After death did us part

Он не знал как долго стоял там, посреди высокой травы под грозовыми облаками. Окажись на его месте маленький Регулус, он наверняка испугался бы надвигающейся бури, но сейчас в нем осталось не так много страха. Смерть будто уничтожила все что он так ненавидел в себе при жизни: сомнения, боль и особенно страх. Наверно это и подразумевают, когда желают усопшему покоя. Регулус не уверен, что понимает в чем именно его суть. Воспоминания, чувства, несбывшиеся планы не дают тому, что раньше было заключено в теле Регулуса Блэка распасться на атомы, превратиться в энергию и слиться миллионами других частиц во вселенной. ⁃ Так из всех способов потратить вечность ты выбрал просто стоять посреди поля и ждать грозу - и хотя Регулусу не нужно было дышать, звук этого голоса ощущался как удар поддых. ⁃ Нет - прошептал он -нет нет нет нет нет нет - повторял как молитву хотя теперь точно знал что по ту сторону нет никаких богов. - Что ты сделал? - это прозвучало как обвинение, хотя им не было. Это также был не страх, что пронзил Регулуса. Это были ужас и скорбь. Джеймс стоял чуть позади него, прямо за правым плечем. Ветер ворошил его волосы, ухмылка и легкий прищур казались мягкими благодаря взгляду полному нежности. Джеймс всегда смотрел на Регулуса так, будто видел перед собой все то прекрасное, что может предоставить человечество разом. Каждую мыслимую добродетель. Будто тот сплетен из всего самого изысканного и желанного на свете специально для Джеймса Поттера. Будто он не был лишь суммой неправильных решений и скрытых за закрытыми дверями трагедий. Раньше, Регулус ловил этот взгляд и думал про себя: «Если я расскажу тебе о тьме внутри меня, обо всех ужасный преступлениях что я совершил против себя и других, продолжишь ли ты смотреть на меня как на солнце?» В голове Регулуса ответ никогда не был утешающим. Понадобилось много лет, много горя, утрат и смертей чтобы он понял, что все это время Джеймс так или иначе знал. Он знал его в том смысле, в котором одна старая душа может знать другую. И он действительно продолжал. Не потому что Регулус был солнцем. На самом деле им был Джеймс. Регулус узнал бы его где угодно, в любой жизни и после смерти, он узнал бы джеймса даже если бы сошел с ума и не перестал узнавать самого себя, потому что джеймс был самой лучшей его частью. Той, которая жила даже когда тело умерло и сгнило. ⁃Ты знаешь, любовь моя ⁃ Тебя не должно быть здесь так скоро - все же это был он. Стоял прямо перед Регулусом и выглядел живее, чем в их последнюю встречу. Наверно смерть стерла боль и горе войны и из него тоже. - я думал ,что поступил правильно в этот раз, думал моей жалкой жизни будет достаточно чтоб купить время для твоей.- теперь он плакал. - Твой ребенок, твоя семья...Сириус... Ты заслуживал прожить свою жизнь, Джеймс - это все было неправильно, мысли роились у него в голове, неправильно и так несправедливо… ⁃ Так же как и ты - его лицо больше не было насмешливым ,а тон дразнящим. Теперь он смотрел серьезно, даже грустно, Регулус никогда не мог сопротивляться этому взгляду - я должен был состариться, это правда, но я должен был сделать это с тобой. Ты обещал мне это. - и если бы сердце Регулуса не разбилось раньше, оно бы сделало это сейчас. Не то чтобы он не думал о мирной старости с Джеймсом раньше, просто теперь, когда все было кончено, для каждого из них, когда совершенно очевидно, что ни один из них не поседеет и не умрет в своей теплой постели, это ранило иначе. Он вскинул голову и ,несмотря на дрожь в голосе, заговорил: ⁃ Я не собирался нарушать обещание. Клянусь, я хотел... Я хотел этого так сильно, наконец-то достаточно сильно чтобы бороться в ответ. Но мы не были бы в безопасности, не тогда, когда твой сын был его целью. - мягкая широкая ладонь на щеке Регулуса посылала тепло через него, и он не мог ничего кроме как приникнуть к ней как он всегда делал. Слишком слабый чтобы сопротивляться. Всегда жадный, всегда изнывающий - Ты давал мне столько любви, Джеймс, когда я даже не знал как впустить хотя бы часть ее. Любить людей вроде меня - это всегда пирова война, но тебе это не мешало. Я просто хотел спасти тебя хоть раз после того как ты делал это всю мою жизнь. Хотел стать достойным этой любви. ⁃ Рег.. ⁃ После всего… всегда не то время, не то место, всегда слишком слаб и труслив, чтобы принять верное решение. Так много ошибок… - трава шелестит от шквального ветра, кроны деревьев накреняются, воздух пахнет азотом. Все вокруг ощущалось таким реальным.- и вот ты здесь, а это значит, что я снова облажался.- Теперь они стоят совсем близко, он чувствует тепло от джеймса, мягкое и исцеляющее. Знакомое. Их лбы соприкасаются, на рубашке джеймса растеклись пятна от слез Регулуса. ⁃ Нет - туловище Джеймса изогнулось, создавая щит между Регулусом и холодными, перемешанными с листьями и мелкими ветками каплями дождя, . - Нет. После всего ты выбрал нас: меня, Сириуса, Гарри. Боже, я хотел бы вас познакомить. Он хмурит лоб точно как ты, когда размышляет над чем-то. Сириусу нравилось думать, что это его повадки, но никто не делает это как ты. Ты выбрал нас, не этого фанатичного ублюдка. Нас. Это все, что меня когда-либо волновало. Единственное, что имело значение. Больше ничего. И ты справился, Рег. Я горжусь тобой.- он держал его лицо как самое хрупкое сокровище, такое знакомое касание, Регулус может поклясться что чувствовал его и в прошлой жизни, и во многих жизнях до этого - Я люблю тебя. Он едва замечает капли ледяного дождя на плечах. Только взгляд Джеймс на своем лице, только его присутствие,такое знакомое, такое всепоглощающее, как радиация проходящее сквозь его тело. Дом. Дом. Я дома. Такая любовь не может вырасти за одну жизнь, особенно когда эта жизнь так рано прервана. Такая любовь существует вне времени и пространства. Частички регулуса всегда знали частички Джеймса. Они всегда искали, стремились. Всегда любили друг друга. ⁃ Я люблю тебя - И в следующий момент их губы соединились. Сердце Регулуса клокотало в груди и это чувство никогда не становилось менее всеобъемлющим. Глаза закрылись, не осталось ничего кроме ощущения завершённости, щемящего чувства правильности. После всего это было словно добраться до воды умирая от жажды, словно приникнуть к холодной подушке после жаркого летнего дня. Каждая бессильная, заряженная электрическим разрядом клетка Регулуса стремилась к этому прикосновению и это было так естественно и неотвратимо, что больше ничего не имело значение. Регулус понял в чем суть, когда обрел покой. А затем все померкло. Растворилось. Дальше было ничто, зияющая пустота из планет, их систем и галактик . Триллионы световых лет, пронзающие пространство. Один необъятный беспорядок, полный звезд и звездной пыли, полный всем тем чем мы были и чем станем. В этом бесконечно холодном пространстве было так много всего: истории о войнах, начатых ради гордыни и власти; воспоминания о дружбе, о родственных душах, о любовниках, чьей любви было недостаточно чтобы уберечь их, о молчаливых соглашениях и громких лживых обещаниях, о сожалениях и стремлении к искуплению. Все эти маленькие обрывки человеческого существования дрейфовали, кружились, отдалялись и сближались, пересекались, узнавали друг друга, и затем снова расставались. И где-то там были они, состоящие из чувств, света и воспоминаний. И в этой вечной холодной темноте , среди пыли и хаоса они то отталкивались то сходились и снова были вместе. Когда они соединялись, то излучали мягкий вибрирующий свет и тепло. И света этого было достаточно, чтобы осветить ту маленькую часть вселенной где они встретились на этот раз.