BLOSSOM

***

— Спасибо вам ещё раз за уделённое время.       Полтора часа интервью пролетели почти незаметно. Хотя, признаться честно, в последние пятнадцать минут Синь Ян уже начинала чувствовать усталость и апатию. Девушка-интервьюер смогла к себе расположить, поэтому отвечать на её вопросы было не так уж и муторно. Она старалась полностью раскрыть личность китайского фотографа и иногда меняла темы, переходя с одной на другую.       Это был отличный новый опыт, ведь до этого с Чен ничего подобного не происходило один на один. Пару раз брали интервью, но исключительно в онлайн формате для каких-либо статей в интернете, а тут предложение встретиться лично прям порадовало и воодушевило. Всё же девушка привыкла разговаривать с людьми в реальной жизни, а не за экраном телефона.       Наверное, издержки профессии. — И вам, — ответила фотограф и, кивнув, улыбнулась одними уголками губ, — Надеюсь, что-то дельное получилось. — Конечно-конечно, не переживайте, госпожа Чен, — поспешила заверить её интервьюер и замахала руками в воздухе, — Как статья будет готова, мы вышлем всё вашему менеджеру, чтобы согласовать. Ничего без вашего ведома не опубликуем. — Прекрасно, — Синь Ян было любопытно увидеть готовый вариант, но она готова подождать. Это не такое уж и срочное дело, — Я могу идти? — Естественно, — улыбнулась собеседница, прижимая блокнот к груди, — Помните, как выходить или вас сопроводить? — Не стоит, — отрицательно качнула головой и выставила ладошку вперёд, — На связи. — До свидания, госпожа Чен! Хорошего вечера!       Наконец, можно было отдохнуть. Эти несколько дней получились достаточно насыщенными. Удалось посетить несколько мероприятий, после одного из которых девушка сразу приехала на интервью, дата которого была обговорена заранее. Единственная проблема в плотном графике заключалась в том, что приходилось постоянно взаимодействовать с людьми. Точнее, это и проблемой-то не назовёшь, скорее, причиной, по которой социальная батарея фотографа иссякает в геометрической прогрессии. Синь Ян не имела проблем с коммуникацией, просто иногда хотелось помолчать и выполнять свою работу без лишних бесед, которые не несут особого смысла.       В офисе девушка присутствовала пару часов от силы и всё остальное время проводила в разъездах. Ким Сынмин об этом позаботился. Правда, не известно, чья инициатива была в основе: его или же господина Ли. Тем не менее, факт остается фактом — скучать и прохлаждаться некогда. — Прошу прощения…       Подобное случалось часто. Синь Ян могла быть настолько погружена в собственные мысли, что не замечала ничего и никого вокруг, как сейчас. Она лишь почувствовала несильный толчок, оповещающий о том, что кого-то умудрилась задеть плечом в достаточно широком коридоре.       Девушка мельком посмотрела на «жертву» и уже хотела было пройти мимо, как остановилась. Шаги за спиной тоже стихли. Поворачиваться немного страшно, поскольку, кажется, Синь Ян узнала в незнакомце кое-кого.       Призрак прошлого. — Ян-Ян? — послышался чёткий бас, отчего по телу пробежали мурашки. Фотограф уж слишком давно не слышала его. Отвыкла и даже забыла, однако в данный момент воспоминания начали вспыхивать одно за другим.       Только один человек так её называл. — Феликс…       Возможно, это могло показаться грубым, но девушка так и не повернулась. Их последняя встреча завершилась далеко не на весёлой ноте, и, наверное, Чен всё же чувствовала свою вину где-то очень-очень глубоко в душе. Она действительно не слишком хорошо поступила тогда. Прекрасно осознавала это. Но извиниться сложно. А нужно ли? Почти десять лет прошло. — Даже не посмотришь на меня?       Почему он не мог просто пройти мимо и сделать вид, что Синь Ян для него пустое место? Почему сама девушка остановилась, хотя могла притвориться, что спешит? Для чего нужна эта встреча?       Прикусив язык (не ясно по какой причине), фотограф развернулась и попыталась придать своему лицу немного безразличный вид, как и всегда. Сложно, но нужно. Зрительный контакт с тёмными глазами, под которыми были рассыпаны милые веснушки, хотя их обладателя уже таким не назовешь. Он возмужал и превратился в настоящего мужчину на третьем десятке. Черты лица стали острее, но всё же казались по-прежнему мягкими, как и тогда. В юношестве. — Ты переехал в Сеул? — ответ очевиден, но девушка лишь пыталась завести непринуждённый разговор, хотя он в её планы не входил уж точно. Феликс кивнул. — Ещё после школы, — тень горечи мелькнула в его взгляде, но парень быстро замёл следы, — но я часто езжу в Пусан, чтобы навестить родителей и отвлечься. — Понятно… — из Синь Ян никудышный собеседник, ведь она просто понятия не имела, как реагировать, поскольку была в смятении. Столкновение с прошлым в коридоре нельзя было предугадать. А жаль. Тогда бы, наверное, Чен успела бы морально подготовиться или…сбежать. Как когда-то. — Слышал от твоей мамы, что ты теперь работаешь в Корее, — Казалось, Ли был спокоен, хотя нервное постукивание пальцами по бедру выдавало с потрохами, — Неожиданно. Хотя, зная тебя, можно ожидать всё, что угодно.       Камень в огород. Синь Ян почувствовала эту еле заметную долю упрёка в голосе собеседника, но предпочла не давать никакой реакции. Жизнь научила, что лучше лишний раз не поддаваться эмоциям, чтобы потом не расхлёбывать последствия. — Я приехала примерно полторы недели назад, — ответила Чен и поправила волосы, — Пока планирую задержаться. — М-м-м, — реакция парня была неоднозначной. Кажется, он задумался, но со скептицизмом воспринимал фразу знакомой, — У тебя интервью брали, да? — Типа того, — пожала плечами, — Меня отпустили домой десять минут назад. — Подвезти? — Феликс с интересом ждал хоть какую-то эмоцию от девушки, но тщетно. Она нечитаема сейчас. Снова закрылась. — Зачем?       И правда. Смысла в совместном времяпрепровождении будто и нет. Они совершенно чужие друг другу люди в настоящем, хотя в прошлом их связывало многое. Никто из них не знает своего оппонента: насколько тот вырос и изменился, что любит или терпеть не может. Общих интересов тоже никаких. Хотя судя по тому, что парень в том же самом месте, он здесь работает. Значит, как-то связан со сферой, в которой крутится Синь Ян.       Но этого недостаточно. — Потому что нам надо поговорить.

***

— Вот чёрт!       Прогноз погоды в очередной раз соврал, заставляя Хёнджина чувствовать себя самым обманутым человеком на земле. Дождь лил, как из ведра, а зонтик, естественно, остался дома, хотя сам парень тоже был бы не прочь это сделать. До метро идти минут десять, а такси вообще не вызовешь. Что-то за гранью реальности и походящее на издевательство.       Хван шумно выдохнул, останавливаясь на выходе из офиса под навесом. Что делать? Ума не приложит. Вариант переждать не подходил, поскольку вообще не известно, когда вся эта вакханалия придет к своему логическому завершению. Парень запустил руку в светлые волосы, немного взъерошивая их.       Напротив останавливается тёмно-серая машина, заставляя блондина поднять взгляд, который до этого был сосредоточен на ботинках. Дверь со стороны водителя открылась, и оттуда показался сначала зонт, а потом уже его обладатель. Чанбин обошёл автомобиль и направился прямиком к ничего не понимающему Хёнджину, который мысленно бил себя по лицу, убеждаясь, что всё происходящее не галлюцинации.       Мужчина был немного ниже, поэтому приподнял руку так, чтобы зонтик оказался прямо над головой Хвана и по максимуму закрыл того от дождя. Со молча взял парня за запястье и аккуратно повёл в сторону седана. На удивление, Хёнджин даже не сопротивлялся. Видимо, всё ещё в шоке. Чанбин учтиво открыл дверь и, когда блондин скрылся внутри, сам вернулся на водительское место, немного намокнув, пока убирал зонт.       Заметив капли на волосах мужчины, Хван провёл пару раз по ним рукой, как бы смахивая. Осознание настигло его, когда поймал на себе внимательный взгляд Чанбина, который до сих пор загадочно не проронил ни слова. Парень одёрнул руку и сел ровно, пристёгиваясь. Что за пару секунд слабости вообще? — Привет.       Старший всё-таки нарушил тишину, продолжая наблюдать за объектом своей симпатии. Ему была интересна реакция парня, поэтому молчал до последнего. В целом, Чанбин получил, чего хотел на данный момент. — Добрый вечер, — по привычке ответил Хёнджин, поджав губы. Как-то неловко общаться в такой манере, — Вы так же внезапно решили появиться, как и пропали. — Извини, — уголки губ чуть приподнялись, — Я был занят новым проектом, но если бы знал, что ты скучал, то постарался бы находить свободные минутки. — Когда я сказал, что скучал? — фыркнул Хёнджин и скрестил руки на груди, недовольно смотря на собеседника. Старший усмехнулся. — Значит, показалось, — Чанбин отвернулся к рулю и завёл машину, хитро улыбаясь, — И, кстати, отбрось все эти формальности при общении со мной, я не твой начальник. — Как мне тогда вас называть? — поинтересовался блондин будто с некой издёвкой в голосе. Со развернулся и снова установил зрительный контакт. — А как ты хочешь? — мужчина испытывал его на прочность, бесстыдно рассматривая и не говоря слишком много. Змей-искуситель — прекрасное описание. — Я подумаю, — буркнул Хван и отвернулся к окну, заставив собеседника усмехнуться. Старший доволен собой. Даже не скрывает.       Шелест бумажного пакета где-то сзади, заставивший блондина с интересом прислушаться и замереть. Когда-нибудь любопытство точно погубит его, но не сегодня. Предпосылок для смерти, по крайней мере, пока не было, потому что Со держал свои крепкие руки при себе. — Хватит дуться, — произнес Чанбин, и Хёнджин мог поклясться, что тот на него смотрит, — Я знаю, что ты притворяешься.       Парень всё же побеждённо развернулся и вскинул брови, не ожидав увидеть два стаканчика в руках собеседника. Теперь отчётливо запахло кофе, и Хван сделал глубокий вдох, наслаждаясь ароматом. У него какая-то особая любовь к этому напитку, ведь готов пить его вечно и иногда не знает меры. Однако сегодня, на удивление, это будет первый.       Чанбин удивительный. Иногда совершенно непонятный, но по какой-то причине очень заботливый. Он далеко не идеальный красавец, но достаточно привлекателен. По крайней мере, в глазах Хёнджина. Это странно? Возможно, но парню становится с каждым разом сложнее отрицать очевидное. Отрицать интерес и взаимное влечение.       Эти пару дней старший особо не писал, поскольку, как объяснил недавно, был занят. Хван, если уж говорить совсем начистоту, ждал следующего шага от него и злился, когда ничего не происходило. Блондин начинал привязываться к Чанбину, но до сих пор не знал, хорошо ли это. Парень потерялся в собственных мыслях и никак не найдет выход. Может, потому что сам всё усложняет?       Мужчина начал протягивать кофе собеседнику, но вдруг остановился и вернул руку к груди, когда Хёнджин уже готов был забрать стаканчик. — Знаешь, я тут подумал, — хитро улыбнулся Со, а потом нахмурился, делая вид, что задумался, — Как-то не очень честно всё это… — Так ты сам же купил, — фыркнул парень и снова потянулся к напитку, но старший не сдавался, отдаляясь, — Да что за чёрт? — Сам ты чёрт, — рассмеялся Чанбин, наблюдая за тем, как Хван старался выхватить кофе, но ремень безопасности не позволял этого сделать полноценно, за что был отстегнут.       Младший облокотился одной рукой на подлокотник между передними сидениями и подался в сторону водителя. Вижу цель — не вижу препятствий. Казалось, Чанбину только на руку всё происходящее, ведь его провокаторская сущность получает истинное удовлетворение от подобной близости. — Господин Со, — начал вдруг Хёнджин, заставив собеседника немного удивиться. Что-то новенькое, — Не искушайте судьбу и просто отдайте мне уже дозу кофеина. — И что же произойдёт? — ухмыльнулся Бин. Ему действительно интересно, что придумал младший, ведь в его глазах виднелись озорные огоньки. Блондин облизнул пухлые губы и немного опустил взгляд. — Для чего ты меня провоцируешь? — поинтересовался он, не отодвигаясь. Поза, конечно, не очень удобная, ведь Со до сих пор держит стаканчики в воздухе, а Хёнджин, если так можно сказать, немного нависает над ним. Давление. Очень много давления в воздухе, и младший понимает, как мозг потихоньку начинает отключаться, уступая дорогу желанию. — Уверен, что хочешь знать? — он дышит буквально в губы и не дает никакого пути для отступления, даже не сдерживая физически. Голова кругом, а в машине становится невыносимо душно, несмотря на ливень и плюс пятнадцать за окном. Хван не знает, что ответить. Точнее, отказывать сто процентов не собирается, но и согласиться боится.       Почему? Да так, тараканы в голове. — Хочу…       Хёнджин уже было прикрыл глаза, готовясь к тому, что последует после этих слов, но…ничего не произошло. Лишь опаляющее дыхание в районе шеи и шёпот на ухо: — Ещё не время. Потерпи немного…Джинни. Пиздец.

***

      Яркий красный свет, отражающийся в крупных каплях дождя. Автомобиль остановился на очередном светофоре, увеличивая совместное нахождение двух теперь уже чужих друг другу людей в одном месте.       Разговор не клеился с самого начала, хотя Феликс сам сказал, что нужно обсудить что-то. Он задавал общие вопросы о жизни, получая не особо развёрнутые или воодушевлённые ответы. Синь Ян не знала, как парень себе представлял их встречу через почти одну декаду, тем более, учитывая их расставание. Огромная туча настороженности и неловкости нависала над головой девушки, не давая продохнуть. Хотелось поскорее домой, но вечерние пробки в такую погоду решили иначе. — Я всё думал, — вновь заговорил Ли, сжимая одной рукой руль, — почему ты тогда сбежала, ничего не сказав, и, честно говоря, так и не придумал оправдание, — он как-то горько усмехнулся, — Наверное, это странно продолжать думать о таком в течение стольких лет, но мне до сих пор интересно. Объяснишь?       Нет. Синь Ян никак не хотела ворошить прошлое. Она уже давно предпочла отсеять ненужные воспоминания, которые сжирали изнутри, но Феликс благополучно поспособствовал их возвращению. Возможно, это такая неосознанная месть с его стороны, и он попал в яблочко.       Видимо, бумеранг всё-таки возвращается. — Я испугалась, — твердо ответила фотограф, продолжая смотреть в окно, чтобы собеседник даже не попытался прочесть её эмоции. — Чего? — Я изначально знала, что вернусь к отцу после окончания школы, потому что там мой дом, — пояснила Ян и устало выдохнула, — так было всегда. Не привязываться к тебе было почти невозможно, ведь ты постоянно вертелся рядом, что, в итоге, я сама же проиграла, — опустила глаза и поджала губы, но он этого не увидел, — Понимала, что отношения на расстоянии не сработают, ведь мы бы, возможно, даже и не встретились потом, поэтому было проще внезапно оборвать все связи и уехать. Можешь думать обо мне всё, что хочешь, ведь теперь уже это не имеет значения. Прошло десять лет и мне, если честно, всё равно.       Феликс сосредоточенно слушал собеседницу, следя за дорогой. Изредка можно было услышать, как скрипит руль под его ладонью, что значило только одно — злился. Его понять можно и нельзя одновременно. Синь Ян не знала, зачем парень всё это время задавался вопросом, который потерял значение уже полгода спустя. Почему просто не вычеркнул из своей головы, как кошмар, и не продолжил жить спокойно?       Девушка не особо хотела просить прощения, поскольку лишь его слова или взгляд вызывают чувство вины, но у самой китаянки оно прошло уж очень давно. Чен считала это опытом. Не очень хорошим, но всё же. В том возрасте она была уверена, что так лучше всего, поэтому не за что тут винить. Юношеская глупость и чрезмерный эгоизм — вот и всё. — А меня ты спросить не хотела? — голос Феликса опустился. Он расстроен и, видимо, не скрывал этого, — Мы бы что-нибудь придумали и… — Хватит, Ликс, — само сорвалось с губ, заставив девушку опешить. Давно так его не называла, — Нам почти по двадцать восемь. Какой смысл ворошить прошлое, если теперь мы друг другу, можно сказать, никто? Многое изменилось, поэтому перестань держать у себя в голове тот восемнадцатилетний образ, которого больше не существует.       Обстановка накалялась, поскольку Синь Ян потихоньку взрывалась изнутри. Ей не нравилась ни тема разговора, ни то, как собеседник пытается вызвать искусственное чувство вины, не упуская шанса лишний раз тыкнуть девушку в проступок столетней давности. Чен представляла себе встречу таким образом, что Феликс просто пройдёт мимо и сделает вид, что фотографа не существует, но он зачем-то завел разговор, потом ещё и предложил подвезти. Уже миллион раз пожалела, что согласилась. — Останови, — больше звучало, как приказ, чем просьба. — Ян-Ян… — Просто дай мне уйти, как всегда.       Гвоздь в крышку гроба, где покоится надежда Феликса на то, чтобы увидеть во взрослой девушке ту Синь Ян, которую он знал. Но это уже не она. Точнее, от прежней Чен не осталось почти ничего, кроме имени и фамилии. В отличие от парня, девушка изменилась кардинально, и её тон вперемешку с безразличием оставлял неглубокие, но болезненные порезы в душе.       Ли всё же остановил машину на обочине, разблокировав двери. Китаянка тут же открыла свою и поспешно вышла на улицу, даже не посмотрев на него.       Всего лишь призрак прошлого.