Женька

К осенним каникулам мы всем классом решили пойти в поход с ночëвкой, пока ещё тепло. Женя по прежнему шарахался от меня и не хотел общаться. Ну я и не настаивал. Как я могу заставить человека себя полюбить? Но и браслет я ещё не отдал.... Он за это на меня злится и время от времени напоминает про него. Я и Илюха были у меня дома, он пришёл, когда я собирал рюкзак для похода. – Слушай, я вот думаю, носки шерстяные брать или нет? — я достал из шкафа две пары носков. — По ночам сейчас холодно, конечно бери, — кивнул Илюха. — Я тоже возьму... — О, Кей, — сказал я, и положил обе пары. На всякий случай, вдруг, кому ещё надо будет. Ещё взял одно тонкое одеяло и плед, кружечку, две ложки, тарелку, спички, зажигалку, две банки тушёнки, немного риса, соль, складной нож... Я знаю толк в походах, не раз ходил. Ещё решил взять небольшой термос с кофе и бутерброды. Тут я задумался... Я конечно сделаю несколько стандартных, с колбасой, но... Женя не ест колбасу. А что он вообще ест? Чем питаются вегетарианцы? Пирожки с яблоками и творогом я ему сейчас никак не сделаю, не умею... — Слушай, я хочу что-то для Женьки взять из еды, но не знаю что он ест. Илюха задумался. — Ну-у-у, что-то, что не мясо... — Если бутерброд с сыром, можно же... — Думаю да, хлеб маслом намажь, сверху сыр, очень даже вкусно, — согласился Илюха. — Ага, ладно... На следующий день утром мы все стояли возле школы, ждали автобус. Он должен нас довезти до леса, а уж дальше мы сами. Я взглядом отыскал Женьку, что-то рюкзак у него маленький. В такой не поместятся все необходимые вещи. — Привет..., — к нам подскочила Анька. — Мы с вами хотим идти, можно? — Кто мы? — улыбнулся я, хотя и так знаю что она скажет. — Я и Паша.... — Паша... — повторил Илюха. — Конечно можно. — Просто, я подумала, палатки на пять человек. Вас двое с Илюшей, нас двое с Пашей, и Женьку туда возьмëм... — она хитро улыбнулась и мне подмигнула. — Как мы его возьмëм? — возмутился я. — Он не пойдёт. — Это я беру на себя... — важно сказала она. — О, автобус. Пошли... Не знаю что задумала Аня, но как бы чего не вышло. Хотя, что мне терять если терять и не чего... До леса мы ехали минут тридцать. Погода хорошая. Определившись с маршрутом, мы выдвинулись в глубь леса. Шли, разговаривали обо всём, смеялись... Я оглянулся на всех одноклассников, хорошо, что Коля не пошëл, он по-прежнему не разговаривает с нами. Я сказал ему как-то, что если он хочет с нами общаться, то во-первых, должен принять меня и мои предпочтения такими, какие они есть. А ещё уважительно относиться ко мне, и не оскорблять. А во-вторых, должен извиниться перед Женькой за тот случай в туалете. Ну и принять тот факт, что он сам по своей глупости потерял Аню, и она теперь с Пашей. Коля, естественно, не захотел принимать наши условия. Так и разошлись... — А где Женя? — я остановился, оглядывая всех. — Самойлов! Ты где? — крикнул Илюха. Никто не отозвался. — Блядь, — выругался я. — Только нам не хватало ещё его потерять... — я снял с плеч рюкзак, и бросил его на землю. — Так, народ, привал, — скомандовал Илюха. — Ань, остаëшься за главного с Пашей. Мы немного вернëмся... Он не должен далеко отстать. Мы с Илюхой пошли в обратную сторону, попутно выкрикивая Женьку. Я не на шутку заволновался. А вдруг мы не сможем его найти... Но минут через пятнадцать он отозвался откуда-то из глубины. — Женя, — крикнул Илюха, — ты нас видишь? — Нет... Мы пошли на его голос. — Ты стой на месте... Жееень... — Чего? — О, всё, я тебя вижу... — у меня как камень с души свалился. Мы подошли ближе. — Ну ты куда ушëл? Он виновато на меня глянул. — Я немного отстал, а потом тропинку потерял... Я вздохнул. — Чудо ты моë..., — проворчал я, — пошли, наши там на привале. — Я показал на направление откуда мы пришли. Я хорошо ориентируюсь на местности, мне для того, чтобы потеряться, не знаю что нужно сделать... Я, наверное, и с закрытыми глазами выход найду... Он на мой комментарий ничего не ответил, не против, значит, что я его чудом своим назвал. Улыбнулся сам себе... А он опять отставать начал. — Что ты так медленно ползëшь? — проворчал Илюха. — Я устал... Немного подумав, я подошёл к нему и взяв за руку, повëл его рядом с собой. — Это чтобы ты больше не потерялся, — пояснил я. Тот хмыкнул, но и руку не выдернул. Вернувшись к остальным, мы ещё немного отдохнули вместе с Женей и пошли дальше. Ещё где-то через час мы пришли к поляне с палатками. Это специальное место оборудованное для походов. Пять палаток по пять мест вмещало двадцать пять человек. Как раз столько, сколько нас было. Это, кстати, очень популярное место, тут заранее договариваться надо с людьми, которые это всё организовали. Женя стоял посередине поляны, и хлопал глазами на то, что видел. — Что скажешь? — спросил я. Он перевëл взгляд на меня. — Жесть.... Я хохотнул и кивнул. Потом пошëл раскладывать вещи в палатке. Остальные парни начали увлечëнно разводить костëр. Неподалёку от этой поляны был родник с чистой водой. Всё продумано... Женя не принимал участия во всём этом. Он сел на бревно, служившее лавочкой и просто наблюдал за всеми. Кажется, он был слегка растерян. Скорее всего, он никогда не ходил в походы, тем более, с ночëвкой. Это можно понять, хотя бы по тому, какой у него рюкзак с собой. В него же не влезет ни плед, ни запасная тëплая одежда... Анька, как главный шеф-повар, руководила приготовлением еды. Пашка сидел рядом и восхищался своей богиней. Из них получилась отличная пара. Пашка — само спокойствие, а Аня — вечный двигатель, они идеально дополняют друг друга, не ругаются и не спорят из-за каждой хуйни, как это было у неё с Колей. Кто-то из парней взял с собой гитару, и наконец-то собравшись возле костра, все по очереди пытались на ней играть. Я не умею, честно, но хотел бы научиться. А вот Женя, оказывается, умеет. Я даже обалдел. А он потом ещё взял и запел.... Это для меня большой сюрприз. Сижу, рот раскрыл, и глаз с него не свожу. Он заметил, и тоже на меня уставился. Поëт, главное, и на меня смотрит. Я не знаю что и думать... А потом мы ели приготовленный ужин, жарили зефирки и сосиски на костре, рассказывали всякие истории, много смеялись... Пришло время расходиться по палаткам, а Женя до сих пор ни в какую не пристроился. А это значит, что свободное место только в нашей. И меня это очень радует. — Ну и что сидим? — я подхожу к нему и как бы случайно интересуюсь. — Я не знаю.... А куда мне идти? — уже вечер, стемнело и похолодало, даже у костра. Он поëжился и на меня уставился. — К нам..., — я улыбнулся. — Свободное место только у нас. Пошли... — взяв его рюкзак, я направился в сторону палатки. Слышно было, как Женя тяжело вздохнул, и поплëлся следом за мной. — О-о-о, у нас гости... — улыбнулась Анька. — Проходи, не стесняйся. Женя неуверенно огляделся по сторонам. — И-и-и, где мне спать? — Вот здесь, — я показал на место рядом со мной. — Я так понимаю, что у тебя ничего с собой нет... — Я не знал, что надо брать, — начал оправдываться Женя. — Мог бы спросить... Короче, вот тебе мой запасной плед. — Я достал синий свëрток. — Заместо подушки можешь положить под голову свой рюкзак. Устраивайся... Когда все улеглись, мы выключили фонарь. Какое-то время что-то обсуждали, смеялись. Женька лежал рядом и недовольно пыхтел. Ночью реально стало холодно. Похоже, что он сильно замëрз, потому что я начал слышать,как у него стучат зубы. Он сел, обхватил колени руками, видимо пытался так согреться. А ещё через какое-то время он начал всхлипывать. — Ты чего не спишь? — шепотом спросил я. — Как можно здесь спать? — ответил он. — А что такого? Обычная палатка... — Как что? — он всхлипнул, — здесь очень холодно и неудобно... — Так укройся потеплее и всё. — Чем? — возмутился он, — это даже не одеяло! Я очень сильно замëрз... Я не люблю холод... — Слушай, — я не выдержал, — я думал, что ты умный человек. Ты же знал куда идëшь, но ты ничего с собой не взял! Ни еды, ни одеяло... На что ты надеялся? — Я взял с собой деньги, и я не думал, что придётся спать на улице! — Это палатка... — заметил я. — Это улица... — Ладно, улица... — согласился я. — Ну и где здесь пригодились твои деньги? — Я хочу домой...., — вдруг сказал он. — Как отсюда уйти? Ну здрасти, приехали. — Сейчас ты никак отсюда не уйдëшь, — говорю ему. — В лесу нет фонарей, и по ночам здесь шмонаться смысла нет. Ты потеряешься, и нарвëшься на медведя... — Здесь есть медведи? — в шоке произнëс Женя севшим голосом. — Ладно, они далеко, — вздохнул я. Не за чем пугать его. — У тебя всё равно нет выбора. Ложись и спи. — Я не могу здесь спать... — жалобно промяукал мой котëнок и всхлипнул. — Я очень сильно замëрз... Повисла пауза. Я думал, что мне делать. В темноте было только слышно, как Женя без конца всхлипывает, и дрожит его дыхание. Я вздохнул, и тоже встал, порылся в своëм рюкзаке, нашëл запасные тëплые носки. — Кроссовки снимай, — сказал я ему. — Зачем? — Снимай, — строго повторил я. — Нет... — Господи, ну почему ты такой вредный? — я снова вздохнул и сам начал стаскивать с него обувь. Илюха, Анька и Пашка ещё не спали, но и не вмешивались. За что я им очень благодарен, потому что я сам должен разобраться с этой проблемой. — Что ты делаешь? — начал возмущаться Женя, но не сопротивлялся. Я молча снял с него кроссовки, и надел на ноги шерстяные носки. Потом лëг и притянул парня к себе. — Да что ты делаешь? — повторил Женя. — Я пытаюсь тебя согреть... Иди ко мне... — шепнул я ему. — Ты что совсем? — возмутился Женя упираясь. — Я не совсем, я хочу, чтобы ты согрелся, — крепко обнял его и прижал к себе. — Да, блин, отцепись от меня, — Женя не хотел сдаваться, и пытался отодвинуться. — Так, ну-ка лежи и не дëргайся, — уже более строго сказал я, и укрыл его своим одеялом, а сверху ещё пледом, который давал ему. — Всё, спи... Женьку реально сильно трясло. — Перестань дрожать... – шёпотом говорю ему, – закрывай глаза... — Я не могу... — снова мяукнул он. — Можешь... — Мне холодно... Я немного отстранился, и расстегнув свою толстовку, распахнул её. — Прижмись ко мне... — Нет, зачем ты раздеваешься? — Жень, перестань вредничать, ты хочешь согреться или нет? Я ничего тебе не сделаю, я не пристаю и не прикалываюсь... Я хочу помочь. Прижмись к моему телу...., можешь даже обнять, я не против... Быстрее согреешься... Женя несколько секунд колебался, обдумывая то, что я сказал, потом вздохнул, и пододвинувшись ко мне по-ближе, лëг рядом и уткнулся лицом в мою грудь, спрятав там свой холодный нос. Я бережно его обнял, и снова прижал к себе. Воцарилась тишина. Словами не передать, что я чувствовал в этот момент. Время от времени Женя ещё немного подрагивал, но зубы уже не стучали. Через какое-то время он заметно расслабился, обмяк, дыхание стало ровным... Уснул...