Что такое, Юнь-Юнь

—Знаешь, твоя тётушка сегодня просто стукнула меня поддых, хотя в прошлый раз выбила зуб. Почему она в последнее время так меня ненавидит, Юнь-Юнь? Раньше обходилось угрозами и всё. Мечник провел язычком по протезу центрального резца и зашёл вглубь заброшенного дома, который юноши облюбовали и использовали как свое укрытие. —Юнь-Юнь! Мне нужно в Инадзуму и я взял два билета, ты едешь со мной. Будешь удивлен, но я даже уломал твою тётушку тебя отпустить. Син Цю провёл по следу от тяжёлой женской руки на шее. —ЮНЬ-ЮНЬ! Архонты! Экзорцист лежал на полу, бледный и с кровью из носа. Присев, он вытер кровь и мягко улыбнулся. —Просто немного бушует энергия Ян, всё хорошо, не волнуйся. Мечник нахмурился и стал вытирать кровь своим платком. Его пугало состояние друга в последние дни. Чунь Юнь постоянно что-то скрывал, не давал тронуть себя лишний раз. А шуточный поцелуй в щеку, жестоко отразил небольшим шлепком по губам. Син Цю хмурился, вспоминая сколько раз он уже вытирал Юнь-Юню кровь из рта или носа, но верил, что это всего лишь энергия Ян. —Поедем в Инадзуму? Я не против, только... Не уходи от меня далеко, я никогда там не был. — Если я от тебя уйду, глупыш Юнь-Юнь, ты опять свалишься из-за своей энергии где-нибудь и тебя съедят оникабуто! Ууу, они большие! Чунь Юнь сглотнул и с восторгом смотрел как друг сравнивает жуков со своей ладонью. Он сдерживал хрип боли от корней, что вросли внутрь. Син Цю продолжил: —Еще там есть ёкаи, призраки, обязательно посмотришь на них, думаю, они тебя бояттся не будут, около храма На...Нур... Нари.... Наруками! Да! Там их много! Чунь Юнь мягко улыбнулся и закрыл глаза: —Я устал, спать хочу. Хорошо? Экзорцист встал и стал уходить. Он сжал всю волю в кулак, чтобы не показать боль, что он испытывал от каждого движения. Цветы и их корни плотно окутали его и рвались наружу. Мечник хмурился. Уже год Чунь Юнь просто сбегает, а в последнее время уже нагло удирает. —Понятно. Если не интересно, мог бы сказать. Послезавтра жду в порту до полудня. Будь добр, не свались без сознания где-нибудь по пути. Син Цю сел на старую скамью и сунул окровавленный платок в карман. Чунь Юнь поджал губы и ушел. Добравшись до дома, он выдохнул. Никого не было. У умывальника он долго кашлял и выплёвывал комки из синих лепестков, слизи и крови. Теперь из побледневших губ выпал целый бутон. Из любопытства Чунь Юнь промыл его от крови и вздрогнул. Он знал, кто причина его мучений. К тому же, цветок был синим с золотыми тычинками. —Син Цю... Экзорцист отвёл взгляд. От тёти он узнал, что с такими симптомами, протянет пару недель и обещал укутать себя красными нитями и убить все чувства медитациями, если не признается или не получит ответ. Как и обещалось, двое юношей встретились на порту. Син Цю виновато сунул в руки экзорциста мятные конфетки. —Мне не стоило злиться. Всё хорошо? Если ты плохо себя чувствуешь, можешь остаться, Юнь-Юнь, всё хорошо. Я привезу тебе оникабуто, обещаю. —Я поеду! Чунь Юнь улыбнулся и едва пошатнулся, что прошло мимо золотых глаз, которые искали нужный корабль. Поездку на корабле Чунь Юнь переживал ужасно. Син Цю постоянно караулил дверь уборной и извинялся перед другими пассажирами. Экзорциста выворачивало от качки и цветов. Он одевался настолько закрыто, несколько мог, боялся показать Син Цю цветы и получить отказ, боялся умереть от разрыва сердца вдалеке от родины, его поражало то, что он умрет от своей любви. Син Цю бесился от своего бессилия и непонимания, в каюте тот ложился лицом к стене, не желая смотреть на друга, но жадно слушал каждый вдох, и напрягался от каждого хрипа. По прибытии Син Цю вёл Чунь Юня по Острову Рито, показывал всё, что знал сам. Впервые за поездку они мило разговаривали, как обычно, Чунь Юнь улыбался и слушал, а мечник, не затыкаясь, говорил. Немного повозившись с документами и переводчиком, они наконец сняли номер. Чунь Юнь смутился как только увидел комнату. —Тут только одна кровать... —А что-то не так, Юнь-Юнь? Раньше тебя это не смущало... Экзорцист вздохнул. Он нахмурился и помотал головой как только мечник вручил ему юкату. —Переоденься, так будет удобнее. Куда уходишь, почему ты постоянно сбегаешь, а!? Чунь Юня резко толкнули на кровать, а Синь Цю стал резко срывать одежду. Делал он это шутки ради, так, побаловаться, но замер увидев немного исхудавшее тело с небольшими цветами на местах лимфоузлов. Сорвав водолазку с нижнего он провел пальцами по синим цветам. —Кто? ... Кто, Юнь-Юнь? Экзорцист шипел от боли когда цветы гладили. Увидев в золотых глазах испуг и сильное беспокойство, он выдохнул. —Ты. —И как давно? — Год назад я начал выплёвывать лепестки. Син Цю взбесился, он дёрнул несколько бутонов, а после влепил слабую пощечину. Чунь Юнь дернул юношу за ворот к себе и затянул в совсем неумелый поцелуй. Син Цю расслабился, взял экзорциста за щеки и стал целовать в ответ. Боль в груди Чунь Юня ослабла, а рост корней внутрь прекратился. Мечник злился. —Ты идиот, в курсе? А? Экзорцист рассмеялся и снял уже всю одежду, стал катать ладонями маленькие бутоны, и теперь уже безболезненно избавлялся от них. Син Цю искал аптечку и обрабатывал те места разбавленным спиртом. Их путешествие было прекрасным. Чунь Юнь стал активным и здоровым. С мечником он долго исследовал подножие горы храма Наруками и доводил до ужаса ёкаев. А после главная жрица храма доводила до ужаса уже их. Чунь Юнь был в восторге, увидев нежить так близко. Лиса долго рядом не была, выругав юношей, она поджав хвосты и сбежала от Чунь Юня. Через пару дней те наконец попали в источники. Син Цю на радостях забронировал небольшой закрытый источник. После признаний и поцелуев в комнате они больше не обсуждали эту тему, а Син Цю хотелось наконец разобраться во всём. В небольшой душевой они быстро сполоснулись и с полотенцеми на бёдрах побежали в источник. —Он... Горячий... Син Цю... Хмыкнув, мечник просто толкнул юношу в воду и прыгнул рядом. Прижав Юня к бортику, Син Цю долго целовал того, а после оказался прижат уже сам. Экзорцист не выдерживал высокие температуры и не держал себя в руках. Он впился в губы мечника и млел от нежных касаний. Опустившись ниже, Син Цю кусал шею и облизывал раны от цветов. —С... Син... Ц...Цю.... Экзорцист хныкал. Распалёное источником тело и разум не хотели даже ради приличия сопротивляться, наоборот хотелось большего. Он приоткрыл рот, обхватил руками кисть Син Цю и приблизил к своему рту. Он лизал пальцы, а посте вобрал два в рот. Мозг отказывался работать адекватно, просто делал, что вздумается. —Ах, Юнь-Юнь, умница. Мечник промурлыкал то на ухо экзорциста и и сунул пальцы глубже, играя с языком. Вторая рука плавно легла на бедро Чунь Юня и сжала его, после чего следом плавно прошлась по ягодице, скользнула по животу и коснулась члена. —У тебя встал, Юнь-Юнь, м? Я тебя не слышу! Син Цю вынул пальцы и положил уже две руки на бёдра, прижав юношу к борту, он скользнул рукой ниже и толкнул один в нутро. —М? Ты играл с собой, Юнь-Юнь? —Да... Не .. не тяни! Пожалуйста, я... Я хочу Экзорцист видел мутно, мешали полузакрытые веки, слёзы и голубые ресницы. Он жадно вцепился в плечи друга... любовника. Син Цю облизнулся. Он вынул пальцы и медленно стал проникать внутрь. Чунь Юнь глотал ртом воздух и мычал. Как только мечник почувствовал, что нижний расслабился, он начал быстрый размашистый темп, Чунь Юнь хныкал, дёргал волосы любовника и к концу мило стонал, выгибаясь, чтобы член внутри попадал в нужное место. Кончили они одновременно, а после Син Цю поддерживал стоячее положение экзорциста, пока владелец источника материл их. Хихикая в номере после освобождения от разьяреного хозяина источника, Син Цю целовал экзорциста и подминал под себя. —Какой ты дурак, Юнь-Юнь.