С любовью, Ниолли

Наверное, именно после встречи с Азеретом Мартелл сделался таким дерганым. Пусть он и прожил всю свою жизнь в одном большом потрясении, затерянный в непроглядном мраке, с течением времени не менялось прежде ничего. Слепота была для него почти родной, неизменной, Мартелл успел изучить ее и свои на нее реакции вдоль и поперек, да было бы даже глупо считать ее потрясением — ничего другого он до Азерета не знал. Просто именно на эти потрясения, новые и дикие, управы у него не нашлось. Просто психанул, просто не выдержал. Просто наставил на вошедшего в комнату Ниолли столовый нож. — И тебе добрый вечер, — сказал Ниолли так, будто ничего не происходило. Мартелл услышал в его тоне и увидел в его глазах что-то такое, из-за чего сжал дрожащие пальцы крепче. Ему казалось, что Ниолли может в любой момент на него наброситься, и что Ниолли в сущности наплевать, держит Мартелл в руках нож или не держит. — Ты же понимаешь, для чего он? — Ниолли прошел в комнату, с пугающей беспечностью отведя от Мартелла взгляд, и стал выкладывать из сумки вещи. — Ты не сможешь никого им убить, у него затуплен конец лезвия. И запугать тоже не сможешь, из чего я делаю вывод, что это не побег и не нападение... — Хватит! — крикнул Мартелл не своим голосом. — Хватит издеваться! Ниолли вопросительно вздернул брови. В Мартелле поднялась от этого простого действия такая волна страха и жара, что у него предательски дрогнула рука. Всем своим существом Ниолли источал опасность, он казался Мартеллу непредсказуемым, почти безумным, и сильнее всего Мартелла пугало то, что Ниолли обходился с ним совершенно не так, как должен был. Ниолли не запугивал его — Ниолли предупреждал, Ниолли не кричал на него — Ниолли говорил ему ровно и вкрадчиво, Ниолли не превращал его жизнь в ад — Ниолли будто бы даже пытался составить ему компанию, насколько это укладывалось в его, Ниолли, ненормальную голову. Ниолли вел себя нормально. Мартеллу от этой нормальности, пропитанной насквозь остротой и искаженной странными взглядами, становилось страшно. — Положи нож. Мне есть, что предложить тебе взамен. — Ч-что? — Мартелл вцепился в рукоять лишь отчаяннее. — Ты о чем?.. — Будем честны друг с другом, ни одному из нас не понравится, если ситуация выйдет из-под контроля. Тебя пересадят на цепь, мне... ничего, в общем-то, не будет, но я не особенно хочу, чтобы тебя сажали на цепь, так что давай попробуем примирить тебя со всем этим. К последним своим словам Ниолли как раз достал из сумки нечто, в чем Мартелл лишь спустя добрый десяток секунд признал обычный полиэтиленовый пакет. Яркий и дешевый, он смотрелся в Темном порядке, как и сам Мартелл — совершенно неуместно. — Что скажешь? — Ниолли легко тряхнул пакетом. — Уговор? Мартелл попытался ощериться: — Что там? — Ничего опасного, можешь поверить мне на слово. Я знаю, что мы пока не слишком хорошо ладим, но я ведь никогда тебе не врал, верно? Это было правдой. Ниолли никогда ему не врал. Мартелл почувствовал, что сдувается, измотанный переживаниями, будто воздушный шарик, и устало опустил нож. С затупленным концом лезвия, такой, каким он не смог бы никого ни убить, ни запугать. На что Мартелл рассчитывал? Что руководило им в момент, когда он за него схватился? — Умница, — забрав у Мартелла нож, Ниолли просто переложил его на тумбу, до которой Мартеллу не составило бы ни малейшего труда дотянуться. — Держи. Будем считать это началом прекрасной дружбы. Содержимое пакета не произвело на Мартелла поначалу никакого впечатления. Он не узнал того, что перед собой видел, поразглядывал какое-то время, как и сам пакет, и уже после — встрепенулся, поднимая на Ниолли неверящий взгляд. Губы Ниолли растянулись в улыбке.

Дорогой Азерет, с тяжелым сердцем я приношу тебе эти страшные новости. Мартелл Клаз объявлен Темным порядком своим узником и останется таковым до тех пор, пока Светлым порядком не будут выполнены озвученные Темным порядком требования. Содержат Мартелла в надлежащих условиях, жизни и здоровью его не грозит ничего помимо нашего клинка. Не подскажешь ли ты, как близкий его друг, что Мартелл любит, и что может порадовать его в эти темные времена? Нам незачем создавать о себе плохое впечатление, и пока требования Темного порядка не озвучены, а Светлый порядок не огорчил Темный порядок своим отказом, мы желаем Мартеллу лишь добра. С любовью, Ниолли