Сдержанность|Temperance

      Драко действительно следовало проявить большую внимательность. Ведь его проект не был закончен, он даже не близился к завершению, а Малфой явно не соблюдал достаточную осторожность, работая над ним.       Он не знает, куда попал — в будущее или в прошлое, — но, глядя на вращающийся Маховик времени, понимает, что у него в запасе около часа, прежде чем тот отправит его обратно.       Такова плата за то, что он предается любимому хобби вместо того, чтобы сосредоточиться на выполнении дурацких обязанностей должности аврора, предписанной Министерством. Драко оглядывается, надеясь, что его попытки применить антипарадоксальные чары сработали, и он ничему не навредил.       Малфой все еще находится в поместье — в своем кабинете, — но подмечает некоторые изменения. Письменный стол завален бумагами, а старые рукописи лежат стопкой на углу. Перед камином стоят темно-зеленый диван и такое же кресло, по обивке которых тянутся тоненькие золотые узоры.       Драко проводит пальцами по подлокотнику из красного дерева, его взгляд блуждает по помещению в поисках хоть какого-нибудь знака, указывающего на то, в каком времени он очутился. Его кабинет когда-то служил комнатой для гостей. Он точно не в прошлом, если судить по обстановке и все тем же расставленным им колдографиям на письменном столе.       Небо за окном черное, усеянное звездами, что указывает на поздний час. Возможно, Драко вообще ни с кем не столкнется, поэтому сможет сидеть и читать, выжидая время. Но никогда не бывает все так просто.       Огонь в камине вспыхивает, озаряя комнату ярко-зеленым свечением. Из пламени доносятся громкие голоса. Малфой отступает в угол комнаты, применяя дезиллюминационное заклинание.        Драко врезается спиной в стену как раз в тот момент, когда из камина выходит его копия (которая не слишком отличается от него, разве что возрастом — кажется, он на несколько лет старше) вместе с прекрасной женщиной. Малфой не сразу узнает Гермиону Грейнджер в блестящем красном платье и парадной мантии, что совсем не похоже на ту унылую одежду, в которой она ходит на работу.       Шелковая ткань платья плотно облегает ее силуэт, демонстрируя привлекательные формы, а глубокое декольте открывает взору вершину соблазнительной груди. Драко почти пугается тому, насколько быстро его тело реагирует на ее пленительные изгибы. Он никогда не признается, что в порывах ссор рассматривал ее лицо и подмечал красоту. Но ему никогда не удавалось как следует оценить ее фигуру.       Вышедшая из камина парочка ругается, что совсем не редкость, а скорее даже обыденность для них. — С таким же успехом ты мог бы надеть на меня чертов собачий ошейник! — восклицает Гермиона, резко повернувшись и встав лицом к его версии из будущего. — Тебе недостаточно кольца? Неужели мало того, что Пророк напечатал на первой полосе мою колдографию с твоей фамилией?       Малфой из будущего не тушуется, даже когда ее уложенные локоны начинают искрить магией. — Позволь напомнить тебе, что пусть даже и по закону о браке, но ты моя жена…       Мерлин, так вот как он выглядит, когда злится? Неужели Драко действительно настолько возвышается над Грейнджер, когда они спорят?       Она такая маленькая по сравнению с ним. Малфой часто забывает об этом, поскольку Грейнджер так велика в его воображении, ведь она почти ежедневно противостоит ему и чаще всего оказывается права в спорах. — Я не сделала ничего плохого, — произносит Гермиона, скрещивая руки на вздымающейся груди и еще больше приподнимая ее. — Ты танцевала почти с каждым гребаным волшебником… — Да, так случается на благотворительных вечерах, Малфой! А чего ты ожидал от меня? Что я буду сидеть весь вечер с тобой в обнимку? — Ярко-красная помада на ее губах подчеркивала белоснежность зубов. — А как мне еще добиться пожертвований, не танцуя с приглашенными меценатами? — Ты очень наивная, если считаешь, что они готовы пожертвовать галлеоны по доброте душевной, а не из-за возможного шанса с тобой… — Наплевать! Им все равно ничего не светит!       Они стоят почти вплотную, пристально глядя друг на друга. Гермиона напрягает мышцы голени и немного приподнимается на носочки, чтобы находиться на уровне глаз Драко из будущего. Пламя очага подчеркивает мягким свечением изгибы ее бедер. — А мне не наплевать! Ты замужняя женщина, они вообще не должны пытаться, — огрызается его старшая версия. — Ты даже ни разу не станцевала со мной… — Ты ведь не хотел идти! И всем видом демонстрировал, насколько тебе невыносимо там… — И очень хорошо, что я все-таки пошел, иначе Кормак, мать его, Маклагген оглушил бы тебя в темном коридоре!       Яростный голос Малфоя из будущего громыхает, отражаясь от стен кабинета, и Драко-младший задается вопросом, свидетелем чего он стал.       Ходили слухи о том, что в будущем будет принят закон о браке, вызванный резким падением рождаемости и уменьшением численности волшебного населения. Визенгамот отчаянно пытался что-то предпринять. Очевидно, что они с Грейнджер оказались в самом эпицентре событий.       Напряжение спадает с ее плеч, она закатывает глаза, но все еще хмурится. — Я могу совладать с Маклаггеном, и много лет успешно справлялась с ним до брака с тобой. — Вот именно, до брака со мной, и раз уж он пытался прилюдно приставать к моей жене, то я буду разбираться с ним, как сочту нужным.       Грейнджер снова вспыхивает от ярости. — Я не твоя собственность, чтобы ты мог поступать так, как тебе заблагорассудится! Наш брак фиктивный! Министерство…       Малфой из будущего без слов прижимает Грейнджер к тяжелому письменному столу из красного дерева и, запустив руку в ее локоны, вынуждает резко запрокинуть голову назад.       Драко-младший прикусывает язык, чтобы не воскликнуть от удивления. Что, Салазар раздери, происходит? Ему хочется думать, что даже в будущем он не стал бы применять силу к Грейнджер, особенно если она сказала правду о том, что их брак носит исключительно договорной характер и ей не хочется иметь с ним ничего общего. — Какие резкие слова из столь прекрасных уст, — цокает языком Малфой из будущего. — Словно не так-то просто изменить твое мнение.       Невольный путешественник во времени наблюдает за тем, как его старшая версия просовывает колено между ног Грейнджер, заставляя издать сдавленный звук. Рука Драко из будущего скользит по красному шелку платья Гермионы, проводя пальцами от бедра к животу. — Скажи мне, жена. — Драко-старший прижимает колено к ее промежности, и она ахает. — Кто отец ребенка, которого ты носишь под сердцем?       Малфой из настоящего наблюдает за тем, как Гермиона пытается вырваться из хватки, мотая головой, но Драко из будущего накручивает ее локоны на кулак и тянет сильнее. Его желудок сжимается в приступе тошноты. Салазар, неужели Маховик времени дал сбой и переместил его в альтернативную вселенную, в которой Драко действительно жестокий человек? Ему не всегда нравилась Грейнджер, но он никогда не применял к ней насилия. — Я не…       Слабые попытки Гермионы ответить обрываются на полуслове, когда Малфой из будущего побуждает ее двигаться, сидя на его колене. — Я позволю тебе попробовать еще раз. Кто отец этого ребенка?       Тон голоса Драко-старшего ровный, терпеливый. Он взирает на Грейнджер глазами, в которых нет ни злобы, ни жестокости, несмотря на его действия по отношению к ней. Малфой из настоящего находится в замешательстве, наблюдая за тем, как ее соблазнительные бедра продолжают покачиваться вперед и назад. — Ты… — выдыхает Гермиона, ее губы дрожат, а на щеках появляется румянец.       Его ребенок. Желчь подступает к горлу Драко-младшего, а грудная клетка сжимается лишь от одной мысли, что его более взрослая версия принуждает Грейнджер к чему бы то ни было. — Умница, правильный ответ. Ты носишь под сердцем моего наследника. Думаю, этот факт делает наш брак вполне настоящим, тебе так не кажется?       Малфой из будущего достает волшебную палочку из внутреннего кармана пиджака и быстрым движением заставляет исчезнуть платье Гермионы.       Драко-младший хочет отвести взгляд, но не может. Черное кружево, покрывающее изгибы ее тела, завораживает. Чувствуя, как кровь стремительно приливает к члену, он пытается подавить нарастающее возбуждение из-за неприемлемости ситуации. — Мое платье! — возмущается Грейнджер.       Кажется, что она больше расстроена уничтожением наряда, а не внезапным обнажением. — Возможно, если бы ты надела изумрудное платье, купленное мной, то я проявил бы большую осторожность, хотя мне очень нравится выбранный тобой комплект нижнего белья, — произносит Малфой из будущего. — Ты так красива, и прекрасно осведомлена об этом, не так ли? Все мужчины готовы упасть к твоим ногам.       Грейнджер быстро качает головой, ее кудри пружинят. К несчастью для Драко-младшего, Гермиона действительно красива. Ее округлая и все еще прикрытая бюстгальтером грудь вздымается, внизу живота виднеется едва заметная выпуклость, присущая очень ранним срокам беременности, а бедра соблазнительно покачиваются и ударяются о край стола. — Моя совершенная жена, вынашивающая моего наследника и прижимающаяся к моему бедру своей идеальной пиздой. — Малфой из будущего отпускает волосы Гермионы и проводит костяшками пальцев по ее щеке. — Я чувствую, насколько ты возбуждена, дорогая.       Глаза Драко-младшего расширяются от осознания того, из-за чего на самом деле дрожит Грейнджер. — Полагаю, мне нужно напомнить тебе, кому ты принадлежишь… — Драко-старший наклоняется ближе к лицу Гермионы, обхватывая рукой ее грудь.       Сердцебиение Малфоя из настоящего учащается, кровь пульсирует по венам, устремляясь к члену, пальцы одной руки вдавливаются в стену рядом с ним, а в кармане отмеряет минуты Маховик времени. Драко-младший не понимает, какие отношения связывают его и Грейнджер в будущем. Она льнет к нему и издает тихие стоны, пока Малфой из будущего помогает ей раскачиваться на его бедре. Гермиона Грейнджер ведь не станет делать то, что ей не нравится? — Я спрошу тебя еще раз, моя прекрасная ведьма. Чье семя наполнило тебя?        Он слегка кусает ее за обнаженное плечо. — Твое… — Чье кольцо украшает твой прелестный пальчик?       Следует еще один укус, а затем Драко-старший проводит языком по следу от зубов. — Твое…       Грейнджер стонет и запрокидывает голову назад, приподнимая руки, чтобы обхватить его плечи. — Все верно… Ох, ты так хорошо справляешься, дорогая. Знаю, знаю… — хвалит Малфой из будущего. Его губы скользят по ее шее, а глаза мерцают в тусклом свете кабинета. — Просто скажи мне то, что я хочу услышать, и я позволю тебе кончить.       Драко-младший сходит с ума от чувства вины и стыда, а также от болезненных ощущений, поскольку его твердый член упирается в жесткую ткань брюк. Он гребаный вуайерист, ставший свидетелем того, чего ему не следовало видеть, и по сути все еще наблюдающий за обнаженной коллегой без ее разрешения. Его даже не оправдывает тот факт, что он решил, будто ее принуждают. — Я заставлю тебя кончать до тех пор, пока в твоей хорошенькой головке не останется ни одной подобной мысли. Просто произнеси это, — требует Малфой из будущего, поглаживая пальцем щеку Гермионы. — Пожалуйста, Драко… Пожалуйстапожалуйстапожалуйста… Его имя, так легко сорвавшееся с ее языка, потрясает Малфоя из настоящего. Его член пульсирует. Она так красиво умоляет, ее голос хрипит, а глаза блестят от похоти. — Вот так, моя хорошая девочка… — хвалит Драко-старший. — Кончи для меня, дорогая. Испорть мои брюки, я хочу почувствовать, как ты…       Грейнджер издает сдавленный стон, ее карие глаза закатываются, а тело замирает. Малфой из будущего крепко удерживает Гермиону, увлекая в страстный поцелуй. Драко-младший практически ощущает тепло ее губ и считает, что это совершенно несправедливо.       Ему нужно уйти, вернуться в свое время, необходимо оторваться от прекрасного вида кончающей Гермионы Грейнджер. Капли предэякулята стекают по его члену после каждого звука, вырывающегося из ее уст. Малфой из настоящего жаждет избавления от мучений, но не может заставить себя что-либо сделать. — Ты такая идеальная, — продолжает хвалить Драко-старший. — Моя совершенная жена. Только моя. Теперь я могу взять то, что принадлежит мне? — Да… — стонет Гермиона. — Я хочу… Пожалуйста… — Ох, какая ненасытная, ты так сильно жаждешь?       Малфой из будущего резко разворачивает ее и перегибает через стол, давая Драко-младшему отличный обзор. Лицо Грейнджер пылает, кожа блестит от пота. Она пытается ухватиться за край, чтобы удержаться на ногах. — Я трахну тебя на этом столе, и ты кончишь еще как минимум дважды… — Я не смогу… — стонет она. — Еще как сможешь, — усмехается Драко-старший, а затем спускает ее трусики вниз по бедрам.       Из ее влагалища сочатся блестящие соки возбуждения, растекаясь по нежной плоти. Значит, ей нравится все, что происходит? Малфой из настоящего сжимает рукой болезненно твердый член через ткань брюк в жалкой попытке снять напряжение. Если он, в конце концов, женится на ней, то ведь нет ничего страшного в том, что ему довелось увидеть ее такой? Его мошонка поджимается, когда Драко-старший скользит пальцами по влажным половым губам Грейнджер. Другой рукой он срывает с нее бюстгальтер, обнажая грудь. Блядь, блядь, блядь, блядь.       Она идеальная: упругая и полная. Малфой из будущего сжимает чувствительную плоть и проводит большими пальцами по темно-розовым соскам, которые сразу же покрываются мурашками.       Драко-младший цепляется за остатки самоконтроля, пытаясь не поддаться искушению и не расстегнуть ширинку. Он давно уже не подросток и может унять свои низменные желания.       Когда Малфой из будущего начинает двигать пальцами, погружая их во влагалище, Грейнджер стонет и упирается лбом в столешницу. Локоны рассыпаются по красному дереву, скрывая ее лицо. — Драко, я не смогу… — Хочу, чтобы с тебя капало, когда я овладею тобой. Покажи мне свой маленький трюк. И не забывай, что я единственный мужчина, способный подарить тебе подобные ощущения.       Драко-старший подталкивает Гермиону вперед, вдавливая лобком в край стола. Она вскидывает голову, ее затуманенные похотью глаза закатываются вновь. Малфой из настоящего не припомнит, чтобы видел ее настолько утратившей контроль над собой. Это прекрасное зрелище сводит его с ума. Он крепче сжимает член через ткань брюк и прикусывает язык, пока не чувствует привкуса крови.       По кабинету разносятся непристойные, влажные звуки, когда пальцы Драко-старшего стремительно проникают в ее влагалище. Бедра Грейнджер начинают дрожать, поэтому Малфой из будущего перемещает руку с ее груди на талию, чтобы предотвратить падение. — Давай, любимая, порадуй меня. Я держу, отпусти себя и покажи мне, на что способно твое тело. — Пожалуйста, Драко, я чувствую… Я сейчас… — Хорошая девочка, кончи для меня, покажи мне…       Гермиона прикрывает рот рукой, чтобы заглушить крик, когда оргазм обрушивается на нее. Малфой из настоящего чуть не падает на колени и едва не кончает, когда видит, как Гермиона Грейнджер — его будущая жена — распадается на части в его же руках. Обильный поток жидкости струится из ее промежности, разбрызгиваясь по паркету и орошая парадную одежду Драко-старшего. — Вот так, моя прелестная жена. Ты отлично справилась, чувствуешь себя хорошо?       Грейнджер кивает и стонет, продолжая содрогаться от остаточных импульсов оргазма в его крепких объятиях.       Гребаный Салазар. Малфой из настоящего тяжело сглатывает вязкую слюну, ногти одной руки едва не ломаются о стену, в которую он впивается, а ладонь другой уже вовсю скользит по ткани брюк в районе ширинки. Час истечет с минуты на минуту, поэтому Драко-младший не знает, сколько еще будет вести себя как извращенец. — А теперь скажи мне, чей член ты хочешь? — произносит Малфой из будущего, проводя губами по шее Грейнджер и кладя руки на ее поясницу. — Твой… — стонет Гермиона, а потом ахает, когда он начинает проникать в нее. — Скажи мне, кого ты хочешь, маленькая львица? — Всего тебя… Пожалуйста, Драко. Ты нужен мне… Я хочу…       Она прерывается и вскрикивает, когда Драко-старший полностью входит в нее, а затем начинает вбиваться. Малфой из настоящего завороженно наблюдает за тем, как его член погружается в ее влагалище и стремительно выходит из него.       Происходящее напоминает порнографию, сделанную на заказ. Все его сексуальные фантазии оживают перед ним. — Такая ненасытная. Тебе нужен мой член, потому что только он приносит тебе такие ощущения? И только я могу довести тебя до исступления? — Драко, я… — Ответь мне, — рычит Малфой из будущего, резко вонзаясь в нее. — Да, Драко! Только ты! — вскрикивает Гермиона. — Совершенно верно, — хрипит он, задавая жесткий темп, от которого Грейнджер тает в его руках, ее красивые глаза вновь закатываются. — Ты моя, я никогда тебя не отпущу и никому не позволю прикасаться. Я буду наполнять тебя, пока из твоей пизды не потечет. Но тебе это нравится, ты умоляла меня… — Черт… Ох, боже мой…       Звуки шлепков кожи о кожу эхом разносятся по кабинету, Малфой из настоящего сдерживается из последних сил, его член пульсирует. Он не должен… не может поддаться охватившему его желанию.       В уголках глаз Гермионы скапливаются слезы, грудь подпрыгивает при каждом толчке. Она воплощение всего, о чем Драко когда-либо мечтал. — О да, просто прекрасно… Хочу почувствовать, как ты сжимаешь мой член… — Драко, я… Ах…       Грейнджер теряется в наслаждении, ее ресницы трепещут, слезы текут по щекам. — Да, моя великолепная жена, самая замечательная девочка… Я же говорил тебе… Я знал… Знал, что ты станешь моей… Только моей… Моей…       Третий оргазм охватывает Гермиону, ее дыхание становится прерывистым, влажные щеки пылают, а с губ срываются хриплые стоны удовольствия.       Замерев внутри нее, Драко-старший стонет и кончает, но в этот же момент поднимает голову и устремляет взгляд в угол кабинета, в котором стоит Малфой из настоящего. Сердце путешественника во времени пропускает удар, когда дьявольская ухмылка расползается по лицу Драко из будущего. — Я всегда знал, что ты будешь моей.       Малфой чувствует, будто его тянут за плечи, увлекая во временную воронку и не давая ни секунды на осмысление произошедшего. Собранный им Маховик работает безукоризненно. Хватая ртом воздух, Драко падает на пол кабинета. Приятные стоны Грейнджер исчезают, слышится лишь потрескивание поленьев в камине.       Но ему плевать на все, кроме того, чему он стал невольным свидетелем. Малфой расстегивает брюки и наконец-то обхватывает пылающий жаром член рукой. Он стонет и закрывает глаза, образ Гермионы навсегда запечатлелся в его сознании: выражение лица во время каждого оргазма, розовый оттенок щек, едва заметная выпуклость внизу живота, растрепанные локоны, полная грудь.       Драко хочет почувствовать ее, хочет вкусить ее, хочет познать ее. Он едва сдерживает слезы облегчения, когда скользит ладонью по члену, периодически сжимая головку и выкручивая руку. Гермиона идеально ему подходит. И Малфой сделает все, чтобы ее заполучить.       Спустя всего пару мгновений Драко издает сдавленный стон и кончает. Несколько капель спермы падает на пол. На тот самый паркет, куда несколько минут назад попали соки удовольствия Гермионы. Он воображает, что капли принадлежат ей. Драко жалеет, что не смог остаться подольше, чтобы посмотреть, как его семя вытекает из ее набухшего влагалища.       Малфой изучит ее тело и узнает все предпочтения. Он будет удовлетворять Гермиону всегда, ведь видел, что ей нравится, и запомнил, в каких прикосновениях она нуждается.       Драко готов на все ради нее.       Гермиона Грейнджер станет его женой.