Daylight (Траппер×Призрак)

      «Он такой красивый. Любуясь его утонченным восхитительным телом, я и не предполагал, что под маской скрывается не менее изящное удивительной красоты лицо. Хочу его.. Хочу сейчас… сделать его своим» мысли подобного характера крутились в данный момент в нетрезвой голове убийцы. Поэтому Траппер не совсем внимал тому, что происходит и что он творит.       Накидка улетела на пол, что заставило Призрака занервничать еще больше. Парень паниковал и неистово сопротивлялся, пока Эван стягивал один за одним слои бинтов. - Нет, Эван… Остановись! Ты пьян! – и действительно в отличие от Траппера Филип уже протрезвел, однако конечности все равно плохо слушались, тем более, когда и без спиртного изначальный расклад предполагал превосходство Траппера над Призраком в физической силе.       Избавившись от рубахи и изрядного количества бинтов сверху, Траппер обнажил торс Филипа и не теряя времени тут же припал к шее спускаясь ниже и покрывая поцелуями очерченные ключицы.       «Что же ты творишь, Эван? Я думал ты особенный, ты всегда защищал меня.. А теперь ты один из тех многих, кто издевается надо мной… неужели это мое проклятие навсегда? Плата за все то, что сделал сколько бы я не жалел?...» глаза Призрака увлажнились, и одинокая слеза скатилась по виску вниз, теряясь в белоснежных волосах.       Призрак сломался. Эта ситуация стала последней каплей в непрекращающейся истории его унижения. Отчасти из-за этого, отчасти из-за банальной усталости удары Призрака переросли в вялые толчки, а тем временам Траппер уже исцеловывал нижнюю часть живота, где на рельефной поверхности мышц пресса блестели дорожки от мокрых поцелуев .       Наконец все бинты ворохом полетели на все тот же пол. Траппер стоял, опираясь коленом о кровать. Далее, смакуя момент, которого так долго ждал, он повел ладонью по длинным ногам Филипа от лодыжки до самого бедра. Да, он не раз пускал слюни на эти стройные ножки. Подорвавшись от пошлости действий Траппера, Филип вцепился в запястье мужчины: - Хватит.. – вымучено произнес юноша. - Хочу тебя – возбуждённый неожиданно возникшей вблизи мордашкой Филипа, Траппер, быстро сократив дистанцию, увлек того в поцелуй, укладывая обратно на постель. Тем временем руки блуждали по бокам, опустившись после на ягодицы и нетерпеливо сминая их. Эван кончиками пальцем левой руки касался ануса, пока не начал целенаправленно массировать его и надавливать на отверстие. - Пожалуйста не надо… я не хочу – скулил юноша, пока мужчина облизывал и целовал его шею. Все было тщетно. Траппер будто не слышал. Подняв голову, он засунул два пальца второй руки в рот Призрака. - Соси. – велел он. Филип послушно стал покрывать толстые пальцы своего насильника обильным количеством слюны. Пока юноша делал это, Траппер, воспользовавшись шансом, любовался изредка видневшимися клыками. Ему доставляло особое извращённое удовольствие дотрагиваться до них языком во время поцелуя. Кровоточащие ранки, оставляемые ими на языке, привносили болезненности в поцелуй из-за чего мазохистский нрав Траппера удовлетворялся еще сильнее.       Достаточно увлажнив пальцы, Траппер быстрым движением перевернул Филипа. Накрыв собой дрожащее тело, он принялся массировать колечко мышца иной раз нетерпеливо надавливая. Вот уже фаланга указательного пальца оказалась внутри Призрака. Тот весь напрягся, под тяжестью Эвана Филип тяжело дышал: - Эван… слишком быстро, мне больно – конечно же мужчине было поебать на мольбы колокольчика. Он уже давно потерял последние крупицы здравого рассудка. С безумным наслаждаем убийца прижимался губами к шее, плечам и лопаткам Оджомо, вдыхая аромат тела последнего, чем-то напоминавший слегка сладковатый запах кедрового сиропа и травы. Траппер с силой продвинул указательный палец до конца, отчего Филип вскрикнул, а его глаза заслезились. - З-зачем ты это делаешь?.. – голос Филипа срывался на всхлипы, прежде чем Эван вынул пальцы. В Призраке зародилась надежда, неужели Траппер наконец услышал его, однако спиной он ощущал прожигающий взгляд на себе. Затем почувствовались шевеления, Эван что-то делал сзади.       Траппер потянулся за подушкой и, приподняв Филипа, подложил ее тому под нижнюю часть живота. Снова навалившись, мужчина ввел сразу два пальца в юношу. Надо ли говорить, что пронзительная боль заставила Оджомо заплакать сильнее. - Ай.. ай! хмф – да, одиночная боль, весь спектр ощущений, испытываемых сейчас парнем. Траппер не скупился на засосы и укусы, а также грубо стимулировал стенки анального канала, чтобы побыстрее растянуть Филипа. Тот в свою очередь отчетливо чувствовал прикосновения члена Траппера. Его стояк упирался в ягодицы, из-за чего юноше становилось еще более не по себе.       Решив, что Филип уже готов, Траппер вышел. Он отстегнул лямку комбинезона, затем вторую, оголяя крепкий накаченный торс. Мужчина являлся ходячей горой мышц, огромным по сравнению с Призраком, а его достоинство, казалось, возбуждённое до предела, выглядело если не чудовищных, то весьма внушительных размеров.       Мужчина перевернул Филипа на спину и, нависнув сверху, уставился на зареванное лицо Оджомо. Он не спеша приблизился к нему и принялся целовать щеки и вески, мокрые от слез. - Эван, опомнись, пожалуйста. Если ты продолжишь… если ты зайдешь так далеко, как только можешь, я.. мы с тобой больше не будем.. мх – Траппер не дал колокольчику договорить, заткнув поцелуем. Страстным, настойчивым, как и нынешнее состояние маньяка. - Прекрасен.. Само совершенство… Мое.. – бормотал мужчина, пока в очередной раз зацеловывал лицо и шею юноши. Последний уже потерял всякую надежду. Страх окутал Филипа, он с ужасом ожидал, наблюдая за действиями Траппера и глотая соленную слюну.       Эван, пройдясь ладонями по прессу Призрака, притянул того к себе, схватив обеими ладонями за изгибы талии. От внезапности парень вцепился в простыни над собой. В то время, как Траппер уже подставил головку к анусу Филипа, Оджомо подорвался, отчаянно закрывая промежность ладонями: - Не надо! – мужчина лишь с беспристрастным лицом схватил запястья юноши и прижал их над головой последнего, другой же рукой он ввел головку. - Агх.. – стиснул зубы Призрак. «Эта всего лишь головка, а мне кажется я уже разрываюсь» раздалось в голове парня. - Стой, пока не толкайся.. Нет! – от нетерпения Эван ввел орган чуть более трети и сразу же начал двигаться. Филип брыкался, плакал и кричал, раз за разом умоляя Траппера быть помедленнее. Тот только и делал, что набирал темп, пока не почувствовал более-менее упавшее сопротивление. Мужчина вошел до конца, издав блаженный низкий стон. Лицо Призрака исказил немой крик. Выгнув спину, он замер, осознавая случившееся. - В тебе так горячо... – прорычал Траппер. Филип ощущал, как все внизу горит огнём, конец члена казался таким острым, словно пронизывающим внутренние органы. Все там так болело, что даже не было понятно, порвал Эван юношу или нет. Между тем мужчина набирал темп, хотя толкаться было тяжело, ибо Филип никак не расслаблялся до достаточной степени, а иногда и сильно сжимал Траппера внутри, что одновременно доставляло мужчине боль и мазохистское наслаждение.       Тем не менее МакМиллан мало-мальски, но все-таки желал доставить удовольствие и партнеру (как бы абсурдно это не было в данной ситуации), поэтому он припал соскам Призрака вылизывая и обсасывая то один, то второй. К счастью Траппера и к ужасу Оджомо, юноше понравилось. Он даже закусил кубу, чтобы не дай бог не издать ни единого предательского звука. «Проклятье!! Тебе не должно это нравиться!! Я не хочу! Так почему мое тело?…».       Как бы не хотелось отрицать очевидное, а Эван оказался хорош, ибо у Филипа встал, чему сам Филип был мягко говоря не рад. - Детка, расслабься.. хватит дразнить меня, тебе же нравится – буквально промурлыкал на ухо Призрака Эван. - Нет – едва ли не в бреду произнёс парень; видимо, здравый смысл оставлял его на произвол матушки-Судьбы. Тогда Эван увлек юношу в очередной поцелуй, на этот раз довольно влажный и пошлый, как бы подтолкнув Оджомо к точке невозврата. Призрак ответил, что было для МакМиллана истинным триумфом. Мужчина потихоньку отпустил руки парня, переместив одну свою ладонь на наружную часть бедра юноши, а другой начав ему надрачивать. Все это время Траппер двигался медленно, нащупывая всей поверхностью органа нужное выпячивание стенки кишки. Отыскав ту самую область, Траппер чуть развёл ногу Призрака и прижал передней частью бедра к его животу, повернув таз юноши так, чтобы при каждой стимуляции прокатываться головкой по простате.       Заново нарастив темп, Эван двигал руку в такт толчков. Член Филипа истекал смазкой, что было как раз на руку Трапперу (хех каламбурчик), для того чтобы лучше скользить и делать партнеру приятнее.       Тем временем Филип пребывал в странной мешанине из противоречивых ощущений. Раньше кроме боли толчки ничего больше не доставляли, однако сечас к боли примешалось незнакомое сладкое чувство, чрезвычайное удовольствие. Вдобавок, парня еще и стимулировали спереди. Эван без конца осыпал нежными чувственными поцелуями шею, грудь и ключицы Призрака, что весь тот ужас, произошедший прежде, терялся в памяти.       Совсем расслабившись, Филип обвил ногами талию Траппера, принявшись блуждать ладонями по шее и широкой спине, от наслаждения цепляться кончиками пальцев за контуры лопаток.       Контроль над голосовыми связками тоже иссяк, и вот, сперва тихо, а затем все громче и чаще, Призрак издавал стон за стоном, не слишком понимая, что если бы он услышал себя сейчас, то ужаснулся бы контрасту, ибо несколько минут назад его собственный голос звучал слабо и жалобно. - Ты так восхитительно стонешь.. – снова, будто находясь под кайфом, выдал Эван. По всей видимости, алкоголь имеет на мужчину отложенный эффект, так как именно сейчас его мозги уподоблялись каше и по функционалу также мало отличались от данного блюда. В голове лишь крутился образ прекрасного Филипа, которого хотелось сделать только своим, любить, целовать и ласкать. Что удивительно, Траппер совершенно не понимал, что действует против воли Оджомо. Для него происходящее казалось чем-то вроде забавы. - Мхм.. Ах!! – резкий стон сорвался с уст Призрака в момент, когда струя спермы окропила живот и стекла на ладонь Эвана. Пребывая в экстазе от приближения эякуляции Траппер издавал негромкие и низкие звуки наслаждения, пока, кончив, Филип рефлекторно не сжал член мужчины внутри, тем самым доведя и Эвана, с протяжным рычащим стоном заполнившего узкий проход горячим семенем.