***
23 сентября 2023 г., 21:46
- Какаши, слюни подбери.
Какаши вернулся к реальности и бросил взгляд на Сакумо поверх завтрака, накрытого на низком столике на веранде. Он невольно поднес руку к своему открытому лицу, чтобы вытереть его. Однако, слюней не было.
- О, Боже! Отец! - раздражённо сказал Какаши. В саду на ветках радостно щебетали птицы. Было солнечное, погожее летнее утро, так что сидеть в четырёх стенах комплекса Хатаке казалось сущим преступлением.
- Что отец? Ты бы себя видел! С таким явным наслаждением грезил наяву о чём-то. Буквально выпал из реальности. Всё в порядке?
Какаши потёр шею:
- Нет. Я просто устал играть в Хокаге. Хочется, чтобы Наруто побыстрее сменил меня на этом посту.
Сакумо знал его слишком хорошо, чтобы купиться на такой простой ответ.
- Понятно. Значит, бумажная волокита вызывает у тебя примерно такие же приятные эмоции, когда ты разглядываешь того симпатичного ректора академии, который тебе периодически помогает с документами в офисе, я тебя правильно понял?
Какаши резко выпрямился:
- Нет, я... Э…
- Знаешь, тебе стоит поговорить с ним.
Рокудайме из последних сил держал лицо:
- Мне кажется, это плохая идея. Меня устраивает всё как есть. Я не хочу его отпугнуть. Понятия не имею, что я буду делать, если он решит перепоручить эту работу кому-то другому.
С высоты своих прожитых лет Сакумо услышал и понял невысказанные сомнения Какаши. И едва ли речь шла об устоявшемся порядке документооборота на благо Конохи.
- Что, если он скажет да?
- А что, если он скажет нет? – тихо ответил Какаши и вернулся к завтраку, словно этой сложной дилеммы не существовало вовсе.
- Ну, в таком случае, мы с тобой никогда не узнаем, что же он на самом деле думает по этому поводу. Если тебе от этого станет легче, я тоже замечал, как он смотрит на тебя. Я думаю, он скажет да.
- Хм. Когда ты возвращаешься в Кири? Тебя ждать с визитом к Камню Памяти в следующий четверг? Твоя короткая приветственная речь для жителей Конохи была бы очень кстати. С тех пор, как ты стал послом, тебя почти не видят в родном селении. Стоит всем напомнить, что ты всё ещё жив, цел и по-прежнему с нами.
Сакумо тактично принял смену темы, и остаток завтрака они провели за обсуждением деталей предстоящей церемонии.
***
Ирука вздохнул от удовольствия и откинулся на спинку стула в Ичираку, сыто и лениво подумывая над заказом ещё одной порции рамена. Пожалуй, на сегодня хватит, стоит остановиться на этом приятном ощущении сытости, решил Ирука. - Добрый вечер, Ирука-сенсей! Можно к Вам присоединиться? Ирука в замешательстве уставился на мягкую улыбку незнакомца по соседству. А, так это не незнакомец! Пришло узнавание, а следом за ним – и улыбка на лице сенсея. - Сукеа-сан! Конечно! Вот только, боюсь, что я уже поужинал. Сукеа устроился рядом за стойкой, и аккуратно примостил вездесущую камеру на пятачок безопасного пространства, чтобы не испачкать линзы брызгами рамена. - Всё в порядке, извините за беспокойство. Увидел Вас, зашёл поздороваться. Давненько не виделись, правда? Пока они вели неспешную беседу, Какаши в амплуа Сукеа чувствовал себя невероятно счастливым человеком просто оттого, что он сидит тёплым вечером в компании Ируки. У выдуманной личности Сукеа был целый ряд преимуществ перед легендарным шаринганом Какаши, ниндзя тысячи дзюцу, а ныне – Рокудайме Хокаге. Подумать только, на весах живого и непринуждённого общения фотокамера Сукеа перевесила весь социальный багаж Какаши. Сегодня вечером в Ичираку было немноголюдно. Из припозднившихся посетителей оставались только они вдвоём – и за эту малость Какаши всем сердцем благодарил мироздание. Пока Ирука увлечённо рассказывал про новую программу обмена для одарённых учеников, которую он планирует внедрить, на Какаши снизошло озарение. Сукеа может проявить смелость и настойчивость, и хотя бы один раз попытается переспать с Ирукой. Сукеа может рискнуть тем, что Ирука его отвергнет и больше никогда с ним не встретится и не заговорит. Ведь настоящий Какаши по-прежнему будет пару раз в неделю пересекаться с ним в штабе. Оказывается, Какаши по большому счёту нечего терять. Абсолютно беспроигрышная стратегия, что может быть лучше? Может, прямо сейчас приблизиться к Ируке и поцеловать его? Нет, наверное, не стоит. Это было бы слишком прямолинейно. И тут Какаши принял поистине гениальное решение: засыпать Ируку всеми подходящими для этого момента цитатами из «Ича-Ича», какие только придут на ум. Надеюсь, здравый смысл не покинет меня, и я не наговорю лишнего, подумал Какаши. Признаться честно, ну не было у Какаши большого реального опыта в таких делах. Все его называют гением, неужто он тут не справится? Справится. Ещё как справится. С этими мыслями Какаши мысленно закатал рукава ринулся в атаку. Крошечная капелька пота медленно сползла по его шее… Итак, нападение по всем фронтам. Пленных не брать, после – только выжженая земля. Сукеа улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на какую только был способен: - Ирука-сенсей, Вы сегодня выглядите просто бесподобно. Впрочем, как и всегда. Сегодня выдался такой чудесный летний вечер. Может, прогуляемся вместе? Подышим вечерней прохладой, полюбуемся звёздами? Кажется, сегодня полнолуние. Идеально подходит для влюблённых. – Какаши немного наклонился к Ируке и положил свою руку поверх его ладони. А дальше вместо выжженой земли – локальная катастрофа. Ирука руку свою убрал. О, нет, подумал Какаши. - Сукеа-сан, мне очень жаль. Кажется, мне пора. Доброй ночи. – Ирука начал отодвигать свой стул, чтобы подняться и уйти. - О, нет, Ирука. Подожди. Прости, пожалуйста. Подожди. – Что-то неуловимо изменилось в голосе Сукеа, и именно это заставило Ируку остановиться и обратить на него свой пристальный взгляд. Ирука хотел уйти. Он точно знал, что нужно уходить прямо сейчас, пока ситуация не стала ещё более неловкой и неприятной для обоих. Но Ирука совершил тактический промах и ещё раз посмотрел в глаза Сукеа. Под действием этого взгляда словно в состоянии гипнотического транса Ирука медленно вернулся на своё место. - Сенсей, пожалуйста, простите, если моё предложение показалось Вам оскорбительным. Я приношу свои извинения. – Сукеа выглядел потрясённым. Ему хотелось оказаться за много миль отсюда, лишь бы не видеть взволнованный взгляд Ируки, прожигающий его насквозь. Ирука с трудом подбирал слова, чтобы в ответ не обидеть своего визави: - Сукеа-сан, твоё предложение не было оскорбительным. Просто я и ты… Есть другой человек, понимаешь. – Слова Ируки звучали как смертный приговор, обжалованию не подлежит. - А, вот оно что. У тебя кто-то есть? Извини, я не знал. - Нет, никто не знает. В смысле, он тоже не знает. То есть, я хотел сказать… - Ирука в смущении потёр лицо и упустил из виду огонёк надежды, мелькнувший в глазах Сукеа. Хм, его неизвестный оппонент тоже пребывает в неведении, какая удача. – Чёрт! Кажется, я ещё больше всё запутал. – Ирука тяжело вздохнул и собрался с духом. – В общем, у меня есть чувства к одному человеку, но я никогда ему об этом не говорил. Он не знает. Но он мне очень дорог. Сукеа кивнул и поник головой. Весь его вид сейчас больше напоминал побитого щенка. Много лет маска так надёжно и привычно скрывала эмоции Какаши, в открытую показывать переживания он давным-давно отвык. - В иных обстоятельствах, Сукеа-сан, я бы согласился прогуляться с Вами. Какаши предпринял последнюю безнадёжную попытку добиться расположения Ируки и, не осмеливаясь поднять глаз, выдал на одном дыхании: - Знаешь, если бы ты – гипотетически – захотел провести со мной только одну ночь, я не против, если бы ты представил его вместо меня. Ирука нежно коснулся подбородка Сукеа и заставил его вновь поднять глаза: - Это бесчестно по отношению к тебе. К тому же, после я чувствовал бы себя ничтожеством. Хороший боец прекрасно понимает, когда битва проиграна, и старается минимизировать потери. Какаши, разгромленный окончательно и бесповоротно, собрал себя по кускам и заставил себя неуверенно улыбнуться: - Откуда у Вас столько самообладания, сеснсей? Ирука мгновенно вспыхнул румянцем смущения и откинулся на спинку стула, потирая старый шрам на переносице, впрочем, как и всегда в неловких ситуациях. - Могу я спросить, кто он? – спросил Сукеа. Что ж, за Какаши водилась известная склонность к самобичеванию. Ирука скромно улыбнулся: - Увы, я не в силах ответить на этот вопрос. Любое моё слово отправит нас прямиком в бурлящий котёл городских сплетен. - Почему? – Воистину, упёртости Какаши многие позавидовали бы. Ирука оценивающе рассматривал Сукеа и медлил с ответом: - Из-за безопасности Конохи. И потому что мои чувства не взаимны. – Грустно подытожил Ирука. Какаши был крепко озадачен. - Как это? Как кто-то может быть не в восторге от того, что ты его любишь? Не понимаю. – Гениальные мозги Копирующего категорически отказывались воспринимать такое положение вещей. Ирука в смущении рассмеялся. – Это был очень долгий день. Мне действительно пора. – Он решительно поднялся со стула, намереваясь пойти домой. На этот раз точно. Они вышли вместе и остановились на улице в неловком молчании, и каждый думал, как сгладить неловкость расставания. На покатом небосклоне царствовала Луна, великолепная, сияющая нездешним светом. Наблюдая за Ирукой в этом жутковатом и величественном свете, Какаши терял последние остатки здравомыслия. Мир вокруг сменил свой наряд с пёстрых красок дня на мерцающие, мрачные тона ночи, окутывая всё мистической дымкой. Какаши отважился на последнюю попытку, ту самую, которая не пытка: - Можно хотя бы украсть у тебя поцелуй на прощание перед долгой дорогой? Мне хотя бы будет что-то на память о тебе. – Он подошёл ближе к Ируке, будучи уверенным, что тот снова отодвинется в сторону. Но Ирука внезапно застыл на месте. Кто знает, может, залитые лунным светом пейзажи Конохни на него так подействовали. Какаши склонился к Ируке и запечатлел нежный поцелуй на его губах – всего несколько секунд робкого прикосновения, которые казались вечностью и мимолётным мгновением одновременно. Когда он открыл глаза и чуть отодвинулся, Ирука всё ещё стоял в оцепенении с закрытыми глазами. Когда он неспешно их открыл, то несколько секунд внимательно и пристально смотрел на Сукеа, словно сохраняя в свой памяти образ этого человека на долгие безрадостные годы вперёд. На прощание Ирука крепко обнял Сукеа. Какаши на автопилоте крепко обнял его в ответ: - Ирука. – Сказал он дрогнувшим голосом, не в силах скрыть эмоции. Ирука внезапно напрягся и резко отодвинул его, уставившись на Сукеа: - Повтори. Какаши совершенно растерялся от такого поворота событий, в его голове уже звучали первые ноты реквиема по любви: - Ирука? – Повторить-то он повторил, но и тут голос дрогнул. Ирука сердито нахмурился. - Нет. Повтори как ты сказал в первый раз. Другим голосом. - Другим голосом? – Предательская капелька пота выступила на лбу Какаши. – Каким другим голосом? – Он шумно сглотнул. Казалось, ещё мгновение, и Ирука начнёт убивать: молча, тихо и спокойно, как это присуще самым профессиональным шиноби. Его невозмутимой решительности в этот поздний час хватило на двоих: - Голосом Какаши. О чёрт, чёрт, чёрт, это полный провал, подумал Какаши. Он лихорадочно бросился складывать печати для дзюцу мгновенного перемещения. - Не смей! – Ирука схватил Какаши за руки, прерывая последовательность печатей. То, что он сделал после, категорически выбивалось из событийного ряда под названием «Самые смелые мечты Какаши Хатаке». - Ты идиот. И я идиот. – Ухватившись за бежевый шарф, Ирука рванул на себя Какаши и поцеловал его. В этом поцелуе невесомой нежности не было, зато был язык. Потрясающий, чувственный, настырный язык, подумал Какаши. Эта мысль мелькнула и погасла на задворках его сознания. Ей на смену пришла другая, до гениального нелепая: «Почему Ирука так жадно целует меня вместо того, чтобы на пинках гнать мою задницу до Суны?». Ирука прервал поцелуй на короткую тираду: - Это ты. Ты – это он. Тот человек, о котором я говорил. Всё это время это был ты и только ты, Какаши. Столько лет, поверить не могу! Ты что, слепой?! Ты ни черта не гений, тебя перехвалили. – Ирука отдышался и вновь ринулся в страстный поцелуй, бесстыже хватая Какаши за задницу и притягивая к себе поближе, чтоб тот наверняка никуда не сбежал. По мере того, как до очень рассеянных мыслей Какаши постепенно доходил весь смысл сказанного Ирукой, он впервые за много лет почувствовал себя абсолютно, полностью и бескомпромиссно счастливым. И лавина ласковых прикосновений и поцелуев Ируки тому были самым надёжным подтверждением.
