Потерянное время

Соран торопливо перебирал своими ножками, во всю оглядываясь по сторонам и лишь сильнее сжимая ладошку своего братика, стоило любому шороху раздаться поблизости. Всё вокруг было очень страшным и пугающим для мальчика в капюшончике, всё заставляло его дрожать и нервно вздрагивать всем свои скрытым плащом тельцем. И только крепко сжимающая его в ответ рука придавала ему сил и успокаивала, заставляя часто-часто поглядывать на поддерживающего его брата, что так твёрдо и непоколебимо смотрел вперёд, словно он и в самом деле разбирался в том, куда они шли. Но лес всё никак не хотел расступиться перед ними и показать реку, к которой они так самозабвенно направлялись, и всё затягивающаяся прогулка грозилась растянуться ещё на несколько часов. Потому что три маленьких провожатых были ничуть не лучше одного, в чём уже в полной мере успел убедиться угрюмый Зоро, которого малолетняя тигрица так упорно вела вперёд. Куина решительно шла куда-то, будучи свято убеждённой в верности карты в своей голове, и в какой-то момент, обменявшись быстрыми взглядами со вторым тигрёнком, взяла своего трусливого братца за вторую свободную ручку, став словно наконечником стрелы, что выбивался вперёд всех, пока по его краям находились остальные заблудившиеся путешественники. Весело поднимался вверх один зелёный полосатый хвост, степенно плыли над землёй ещё два, и компания из четырёх странников странным строем продвигалась вперёд, будучи уволакиваемой беззаботной девочкой, бодро машущей руками, вместе с зажатыми в них ладонями. -Мы к реке идём-идём, к ней когда-нибудь придём, - звонко и радостно затягивала Куина, улыбаясь во всю ширину своего рта и показывая всему свету свои тигриные клыки маленькой альфы. – Там помыться надо нам и очистить весь наш срам. -Папочка тогда за это угостит нас всех котлетой, - уже большим количеством голосов продолжалась песня, пока Ророноа, до этого едва подавляющий возмущение, бившее через край, всё с большей отчётливостью ощущал, как злость тихими волнами отпускает его, заменяясь на что-то другое, уже куда более приятное и греющее душу. -Пирогом, тортом, конфетой, в этой песенке воспетой, - дружным маршем через лес шли четыре фигуры, заставляя всё зверьё спрятаться и скрыться по тем самым пугающим Сорана кустам, что сейчас, улыбаясь не меньше Куины, также восторженно махал руками, энергичным шагом идя вперёд вместе со своими братиком и сестрёнкой в компании большого и явно очень доброго дяденьки-тигра. Потому что недобрые дяденьки так не улыбаются! -Река! Река нашлась! – с восторгом прокричала Куина, когда через ещё несколько кругов, заворотов и возвращений назад, они вышли к неспешно и неторопливо бегущей реке, что спряталась в лесу. Небольшая речка текла меж отступивших от неё в этом месте деревьев и кустарников, имея небольшие пологие склоны и манящую зелень по своим берегам, на одном из которых уже через минуту после победного крика оказалась одежда смеющейся в предвкушении тигрицы. -А вы куда собрались? – смотря на то, как двое тигрят сооружали из своей одежды небольшое ложе для своего братика, удивлённо спросил хмурый Ророноа, уже имея самые дурные предчувствия и нисколько не желая вылавливать тонущих детей треклятого кока из воды. -Как куда, дяденька? Конечно же, тебя сторожить, иначе ты даже в воде потеряешься, - как самую естественную вещь во всём мире, уверенно произнесла малышка, оставшаяся уже в одном нижнем платье на голом теле. – Так ведь, Муги? Мы дяденьку идём сторожить и нисколько не развлекаться сами? -Чертовка, да ты сама в этом призналась! – тут же рыкнул рассердившийся Зоро, на которого посмотрел тигрёнок с ничего не выражающим личиком. -Неправда, Мху это послышалось. Большой Мох превращается в Водоросль, и поэтому ему мерещится всякое, - сохраняя свою незыблемую мордочку, спокойно произнёс Муги, в следующий же миг разворачиваясь на месте и приспускаясь вслед за своей сестрой в воду, что уже с громким плюханьем разлетелась от зелёной бомбочки. -А Соран не любит воду и в речке купаться! Для него здесь сыро, холодно и неуютно! – выныривая из-под воды на всей громкости своих лёгких прокричала Куина, пока мальчик в плащике, скрестив ножки, сидел на чужой одёжке, уже вновь во всю срывая цветочки вокруг себя, и с блеском в голубом глазу и несдерживаемой улыбкой на губах начинал их плести, изредка украдкой поглядывая на замявшегося Зоро. Дети у Бровастика определённо были очень разными. Очень отличными друг от друга и к чертям всяким неугомонными! Вот зачем эти два тигрёнка уже умотали?! -Стоять! А кто вас и ваши хвосты потом просушивать будет?! – достоверно чувствуя грядущую проблему, спешно бросился за всё ещё не успевшим зайти в воду тигрёнком Зоро, быстро покидая такого смутившего его мальчика в капюшончике, который тихонько хихикая в кулачок, плёл новые венки, в памяти воссоздавая картинки уже засушенного и неприглядного кольца из цветов и трав, что так и хранился на стоянке тигра. -Как потом весь ваш мех сушить, негодники? – успевая поймать и остановить хоть тигрёнка, с возмущением поинтересовался Ророноа, смотря вначале на ещё сухие пушистые ушки Муги и его мохнатый полосатый хвостик, а затем с горестью - на целиком мокрую Куину, выглядывающую из воды. -Согласны ходить сырыми и заболеть? – чувствуя родительское негодование по поводу поведения двух дитяток Завитка, всё не унимался в своём недовольстве Зоро, уже с тоской думая о том, как им надо будет просушивать длинные волосы тигрицы. Сегодня нет палящего зноя, пары лишних полотенец он с собой не носит, а дети до подросткового возраста свои звериные части прятать всегда не умеют, чтобы хоть немного облегчить вставшую задачу! -Куина не болеет, - стоя прямо напротив торопящегося раздеться тигра, невозмутимым тоном ответил Муги, тут же слыша раздавшийся на всю округу согласный визг своей сестрицы, что ещё ни разу папочку своей простудой не беспокоила и не волновала. Очевидно, всякая болезнь тоже боялась от неё кулаком получить. Но вот только такого ответа дяденьке, что осторожно укладывал мечи на свои же вещи, явно не хватило, потому что его сердитый взгляд так и не изменился. Молчаливо и уверенно, продолжая смотреть прямо на взрослого мечника, маленький тигрёнок спрятал и скрыл свои хвост и ушки, ничуть не меняясь в выражении своего личика, и, лишь завершив трансформацию, неспешно направился к воде, оставляя позади обомлевшего Зоро, едва осознающего увиденное. Брови тигрёнка распрямились! -Постой! Что сейчас произошло?! – всё ещё видя перед собой два уголка, бывших в точности его собственными бровями, ошарашенно спросил Ророноа, на которого нисколько не обращала внимания его копия, что так медленно и вальяжно подходила к воде, находясь в целиком расслабленном состоянии, чтобы потом вдруг резко и неожиданно плюхнуться в воду, обливая изумлённого Зоро, вмиг приобретшего постное и угрюмое выражение лица. -Папочка говорил, что мхам надо много влаги. Я полил Мох, - совершенно равнодушно и спокойно, не отрывая пустого и безэмоционального взгляда от кислого мечника, рассказал, что только что случилось, Муги, пока вокруг всё утопало в безмятежности и богатстве лесной жизни. -Муги просто очень-очень невероятный! Он с рождения хвост с ушами прятать умел, а Соран уже в четыре годика папочке порывался на кухне помочь! Потому что он станет лучшим поваром в мире и заберёт это место у папочки! А это очень почётно, даже почётнее сильнейшего мечника! Потому что еда придаёт сил, она объединяет всех вокруг себя и.., - не упуская ни одного случая похвалить своих братиков, самым серьёзным и сосредоточенным тоном вела свой рассказ просвещения Куина, пока два тигра рядом с ней безотрывно смотрели друг на друга. Медленное сближение, уверенные шаги Зоро в одном исподнем и непоколебимая решимость Муги оставаться на месте. Всё продолжающийся рассказ Куины и небольшой прищур трёх глаз, что готовы к бою друг с другом. Потому что это жизнь, это страсть, это ярость и борьба! Это сражение двух Мхов за возможность облить другого! -И вообще еда - это к тому же очень и очень вкусно и полезно, включая все котлеты и конфеты, так ведь, Соран? – милейше улыбаясь своему испуганному братику на берегу, сладкой трелью уточнила тигрица, пока рядом с ней ничком в воду плавали два тела тех, кто так и не выяснил, какой именно Мох окажется самым напоенным, облитым и пущенным ко дну, потому что папочке такие разборки точно бы не понравились. -Я сам решил сдаться и был полностью согласен с Куиной, - и в самом деле никогда не идя против сестрицы, нисколько не соврал чуть приподнявший от воды голову Муги, в то время как ему в ответ также старались больше не выглядеть беззаконно утопленным. -И, кажется, я тоже, - встречаясь с тигрёнком взглядами с уже целиком потухшим огнём боя, бесчувственно произнёс Зоро, после задумчиво посмотрев на мальчика на берегу, что с таким упоением и восторгом плёл свои венки. Но вот уже летают брызги во все стороны! Звенит и переливается смех Куины, а два Маримо всё стараются выяснить друг у друга, кто же именно является им, пока взлетевшие в воздух капли сияют маленькими алмазами, что и без того видит всюду суровой и извечно несокрушимый Ророноа Зоро, к которому каждые пару минут подплывает один из зверят, прося подкинуть его и сделать самый большой фонтанчик. -Достойный лучшего на свете папочки? – не упускает случая уточнить усмехающийся Ророноа, сразу получая бесспорное согласие в ответ. И слышится всюду весёлый говор, широко улыбается тигрица и блестит своими серыми глазками под острыми бровями её братец, что уже сам забирается большому и ничуть не сопротивляющемуся тигру на спину, чтобы сигать в разлетающуюся во все стороны водную гладь. И чуть прищуривается Зоро, немного прикрывает свой единственный глаз, пока взгляд его становится неимоверно тёплым и мягким, ведь под ним вопреки всем его усилиям виднеется такая кроткая и ласковая улыбка. Совсем по-отечески смотрит на чужих детей Ророноа, пока его самого не менее пристально разглядывают со стороны мягкой и зелёной травы, всякий раз закрываясь ладошками, если случится перехватить тигриный взгляд. -Всё, все на выход, сорванцы. Купание окончено, - безапелляционно объявил Зоро, подталкивая заигравшихся детей на берег и тут же получая их категорическое несогласие, вылившееся яростным и бурным сопротивлением. -Ах, вы так! – угрожающе скалясь, прорычал завёдшийся мечник, по очереди ловя каждого уплывающего от него проказника. Вначале резко в одну сторону, затем в другую, опасный оскал и детский визг, брызги и ловкое движение сильных рук, предрешившее победу! Куина на плече. Муги под мышкой задом вперёд, и всё! Дело сделано, и оба сопротивленца отправляются на сушу. Спокойно и неторопливо шагал Зоро, медленно выбираясь из воды и с приятным трепетом внутри ощущая вес двух маленьких зверят. Вот один зверёныш на плече барахтается и со смехом колотит его маленькими кулачками, прося пустить поплавать ещё, а вот второй поддерживающе мычит и старается ухватить его за хвост, ногами дрыгая во все стороны и стремясь туда же в сторону воды. -Губы уже посинели, - самый бессмысленный и бесполезный аргумент скорее самому себе сказал сердитый Зоро, даже не рассчитывая на то, что дети внемлют к этим его словам, и тут же находя куда более действенные. – Значит, всё-таки хотите постараться наверняка замёрзнуть и заболеть? А кто вас лечить потом будет? Хотите, чтобы ваш папочка о вас волновался и ночами возле вас не спал? О как! Сразу затихли! Перед папочкой сразу стыдно стало? То-то же, головастики… Эй, вы чего удумали? Удумали меня победить? Так не доросли ещё! И громко хохоча ото всей души, Зоро нёс двух тигрят, что став полностью зверьми, всё пытались выбраться из его хватки и повалить его самого. Усилия всё не стихали, хватка ничуточки не слабла, а нижнее платьице Куины трещало по швам, не выдерживая размеров пушистой зелёной тигрицы. Два мягких мохнатых вихря крутились в руках у смеющегося Ророноа, что только раззадоривал хвостато-полосатые комки злости, без устали спрашивая у них, что это такое его как будто щекочет и словно пытается победить. Шла ожесточённая борьба, всё громче рычали пушистые шарики, никак не желая сдаваться и надеясь всё же одолеть захватившего их тигра, что так и не хотел признавать в них грозных соперников. Хвосты и лапы крутились во все стороны, ничуть не унимались два тигрёнка и Зоро с неясной ему самому гордостью отмечал, что тигры из них будут крупные и знатные. Невероятно большие и грозные в полностью зверином обличии, как и он сам, огромный и пугающий всех монстр. Он был в пару раз громаднее простого тигра и даже больше чудовищных размеров Луффи в его облике здоровенного дворового кота. И эти детёныши определённо будут такими же. Бровастик постарался в своих поисках очень знатно. Ведь вон какие здоровенькие и крупненькие тигрятки у него получились, вон насколько большенькие! Такие большенькие, что у Муги бельё, как оказалось, ещё в самом начале порвалось, что только сейчас было с хохотом замечено под треск дорвавшегося платья Куины. -Ладно-ладно, победили! Всего и целиком одолели и завалили! - падая на траву и раскидывая руки во все стороны, добродушно и мягко смеялся Ророноа, пока на нём скакали два тигрёнка, что больше не имели на себя никакой сковывающей их одежды. Но долго такое благородство мечника не продлилось, и уже вскоре стали щекотаться первые мягкие и пушистые бочка под удивлённое мяуканье его обладателя. И вот уже чьи-то уши тоже оказались почёсанными со всех сторон, а вот был пойман и чей-то юркий хвостик и тыкнут чей-то нос, чтобы в итоге, разрешая себе недолгую слабость, в обе руки обнять два меховых тельца, что, протяжно мурча и рыча, хотели баловаться ещё. Утопая в траве, лежит сильнейший мечник в мире, двумя руками сжимает он двух тигрят, чувствуя, как напрягаются их мышцы, а мех становится сырым на кончиках от контакта с его целиком мокрым телом. Нисколько не хмурится сейчас и не имеет привычную суровость во взгляде Ророноа Зоро, у которого в этот миг так сладко-сладко в груди и так восторженно-блаженно на душе, что хочется выть, скулить и орать во всю глотку от чувств и неземной радости. Ведь так замечательно, так хорошо и руки хочется сжимать всё сильнее и сильнее, едва справляясь со своими эмоциями, тем более сейчас когда к нему подошёл извечно шугающийся его мальчик в капюшончике, что так неловко улыбнувшись, положил ему новый венок на голову. -П-потому что старый уже завял, а ты всё ещё его хранишь. И п-поэтому храни теперь этот, новый и свежий, раз ты так любишь венки, дяденька, – запинаясь от смущения и нервно мня свои нежные пальчики, едва произнёс Соран, пока на него смотрели снизу вверх, тоня в океане любви и тепла. Это всё же определённо были три сокровища. -И обратно мы сегодня уже, скорее всего, не доберёмся, - убирая свои мечи в полагающееся им место за собственным поясом, как самую естественную, но от этого не менее тоскливую вещь произнёс Зоро, едва представляя, как теперь возвращать коку его детей, которые этим в отличие от него нисколько не были опечалены, уже формируя знакомый строй и готовясь к новым многочасовым скитаниям по лесу. -Доберёмся, ведь нам надо к папочке, а то иначе кто будет Муги его трусы порвавшиеся зашивать? – без промедлений хватая грозного мечника за руку и тут же спеша уйти в лесную чащу прочь от реки, которую они ранее так долго искали, с бодростью произнесла Куина, закинувшая своё порванное нижнее платьице себе на плечо и от этого ощущавшая несказанную лёгкость. И зачем только папочка требует, чтобы она его под основное надевала? Ведь если ей захочется превратиться, то она может просто вначале раздеться и сразу же полностью тигрицей стать, и никакое исподнее для приличия и чтобы голенькой не оказаться ей не нужно. Потому что она страшная и сильная тигрица! Гр-ррр! -Но мы не всегда так вещи рвём, дяденька! Мы просто случайно заигрались и забылись в этот раз. Но даже в любой другой раз мы хорошую верхнюю одежду ещё никогда не рвали! Так ведь, Муги? – торопясь получить от братца подтверждение своим словам, хотела оправдаться перед Зоро тигрица, желая доказать, что они к вещам так легкомысленно не относятся. – Папочка всегда в самое лучшее нас одевает, и мы, правда-правда, нисколечко не хотим, чтобы его старания пропали даром. Ведь он так счастливо улыбается, когда мы хорошо одеты и накормлены, потому что папочка нас очень любит. И мы папочку тоже! … А вообще на этот раз надо какую-нибудь более длинную песенку придумать, потому путь ещё более длинным окажется, ведь мы снова вернулись в реке! И вновь потянулись зелёные лабиринты, и снова стали перебегать и меняться местами деревья и кустарники, путая и изменяя все тропинки и вынуждая четверых путников как можно дольше ходить по лесу одной большой компанией. -Вместе мы идём-идём, вместе ходим и поём, мы помылись, наигрались и обратненько собрались, папочка нас дома ждёт и печёт большой пирог! Папочка нас очень любит, папочка нас приголубит, папочка полюбит всех. Дяденька? И снова эх… Мы идём-идём, идём, эту песенку поём! Очень мы спешим…вот где-то здесь…. и куда-то вон туда, ведь там оставлена еда! И почему ты смотришь так удивлённо, дяденька? Ты же не думал, что мы пришли с пустыми руками! А-аа, удивляешься тому, что мы её забыли… Но мы просто очень спешили тебя помыть! И поэтому не жалуйся, дяденька, а пой вместе с нами! Ведь вместе мы идём-идём и когда-нибудь придём! Верно ведь, дяденька? Стоянка у ручья встречала путешественников в лучах заката, что едва добирались до самой земли в лесу, спеша, как можно скорее начать укрывать всё ночной тьмой. Но тени ещё не вытянулись до наибольшего своего размера, а мёд и вишнёвая роза в небе не желали уходить второпях, давая трём детям бывшего кока мугивар ещё немного времени побыть с таким добрым к ним мечником, что, вместе со всеми садясь на уже такое родное поваленное дерево, всё же решался подозвать мальчика в капюшончике. Соран долго мялся, полторы недели уже смущался и робел, никак не находя в себе сил озвучить своё глупое маленькое желание. И сегодняшним вечером снова отходя ото всех, лишь бы не чувствовать чрезмерной неловкости из-за собственной трусости, мальчонка немало изумился тому, что дяденька позвал его к себе. Как собственно изумился и сам дяденька, когда к нему послушно подошли и уставились на него большой сомневающейся голубизной под боязливо хлопающими ресницами. -А…а…а можешь меня на коленки посадить, пожалуйста? – едва преодолевая и произнося даже первый звук, робко пробормотал Соран, чувствуя сильнейший страх внутри. -Соран любит у папочки на коленях сидеть. Он ко всем, кто ему нравится, на коленки просится, а ты ему ещё в первый день понравился, дяденька, - поражая и без того удивлённого Зоро своим многословием, не прекращая жевать, пробормотал Муги, уплетая при этом за обе свои набитые щёчки так, что его уже возвращённые мягкие зелёные ушки едва ли не ходили ходуном, пока его брови-спиральки весело завивались в одну сторону. -Ага, он и к дедушке Зеффу всегда на коленки лезет, когда мы видимся. Правда, мы очень-очень редко видимся и то лишь потому, что пересечь какую-то там красную полосу стало возможно практически везде, - ни сколько не отставая от братика в поедании дождавшихся их запасов, едва смогла произнести из-за полного рта Куина, ужасно проголодавшаяся после водной битвы. – Но папочка нам подробно об этом не говорит и дедушке Зеффу это запрещает. И нам даже кажется иногда, что папочка дедушку Зеффа очень боится, хоть дедушка Зефф его и очень любит, и это даже мы, дети, видим. Дедушка Зефф даже часто ругает папочку и спрашивает у него о том, любит ли он нас и как сильно. Потому что сам дедушка Зефф папочку также любит! Так он и говорит и после всегда добавляет, что это очень отвратительно заставлять его так переживать. Но на папочку это не действует, и он всё продолжает дедушку Зеффа бояться. Потому что иначе он бы так не осторожничал при встречах с ним, и мы бы так от него не сбегали. А ещё мы с дядями Патти и Карне тогда видимся, но вот только их папочка тоже боится. Хотя они все нас очень-очень любят вместе с папочкой, но папочка им нисколечко не верит, потому что даже они точно не знают, где мы живём! Ведь мы встречались на этой самой красной полоске! -Значит, боится, да, - чуть склоняя голову и взглядом теряя всё из виду, тусклым голосом проговорил Зоро, точно вспоминая, что хозяин Барати клялся им, что также как и они не ведает, где находится треклятый баклажан. Знать, получается, не знал, но встречал вместе со своими коками и наверняка при угрозах бровастой бестии о том, что она совсем скроется и потеряется, попытайся они её выследить или сказать кому о ней. Чёртов кок прятался вообще ото всех. Скотина со спиралями решила, очевидно, разбить как можно больше сердец. -Иди ко мне, малыш, - сменяя тоскливую печаль на тёплую мягкость во взоре, негромко прошептал Зоро, за подмышки усадив на свои колени и став придерживать за плечики такого довольного этим мальчика, всегда одетого в плащ. -Но вот только мы совсем пару раз с дедушкой Зеффом виделись, и раньше папочка с ним долго-долго не общался. Так дедушка Зефф сказал и был очень зол за это на папочку, но просто он не знал, что мы раньше очень трудно жили. Нам об этом в деревне сказали, потому что сами мы об этом не помним, - так и не прекращая жевать, беззаботно и доверчиво болтала Куина, пока рядом с ней на коленях помрачневшего дяденьки сидел таким счастливым её братик.- Нам сказали, что папочка тогда очень много плакал, но нас не бросал, и вообще, дяденька, мы даже не с этого острова! Папочка с нами откуда-то с другого места приплыл и в лесу поселился вдали от всех, потому что ли…просто потому что поселился. Хотя здесь в деревне очень добрые-предобрые жители, а в какой-то другой были злые-злые, и папочка от них сбежал. Вот! Папочке очень трудно были и тяжко, и он поэтому с дедушкой встретиться никак не мог, но мы этого дедушке Зеффу не стали говорить, чтобы он не расстраивался и за папочку ещё больше не переживал. Ведь узнай он, что папочка много голодал и был совсем нищим, ему бы это не понравилось, и он бы папочку отругал, а мы не хотим, чтобы папочку ещё больше ругали, потому что сейчас у нас всё хорошо. И даже настолько, что папочке больше одного из нас не предлагают продать, чтобы прокормить других! Маленькая ладошка быстро накрыла чужой болтливый рот, и Муги резко повернулся к удивившейся сестрице, нисколько не понявшей, зачем её братик решил её заткнуть. Ведь этому дяденьке можно доверять! Она его нашла, и она за всё, связанное с ним, отвечает! -Н-но папочка вначале просто не хотел к дедушке почему-то, а потом нисколечко не мог, и мы, в конце-концов, сами справились, - дергая задумавшегося Зоро за одежду и привлекая его внимание к себе, в защиту своего папочки тут же залепетал Соран, ничуть не хотя, чтобы кто-то думал, что их папочка плохой. – Поэтому, дяденька, поверь, папочка самый-самый лучший во всём мире! Поэтому, пожалуйста, не сомневайся в нём, дяденька, потому что папочка и в самом деле хороший! -Самый хороший? – перебарывая всё внутри себя и запирая где-то глубоко-глубоко в сердце свои разбушевавшиеся вмиг чувства тоски и боли, с усмешкой спросил Зоро, решая больше не затрагивать тему того, как жил этот самый папочка последние восемь лет. К тому же сейчас, когда столь похожий на него ребёнок сидел таким улыбчивым и радостным на его коленях, оказавшись куда легче, чем могло показаться на первый взгляд. Всегда округленький в своём неизменном плащике, из-под которого периодически виднелась белая рубашечка, закрывающая его странный пухленький животик, он нисколько не имел никакого весу, будучи даже легче своих братика и сестрички. -А ты носишь свою челку, чтобы быть похожим на своего папочку, или также как и он своих бровей стесняешься? Хотя Куина с Муги их ничуть не прячут, - послушно склоняя голову с зелёными ушами и венком поближе к потянувшимся к ним белым пальчикам, задал давно заинтересовавший его вопрос Ророноа, когда слишком сильно задравший свою головку кверху Соран поспешил прижать свои волосы обратно к глазу, лишь бы они его не открыли. -Нет! Он не бровей, а глаз стесняется, потому что они у него разные, - уже зная, что её братик ни за что в этом не признается, громко ответила за него Куина, решая направиться к ручью и напиться, пока лишь снисходительно выдохнувший Муги, сонно и устало зевая, приваливался к Зоро под бок, возле него сворачиваясь калачиком. -И нисколько они не разные, а просто немного непохожие! - обиженно надувшись и забурчав, незамедлительно воспротивился такой наглой лжи Соран, сразу захотевший, чтобы все стали обсуждать что-нибудь другое только не его особенность. – А ты точно не пойдёшь к нам домой, дяденька? Потому что папочка тогда точно никогда-никогда больше бы не плакал и не боялся жить в этом лесу, ведь его бы защищал ты. А то папочка нет-нет да заплачет ночью. Но он тихонько-тихонько плачет, чтобы мы тоже не проснулись и бояться не начали. Но папочка просто не знает, что мы уже…проснулись, хоть леса бояться и не стали. Нисколько-нисколько не стали, дяденька, только если чуть-чуть, и то не потому что папочка его боится, а потому что сам этот лес такой…пугающий. Хотя он уже практически больше не плачет… Но вот если бы ты с нами жил, дяденька, то папочке бы намного-намного легче стало, потому что он один с нами еле справляется, хотя даже при этом в деревне иногда работать успевает. А с тобой он бы всё-всё мог, потому что больше бы точно не боялся! И…и...и…ещё тогда, дяденька, у нас бы фамилия была! Как у всех остальных, только в точности как у тебя, потому что своей у нас нет. У нас только брови у всех такие красивые есть, а вот фамилии нет. Мы просто с именами живём. Просто Соран, Муги, Куина и папочка. Дяденька, а ты бы разрешил нам свою фамилию взять?.. А-а-а… Как же спать хочется…. Сладко и призывно зевал маленький мальчик, в точности повторяя своего уже сопящего братца, что приютился под тёплым боком Ророноа, к чьим ногам, нисколько не желая сейчас забираться на дерево, прислонилась Куина. Дети облепили сурового мечника со всех сторон. Доверчиво к нему прижавшись, пригревшись около его горячего тела, они отогревали его душу, что уже несколько лет была скована льдами. Но теперь на смену стуже и холоду, залечивая гниющие язвы, что словно уже вечность проедали его внутренности, пришло нежное тепло, смешанное с бесконечной любовью, и руки Ророноа Зоро ласково и бережно придерживали двух тигрят. Ведь Муги едва ли не свалился с дерева на землю, пока Куину также клонило к ней, и лишь устроившийся на его коленях Соран спокойно и безмятежно изображал спящий клубок, не грозясь упасть и удариться. Это были не его дети, но они в большинстве были так на него похожи, а Бровастик так когда-то любил его и столь сильно нуждался в хоть чьей-то помощи! Ведь чтобы детёныши не говорили, придурню наверняка всё ещё очень сложному одному, иначе бы он порой так не ревел по ночам, что будил даже собственное потомство. И как же хотелось пойти туда, как же хотелось подняться вверх по течению ручья, держа в своих руках маленькие ладошки и слушая незамысловатые песенки! Как же хотелось в тот уютный домик в лесу, ароматы которого всегда так оседали на детях и тянули туда как к его самому естественному и законному месту на земле! Как альфу к своему омеге на его запах! Там детский смех, там маленькие ручонки, что тянутся к нему, и улыбки на милых личиках, там такой родной и любимый Завиток, которому так нужна чья-то фамилия, кроме своей! Там всё и туда так чудовищно желает сердце! -Вам пора уходить, иначе вас снова отругают и накажут, - вопреки всему раздалось на поваленном дереве возле ручья, ведь у несносного кока должны были быть свои причины, чтобы так поступать и столь упорно ото всех скрываться. Ведь Бровастик хоть и был идиотом, но был сметливым идиотом и совершенные глупости бы вытворять не стал. -Да, дяденька, пора, - придерживая Сорана за живот и помогая ему первому спуститься, сразу протянув к нему свои ручки, произнесла старшая изо всех детей девочка, пока Зоро поднимал второго её братца, что никак не реагировал на это и лишь молча ожидал, когда его опустят на землю, лишь единожды бросив на дяденьку краткий и сожалеющий взгляд полный грусти. -Мы к папочке! – держа своих обоих зевающих и полусонных младших братиков за ручки, на прощание громко произнесла Куина, уже готовясь уходить домой. -К самому лучшему на свете, – ловя восторженные и благодарные улыбки в ответ, добродушно добавил также улыбнувшийся Ророноа, уже вскоре спеша завалиться возле пепелища от костра, лишь бы не смотреть вслед убегающим детям и, проиграв своей выдержке, не отправиться за ними. Потому что там всё же не его место, и наревевшийся по своей беглянке и преодолевший все тяготы многодетного отца-одиночки Завиток явно не ждал мужчину в свой дом. Сегодня ему нисколько не хотелось разводить огонь, ему хотелось видеть звёзды и разглядывать меж них воспоминания о прошлом, которое совсем вскоре надо будет похоронить навсегда, ведь кок всё же смог справиться со всем сам, и нарушать его только наладившуюся жизнь было бы подло по отношению к нему. Потому что не все такие как он, не все могут внести такой вихрь хаоса в судьбу и душу других… А хотя костёр он, наверное, всё же разожжёт, ведь ещё несколько дней и уроков и он точно отсюда уйдёт, ещё парочку недель и ему будет пора проститься с этим всем на ещё долгие годы, пока двое повзрослевших тигрят лет через десять-пятнадцать не придут к нему, чтобы забрать его титул, ведь у самого лучшего папочки точно будут самые сильные мечники во всём мире. И пока Зоро достоверно убеждался в том, что застарелая бумага очень хорошо горит и исчезает в небытие, пламенными бабочками разлетаясь в стороны и лишая его жара за харамаки, Соран с недовольным пыхтением поправлял свою рубашку и весь передавившийся за день собственный большой хвост, на который к тому же нечаянно надавила Куина.