Дикое сердце

Союзников в нашей жизни найти не просто. Не просто довериться кому-то, но и одному справляться тоже крайне тяжело. Придётся учиться доверять людям.

      Тело почему-то ломило. Я не успела ещё открыть глаза, как что-то уже болит. Этот день мне однозначно не понравится.       Вместо шёлковой простыни я почувствовала шершавую поверхность. Я что блять на полу уже? Недовольная таким раскладом я приняла сидячее положение, все ещё пребывая с закрытыми глазами, но продолжая мацать руками все под собой. Не припомню, чтобы пол в моей квартире был настолько шершавым и холодным. Да и прохладно вокруг, окно на ночь не закрыла что-ли.       —Ахуеть, —сказала я, таки открыв глаза. Я лежала на большом пне в лесу... Нет, ну он реально огромный для обычных деревьев.       И как меня сюда занесло?!       Я встала на ноги и осмотрелась, надеясь, что рядом окажется кто-то из людей, который мне подскажет, как выйти из леса. Вокруг чаща, дорогой и не пахнет.       Я посмотрела под ноги, которые, к слову, были без обуви. Прекрасно. Но самое интересное было только впереди. Я почувствовала приток магической энергии от пня. Как же это звучит... Боже мой, не спится ж мне дома. Так нет же, ровненько на рассвете я открываю тусу посреди леса возле огромного пня. Шик!       Я слезла на землю и тогда сразу поняла, что пень был ещё тепленьким. А вот холодная сентябрьская земля давала о себе знать. Ноги тут же начали подмерзать. Чувствую, пока я дойду до квартиры, у меня и кости замёрзнут.       Вот только вопрос, как дойти до квартиры, стоял уж очень серьёзно. Я покрутилась, но нужное направление так и не смогла выбрать. Тогда надежда осталась только на пень. Я повернулась к нему и положила на него руки, пытаясь как-то уловить энергию что-ли. Это ж явно он меня сюда привёл, раз в нем магия. Я лунатизмом никогда не страдала, чтобы вдруг сегодня пройтись по лесу и прилечь на пенечек.       Сначала я почувствовала приток магии, но, к сожалению, понять из него ничего не смогла. Это не моя сильная ведьменская сторона. У меня больше связь с предками, а не с природой, поэтому понимать её я так особо и не научилась.       Черт, я сижу и пытаюсь поговорить с пнем. ПНЕМ, вашу ж мать. До какой шизы я докатилась.       Я встала и побрела в направлении, которое казалось мне больше всего верным. Идти было больно, ведь голые ноги вечно попадали на ветки и прочее, что моей нежной коже прилично так вредило. Повезло, что я хоть в пижаме спала, а не трусах одних... Было бы неловко, если бы меня в таком виде встретили.       Когда я прошла уже около мили и думала, что хотя бы дорога близко, как передо мной выскочил опять этот пень. Да ну, я что круг сделала? Не может быть!       Я развернулась и ушла уже в другом направлении, но какое же было моё удивление, когда я опять пришла к этому пню. Он издевается надо мной! Что за наглый пень?!       —Хорошо, я поговорю с тобой, ты своего добился! —уже на повышенных тонах произнесла я и вновь положила руки на его поверхность, как перед глазами появились образы.       Какой-то длинный допотопный тёмный плащ, ботинки с множеством железных заклепок, на лице маска, тоже вроде железная, ещё и ржавая. От неё торчали какие-то трубки.       —Ты хочешь показать мне... Дровосека? —последнее слово я произнесла максимально неуверенно, ведь это выглядело как большой бред. Не будь я ведьмой, уже бы записала себя на приём в дурку.       А потом до меня дошло. Этот дровосек был очень схож с тем, который каждую ночь лезет ко мне в квартиру своими ручонками. Вот их я по большей части и помнила смутно. О как, значит он и правда есть, а пень хочет мне это показать.       —Так, прекрасно, он существует. А что дальше-то с этим дровосеком? —спросила я, но ответа, разумеется, не последовало.       Стало резко тихо, даже дятел перестал стучать. Испугался бедный. Ясно, можно дальше не ждать от пня чего-то, надеюсь теперь он отпустит меня.       С этими мыслями я и побрела прочь от пня и на удивление мили через две не вернулась обратно, а вышла на дорогу. Чудненько, это уже получше. Машин в такую рань особо не было, поэтому пешочком я прошлась прилично. Благо, дорога была знакомой, так я хоть знала, в какую сторону мне нужно.       И вот сзади послышался сигнал машины, а уже через пару секунд рядом со мной остановился джип Стайлза, чьё лицо сейчас было весьма удивленным. Поверь, малыш, я тоже в шоке.       —Доброе утро, —с улыбкой сказала я, сев на переднее пассажирское сидение и закрыв за собой дверь. —Ну что, мы едем или как?       —Ты босиком, в пижаме, на дороге, —перечислил Стилински, загибая пальцы и смотря на меня как на дуру.       —Лунатикам жить тяжело, —вздохнула я, пытаясь натянуть маску грусти. —Последние годы было получше, но раньше я могла ночью знатно пройтись, чуть находили меня на утро, —продолжила врать я. —И как ты верно отметил, я босиком, поэтому ноги уже готовы отвалиться от холода.       Стайлз прищурился, пытаясь догнать всю ситуацию, а я пока стянула с сидения кофту и надела на себя, ведь меня уже прилично потряхивало. Потом я посмотрела на свои стопы. Хорошего там мало. Куча маленьких царапин противно болели и пульсировали, выделяясь на синеватой и холодной коже. Погуляла, блин.       Стилински все это время смотрел на меня, а после завёл машину и поехал дальше. В голове у него заметно крутились шестерёнки. Ну а в целом он выглядел подавлено. И я его прекрасно понимаю, у самой кошки на душе скребут за того склеившего ласты незнакомца. Однако сказать что-то утещающее я не могла, чтобы не раскрыть себя.       —Ну и к кому ты успел меня приписать за эти три минуты молчания? —поинтересовалась я, больше закутываясь в кофту.       —Уу, лучше тебе не знать, —хмыкнул Стайлз. Ясно, я уже враг народа и подозреваемый во всех незакрытых делах.       Дальше мы ехали молча, однако во мне прорезался голосок, когда мы приехали не к моему дому, а к ветеринарной клинике. Вопросов стало у меня больше, но Стайлз упорно их игнорил.       —Выходи, там поговорим, —сказал Стилински, открыв мою дверь и указывая на клинику.       —Ты ноги мои видел? Я щас коньки отброшу, если пройдусь по этому каменистому асфальту, —возмущённо сказала я.       —Тут я тебе могу помочь, —из клиники вышел Рэйкен, улыбаясь во все жемчужины.       Я посмотрела на Стайлза умоляющим взглядом, чтобы это волосатое чудо не подпускали ко мне. Стилински был примерно также настроен на его счёт, но молча наблюдал, как Тео взял меня на руки и понёс в клинику.       —Да ты бы сказал, что хочешь меня занести, —мило улыбаясь, сказала я и продолжила:—В таком случае я и по камням прошлась бы, раздирая ноги в кровь.       —Я тоже рад тебя видеть, mon rebelle, —усмехнулся Тео.       Он пронес меня по коридору, где в одной из открытых дверей я мельком увидела на железном столе тело. Надеюсь, живое. Но что-то мне подсказывает, что там все наоборот. Вопросов стало ещё больше, а задавать их было чем-то сродни лотереи. Либо ответят нормально, либо не ответят вообще, либо припишут мне какие-нибудь делишки.       Рэйкен занёс меня в небольшую комнату с рабочим столом, диванчиком и парой стилажей. Это был рабочий кабинет видимо. Стайлз в комнату вошёл следом, давая мне плед и накрывая им.       —Я, конечно, не на что не намекаю, но может вы меня блять домой отпустите? —возмущённо спросила я. Даже удивительно, что я не устроила истерику раньше. Стайлза было жалко, он и так грустный.       —Сначала придёт Скотт, мы поговорим, и тогда решим, что с тобой делать, —сказал Стилински.       —Ахуеть, —выдала я и сложила руки.       Спорить бесполезно. Я в любом случае смогу свалить, когда пожелаю, ведь моей магии они противостоять не смогут. Однако придётся остаться, чтобы полялякать с главным волчонком, с меня снимут все подозрения и я с чистой душой поеду домой. Не хочу наживать себе проблем, а если узнают, что я ведьма, то проблемы определённо возникнут. Кароче меньше знают, крепче спят.       —Ну и когда Скотт придёт? —поинтересовалась я, собирая свою силу воли в кулак.       —После уроков, —ответил Стайлз.       —Вы что издеваетесь? Сейчас семь утра! Мне может тут ещё неделю потусить, что так мало то? —возмущению не было предела. Я хотела подорваться с дивана, но поясницу защемило. Класс, я её застудила. Почки мне спасибо не скажут.       —Я принесу тебе что-нибудь из еды, —сказал напоследок Стилински и вышел за дверь, кивая Тео, чтобы он сделал тоже самое.       Рэйкен кинул какой-то взгляд на меня, хер пойми что означающий. Как будто он знал что-то, что остальные не знают. Меня это даже порядком напрягло. Он вышел из кабинета, дверь закрылась, а потом послышался звук щелчка замка.       —Ещё и закрыли, черти, —буркнула я, прекрасно зная, что Рэйкен меня услышит. Это самый главный чертила в этой компашке.       И чем мне спрашивается тут заниматься? У меня нет телефона даже. Грустно. Поспать что-ли? Так я уже кушать хочу, а так не засну. Да, реально грустно.       Покрутив головой, чтобы больше рассмотреть кабинет, я увидела книги на полках. Читать я не любитель, но видимо стоит менять свои предпочтения. Кое-как встав, я дотянулась до полки и схватила книгу, которая была ближе всего. Усевшись обратно, я закуталась в одеяло, потому что меня порядком потряхивало. На улице не такая уж и маленькая температура, но ночные похождения босиком дали о себе знать. А потом я подумала, что неплохо было бы обработать свои ножки.       —Рэйкен, тащи перекись и бинт! А ещё салфетки влажные! —крикнула я. Он бы конечно и так услышал, но надо же держать как-то образ ничего не знающей о сверхъестественном девушки. —Рэйкен, ты оглох?!       Ну а что, чего он не идёт-то. Меня не волнует, что он может быть занят. Закрыли в комнате на неопределённое время, так пусть теперь обслуживают. О, послышался щелчок замка и в проёме показалась довольная моська Тео.       —Приятно, что позвала именно меня, —ухмыльнулся он и вошёл в кабинет, таща в руках все то, что мне нужно.       —Не обольщайся, для девочки на побегушках ты подходишь больше, чем Стайлз, —хмыкнула я и забрала вещички.       Мне пришлось распутаться из пледа и вытянуть ноги. Поочерёдно я стала стирать салфетками с них грязь, чтобы более менее очистить мои боевые ранения.       —Его ты по имени называешь, а меня всегда фамилией, —с напускной обиженностью сказал Рэйкен.       —Ревнуешь? —иронично спросила я.       —А если и так? —с вызовом поинтересовался блохастый.       —Запомни, Рэйкен, тебе ничего не светит от меня, кроме как лещ. Такие чертилы мне не нужны, ты сплошной ред флаг, —хмыкнула я, продолжая заниматься своим делом.       —Точно mon rebelle, —засмеялся он.       Бесит меня эта фраза, но показывать это не собираюсь. Он же её потом будет каждые пять секунд говорить, хотя не помешало бы её перевести, чтобы знать, что он там балакает. Но это проблематично, акцент у него хороший, хер разберёшься, как записать это в переводчик.       Я полила перекись на ранки, из которых мгновенно появилась пена и шипение. Ой, шипела я от боли, а не ранки. Рэйкен только улыбался. Видимо, ему доставляет удовольствие, когда мне больно.       В кабинет вошел Стайлз, а в его руках была многочисленная еда в виде бургеров и соков. Я обожаю этого парня! У меня аж слюнки пошли.       —Вот это я понимаю, хоть что-то хорошее у вас, —сказала я, нетерпеливо ерзая задом и быстрее обрабатывая ноги, чтобы как можно раньше преступить к трапезе.       —Тео, пошли, —сказал Стилински, и они удалились.       Видимо, были какие-то важные делишки, которые нельзя было обсудить при мне. Ну и ладно. Я закончила с ногами и сразу начала есть. Аппетит в стрессовых условиях разыгрался не на шутку, поэтому я со спокойной душой умяла три бургера, запила это соком и поудобнее улеглась на диване, закутываясь в плед и мгновенно засыпая.

***

      Меня разбудили тем, что начали дёргать за плече. Пусть аккуратно, но дёргать. Мне это не понравилось от слова "совсем", поэтому я поспешили отвернутся, пнув рукой источник моего испорченного сна.       —Ауч, ты всегда такая вредная? —поинтересовался Рэйкен.       —Только когда меня будят, —забурчала я в одеяло, укутываясь ещё больше.       —Либо ты поднимаешь свой зад, либо я скину его с дивана, —предупредил Тео.       Я поднялась и посмотрела злющим взглядом на Рэйкена, который с опаской сделал шаг назад, чтобы я не смогла дотянуться до него. Только я хотела ударить его хоть чем-нибудь, как в кабинет вошли Скотт и Стайлз, отчего пришлось отложить экзикуцию Тео.       —Года не прошло, как ты пришёл, —проворчала я и удобнее уселась в ожидании увлекательной беседы. —Итак, ночью я лунатила, забрела в лес, а когда проснулась, то пошла к дороге, там появился Стайлз.       Скотт чуть прищурился, видимо пытаясь понять, вру я или нет. В целом, в данном предложении я соврала только про лунатизм, поэтому моя совесть практически чиста. Но что-то мне подсказывает, что Скотт учуял эту каплю лжи в моем рассказе. Взгляд его слишком задумчив.       –Ты просто забрела в лес или куда-то в определённое место? —поинтересовался Маккол. Пора выкручиваться. Вряд ли подробности про огромный волшебный пень помогут мне выйти сухой из воды. Это я ещё молчу про видения с дровосеком.       —Ты удивишься, но навигатора у меня с собой нет, —хмыкнула я. —Да и в принципе телефона.       —Помнишь место, где ты проснулась? —спросил Стайлз, ломая мне всю схему лжи. Хотя, и тут я выкручусь, не солгав. Тут два волчонка, которые могут услышать моё сердцебиение. Пора учиться его контролировать.       —Да, лес, —иронично сказала я. —Что может быть особенного? Деревья, пеньки, травка. Холодная между прочим, так и почки застудить можно.       —А большого пня случайно не было? —уточнил Скотт. Вот на кой черт я их упомянула?       —На сколько большого? —уточнила я. Может и прокатит.       —Не ходи вокруг доокола. Огромный пень, где-то три метра на три,—сказал Стилински, активно махая руками, как будто я так сразу пойму. А Рэйкен стоял и хлопал глазками, просто наблюдая. Вот чует моя жопа, что он знает больше, чем Скотт и Стайлз.       —Ну был такой, —сказала я, а парочка твикс тут же переглянулась, как будто мыслями там обменялись. —Что вы ко мне вообще прицепились? В кого вы играете, полицейских? Так спешу вас огорчить, возрастом не вышли, да и умом. Вряд ли мой лунатизм и огромный пень могут быть как-то связаны с убийствами, которые в городе происходят. Я вам не покахонтас, чтобы на радостях бегать по лесу, это не по моей воле произошло.       —Мы ничего не говорили про убийства, —подозрительным тоном сказал Стилински.       —Я смотрю новости, Шерлок, —фыркнула я. —Уже не говоря про то, что в соседней комнате труп на кушетке отдыхает.       —Я хотел сходить в твою квартиру за вещами и телефоном, но дверь была заперта, —сказал Стайлз. Интересно, как ловко он увел разговор про труп в другое русло. —С каких пор лунтики беспокоятся о доме и закрывают его на ключ?       —А тот факт, что я прошла весь город и зашла в лес, тебя не смущает? —уже откровенно закипая, наехала я. —Ты что не слышал, что лунтики во сне и говорить могут?       Они замолчали, а я продолжала пыхтеть. Ещё немного, и моё терпение треснет. Я раскину их магией и просто свалю. Единственное, что меня останавливает, что после этого они от меня точно не отстанут.       —Ты почти не соврала за весь разговор, —сказал задумчиво Скотт. —Но все же почти.       —А ты в дитекторы лжи записался? —хмыкнула я. —Может вы перестанете изображать супер героев и отпустите меня наконец домой?       —Прочитай эту книгу, тогда и поговорим, —сказал Стайлз, кидая мне какую-то книжку, после чего троица удалилась.       —Да вы издеваетесь!? —рыкнула я, швыряя эту книгу на пол.       И только потом я увидела на обложке того самого дровосека из моих видений. Становится все веселее. Лишний раз вставать и травмировать ноги я не хотела, поэтому книгу притянула к себе с помощью магии. Всё равно я закрыта в кабинете, никто этого и не увидит.       Я начала читать. Удивительно, что книга описывала примерно то, что сейчас происходило в городе. Бабушка сказала, что какие-то врачи, судя по книге Врачеватели Страха, делают из подростков существ научным путем. Тоже самое происходило и в книге. Только на кой черт Стайлз дал мне её прочитать. Заняться все равно нечем, пока нервы ещё держаться, но ещё совсем немного и я дам по тапкам через окно. Тут все равно первый этаж.       Спустя часа четыре я таки одолела эту книгу. Ничего не произошло. Я все ещё сидела в закрытом кабинете, что меня не радовало от слова совсем. Тогда я откинула книжку и ещё раз осмотрелась. Хватит тут сидеть, нужно что-то придумать. Хорошо бы найти какую-нибудь ткань или в идеале эластичный бинт, чтобы хоть как-то укрыть ноги для ходьбы по улице.       Пришлось встать и порыскать по шкафчикам. В одном из них я нашла эластичный бинт и бахилы. То что нужно. Обмотав ступни бинтом, я надела бахилы. Сильно это не спасёт, но что-то лучше, чем ничего.       Я подошла к окну и собралась открыть его, как оно заело и только бесполезно дергалось на пару сантиметров вперёд-назад. Чудно. Магия в помощь и вот уже через секунду окно открылось. Я села на подаконик и свесила ноги, а после максимально аккуратно вылезла на улицу. Спасибо хоть окно было не сильно высоко от земли. На улице было уже темно, поэтому я вылезла не так уж и заметно.       Я собралась уже идти домой, как услышала со стороны окна какой-то грохот. Потом он появился на улице, а после крик и такой звук, как будто машина перевернулась при ДТП. Любопытство пересилило, и я обошла клинику, идя на звук.       Ахренеть, машина и правда оказалась перевернутой и при том горящей. Я побежала в клинику и удачно нашла огнетушитель. Ну и ещё валяющегося в траве Рэйкена, который приложил руку ко лбу. Так, он шивелится, значит жив. А вот Стайлз, который был в перевернутой машине, совсем не шевелился, поэтому я побежала сначала туда. Огнетушителем я потушила огонь из-под копота машины, а потом откинула его и присела около Стилински. Взяв его за плечи, потащила наружу, но он был мягко говоря не пушинкой. Радовало, что он шевелился. Хоть не помер. Однако вытащить его было целой проблемой, но Рэйкен оказался рядом и помог оттащить Стайлза на траву.       —Эй, приём, галерка! —сказала я, приводя Стилински в чувство.       —Что случилось? —спросил он. Но вопрос больше был адресован Рэйкену.       —Тело забрали, —сказал Тео и посмотрел на меня. —Ты как вылезла?       —Как. Как. Через окно! Вас пока дождёшься, —ответила я и села рядом со Стайлзом. На его лице была кровь, судя по всему не его. Рэйкен был в большем её количестве, но ран видно не было. Зажило как на собаке. —Блять, угораздило же меня связаться с вами!       —Не ворчи. Я завезу тебя домой, —сказал Тео.       —Я больше не подозреваемая? —хмыкнула я.       —Мы тебя и там если нужно будет найдём, —отмахнулся Стайлз.       Видимо, он был согласен с решением Рэйкена. Только они как-то резко передумали на мой счёт. Странно это. Видимо, что-то ещё задумали.       Я пошла вслед за Рэйкеном. Благо, его машину огнём не зацепило. Он сел за руль, а я на переднее пассажирское. И сейчас я почувствовала, насколько ноют мои ступни. Если бы они могли говорить, то послали бы меня на три весёлых буквы уже раз сто.       Мы в тишине приехали к моей квартире. Даже удивительно, что Рэйкен не почтил меня своей противной болтавней. Видимо, у него хватало духовной пищи. Как минимум кто-то стырил труп, а их раскидал как щенят.       —Это не ты организовала перевернутую машину и пропавший труп? —уточнил Рэйкен. Видимо, чисто для своего спокойствия, потому что по интонации было понятно, что он сам в это не верит.       —Делать мне больше нечего, как трупы тырить, —закатила я глаза и вышла из машины.       Колеблясь, я все же перед закрытием машины поблагодарила блохастого за то, что он меня подвез. Он прям расцвел, улыбка до ушей появилась. Пусть запомнит этот день, такая честь будет далеко не часто.       Я вошла домой, открыв закрытую дверь магией. Ключи спокойненько лежали в коридоре на камоде, а телефон возле моей кровати. Я проверила, не звонил ли мне кто-то. Но единственный, кто дал о себе знать, это Деймон, оставив около десяти пропущенных звонков. Не велика беда, я почти никогда не отвечала на его звонки.       После я подошла к шкафчику, где лежали мои ведьменские принадлежности и различные травы. Шкафчик могла открыть только я, для остальных он наглухо закрыт. А то не дай бог кто-то заглянет в мою сокровищницу и тронет что-то там, я его на колбасу пущу.       Достав парочку нужных трав и деревянную мисочку, я закинула травы туда, начиная мять их деревянной палочкой, специально для этого предназначенной. Я добавила в эту мисочку ещё пару капель отвара и вот целебная смесь была готова. Я размотала ноги и намазала смесь на ступни, чувствуя практически сразу приятное расслабление мышц и заживление мелких ран. Они небольшие, поэтому заживут очень быстро. Зато я смогу нормально ходить.       Со смесью на ногах я просидела около получаса, пока в это время копалась в телефоне. Весь день почти прошёл, а меня не было ни в школе, ни на работе. Зато я прогулялась босиком по лесу, поспала в ветклинике и почитала там книжку. Совершенно бесполезный день.       После я сходила в душ, надела новую одежду и пошла покушала. Выбор был небольшой, но лень было что-то готовить.       На часах девять вечера, я могу ложиться спать со спокойной душой. Надеюсь, пень не решит меня позвать вторую ночь подряд. Я только ноги вылечила...

***

Маленькая девочка выбежала из дома и побежала к детской площадке. Юбка розового платья шелестела под быстрый бег девочки. Она быстренько уселась на качели и стала раскачиваться, весело смеясь. —Бабушка, идём ко мне! —позвала девочка, но из дома никто не вышел. В несколько домах от площадки остановилась чёрная машина. За ее рулём сидел человек в чёрном костюме. Девочка посмотрела на него, а после в голове словно вихрем пробежала догадка. Взгляд метнулся к дому, где послышался треск стекла. Девочка соскочила с кочелей и побежала в дом, быстро перебирая ножками. Картина, которая развернулась на кухне, стала после частой причиной кошмаров девочки, по этой причине память стёрла её из головы. Плитка на кухне была залита кровью, а в центре кровавой лужи лежала пожилая женщина, чей взгляд выражал пустоту. Ручки девочки колотились, она подбежала к бабушке и упала перед ней на колени, попадая прямо в кровь. Розовое платье быстро окрасилось в её цвет. —Бабушка! Бабушкааа! —девочка трясла за плечи женщину, надеясь, что это глупая шутка и она просто спит. Но бабушка так и не проснулась в тот день... Через несколько часов мама девочки приехала, чтобы забрать её. Но обнаружила девочку, лежащую в луже крови и обнимающую бабушку. —Господи, Эби, —сказала мама девочки, прикрывая рот рукой, пока из глаз стали течь слезы...

***

      Я проснулась в холодном поту. Глаза щипало от накативших слез. Воспоминание накрыло меня полностью. Я не могла лежать, сидеть. Начинала расхаживать по комнате, но ноги были ватными. Я осела на пол, опираясь спиной на кровать.       Прикрыв рот, я глушила свои всхлипы. Пусть их никто не услышит, но и я не хочу слышать звуки своей слабости. Презираю себя за эти слезы, а ещё больше бы презирала, если бы кто-то их увидел.       Сердце щемило от тех чувств. Они как будто захватили меня как и тогда, когда мне было восемь. Мои руки как будто и сейчас были в крови, как и то розовое платье...       Я так и осталась до утра рыдать на полу, закрывая рот рукой и глуша всхлипы.