idée fixe

Енджун понимает – слинять у него не получится. Слиться или скрыться как-то тоже вряд ли. Если Чхве Бомгю дать руку, то он откусит по самый локоть, вытрет кровь с губ и мило улыбнется. Чхве Бомгю – пиранья, а Енджуну с ним не тягаться. Он понимает это, когда ловит на себе полный обожания взгляд Бомгю. Может, сравнение с рыбой и не совсем то, что нужно. Может, лучше хорошо натренированный аргентинский дог, который никогда своего не упустит? Если вцепится, то хер оттащишь? Разве, что с рукой. Бомгю мило улыбается, а Енджун прячет руки в карманы. Мало ли, что может случиться? Вдруг, и правда, оттяпает? С него станется. Вон он весь такой худой и костлявый, и тот, кто его совсем не знает, может подумать, что ничего эта лапочка не сможет. Но это очень ошибочное мнение. Все, кто пытался проверить способности лапочки Бомгю к самообороне заканчивали в отделении скорой помощи. Как очень хорошо воспитанный мальчик Чхве Бомгю чаще всего и вызывал карету скорой, чтобы люди не страдали за зря. Поэтому Енджун пока не рискует. Принимает внимание младшего, как что-то само собой положенное. Признаться, ему и правда, приятно, что Чхве Бомгю так на него смотрит и обожает своего старшего хена. Делает вид, что ничего не замечает. Но иногда мальчишку несет. Например, когда он решает купить дорогущие сережки для него. Енджун пробивает их в интернете, то давится воздухом от цены. Или решает, что он – мастер боевых искусств и лезет в драку, к которой вообще не имеет никакого отношения. Просто из-за того, что кто-то посмел сказать хоть слово в сторону хена. Бросается, чуть ли не с пеной у рта. Енджун в самом деле старается не замечать, но кого он хочет обмануть – как такое можно не заметить? Когда ради тебя готовы абсолютно на всё, то любой нормальный человек такое заметит. Вот и Енджун считает такое поведение не совсем нормальным, но противостоять Чхве Бомгю не может. Просто физически не может сбросить руку младшего, которую он закидывает всякий раз ему на плечо. Или перестать затягиваться его запахом, от которого просто дуреет. Ему каждый раз приходится прикладывать сколько усилий, чтобы сдержать себя и не ответить на касание, не прекратить контакт, от которого крышу сносит окончательно. Потому что Бомгю прижимается всякий раз крепче. И как бы он не отшучивался крепкой мужской дружбой, он понимает – это уже давно перешло границы. Потому что потом ему снится, как Бомгю со своей этой улыбкой опускается перед ним на колени и расстегивает пуговицу на джинсах. От этого утром ему стыдно смотреть младшему в глаза. Потому что дрочил на него полчаса назад, пока принимал душ. А Бомгю продолжает вести себя так, потому что даже не догадывается, кто на самом деле снится его хену. И вовсе это не та грудастая одногруппница, о которой постоянно вспоминает Субин. Просто потому что до того, как он встретил Бомгю, Енджун даже не думал о том, что может захотеть парня. Что способен так сильно хотеть засосать парня. До Бомгю он даже не подозревал, что захочет засунуть свой член в чужую задницу. И это желание будет настолько сильным, что ни на одну девчачью задницу он больше не посмотрит. Ему была нужна только одна худая задница Чхве Бомгю. И ничья больше. Потому что Чхве Бомгю – это единственное желание Енджуна. Ангельская внешность младшего резонировала с дьявольским характером. Милая улыбка, а глаза – черные топи. Но Енджун его и такого хочет. - Эй, хен? Енджун вскидывает голову и смотрит на сидящих напротив парней. Бомгю переглядывается с Субином. - О чем задумался? – говорит снова и поправляет челку. Енджун послеживает за легким движением руки, что откидывает волосы со лба. Бомгю ловит его взгляд и улыбается. Довольно жмурится и тянется к его лицу. Касается морщинки между бровей. - Будешь так много думать, появятся морщины. Енджун хмурится ещё больше и отстраняется назад, чтобы пропало тепло от пальцев Бомгю. - У меня пара через десять минут, я пойду. Енджун отодвигает стул и подбирает сумку с пола, забрасывая лямку себе на плечо. - Удачи, - говорит Субин и салютует сложенными пальцами, вызывая смех у Бомгю. - У меня контрольная, - бурчит Енджун и бросает взгляд на Бомгю. Младший смотрит так, будто знает, о чем на самом деле думает Енджун. - Я провожу, - Бомгю подхватывается со своего стула и идет за старшим. Енджун хочет отказаться, но понимает – отпираться бесполезно. Если попытаться, то можно схлопотать и синяк обеспечен. Несмотря на свою тонкую кость, удар у Бомгю поставлен нормально. - Ты придешь сегодня ко мне? Енджун чувствует легкий запах сигарет, что исходит от одежды Бомгю. Старается дышать не слишком глубоко, чтобы мысли не начали путаться. У него всё-таки контрольная, нужно собраться. - Не знаю, у меня репетиторство. - А если я заплачу этому опарышу, чтобы он два часа посидел в игровой комнате? - Бомгю уходит вперед и внимательно наблюдает за тем, как вытягивается лицо старшего. - Ага, а он меня своей мамаше сдаст? Нет уж спасибо, мне деньги нужны. Он понимает, что отговорка слишком слабая. Он плохо старается. Совсем не пытается отмазаться. - Ну же, хен, соглашайся. Енджун резко выворачивается, когда Бомгю снова закидывает ему руку на шею. Чувствует, как краснеет шея и щеки. И понимает, что во-первых, он никогда не сможет ему отказать, а во-вторых, не сможет привыкнуть к тому, как себя ведет Бомгю. Это всё только горячит его фантазии. Бомгю словно специально подкидывает дровишек под котел, в котором варится Енджун. - Я постараюсь отпустить его немного раньше, - вздыхает Енджун, когда сдается под напором Бомгю. – Немного опоздаю. - Тогда, удачи на контрольной и до встречи вечером. Енджун кивает. Он не сможет не реагировать на Чхве Бомгю.

*

Енджун выходит из университетской библиотеки сразу же, как только отпускает своего ученика. Берет ниже оплату, потому что занимались только полтора часа, вместо оговоренных двух. Малец не слишком расстраивается. Да и Енджуна, в принципе, тревожит не мальчишка, а его скандальная мать. Есть такие люди, которые не понимают нормальных слов. Но больше всего его сейчас заботит вопрос того, как слинять с дома Бомгю. Он даже не успел придумать запасной вариант отхода. Тем более, что в компании будет и Субин, с которым они живут в одной комнате. Вариант с общежитием отпадает сам собой. Он смотрит на часы и чертыхается. Нужно быстрее добежать до остановки, чтобы не пропустить нужный автобус. Бомгю открывает дверь сразу же. Смотрит внимательно на попытки старшего отдышаться после короткой пробежки. Енджуну от этого взгляда не скрыться. Разве что под землю провалиться. Но есть догадка, что и оттуда его достанут. - Проходи, мы без тебя не начинали. Енджун захлопывает за собой дверь, бросает сумку в угол и разувается. Идет следом за хозяином, на кухню. Еда из доставки даже ещё и не открывалась, всё стоит тщательно запакованное. Все ждали его. - Я быстро руки помою, - оправдывается Енджун и сбегает в ванную. - А на кухне зачем кран? – интересуется непонимающе Субин и переводит взгляд на остальных. - У него, походу, от его репетиторства совсем того, – Тэхен крутит пальцем у виска. Хюнин Кай давится смехом и толкает старшего в бок: - Нельзя же так! Енджун споласкивает руки и для верности умывается. Брызжет холодной водой в лицо, пытаясь унять жар, что поднимается к щекам. - Что-то случилось? Енджун чувствует, как Бомгю прилипает к его спине, как проскальзывает пальцами в шлевки джинсов. - Всё в порядке, - Енджун неловко выбирается из объятий младшего и поворачивается к нему лицом. – Нас уже заждались, наверное. - Наверное, - пожимает плечами Бомгю. И, наверное, обижается. Потому что целый вечер даже не смотрит на Енджуна. Первым отводит взгляд, если они встречаются глазами. А Енджун пытается весь вечер словить его взгляд больше, чем на секунду. Понимает, что это его бесит. Что за фигня? Что не так? Но Бомгю играет в какую-то игру, правила которой знает только он сам. Енджун кипит изнутри, потому что не понимает причин такого отношения. Бомгю как будто специально целый вечер отирается рядом с парнями, не оставаясь один на один с Енджуном. Уходит покурить на балкон с Тэхеном, или порубиться в приставку с Субином и Хюнин Каем. Что-то точно происходит, но он не понимает, что именно. А Енджун смотрит на него, как затравленный зверек. Ему даже становится пофиг на то, что ребята увидят. Почему-то это сейчас волнует меньше всего. Потому что вид у Бомгю такой, будто Енджун ему не нужен. Словно он уже заебался за ним бегать и что-то доказывать. Енджун думает, что эта злость ни к чему хорошему не приведет, поэтому выскальзывает на улицу. Говорит, что выйдет подышать. Ему становится действительно лучше, когда прохладный воздух проходится по щекам. Алкоголь в крови повышает уровень отчаяния. Он топчется на месте, когда ночной воздух лижет голые пятки. Енджун наспех засунул ноги в кеды и так и побежал, не задумываясь о последствиях. Наверное, Енджун был слишком беспечным, когда допускал мысль, что никуда Бомгю не денется. Как же он ошибался. Оказывается, денется, ещё как. Зря он не допускал мысль о том, что может надоесть младшему. И к кому он тогда будет лезть? К Субину? Или к Тэхену? Енджуну почему-то не сильно хочется видеть это на свои собственные глаза. Поэтому он разворачивается и идет обратно в квартиру, чтобы выяснить, что к чему. - Бомгю-я, можно тебя на минуту? – кричит Енджун из коридора, надеясь, что младший не проигнорирует просьбу. Он стоит в темноте коридора, сгорая изнутри от волнения. Минуты кажутся вечностью. Бомгю появляется как раз тогда, когда Енджун уже хочет идти за ним и тащить за собой. Без раздумий он ловит его за руку и вжимает в стену, удерживая за запястья. Касается сухих губ, пропитанных сигаретным дымом. Закрывает глаза и затягивается запахом Бомгю. И вот это кажется правильным решением. Он не понимает, почему так долго отказывался от этого. ведь чувствовать тело Бомгю рядом – это лучшее ощущение. Он вжимается в его губы резко и решительно, не давая шанса на то, чтобы передумать и остановиться. Чувствовать ошалелый пульс и то, как отвечает ему Бомгю – самое сладкое. Как он послушно распахивает шире рот, впуская его язык. Как пытается вырвать инициативу и хочет вытянуть хотя бы одну руку. И Енджун позволяет. Потому что сразу же рука Бомгю оказывается в его волосах. Губы у Бомгю мягкие и немного горчат от выкуренных сигарет. Енджун толкается бедрами к парню, стонет прямо младшему в рот от удовольствия. Бомгю же целует горячо и влажно, вылизывает рот старшего, как ненормальный. Они оба ведут себя слишком несдержанно. В любую минуту парням может стать интересно, где они пропали. И тогда кто-то из них выйдет в коридор и увидит вот эту сумасшедшую лизню. Оба слишком изголодавшиеся по друг другу. Всё это на грани фантастики. Так, во всех снах, которые Енджун видел каждую ночь. Кажется, что одних поцелуев, чтобы насытиться друг другом им точно не хватит. Это только сильнее разжигает огонь внутри. И когда Бомгю тянет его за собой в комнату и защелкывает за собой замок на двери, Енджуну становится откровенно плевать, что подумают остальные. Ему хочется, чтобы они остались наедине вот так вот навсегда. - Енджун-хен… От собственного имени, произнесенного так Бомгю, его плавит окончательно. Все стоп-краны срывает к херам и выносит к чертям собачьим. Ему вообще никто не нужен в целой Вселенной, только бы Бомгю вот так шептал его имя. И он притягивает младшего к себе, целует нежно и зарывается в волосы, мягкие и пахнущие яблоком с корицей. Так хорошо. Так правильно. Так, как он давно хотел. Поцелуй простреливает по нервным окончаниям, собираясь жаром внизу живота. Это так заводит – касаться друг друга без каких-либо ограничений. Так, как хочется, не сдерживаясь. Кожа Бомгю горячая и немного влажная. Енджун обожает этот его парфюм соленого морского бриза. Словно вдох свободы. Он толкает Бомгю к кровати и нависает над ним, жадно разглядывая каждую деталь лица. Смотрит так, как никогда до этого. Смотрит и уже не сдерживается. Губы сами ползут вверх, складываются в какой-то звериный оскал. И Енджун рычит, когда Бомгю царапается, задевает затвердевшие соски. Футболка младшего летит на пол, а Енджун тут же впивается губами в острую ключицу, стискивает пальцы на бедрах, сползает ниже, к заднице. О которой мечтал так долго. Сдавливает и с наслаждением слушает стон Бомгю. Это не поддается никакой логике, но все происходящее кажется самым верным из всего, что было до этого. Просто чтобы их руки переплетались, как и языки в каком-то непонятном бешеном танце. На избавление от одежды уходят считанные секунды, и Енджун наваливается сверху. Придавливает своим телом Бомгю к кровати. Впивается зубами в плечо, зализывает место укуса. Бомгю покорно принимает всё, что делает старший. Даже не сопротивляется. Вместе, думает Енджун. Как же им хорошо вместе. Так приятно целовать его, жадно касаться и оставлять на бледной коже яркие отметины. Слышать его рваные вдохи-выдохи, перемешанные со стонами. Он такой сладкий сейчас. Такой раскрытый и послушный, что такого его хочется ещё сильнее. В глазах Бомгю - неконтролируемое нечто. Безумие, от которого Енджун замирает. И давится вдохом, когда Бомгю сильнее вжимается в него и прижимается бедрами. Енджун целует требовательно, прикусывает губы младшего и касается ладонью члена Бомгю. Реальность рассыпается на кусочки. Енджун усаживается на кровати и тянет Бомгю к себе на колени. Касается его, продолжает целовать. Начинает двигать рукой быстрее, горячо дыша и ловя ртом стоны младшего. Упивается ими сполна. Смотрит на лицо Бомгю, что плавится от удовольствия, ломается в спине и падает ему на плечи. Упирается мокрым лбом в горячую кожу и тяжело дышит. Это можно назвать только помешательством. Никакие другие обозначения это безумие не смогут объяснить. Бомгю кончает первым, пачкает руку горячей спермой и прикусывает кожу на плече. Наверное, до крови. Енджун – следом за ним. Находит руку Бомгю и сплетает их пальцы. Это то, чего ему так долго не хватало, чтобы внутри отпустило, и стальные тиски перестали сжимать внутренности – чувствовать руку младшего в своей. - Признайся, что я понравился тебе сразу же, хен, - шепчет Бомгю и укладывается на кровать, утягивая Енджуна за собой. Касается кончиками пальцев влажной кожи и улыбается. Хитро так. - Да. Как же иначе. - Я так и знал. И Енджун понимает – его провели. Его съели только что целиком, проглотили и даже не подавились. Чхве Бомгю - не пиранья, он - самая настоящая акула. Но Енджуну приятно. Ему так хорошо, наверное, впервые за слишком долгое время.