Брахолка драбблов для моей дамы

Дверной звонок, всегда оставляющий неприятный привкус тревоги на кончике языка, вновь коснулся её навостренного слуха. Не взирая на позднее время, указанное на электронных часах подле двуспальной кровати, одно из мест которой сегодня пустовало, девушка соскакивает с нагретых и смятых от нервного тика простыней, почти спотыкаясь о собственные ноги, и летит прямиком в коридор. Её беспокойство кипит, и она даже не думает смотреть на глазок. Моментально вскрывает все замки и распахивает дверь. Битва в Сибуе унесла с собой множество жизней. И почти смогла унести с собой жизнь Нанами Кэнто. Почти. Мужчина тяжело дышит, облокотившись растерзанным плечом о дверной косяк, едва удерживая фокус на любимом лице, сквозь стекла треснувших очков. Из последних сил Нанами стягивает мешающий атрибут с лица, подаваясь вперед, прямо в её дрожащие руки. Крепко стискивает её в окровавленных руках, носом зарываясь в изгиб девичьей шеи, и шумно выдыхает, ощущая тонкий аромат комфорта и семейного уюта, коим она пропитывала квартиру своим присутствием. – Н-Нанами… – Давай поженимся?... Слышит, как она охает, прикрывая губы ладонями, кажется, слова его воспринимая как неуместную злую шутку. Ведь Кэнто знал, как сильно его девушка хотела примерить на себя белое платье. И всё же отрекался, отмахивался от каждого её намека, следуя своим принципам. Он и без того сделал огромное исключение, повинуясь влечению и соглашаясь на эти нестабильные отношения. И с каждым вопросом, с каждым разговором на тему свадьбы он все больше впадал в ужас от мысли, какую боль испытает его возможная семья, стоит ему, как сейчас, однажды не вернуться на дверной порог. Мир шаманов жесток. И построить в нём счастливый брак – сродни несбыточной мечте. Однако сейчас голос его звучал отчаянно. Это не шутка. – Нанами… Женские руки нежно обхватывают его побитое лицо, поднимая взор младшего на себя. Она смотрит на него глазами, полными слёз и горечи. А он лишь тихо выдыхает, почти валясь с ног, и соприкасается с ней лбами, прикрывая раздражённые глаза. – Я серьёзно. Пожалуйста, давай поженимся… Он крепче сжимает её в своих объятьях, закусывая кровавое месиво, которое когда то было его губами. Что то во время битвы в нём… сломалось. На пороге смерти все его убеждения перевернулись вверх дном. Сожаления, заполнившие разум, роем пчёл атаковали сердце и душу, заставляя их судорожно, до боли сжиматься. Плевать. Кэнто плевать хотел на свои установки. Ведь если он вернется домой, то обязан сделать эту девушку самой счастливой. Плевать, когда их разделит смерть! Плевать, что будет! Отныне есть только сегодня и только сейчас. – Скажи, что ты согласна… – Какой же ты идиот! Хрустальные дорожки скатываются по щекам, и она кидается на его израненную шею, крепко прижимая мужчину к себе. – Я согласна…!