очередная ночь

Ты просто спишь, витаешь в своих фантазиях, созданных вымотанным и опустошенным сознанием... Но внезапно что-то прерывает твоё спокойствие, глаза сами открываются и ты чувствуешь, словно вся боль, которую ты когда-либо пережил падает на тебя в одночасье. Глаза сразу же наполняются слезами, которые вначале неспешно, а после словно нескончаемый дождь катятся по твоим бледным впавшим щекам, так проходит наверное где-то час. Но ты через силу останавливаешь себя, осознавая, что иначе ты либо никогда не остановишься, либо только тогда, когда организм попросту полностью будет обезвожен, и аккуратно приподнимаешься на руках, встаёшь на ноги, вытирая лицо, а после медленными, слегка прихрамывающими шагами подходишь к зеркалу. Как же ты убого выглядишь: всё лицо опухло, эти чертовы ненавистные веснушки так и хочется содрать вместе с кожей с лица, кажется, словно всё в этом маленьком, забитом и уставшем теле тебя до ужаса раздражает и противно. Ты стискиваешь зубы от злости на самого себя и сильнейшего чувства отвращения. Но самый болезненный момент потихоньку отходит на второй план, как и твои глаза становятся менее красными и заплывшими. Ты тихонько вздыхаешь и смотришь в окно. Внезапно в твоей голове зарождается глупенькая и бессмысленная на первый взгляд идея, но столь манящая. Однако, тебя прерывает кот, ластящийся и пытающийся словно залезть под твою руку. Он всегда так делает, когда ты выходишь из ванной после часовых завываний, от которых тебя уже наверное ненавидят соседи (но крики так тяжело сдерживать порой). Этот пушистик явно чувствительная натура (или же просто не глухая). Ты не можешь не умиляться такой любви питомца и откровенно тискаешь его. Но комок счастья кажется и не против. Закончив, ты вновь вглядываешься во двор на свою маленькую неказистую машинку марки киа и понимаешь, что больше не вытерпишь, слишком часто тебе приходила эта мысль в голову. Подбегаешь к чайнику, включаешь его и хватаешь стоящий на столе, приготовленный предусмотрительной тобой заранее, термос, насыпаешь туда ягодного чая и бежишь к шкафу, чтобы поскорее открыть его и достать одежду, пусть и не тёплую, но тебе всё равно. Сейчас мысли крутятся совсем не вокруг неё. Берёшь уже вскипевший чайник, наливаешь в термос, с миленькой нарисованной зверушкой на нём, кипяток. Накидываешь на себя зипку, которая явно размера на два больше твоего. Глаза натыкаются на чуть не забытую сумку, которую ты надеваешь на левое плечо. Быстро открываешь дверь и несешься к лифту. Вроде бы ничего тебя не торопит, ведь сейчас всего час ночи, но что-то словно кричит, что нужно быстрее.       Ты считаешь этажи. Кажется, будто даже дышать ты сейчас разучилась, а сердце прекратило стучать. Но двери кабины открываются, и ты вылетаешь из него, чуть не врезаясь в дверь. Вот ты уже и во дворе. Воздух недавно прошедшего дождя и летней ночи тут же заполняет твои лёгкие. Даже сейчас тебя это заставляет немного отвлечься и почувствовать толику свободы. Ты садишься в уютную машинку, заводишь её и жмешь на газ. Но дорога ещё предстоит длинная. Приезжаешь ты где-то в 4 часа утра. На небе уже видны небольшие просветы, но это того стоило. Тут даже объяснять не стоит, что конкретно, ведь это невозможно описать, даже чувство, как ты такой маленький стоишь среди этих огромных сосен, кажется, словно тебя сейчас они раздавят своей высотой, ибо ты всего лишь невзрачный человечек на фоне этого не кончающегося леса. Ты здесь абсолютно никто и ничего не значишь, но вместе с этим осознанием беспомощности приходит и кое-что другое, намного более приятное. Ты никому ничего не должен. Ни одно живое создание не скажет тебе ничего, кроме какого-то цокота и ненадоедливых посвистываний. н Но разве это можно хотя бы назвать словами? Да, эти звуки связаны между собой, определённо, но они звучат совсем не как разозленные крики людей или тихий шёпот сплетен за твоей спиной, а как лёгкий голос природы. Его слушаешь намного легче, чем эти раздражающие повседневные возгласы. Ты делаешь неуверенный шаг и начинаешь потихонечку, словно боясь, идти в глубь чащи (хотя куда дальше?). Где-то через полчаса ходьбы ты находишь огромный камень, весь обросший мхом. Осторожно прикасаешься к нему, словно спрашивая у здешнего хозяина: «можно мне это сделать?» Конечно тебе никто не отвечает. Но ты и так знаешь, что тебе сказала сама природа на этот безмолвный вопрос. Это не объяснить. Ты просто ощущаешь по этому шелесту зелёной травки, далёких трелей соловья, что тебе разрешили. Осторожно, чтобы не содрать и самого мельчайшего растения, ты ложишься на твёрдый и холодный камень. Почему-то проскальзывает мысль, что он чем-то напоминает твое сердце. Но ты быстро отгоняешь её. Тебе не нравятся похожие пафосные сравнения, прямо тошнит от них. Ты вдыхаешь запахи леса, хвои, смолы, грибочков, ещё недогнивших прошлогодних шишек и думаешь, как бы было хорошо слиться со всем этим, просто стать одним единым. Но вот ты понимаешь, что ещё минута такого полного расслабления организма и ты попросту уснёшь. Ты резко встаёшь и спрыгиваешь с камня, начинаешь идти вперёд, находишь большую лужу. Но вода здесь такая чистая, приятная, не как в городе, где она бы обязательно смешалась с бензином, землей и слюной, нет. Сейчас к ней даже хочется прикоснуться, что ты и делаешь в следующее мгновение. Рука сама тянется, и ты ощущаешь прохладу на своих пальцах. Однако ты продолжаешь и полностью погружаешь ладонь в жидкость, хотя по всей твоей руке до плеча уже бегают мурашки. Ты сидишь так ещё минут десять, просто смотря на гладь воды. Но внезапно тебя словно что-то заставляет проснуться и ты, встрепенувшись, подскакиваешь и начинаешь бежать, словно кто-то за тобой гонится и на кону стоит буквально твоя жизнь. Ты бежишь, спотыкаешься, но продолжаешь, не оглядываясь. Кажется, что сейчас этот лес хочет тебя съесть, а не успокоить и расслабить. Наконец вся в холодном поту и уставшая, ты добегаешь до машины и кажется со скоростью света садишься в неё, минут пять пытаешься отдышаться, после чего, немного отдохнув, смотришь на лес. Тебе кажется (а кажется ли?), что из леса смотрят чьи-то два хищных глаза и природа уже совсем не так добра, как была вначале. Ты вновь начинаешь дышать так, словно минут пять сидела под водой. К горлу подкатывает ком. Ты срочно заводишь машину. Но это случается уже далеко не в первый раз и выезжая вновь на трассу, где изредка начинают проезжать машины. Ты понимаешь, что проблема вовсе не в людях, да и тем более не в лесных зверьках.                               А в тебе. И тут ты вновь, совсем не стесняясь, начинаешь рыдать и завывать во всё горло, разрывая его. Это просто ты бракованное создание, неприспособленное ни для жизни среди своих сородичей, ни для жизни в забытом всеми домике, стоящем в лесу. Тебе нет места ни там, ни там. Тебе просто нет места нигде.