидя в кресле, Тэхен подался вперед. Не обращая внимания на Чона и сосредоточившись целиком на шефе, он спросил: — Так ли это необходимо? — Да, это действительно нужно, — убежденно сказал Намджун Омега подавил желание вздохнуть. Сегодня не тот день, когда можно ожидать исполнения желаний. — Хорошо, сэр. — Ладно, вы свободны. — Джун отпустил детективов. Тэхен встал, Чонгук — тоже. Он собрался выйти из кабинета, когда Намджун обратился лично к нему: — И вот что, Тэхен… Он остановился и взглянул на отчима через плечо, надеясь, что тот передумает. — Слушаю, сэр. — Я хочу знать его имя в конце недели. Психиатр. В связи с новыми событиями он почти забыл о нем. Сегодня вечером повода для радости не будет, подумал он. — Хорошо, сэр. — Что за имя? — спросил его Чон, когда они вышли из кабинета шефа. — Это тебя не касается, — резко ответил он. Чон лишь пожал плечами, приняв на ходу его выпад. — Хорошо, но тебе нужно поторопиться. Тэ остановился и стал разглядывать своего нового «временного» партнера. О чем он говорит? И почему я должен спешить? — Потому что до конца недели остается три дня, — объяснил Чон, — шеф же предпочитает видеть на своем столе рапорты о проделанной работе в начале дня, а не в конце. Кем себя воображает Чонгук, рассказывая ему о его собственном отчиме? Неужели он полагает, что он живет взаперти? — Не тебе объяснять мне, как ведет себя шеф, — раздраженно отозвался он, удаляясь от Чона. — Правильно, Намджун твой отчим, — поднял он вверх руки, словно сдаваясь. — Знаю, знаю. — Чон снова опустил руки и ускорил шаг, чтобы догнать его. Неужели этот омега хочет бегать наперегонки? — Я знаю также, что шеф, хотя он и твой отчим, не потерпит проволочек в деле. Такой он человек. — Чон широко улыбнулся. — Но здесь я снова ломлюсь в открытую дверь. Ты ведь и это знаешь, не так ли? «Господи, дай мне силы!» — взмолился он. — Это дело временное, ты знаешь. — Знаю, — бодро откликнулся альфа. — До тех пор, пока я не получу задание получше. Тэ бросил на него уничтожающий взгляд. — Я должен был сказать, до тех пор, пока ты не получишь лучшего задания? — спросил он с невинным видом и снова улыбнулся. — Прости, я не хотел тебя обидеть, Ким. Подойдя к лифту, Тэхен нажал верхнюю кнопку. — Не помню, — сказала он, — чтобы в академии ты был настолько нудным. Вслед за ним Чон нажал кнопку лифта ниже. Он показал взглядом, что он перепутал кнопки. Отдел борьбы с ограблениями находился на втором этаже. Отдел борьбы с убийствами — этажом выше. Он ведь больше не являлся сотрудником этого отдела. — Забавно, — молвил он, — я как раз собирался сказать то же самое о тебе. Омега вспыхнул: — Ну, знаешь… В это время подъехал лифт. Посторонившись, чтобы позволить Тэхену войти первым, Чонгук последовал за ним и затем нажал кнопку второго этажа. — Я понял. Ты в таком состоянии, будто у тебя из-под ног вырвали коврик. Это из-за гибели напарника, — сочувственно заметил Альфа. — Но единственный способ прочно стать на землю — это пережить горе и двигаться дальше. Я так считаю, — продолжил он. — Перестань жалеть себя, живи активно. Иначе шеф оставит тебя в отделе борьбы с ограблениями, где я буду твоей вечной нянькой.