Падший Ангел:Борьба за справедливость.

Изуку умывается холодной водой, стараясь скрыть свои красные уставшие глаза. Вода не очень помогает, но хоть что-то, считай, он сделал. Он со вздохом плетется вниз на первый этаж, игнорируя то, как все взгляды одноклассников останавливаются на нем. Некоторые выглядят удивлёнными, пока другие с чем-то вроде непонимания смотрят на его костюм. Изуку решил не сильно заморачиваться и сразу надел костюм и всю нужную экипировку, чтобы не тратить зря время. Сейчас он должен был идти к главному входу, как и сказал сенсей, поэтому не обратил внимания на открытые рты некоторых из них. Ну, его костюм явно поменялся. Сегодня он решил надеть тот, который планирует надевать при заданиях в ночное время суток. Сначала идёт черная водолазка, плотно прилегающая к телу; это было сделано для того, чтобы одежда случайно никуда не зацепилась. Поверх нее шла однотонная зипка с длинными рукавами, сохраняющая тепло. Это защитит его от ночного холода улиц. На самом деле, Хацуме обещала чуть позже дополнить костюм. Как сами детали, так и дизайн, потому что: «Ну это совсем не годится! Даже несмотря на то, что ты попросил этот костюм для ночных патрулей и подпольной героики, он не может быть лишь в черном цвете! Пусть твоя стажировка закончится! Я доработаю дизайн!» Для него это прозвучало более угрожающе, чем могло показаться. Его устраивала и первая версия. Впрочем, Хацуме так легко не отстанет. Штаны карго и берцы. Ремень с несколькими карманами. Ножны, закреплённые на ремне, а также кобура. Много карманов для различного оружия и тому подобного. Все в основном выполнено в черных цветах, хотя кобура и ножны чуть светились зелёным в темноте. Не спрашивайте его почему, он и сам не знает. Ещё одни хотелки и своевольничество от Хацуме. Он не жалуется. Была маска похожая на респиратор, который перекрасили в черный. Она плотно прилегала к лицу, фильтруя воздух. Это была мера предосторожности, которую он решил принять. Все же, летний лагерь до сих пор всплывает в памяти, а с ним и тот усыпляющий газ, из-за которого большинство учеников вырубилось и не смогло дать отпор злодеям. Он, честно говоря, не знает, почему почти все было черным. Единственное, что он попросил — сделать все в темных цветах. Одежда была сделана из нескольких слоев кевлавра, благодаря чему была износостойкой. Да и Хацуме добавила от себя водостойкость и огнестойкость. Ну, ему по крайней мере не нужно столь сильно бояться за свою жизнь. Хотя учитывая его «удачу», даже это его не спасет. Костюм не сковывал его движения, а также не мешал во время боёв. В нем не было душно из-за толщины ткани, но и не холодно, благодаря чему он мог не переживать насчёт температуры и выходить в патруль в большинстве случаев, не обращая внимания на погоду. Мэй также добавила в отдельный карман немного батончиков и другой перекус, а вместе с этим — заметки и ручку, чтобы что-то записать, ну, или дать фанатам автограф. Хотя он сомневался, что у него его будут просить. Перчатки, к сожалению, требовали чуть больше внимания, поэтому пока что не были готовы. Он хотел иметь какую-никакую защиту рук, особенно учитывая его причуду, что было достаточно сложно. Вариант перчаток его дневного костюма не подходил, да и был более громоздким, из-за чего они решили остановиться на более лёгкой, но полезной версии. Именно поэтому Мэй ещё с ними не закончила. Впрочем, они будут готовы к концу стажировок, так что он не против подождать. Нужный минимум уже есть. На самом деле, ему это даже казалось каким-то ребячеством, однако сейчас это не особо важно. — Мид… Дверь захлопывается ещё до того, как Каминари успевает договорить. Впрочем, он доволен. Ему не особо хотелось с кем-либо разговаривать на данный момент. Стресс понемногу уничтожал все крупицы здравомыслия, делая его более раздражительным. В последнее время Изуку начал замечать это за собой. Его легко выводили из себя любые звуки: слишком громкие голоса; топот ног в коридоре; тиканье часов… Возможно, ему придется найти какое-нибудь занятие, чтобы успокоиться. Может быть, медитация послужит тем самым успокаивающим фактором. Он попробует. Медитация ему явно не повредит, а если ничего не выйдет, то он просто найдет другое занятие.

***

Изуку останавливается у главного входа, ожидая прибытия своего классного руководителя. Осталось около десяти минут, так что он немного расслабляется, делая глубокие вдохи и изредка зевая. Все же стоило вчера нормально отдохнуть. В голове до сих пор крутилась утренняя ситуация с Эри, вновь и вновь появляющаяся перед глазами словно иллюзия. Ее образ снова и снова проигрывался в ее голове, пока он раз за разом прокручивал ее слова, сказанные еле слышным голосом. Все в ней кричало о беззащитности, из-за чего желание ее спасти словно крик в тишине разносился в мыслях. В детстве его не спас ни один герой, так что он намерен стать героем для маленькой девочки, что столь сильно похожа на него прошлого. Возможно, ему придется пожертвовать ради этого слишком многим, однако он не видит в этом проблем. Он и так лишился слишком многого, чтобы переживать по таким пустякам. Это определенно стоит счастья маленькой девочки, которая, скорее всего, как он думает, сейчас живёт в ужасе и страхе. Возможно, эти чувства подпитывают каждый час, а она, будучи ещё ребенком, не может им противиться и устоять. Стоило ему представить ее улыбающееся лицо, как в груди вспыхивает маленький комочек счастья. Было немного сложновато представить ее счастливой, однако после нескольких попыток, у него это получилось. Ей бы подошло бледно-голубое платьице, чуть ниже коленок. Несколько передних прядок можно было бы закрепить сзади. Возможно, ей бы подошёл небольшой красный бантик, который служил как заколка, держащая ее белые волосы. Да, она определенно выглядела бы чертовски мило. Изуку хотелось бы, чтобы она была его младшей сестрой. … Боже, он уже привязался, не так ли?! Значит, у него появилась ещё одна причина поскорее ее спасти! В голове вспыхивает имя, которое она ему дала. Губы изгибаются в маленькой улыбке, пока в глазах вспыхивает теплота. Она вновь сменяется на разочарование и грусть, стоит ему вновь вспомнить, что он не справился. Как бы то ни было, он обязательно найдет способ ее спасти. Не важно, сколько преград и препятствий встанет у него на пути. Изуку без сомненья сдержит свое слово. — Проблемный ребенок? Ты уже здесь, — Сотриголова медленно шагает в его сторону, держа кусочек шарфа у себя в руке. — Да, я пришел чуть раньше, — Изуку выходит из потока воспоминаний, стараясь не подавать виду, что его настроение сейчас не из лучших. — В таком случае, думаю, нам стоит направиться к месту назначения, — Айзава обходит его и идёт к воротам, а Изуку следует за ним. Он найдет способ, однако сейчас он должен потратить немного времени на другие дела.

***

До агентства Ночноглаза они добираются достаточно быстро. Всего лишь одна пересадка на другой поезд. Айзава останавливается в нескольких шагах от двери, оглядываясь на него. Изуку лишь поднимает бровь, продолжая идти вперед. — Ты уверен, что готов встретиться с Ночноглазом? — Шота все же уточняет, предпочитая потом не видеть какое-нибудь беспокойство или опасение в поведении парня. — Да, — кратко ответив, Изуку открывает дверь, заходя перед своим учителем. Айзава действует так же, после чего идёт к одной из героинь, работающих здесь. Она имеет кожу светло-голубого оттенка, а так же синие, немного кудрявые, волосы. Изуку нахмурился, увидев ее геройский костюм. По его мнению он был слишком…ээээ… Открытым! — Ах, Сотриголова! Вот Вы где! Сэр Ночноглаз ждёт Вас в пятом конференц-зале! — она замечает их, после чего выдает им нужную информацию. — Хорошо, — Шота предпочитает направиться в сторону нужного помещения, всего лишь раз оглянувшись в сторону подростка. Бабблгерл несколько секунд его разглядывает, будто сканирует его. Он показался ей каким-то знакомым, но она ничего не сказала по этому поводу. Изуку не особо удивлен. На нем сейчас другой костюм, а маска закрывает половину его лица. Зипку он пока ещё не застегнул, но капюшон все равно было решено накинуть. Он проходит мимо героини, которая продолжает его разглядывать, после чего идёт за классным руководителем. Доходят до конференц-зала они быстро. Айзава не церемонится, а просто открывает дверь, не постаравшись даже постучаться. Все взгляды останавливаются на них, когда Айзава невозмутимо заходит в комнату, ногой подцепляет ножку стула, выдвигает его и садится. Изуку, недолго думая, берет с него пример, непринужденно разваливаясь на стуле. Собравшиеся герои выглядят в меру растерянными и шокированным, глядя на их действия. Ночноглаз пилит их взглядом добрые несколько секунд, после чего прочищает горло, привлекая все внимание к себе. — Айзава. Будь добр — объясни мне и всем присутствующим героям о том, что тут делает Мидория, — очки блестят под светом ламп, пока он жёстким взглядом смотрит на Изуку, подняв бровь. — Я вчера звонил тебе и предупредил, что возьму с собой своего стажёра. Ты согласился, — Айзава хмыкает, играя с концом своего оружия захвата. — Да, но ты не сказал, что стажёр — Мидория, — Ночноглаз снова перевел взгляд с одного на другого, видимо, ожидая ответа от кого-нибудь из них. Герои сидящие в конференц-зале молчат, не нарушая тишину. Они в меру растеряны подобным развитием событий, однако предпочитают не вмешиваться. Сами разберутся, а если что-то пойдет не так — они вмешаются. — В чем проблема? Чего ты хочешь от подростка? Сейчас это не Мидория, а мой стажёр. Я не намерен продолжать эту перепалку, тратя свое время на подобное. Если ты столь сильно недоволен его нахождением здесь — ладно, — Шота встаёт со стула и отходит от стола, не сводя взгляда с Сэра Ночноглаза. — Что ты… — Пойдем, Проблемный ребенок. Видимо, вся эта миссия — пустая трата времени, раз у Ночноглаза есть время для возражений, — герой подполья ждёт у двери, пока подросток медленно встаёт и следует его примеру. — Подожди. Ладно. Хорошо. Пусть остаётся, — Ночноглаз не меняется в лице, просто продолжая сверлить Изуку немигающим взглядом. Айзава ничего не говорит, просто приобнимает Изуку за плечо и отводит обратно к столу, отодвигая для него стул. — Да, ты хороший герой, но Мидория — мой стажёр. Даже если до этого мы несколько раз работали вместе — не значит, что я буду терпеть подобное отношение к нему, — с этими словами Айзава садится на место, устало закрывая глаза. В помещении опять повисает тишина, пока они ждут нескольких остальных героев, которые опаздывают. Ночноглаз лишь смиряется с ним, понимая, что без Сотриголовы придется туго…

***

Опаздавшие герои наконец занимают свои места, ожидая начала. Асуи, Урарака и Киришима выглядели в меру удивлёнными, когда увидели его. Ну, как удивлены… Они стояли там добрые несколько секунд, протирая глаза, разевая рты и не веря, что перед ними именно он. Тсую здоровается с ним, на что он отвечает кивком, не желая разговаривать. Он предпочтет молчать до тех пор, пока не придется. На самом деле, будь на их месте Изуку, у него, скорее всего, была бы похожая реакция. — Что он тут делает?! — Урарака вскакивает с места, одной рукой опираясь на край стола, а второй указывая на Изуку. Не сними он капюшон с головы из-за того, что в комнате слишком жарко, они бы, по сути, даже не узнали бы его. — Сядь на место Урарака, — подаёт голос их классный руководитель. — А что тут делает Айзава-сенсей?! Что вообще происходит? — она растерянно смотрит на Ночноглаза, ибо знает, что созвал героев именно он. — Его участие крайне важно в нашей миссии, поэтому я его вызвал, — Мирай щелкает языком на подобные выходки. — А что тогда тут забыл деку? — последнее слово оно буквально выплёвывает, кривя лицо. — Он со мной. И да, прошу не называть своего одноклассника, а сейчас участника той же миссии, что и ты, бесполезным. Я не обращу внимания на то, что на данный момент ты стажёр другого героя, а не моя ученица, и выдам тебе соответствующее наказание, — Шота сверкает красными глазами, под взглядом которых его ученица сдувается. Она с недовольством садится на место, где ей начинает что-то шептать Рюкью. Очако выглядит расстроенной, что, видимо, указывает на то, что героиня ее отругала за подобные действия. Урарака встречается с зеленоволосым взглядами, после чего закатывает глаза и скрещивает руки на груди. Киришима, сидящий через несколько мест от него, не выглядит так, будто его волнует его присутствие. Изуку рад, что хотя бы он не пытается ему что-то сказать. Честно говоря, Ночноглаз и Урарака уже вымотали его. — Что ж, предлагаю начать, — Ночноглаз нажимает одну из кнопок на пульте, представляя их вниманию что-то вроде голограммы. Что ж, это будет долго…

***

— Наша главная цель: Спасти эту девочку, — на голограмме появляется фото слишком знакомого ребенка. Белые волосы, красные глаза, а также бинты, покрывающие ее руки и ноги. Мир вокруг замирает, а время останавливается, когда его охватывает паника. Это Эри… Та самая Эри, которую он встретил буквально недавно, и не смог защитить. Та самая Эри, которая со слезами на глазах просила спасти себя. Та самая Эри, которая дрожала в его объятиях. Та самая Эри, которую он пообещал спасти. В животе стягивается тугой узел, пока в горле образуется комок. Дыхание участилось, так же, как и биение его сердца. Он в панике. В комнате с кучей профессиональных героев, которые были собраны для миссии. Изуку резко встаёт с места и, откланявшись, выходит из комнаты, сдерживая рвоту. Его тошнит от осознания своего провала. Он чертовски облажался. Опять.

***

Найти уборную было достаточно сложно, учитывая его учащенное дыхание и головокружение. В коридоре ему мерещился взгляд Эри, что с отчаяньем звала его на помощь. Несуществующий топот ее ножек сводил его с ума, заставляя чувствовать себя каким-то ненормальным. Это не нормально, что ему мерещится ее силуэт. Это не нормально, что ее голос эхом отдается у него в голове. Это не нормально, что он чувствует фантомные касания, которых нет. Эри нет рядом, но в то же время она просто есть. Дверь с громким звуком ударяется о стенку, когда он беспощадно открывает ее. Изуку быстро захлопывает ее, направляясь к ближайшей раковине и закрывая рот рукой. Пот стекает по лицу и шее, пока он хватается за ткань водолазки в районе сердца. Стук сердца слишком громкий для него самого, да и он сам ощущает его. Такое ощущение, что оно бьётся о его ребра, стараясь их проломить, но у него не хватает на это сил. Парень упирается лбом в зеркало, ощущая прохладу. Вздох вырывается без его ведома, но он его не сдерживает, пытаясь совладать со своей паникой. Он медленно сходит с ума… Быстро плеснув в лицо холодной воды, он упирается руками в края умывальника, позволяя маленьким каплям медленно капать вниз и разбиваться о белую керамику. Дыхание понемногу приходит в норму, а сердце, наконец, сбавляет свою скорость. В ушах больше не слышится стук, а комок в горле отступил. Ещё раз вздохнув и плеснув в лицо водой, он медленно выходит из уборной, так и не посмотрев в зеркало. Ему не нужно было видеть свое уставшее и измученное лицо, чтобы понимать, что он понемногу падает вниз.