Фотографии Наших Поцелуев

На фотографиях можно запечатлеть многое: важный момент, красивый пейзаж или просто что-то очень особенное. И Итер очень любит фотографии, особенно делать их, а после предаваться приятным воспоминаниям. Сначала Сяо относился очень скептически к подобному увлечения своего дорого человека. У блондинистого парня всегда при себе камера. В любой момент чужая рука тянется к себе в сумку за увесистым приспособлением. И не важно, что происходит, нужно обязательно это сфотографировать: ночное небо, красивые облака, закат, Паймон, что испачкалась в каких то ягодах. Практически всё. Поначалу это нервировало. Адепт искренне не понимал, зачем люди так сильно стремится запечатлеть свои воспоминания на плёнке. В чем смысл, если человеческая жизнь, так ничтожно мала и забыть за такой промежуток, что-то важное крайне сложно. Сейчас, находясь уже сколько времени рядом с путешественником, что живёт очень насыщенной жизнью, где и правда можно что-то да позабыть. Сяо начал понимать, а ещё восхищаться этим парнем, что в каждом мимо пролетающем облаке видит неведомую красоту, а на каждый закат смотрит, как на первый с широко раскрытыми глазами, в которых сам Адепт начал видеть всю красоту этого мира. Ещё Итер очень любит целоваться. И неважно есть люди вокруг или нет. Путешественник всегда готов накинуться на ничего не подозревающего Сяо с распростёртыми объятиями, а после аккуратно, что бы не спугнуть втянуть в поцелуй. Сладкой, разливающейся по всему телу негой. Адепт тоже поначалу не разделял особого интереса к такому роду появления любви. И нет, определённо, ради своего Итера можно потерпеть неудобства, когда на вас смотрят десятки глаз, а вы нежитесь в прекрасном поцелуе, но всё-таки это смущает. Конечно, со временем привыкнуть можно ко всему, и Сяо привык. Сам полюбил бесконечное количество Итеровых фотографий сотен закатов и рассветов, сам начал тянуться к притягательным губам в людных местах, совершенно не думая о том, что скажут другие. У него есть Итер и этого достаточно. А ещё больше Итер любит совмещать эти два действия, а Сяо уже и не против. Впервые эта незатейливая мысль пришла в блондинистую голову совсем недавно, когда тот незаметно пытался сфотографировать адепта в светящимся ореоле полной луны, но у него ничего не вышло. Зоркий глаз заметил руку, что ‘не привлекая внимания’ тянулась к сумке, а после достала увесистую коробочку, быстро делая несколько, как оказалось позже смазанных фотографий. Но Сяо совершенно не был против, если Итер хочет его фотографировать, то он может это делать. На самом деле попросить прямо Сяо поцеловать его на камеру, Итеру казалось скучно. Да и эмоции будут не те, нужно, чтобы было как всегда. Внезапно и с чувством. Сложно ли спрятать от наблюдательного адепта, вполне большую коробку, что смотрит прямо на него? Определённо да, но Итер правда уверен, что эти эмоции которые они переживут потом, найдя спустя несколько лет эти фотографии и увидят именно её... Точно того стоит. Спустя несколько дней раздумий, план появился и был прост как ясный день. Если хочешь что-то спрятать, то спрячь это в самом видном месте. А это значит, что и не нужно ничего прятать. Итер задержался на очередном задании от гильдии искателей приключений, и рядом оочень удобно оказался Сяо, что так настойчиво просил пройти вместе, оправдываясь тем, что в лагере может оказаться слишком много монстров и путешественник не справится один. Все конечно же понимают, что он бы справился, но с адептом все таки безопасней. Поэтому сейчас, как посчитал блондин, идеальный момент, как раз и Паймон нет рядом. Феечка ещё после второго поручения заявила с громким вздохом, что устала и хочет спать, а после по-привычному просто растворилась в воздухе, оставляя после себя невесомые частицы. Вокруг только тихая природа и больше ничего, ни души, а между ними приятная тишина и очень трепетное касание ладоней. Всё-таки каким бы Сяо не казался снаружи холодным, внутри он очень заботливый и нежный, от чего Итер не может перестать умиляться и так глупо улыбаться. — Давай остановимся? — Тихий голос прервал кружащую в округе тишину, и адепт легонько махнул головой, отпуская чужую ладонь. Итер совсем рядом приметил очень удобный срубленный пенек и направился к нему, ощущая, что за ним молча последовали. Адепт всегда находиться настороже, особенно когда наступает темнота, особенно, когда рядом находится Итер. Вот и сейчас Сяо начал вглядываться в темнеющие силуэты деревьев вдалеке, пытаясь высмотреть надвигающуюся опасность. Для Итера это идеальный шанс незаметно вытянуть из сумки камеру и поставить на пень. Быстро сделав всё как надо и убедившись несколько раз, что прибор точно не свалиться на бок или не упадёт с возвышенности, путешественник подошел к напряжённому адепту, становясь напротив. Сяо сразу обратил внимание на Итера и особенно на его улыбку, сразу же расслабляясь. Он всегда так реагировал на путешественника, какие бы недуги не одолевали адепта, рядом с Итером всегда проще. Блондин приблизился к охотнику, ловя на себе вопросительный взгляд. — Наклонись ко мне — Еле слышимый шёпот вырвался из нежных губ, но этого хватило, что Сяо всё уловил и моментально наклонился, не прерывая зрительный контакт. В зрачках путешественника играли хитрые блики, что совершенно не смутило адепта. Итер потянулся к чужой шее, оплетая её своими руками, становясь ещё ближе, хотя казалось бы куда. Ловя на своих губах чужое тёплое дыхание, Сяо прильнул к ним, нежно обхватывая спину, проводя ладошками сверху до низу, пересчитывая каждый позвонок, ощущая, как под его руками Итер начал плавится, полностью отдаваясь ему. Губы у Итера сладкие, всегда с новым привкусом, а ещё мягкие и иногда обкусанные, но по-прежнему любимые. Адепт охватывает парня своими руками ещё сильнее, даже не собираясь отпускать его губы. Совершенно не обращая на странное пощелкивание где-то сбоку, где совсем недавно стоял путешественник, но это сейчас и неважно. Они всегда тонут в друг друге во время поцелуев, совершенно не думая ни о чем. Важны лишь чужие губы, руки, ощущение тела рядом. Многие скажут, если увидят, что они - это самое настоящее воплощение любви. Той самой, как из детских сказок, вечной и настоящей. Они оба хотят в это верить, снова и снова впиваясь в друг друга своими губами, облизываясь и случайно задевая зубами, пока Итер не отпрянет, не отпуская чужой шеи и пристально смотрит в глаза. А в них яркие звезды, неизведанные миры и целые вселённых. Сяо никогда не перестанет любить их. Путешественник ещё раз быстро наклоняется и чмокает в щеку, загадочно улыбаясь, отходя от адепта, у которого перед глазами до сих пор чужие, со звездами, прекрасные. — М, очень красиво получилось. — чужой голос выводит Сяо из своих мыслей и тот подходит ближе к Итеру, что рассматривает фотографию. Адепт берет фотографию в руки, всматриваясь в образы, что отпечатались на плёнке. — А ведь и правда красиво. Сейчас Сяо понимает людей и их желание всё всегда запечатлеть.