Потерянное время

-Эй, Бровастик, куда идёшь? – совсем ненадолго покидая свой пост в Вороньем гнезде, в удивлении воскликнул Ророноа, тигриным хвостом став радостно помахивать в стороны и начиная считать идею подменить Брука на посту в эту бессонную ночь совершенно замечательной идеей. И уж тем более отличной была задумка спуститься ненадолго вниз, чтобы успеть чуть прогреть своё нутро перед тем, как поднимать всех на борьбу с нарастающим штормом. Ведь благодаря этому он смог столкнуться с Завитком на палубе, и даже опередить его самого в чём-то неожиданном, потому что иначе отчего чудо с завитушками таким застигнутым врасплох выглядит и так дергано к себе свой кузовок поджимает? -Это ты мне перекус нёс? Узнал, что я на смене, и решил подкормить свою несносную Водоросль, чтобы она с голоду не засохла? – говоря так, как ещё недавно мог бы сказать повар, намеренно насмешливо над собой произнёс неловко улыбнувшийся Ророноа, в растерянности кока перед собой видя в надежде то, чего столь хотелось. – Ты пришёл помириться, Бровастик? Чуть неуверенно и смущённо прозвучали последние слова тигра, что уже не находил себе места последние недели из-за возникшего между ним с коком напряжения, которое появилось будто само собой, хотя накануне всё было так хорошо. Но в какой-то момент Завитушка резко перестала подпускать к себе и стала обижаться на всё, быстро уменьшая количество их взаимодействий настолько, что их больше вообще не осталось. Все их отношения словно прекратились в одночасье, и из-за этого сердце жутко болело и ныло, мучительно сжималось при каждом взгляде по утрам на фигуру у плиты, к которой больше нельзя было подойти. Однако вот случилась эта ночь, и вот произошло так, что Бровастик стоит перед ним как будто напуганным и в нерешительности. Хотя чего он может бояться? Чего опасаться глупому счастью перед тем, кто, как ему хорошо известно, любит его так, что от всего в этом мире ради него откажется? -Нет, то есть не мириться! Мы же и не ругались с тобой, Завиток… Мы просто отдалились друг от друга, и вроде как мне показалось, что между нами конфликт. Но, скорее всего, это я тебя снова чем-то обидел и не заметил этого, и это мне надо идти мириться, а не тебе! Но раз ты меня не подпускал, - сбиваясь со слов и прыгая с мысли на мысль, сумбурно и скомкано пытался объясниться сильно нервничающий Зоро, альфа в душе которого сейчас жалобно и протяжно скулил, не имея больше мочи выносить этой разлуки с объектом своего обожания. Терялся во фразах, путался в выражениях сильный и известный мечник, что хотел претендовать на первенство в этом мире, но сейчас куда больше этого желал воссоединения с остроязычным бетой, к которому делались такие необходимые шаги вперёд. Но вот только в ответ совершались шаги от него, вынуждая терять контроль над собой, феромоны выпуская в несказанных количествах и будто с помощью их пытаясь сказать не ощущающему их коку всё то, что было в сердце. И с помощью же них, как было заведено задолго до этого момента, стараясь обозначить свою пару, чтобы на неё никто больше не смел претендовать, даже если она сама ещё не дала своего согласия на союз. Обильно выделял пахучие гормоны не могущий больше терпеть расставания тигр, чьи инстинкты против его воли брали над ним верх. Альфы никогда своё не теряют и не упускают! А особенно то, что дороже собственной жизни и своего существования, что сейчас становится невыносимым! Просто нестерпимым и мучительным, потому что любимая и обожаемая Завитушка снова уходила! А кто же её тогда бедную защитит и обогреет? Прижмёт к себе и закроет собой от всех врагов? Кто тогда, как он сам, позаботься об этом глупом счастье, без которого жить тягостно и тошно? И зачем сопротивляться своей жадной собственнической природе и стараться не тронуть лишний раз ставшего злиться от этого Завитка, если из-за этой избыточной осторожности можно его сейчас упустить? Если больше ни секунды этого разлада между ними не вынести?! -Санджи! – под вспышкой молнии догоняя и прижимая к себе рванувшего было наутёк повара, испугано воскликнул Зоро, с великим трудом не превращаясь сейчас в тигра и выбрасывая в воздух столько феромонов, что они подкосили бы с ног любого омегу. -Санджи, ты…, - желал было положить конец этому отдалению тигр, внезапно прервавшийся в самом начале своей фразы одновременно с раздавшимся рокотом грома, пока в его руках испытывали чудовищный страх, глаза ширя в диком ужасе, ибо его организм вопреки всему нашёл в себе силы ответить на такой отчаянный призыв альфы. Не двигаясь и даже словно не дыша, стоял оцепеневший Санджи, напрасно стараясь унять дрожь в теле, в то время как его шею настойчиво и шумно обнюхивали, улавливая развивающийся от неё тонкий омежий аромат. Едва ли мог сейчас сорваться с места кок, и навряд ли он мог вступить в эту минуту в схватку с тигром, чтобы отстоять свою свободу. Слишком уж действенными и тяжёлыми оказались феромоны мечника, что будто за раз выбили землю у него из-под ног, сделав любое сопротивление бесполезным, а его самого совершенно бессильным и беззащитным перед альфой, что всё громче и громче обнюхивал его, кожу щекоча своим дыханием и пуская по ней табуны мурашек. Зоро его поймал! Маримо теперь всё знает! А если физическая борьба уже невозможна, то, может, удастся вымолить освобождение словами?! -Пожалуйста, Зоро, отпу…, - только было взмолился слезливым голосом безысходности Санджи, как только-только пришедший в себя тигр, который больше не имел во взгляде океана непонимания и шока, окончательно осознал то, что происходящее ему не мерещится. Его звериный нюх его не подводил, Бровастик точно омега! Омега, что к тому же пахнет так до удивительного маняще и чарующе, так привлекательно и приятно, но при этом совсем не похоже на то, как полагается благоухать в течку… -Ты беременный, Санджи? – под новой вспышкой электричества задал свой вопрос до подозрительного спокойно прозвучавший Зоро, руками крепче сжимая ещё пуще задрожавшего кока. – От меня? Однако небесный грохот скрыл от мечника ответ тихо говорящего от страха повара, что вдыхал его феромоны, чувствуя, как они становятся всё безумнее и насыщеннее, всё больше воздействуя на него и заставляя совсем терять над собой контроль, пока тигриный хвост оплетает его, будто было мало одних рук и его хотели захватить всем, чем только могли. Но нет! Он спасётся сейчас от пугающего его альфы, он сбежит с корабля и осуществит свой план! Он сможет! Это же надо ради самого Зоро! Ради него и уже себя. Потому что находиться рядом с Маримо становится слишком страшно, чересчур жутко. Он откровенно пугает! -Зоро, пусти! – взвился Санджи, ощущая то, что его тело больше не подчиняется ему и действует по собственной воле, отзываясь на требования природы и показывая звериные части. Только не сейчас! -Так ты лисёнок, Бровастик! Мой маленький беременный лисёночек, - своим виском потираясь о висок ошарашенного повара, с восторгом ласково и поразительно нежно произнёс Ророноа, одной рукой сильнее сжимая грудь кока, а второй забираясь под его рубаху и скользя по тут же втянувшемуся животу. – Ты же шёл сообщить мне об этом, мой Завиточек? Поэтому так неуверенно мялся? Раздавшийся гром заставил Санджи вздрогнуть. Или так он лишь объяснил своё испуганное содрогание себе, чувствуя, как холодок пробегает вдоль его позвоночника, заставляя действовать необдуманно и отчаянно, издавая согласное мычание, только бы не разозлить альфу, что сейчас прикусывал его лисье ушко. -Но зачем же ты боялся это сообщить, глупый мой? Это же такая великолепная новость, такое счастье, Бровастик. Разве же я мог плохо это воспринять и разозлиться? – расслабляя кока своими словами и позволяя ему поверить в то, что хотя бы сейчас ему бояться нечего, мягко и благодушно проговорил Ророноа, после возвращаясь к его белой шее и размашисто лизнув её, добавил. – Ведь я скорее ужасно, просто жутко разозлюсь на то, что ты скрывал, что омега. Блеснувшая в небе молния осветила всю палубу Санни, на которую с глухим ударом упал узелок с провиантом, пока выпустивший его из рук Санджи, что так и не донёс его к остальным вещам в подлодке, бледнел и вытягивался лицом, в голове снова и снова прокручивая услышанное. -Лисёнок скрыл то, что его можно пометить. Неужели он не хотел быть помеченным мной? – опасным хищным шепотом прозвучал Зоро, в разгуле грома всё равно достигая ушей замершего неподвижно лиса, что сейчас не знал, чего ему дальше ждать. Треклятое Маримо кровь холодило в жилах, вынуждая подчиняться и лишь сдавленно скулить от страха, не смея даже обругать его из-за боязни перед тем, что тогда ему устроят. Всё шло не по плану. Всё было совершено не так, как задумывалось! -Но мы с тобой закроем на это глаза, Санджи, ведь ты всё же пошёл ко мне. Всё же решил во всём признаться, и поэтому мы сейчас всё быстро разрешим, только поднимем накама, а потом сразу займёмся этим неотложным делом, - прямо на ухо перепуганному коку горячо и жарко прошептал тигр, вместе с ним начиная присаживаться, чтобы поднять упавший свёрток. -Потому что ты не любишь, когда к еде так относятся, - стращая повара ещё больше, посреди разбушевавшегося океана спокойно и абсолютно миролюбиво проговорил Зоро, чья природа альфы словно совсем теперь не сдерживалась и не усмирялась. И звал громким криком спящих ещё пока мугивар мечник, поднимая их для борьбы с разгневанной стихией, пока в его объятиях несказанно радовались тому, что его последней котомкой была именно еда, захваченная в самом конце в небольшом количестве из нежелания лишать своих накама запасов и обворовывать их. А ведь окажись в этом узелке не съестное, и выкрутиться из всей этой ситуации было бы вообще невозможно… Но ведь на столе на камбузе! -А теперь мы отправимся в каюту, чтобы поставить метку, - вырывая Санджи из его размышлений и поднимая его на руки, сладко промурлыкал Зоро, уши прижимая к голове от нетерпения и направляясь к носовой части корабля навстречу к своим накама, которых он позвал таким грубым и диким методом, не имея сил терпеть и желая хоть с кем-то поделиться своей радостью, которая, казалось, могла свести его с ума своим избытком. Ведь Завитушка омега! Омега, которого он сейчас пометит и сможет больше не бояться разлуки с ним! Сердце так отчаянно реветь и сжиматься по ночам не будет, ибо теперь оно будет только петь от счастья, потому что любимый до одури Бровастик носил новую жизнь внутри себя! Завиток был в положении! И теперь уходя от порывов ветра и начавшихся струй дождя, они в тёплой и сухой каюте поставят метку! -Там будет спокойно, и ты будешь чувствовать себя в безопасности, мой родной. Там ты не будешь так бояться и дрожать. Не волнуйся, милый, я буду делать это аккуратно. Но прости, Санджи, немного больно всё же будет, - успокаивающими интонациями постарался произнести мечник, переживая за сжавшегося кока, которому сейчас предстоит пережить его укус. Всем телом поджимался и словно пытался уменьшиться Санджи, стараясь вжаться как можно больше в довольного тигра, только бы хоть как-то скрыться от взглядов высыпавшихся на палубу накама, меж которых его сейчас несли, ни слова не говоря им в объяснение. Ведь они по запахам поняли всё сами, в том числе и Чоппер с его острым нюхом. И слишком хищно, слишком по-звериному смотрели они на него, в нём чуя омегу и видя самое лучшее подтверждение этому в его ушах и хвосте, которым он напрасно пробовал от них прикрыться, ужасно жалея обо всей этой ночи и своём несостоявшемся побеге. -Луффи, мы с Санджи сделаем это сейчас? – сразу получая одобрительный и целиком согласный ответ, задал свой вопрос Зоро, у которого никто не спрашивал о том, почему он не будет в этот раз участвовать в схватке со штормом. -А Санджи-кун оказывается очень плохой мальчик, - вместе с прогремевшим громом раздался голос недовольной и словно что-то задумавшей Нами, заставляя вздрогнувшего снова кока пальцами вцепиться в свой хвост и прикрыться им ещё сильнее, пока в его голове так и крутились мысли о том, что ему надо будет вытащить вещи из подлодки раньше, чем их обнаружат, нужно будет прибраться на камбузе и хоть как спасти сейчас свою шею, чтобы ещё иметь возможность сбежать ото всех этих альф! И дело уже не в Зоро и его мечте, ему уже просто страшно самому! Он боится чего-то неясного, но явно грозящего ему, потому что все его накама настроены крайне недоброжелательно по отношению к нему, а один Чоппер его не спасёт! Да и он разозлится за то, что от него такие важные медицинские данные скрывали! За то, что он своим накама после всего вместе пережитого не доверял! -Ну же тише-тише, мой маленький. Это будет не страшно, я рядом, никуда не уйду и останусь с тобой и после всего, всё будет хорошо, любимый, - проходя в мужскую каюту, безостановочно шептал свои ласковые речи расчувствовавшийся Ророноа, чей взор сейчас был полон сумасшедшей одержимости альфы своим омегой. – Я буду нежен, буду осторожен, только потерпи немного, а затем тебя перевяжет Чоппер. Нам теперь его помощь очень сильно понадобится, пока ты вынашиваешь малыша или малышей…. А вот это вот нам сейчас тоже пригодится. И с этими словами мечник посадил непонимающего его кока на соседнюю со своей койку. И сидел в нерешительности всё закрывающийся своим хвостом Санджи, пока корабль трясло и качало, как и его выдержку. Броситься сейчас опрометью из каюты? Умолять о том, чтобы метка не была поставлена? Разозлить этим всем Зоро вообще до чёртиков?! Он хотел спастись, но как это сделать? Как сбежать в шторм с корабля, больше не имея возможности добраться до плавучих средств? Не сигать же бездумно во вздымающиеся волны, надеясь на удачу! И не бежать под молниями в небо, рискуя быть пойманным руками Луффи, что явно будет на стороне Маримо?! -Вот, с ним будет лучше, - подходя к застывшему коку с одеялом в руках и перехватывая его взгляд, мягко проговорил Зоро, после принимаясь осуществлять задуманное, не разрывая с паникующим лисом зрительный контакт, Не столько пеленал и укутывал, сколько связывал и совсем лишал подвижности мелко дрожащего Санджи мечник, старательно выполняя своё дело и создавая из одеяла надёжный кокон, который после был поднят на руки и осторожно опущен на пол. -Кровати шатаются, поэтому сделаем это здесь. И прости за одеяло, мой родной, но я не хочу, чтобы ты дёрнулся из-за боли, и я подрал тебя клыками. Так мне будет проще тебя удержать, и ты сам себя не поцарапаешь, пытаясь отвлечься от ощущений в шее, - тихим нежным шепотом произнёс Ророноа, ласково целуя щёки упелёнанного лиса, что словно впал в транс от наступившей безвыходности, со всей ясностью осознавая, что ему не спастись. Бежать было невозможно. Сейчас случится страшное, сейчас Зоро лишится своей мечты, когда укусом будет поставлена точка невозврата. И остаётся лишь содрогаться всем телом, чувствуя жаркое дыхание голодного альфы на своей оголённой шее и сразу слыша раздавшиеся утешения и взволнованные просьбы немного потерпеть. Сейчас всё произойдёт, и бессмысленно начинать дёргаться в одеяле, принимаясь полоумно скулить от отчаянья и уже думая превратиться целиком в лиса, рискуя тогда получить укус от озверевшего и разозлившегося тигра! -Любимый мой, мне самому больно при мысли о том, что тебя ждёт. Но это необходимо, чтобы ты не реагировал на чужие феромоны и был в безопасности. Чтобы ВЫ были в безопасности. Мои дорогие, я всё ради вас сделаю, но сейчас потерпите чуть-чуть. Бровастичек, кусай в ответ мою руку, чтобы тебе было немного легче, - к лицу беснующегося лиса поднося своё предплечье, последним утешением произнёс Зоро, уже открывая свой рот с налившейся слюной и готовясь погрузить клыки в чужую плоть, как двери резко распахнулись. -Зоро, вы уже закончили?! Мы там нашли случайно на камбузе записку, потому что Луффи даже сейчас есть захотелось! - врываясь в мужскую каюту, во всю глотку прокричал Усопп, спеша как можно скорее осведомить мечника о кое-чём важном. – И там было… -Газон, кусай меня немедленно, пока я тебя не загрыз! - шеей подаваясь назад и прикасаясь ею к губам ничего не понимающего тигра, гневно выкрикнул Санджи, достоверно чувствуя, что дело пахнет жареным. И пусть уж Зоро хотя бы немного смягчится, пометив его, чем прямо сейчас первым делом узнает о содержании прощального письма! Вначале укус, а потом все известия об одной «небольшой» неловкости и лихорадочные мысли о том, как теперь выживать на этом корабле. Ладно, пока он беременный, его никто, скорее всего, не тронет и все ласковы и обходительны с ним будут, но что же его ждёт потом?! Маримо же никакое наказание за этот несостоявшийся побег ему не придумает? А у альф ведь такие страшные собственнические инстинкты…