чай будешь?

– чай будешь? «как долго вы просидели там?» – у меня есть зелёный, но ты его не любишь. могу предложить каркадэ или черный с мятой. «почему вы выбрали именно этот способ?» – хей, сан? сан отмирает. глаза переводит на обеспокоенного уёна и шепчет пустое "всё хорошо". уён кивает, всё ещё обеспокоенный, повторяет список доступных в его шкафчике чаев и ставит чайник на плиту. уён хороший. добрый такой, вечно улыбается и настроение поднимает. он рассказывает что-то о случае в гипермаркете и на него смотреть хочется вот такого домашнего, увлеченного своим рассказом, от которого у него глаза горят. они познакомились давно. вообще-то, они соседи. просто сан на какое-то время переехал к уёну, пока в его квартире ведётся ремонт. уён всё ещё хороший, потому что он не постеснялся, пригласил его к себе, несмотря на всю масштабность проблемы. не побоялся взять на себя ответственность за человека. сан пытался утопиться. он сделал это. но его спасли, потому что, оказывается, он забыл закрыть дверь, а уён, как всё ещё хороший, заметил, зашел, вызвал скорую. – тебе печеньки или вафли? может, шоколад будешь? он месяц так за ним присматривает. ходит с ним к терапевту, ждёт в коридоре. на работу, конечно, не берёт, и сан остается в квартире один, за что очень боязно. но сан не дурак и не мудак. он не станет делать этого в чужой квартире. а в собственной у него погром. поэтому и ведутся ремонтные работы. – а можно всё? – отлично! сам хотел предложить. уён обнимает его иногда. боится, но обнимает. а сан льнется как котёнок к хозяину, трется носом о шею и успокаивается. всё его тело расслабляется. он будто становится самим собой. – посмотрим телевизор? чон ставит кружку в форме пингвина перед саном. он так старается и даже не напрягается. ему нравится делать всё это. быть хорошим. сан кивает. глаз отвести не может и в мыслях лишь представляет как на самом деле тяжело уёну. он никогда не спрашивал его об этом. потому что уёновское "всё в порядке" перечеркивало все последующие мысли. "всё в порядке" так похожее на сановское, а потом он в наполненной ванне с окровавленными руками. – мне нравятся мармеладки. – куплю их завтра.