Письмо

Ох, хронология. Вся эта жалкая последовательность существования всегда была у меня прямо вот тут, в этой самой тупой точке сознания, берущей на себя функцию памяти. И если бы вы могли видеть меня прямо сейчас, я бы приложил палец к виску, ощущая сверлящее чувство внутри своей головы от вашего внимательного взгляда. Но речь не об этом... Мне вдруг захотелось...безумно, до жжения в костях...поделиться с вами двумя самыми весомыми и переломными моментами своей жизни, дабы расставить наконец все точки над "и". Как черное и белое, они перечеркнули ее каждый в свою сторону, разукрасили в разные цвета...здесь я отпустил бы смешок, если бы мог...и оставили во мне неизгладимые впечатления, сделав меня тем, кто я есть...два события...два человека...словно два разных мира...однако обо всем по порядку... Первый. Привел меня наверх, помог мне выбраться из грязи в которой я родился и рос, но запросил куда большее взамен. Завербовал. Купил, если хотите, а я тогда был наивен и глуп, верил еще всему, что способен был нарисовать в своем воображении. Впитывал чужие росказни как губка и не имел ни малейшего понятия о том как безразличны и жестоки могут быть люди. Не знал. Не представлял даже, пока не обнаружил себя забрызганным кровью с ножом в руке над его угасающим жизнью телом. Я видел как последние остатки ее покидали его потускневший непонимающим взгляд, но проклятый урод все еще пытался дотянуться до меня слабеющей рукой. Коснуться пальцами, оставляя кровавые отпечатки на моей лодыжке. Я отступил в тень стряхнув этот отвратительный порыв как мусор. "Ты больше никогда не тронешь меня, чертов псих" было единственной мыслью в моей голове. Я даже не думал, что кто-то может найти меня таким или обвинить в чем-то. Просто ждал. Наслаждался. И улыбка прочерчивала кривую линию на моем перепачканном красным лице. Второй. Спас мне жизнь. И то было странное чувство близкое к восхищению, даже любви. Сердце мое при виде его заходилось чаще, а его смелый и бескорыстный поступок заставлял верить, что не все еще в этом мире прогнило до самого ее основания. Что у людей еще есть шанс. Благодаря ему. Знаете, я никогда не был готов сдаться просто так и всегда был борцом. И я солгу если попытаюсь убедить вас, что это не так. Как бы не была сложна и поганна моя жизнь я держался за нее до конца. Отдавал себя без остатка. Как и в тот день. Огромная пасть разверзлась передо-мной, протискиваясь вперед, выламывая узкую оконную раму и мне пришлось уперется в ее верхнее основание ногой, а затем и в нижнее тоже. Чтоб вы понимали весь масштаб происходящего ужаса, я был привязан к стулу. Не мог ни сбежать, ни даже толком пошевелиться. И собственные ноги, да сила воли были тем единственным, что отделяло меня от неминуемой смерти. Я кричал, отчаянно. Возможно в страхе. Возможно очень громко, ведь он услышал меня, вломившись в брошенную комнату. Ловушку, в которой меня оставили умирать, вышиб из под меня стул, благодаря чему я благополучно отлетел в сторону, отделавшись парой ушибов и пылью в глазах. Сумел освободить руки. А когда прокашлявшись я поднял взгляд, то обомлел...кажется, я вовсе позабыл как говорить или двигаться... - Ты в порядке? - Нормально, справлюсь. Или что-то вроде того. Включил, блин, героя. У него были темные волосы, невинные, но...хах, не менее перепуганные чем у меня, глаза, чистые и карие, и от него веяло каким-то...теплом что ли...выше и посильнее меня будет, это я отметил сразу...а на лице россыпь мелких веснушек. Признаться, я был смущен. И даже "нормально, справлюсь" вырвалось из меня кое-как. Тем не менее, именно благодаря ему я все еще топчу ногами эту землю. Или же...возможно уже нет... Это два самых значимых для меня события, я никому и никогда не рассказывал о них прежде, наверное, поэтому, напоследок, захотелось поделиться именно ими. Захотелось немного раскрыть себя. Дать вам, тем кто это прочтет, хотя бы небольшое представление о том, какой я настоящий, прежде чем... Знаете, завтра ночью я собираюсь...я думал о том чтобы...черт, а это все таки сложно...вообщем, я решил, что пора покончить со всем этим дерьмом, причиной которого я бесконечно являюсь. В моем револьвере осталась одна единственная пуля и я все это время хранил ее именно для такого момента. До меня дошло это, наконец, дошло...впрочем...как бы там ни было, для меня все это уже не столь важно... Прошу, не ненавидьте меня слишком сильно, если у вас оно выйдет конечно и...назовите там что-нибудь важное в мою честь... А...хрен с ним. Хотя бы напишите на моей надгробной плите...Франц, меня зовут Франц Зерамуски, но вы вероятно знаете меня как Нила и это ложь. Мне очень жаль... Да уж, не так чтобы вышло очень хорошо. Однако ему хотябы удалось хоть немного облегчить душу, находя свое спасение в бумаге. Исповедь это самое лучшее, что он может оставить после себя. Смятая. Вырванная из контекста. Но все же. Возможно, если он проживет еще день или два, добавить что-нибудь новое. Необходимое. Нужное. Закончив писать, он согнул листок пополам, вложил его в конверт, нервно улыбнулся сам себе. Спрятал за пазуху и вышел в темноту коридора. Завтра. Все завтра. Поход за стены первый и последний. У него не было шансов и он об этом знал.