Наше потерянное лето.

Белка, продолжил бы безустанно говорить, как вдруг автобус резко остановился, а водитель гаркнул, что-то типо: «На выход», немного грубо, учитывая каких денег стоил этот лагерь, хотя если сумма была такова, лишь из-за тех видов, то он не против. Лишь бы дожить до того времени как он увидит их снова... По дороге домой. — Наконец-то, — радостно пролепетал Хан, и протолкнулся вперед неспешного Хвана. Выйдя из автобуса, в лицо подул покалывающий ветер. Перед глазами был вид красивого берега, волны неспешно переливались, песок казался настолько чистым, что наступать на него кроссовками, которые видали лишь улицы Лос-Анджелеса казалось запретным. Справа стояло огромное здание, а слева небольшие деревянные домики, в одном из них и предстояло жить Хвану ближайшие 3 месяца. Закрыв глаза и вдохнув побольше воздуха, тот почувствовал соленый вкус моря. Как вдруг кто-то выбежал из второго автобуса и вскрикнув, накинулся на Хана с объятиями. Блондинистая макушка, звонко рассмеялась, когда второй начал кружить его. Хван на минуту задумался, кем они приходились друг другу? На братьев не похожи... Может они... Лучшие друзья(?) только это единственное, более подходящее предположение пришло в голову к парню. Где-то справа окликнули блондина, и те, наконец остановили свою карусель, Белка слегка отстранилась от парня, на секунду Хенджин заметил, тоскующий взгляд Джисона, который бегал по лицу напротив, будто пытался запомнить каждую черту. Тот окликнувший их парень, стал пробираться через толпу, тогда Хенджин смог его увидеть. Какого было его лицо, когда он увидел того злого кота… Стоп что? Ладно, это вполне хорошее описание. Вынырнув их своих мыслей, он заметил, что все это время пялился на него. Тот же в ответ смотрел крайне недовольно. Выиграв противника в "гляделкам", он заметил в его руках футляр для скрипки. "Скрипач?" понеслось у него в мыслях. Из потока его выкинул довольно грозный и нетерпеливый голос незнакомца. — Вы долго обжиматься будите? Ликс, нам нужно заселяться в дом, давай быстрей - рявкнул тот. — А, заселятся… Проговорил виноватым голосом блондин, отстраняясь от Хана. — Мы с Хан~и будем в одном домике, прости Хоши - проговорил мальчишка, опускаю глаза в пол, жмурясь будто ожидая, что его начнут отчитывать как маленького. Но ничего не произошло, тот лишь всунул Ликсу сумку вещей и ушёл. Хёнджину стало любопытно и он решил спросить. — А чего это он так? Какое ему дело? - Он взглянул на паренька, который поменялся в лице, стал более грустным. Тот вздохнул и ответил. — Минхо не любит Хана. Я понимаю, он переживает за меня, как-никак брат, но я ведь уже не маленький и сам могу решать с кем мне быть. -он поправил выпадающий локон волос, смотря прямо в глаза Хёнджину. "Минхо". Он не желал копаться в этой грязи. Повисла неловкая тишина. Светлая макушка поменялась в лице и будто очнувшись, он вскрикнул. — Блин-блинский! Я ведь даже не представился, я Феликс! Рад знакомству, как мне можно обращаться к тебе? - Тот протянул руку для рукопожатия, озаряя своей улыбкой кого только можно. — Хван Хёнджин, рад знакомству… - последнее, он сказал неуверенно, сам не зная говорит ли он сейчас правду. Все же пожав руку младшему, он повернулся к Хану и сказал: — Ну… Я пойду, мне ещё нужно сходить на экскурсию по лагерю - Хван хотел уйти как можно быстрее, пока сам не понимаю почему. Те попрощались и он скрылся за воротами лагеря. Найдя одного из вожатых, который представился Ким Сынмином, медленно оглядел его с ног до головы. Он был в приятном глазу голубом жилете, поверх рубашки молочного цвета. Облегающие штаны древесного цвета, подчёркивали стройные и аккуратные ноги старшего. Тот улыбался, но Хенджин не чувствовал, что тот действительно рад видеть детей. Тем не менее он послушно обходил все места, рассказывая в деталях. Большой стадион, как им объяснили, именно на нем будет проходить открытие смены и собрания. Столовая было, довольно больших размеров, все из дерева, это все предавала свою атмосферу. Актовый зал, наверное единственное место, которое отличалось своей современностью. Домики блистали на солнце, отдавали чем-то родным и приятным. Влажный воздух прочищал лёгкие, вода сверкала, так и манила искупаться. Закончив со всей рутиной, Хёнджин, вымотанный до жути, забрал свой ключ от домика. Времени для собрания еще довольно много, поэтому он решил устроиться под деревом, рядом с причалом. Приятный, прохладный воздух укутывал парня, давая возможность дышать полной грудью. Положив сумку с вещами парень надел наушники он погрузился в чтение. Вдруг прозвучал грубый голос мужчины, оповещающий, что собрание вскоре начнется, и всем нужно собраться на стадионе. Хван устало вздохнул, собрал сумку и не торопясь пошагал на стадион. К его удивлению он был уже почти заполнен и уже не казался, таким уж и большим. Хенджин осознал, что он один стоит с сумкой, видимо остальные сразу после экскурсии пошли раскладывать свои вещи. Осматривая каждый силуэт, он увидел знакомую русую макушку. Тот стоял прямо, прожигая взглядом директора лагеря. Но Хёнджина позабавил все тот же лиловая кофточка с котёнком. Вдруг Минхо обернулся, будто почувствовал взгляд Хвана, злобно зыркнув, он что-то сказал, но из-за гула, кажется по движению губ Хенджин смог разобрать:"прекрати пялиться, придурок". Медленно, без всякого стеснения, Хван с ухмылкой поднял средний палец. Минхо поменялся в лице, и уже чуть не сорвался в его сторону, но в ту же секунду, Минхо прилетел подзатыльник, от чего Хван беззвучно позлорадствовал. И только сейчас, Хенджин заметил того миловидного парня, который предотвратил их драку на парковке. Минхо резко сменил объект внимания, скрипя зубами, вздохнул и продолжил "внимательно" слушать мантру директора, которую слышал на протяжении нескольких лет. Поприветствовав вожатых и сделав вид, что запомнили все их имена, ребят распределили по отрядам из семи человек, к которым прикреплялся вожатый и помощник. Помощника, выбирал сам вожатый, который до этого показывал окрестности Хвану. Роль несчастного помощника выпала худощавому парню с белыми кудрями, его звали Ян Чонин. Он был крайне стеснительный и дёрганый. Как выяснилось, он впервые будет помощником вожатого и немного переживал. Позабавил тот факт, что Хвану «посчастливилось» попасть в отряд именно с Минхо. Когда формальная часть закончилась, им выделили время на знакомство. У каждого отряда был определённый участок состоящий из 4 домиков для детей, но так как загруженность в лагере была необычайно большая, вожатого пришлось поселить с одним из ребят. И уже второй раз подряд, несчастным становится Ян Чонин. Так же, есть большой домик для всего отряда, где зачастую они готовили и просто развлекались в свободное время. Сынмин (так к нему, почему-то все обращались) предложил, чтобы после распределения, отряд собрался в домике для отдыха. Что странно, Хан и Феликс не пришли, хотя он точно слышал их имена в своем отряде. — Так-с, ребятки, вы же уже в курсе кто с кем живет? - Проговорил Сынмин усаживаясь в кресле. Хёнджину не было сильного дела, с кем он будет делить комнату. Пока все отвечали вожатому, парень осматривал помещение. Довольно низкие потолки, на стенах виднелся красивый узор опаленного дерева, на потолке свисала люстра, на ней были изображены маленькие ёлочки, Хёнджину это показалось милым. Мягкий ковер щекотал пятки. В самом центре находился овальный столик, вокруг него были четыре дивана, два больших, и пара одиночных. Хенджин выбрал сидеть один, взглянув на лица ребят, он видел их лица всех, но не знал имен. Первый голос подал высокий паренек с приятной улыбкой, было странно ведь обращался он только к Хвану, протягивая ему руку. — Мое имя Банчан, можно просто Чан. Как тебя зовут? - Чан сидел довольно близко, Хёнджин немного помешкал. — Хван Хёнджин, рад знакомству - он ответил на рукопожатие. — Я Чанбин. Приятно познакомиться, Хенджин! - паренек сидящий рядом с чаном, улыбнулся во все тридцать два зуба. Взгляд переключился на Минхо. Тот сидел закинув ноги на диван, их взгляды встретились. — Ли Минхо, не рад знакомству, Хван - тот хмыкнул, но успел увернуться от летящего подзатыльника, как ни странно уже от вожатого. — Минхо, черт тебя подери! Прости, Хван, он сегодня не в настроении - тот постарался исправить ситуацию. — Все хорошо. Меня не колышет мнение агрессивных психов - Хёнджин сделал скучающий вид, не обращая внимания на Минхо. Хо видимо, в сотый раз за день, ловит укоризненные взгляды. В разговор влез Чонин, чтобы отвлечь всех от ссоры между парнями. — Так, как вам идея сыграть, что-нибудь? Хенджин, ты умеешь играть на каком-нибудь инструменте? Вопрос застал парня врасплох. Тягость воспоминаний снова взвалилась на плечи Хвана. Тот нервно взглотнул подкатившей ком, взял себя в руки. — Нет, я не играю на каких-либо инструментах. Вдруг голос подал Чан. — Странно, на открытии смены, когда играл оркестр, я заметил как ты отбиваешь ритм. Возможно тебе стоит попробовать! У тебя есть чувства ритма, а это самое главное! - Старший улыбнулся, он хотел помочь влиться Хвану, но по незнанию, просто сдирал корку с раны. — Нет, я не хочу. Думаю мы закончили, до ужина ведь есть свободное время? Думаю пойду... прогуляюсь -он встал и не дожидаясь ответа вышел из комнаты. Оказавшись на улице, в лицо ударил довольно вечерний бриз, который заставил Хвана поморщится. Что-то ужасно ныло в груди, Хенджин чувствовал, что ему необходимо выкурить, хотя бы одну сигаретку. На улице, где его могут увидеть, парень не стал рисковать. Взглянув на ключ, он держался на железном колечке, рядом с маленьким брелком и цифрой "восемь". Обойдя пару домов он нашел тот самый дом, который подходил номеру на ключе. Провернув ключ два раза, он зашел внутрь. Наконец сбросив тяжёлую сумку на кровать, что стояла ближе к окну. Достав уже немного помятую пачку Мальборо с ментолом, он проругался под нос, ловко клацнул зажигалкой он прикурил. Стало так спокойно… Сев на подоконник, парень любовался волнами. Было приятно осознавать, что их домик ближе всего к воде. Через открытую форточку дым уползал, а в месте с ним и ужасное чувство воспоминаний. Конечно, в домиках пепельниц не было, поэтому, он воспользовался маленьким блюдцем. Затушив сигарету, он спрыгнул с подоконника и направился разбирать сумку. Взял он с собой не так уж и много, пору маек, толстовка, джинсы и под конец достал маленькую коробочку одеколона. Хвана завлекал запах цитрусов и пряностей. Можно сказать, он растворяется в этих ароматах. Хван поистине считал, что запах определяет как воспримут человека. Поэтому очень ответственно подходил к выбору и наконец, методом проб и ошибок, он нашел тот самый. Разложив все вещи на места, он не заметил как уже стемнело, и вот только он собирается ложиться на еще пока прохладную кровать как в комнату влетает кто-то очень разъярённый…