Зима

В конце декабря всегда особая атмосфера, елка уже сверкает в большой комнате, мама печет имбирное печенье к чаю, рыжеволосая набирает себе теплую ванну, чтобы расслабиться после очередной кучи уроков в сегодняшнем расписании. Ее любимое эфирное масло с виноградом отлично подходило по запаху к рыжим волосам, и новый, красивый тюбик с пеной для ванны тоже пошел в ход. Забыть обо всем и наконец-то насладиться горячей водой и мыльными средствами — идея хорошая, но дурацкая привычка брать с собой телефон в ванную так и не оставляла Сашу, она любила сидеть в наушниках, под спокойные песни, рассматривала пузырьки в сугробах пены, пока какое-нибудь сообщение не потревожит ее, в прочем, как и в этот раз. Это один из ее одноклассников — Марк, зовет Сашу прогуляться с ним по магазинам, но на «я заболела слегка, извини» их диалог был окончен. Нет, не подумайте, она очень хотела бы пойти, но мокрые волосы и отсутствие настроения к этому не располагали, парень еще пару минут пытался узнать что стряслось со здоровьем рыжей, но на ее очередное «все нормально» наконец успокоился. Саша в очередной раз умиленная его заботой, непроизвольно тыкнула на его аватарку, и улыбаясь, все внимательнее рассматривала. Он красивый, рыжая давно положила на него глаз, но все это было так не всерьез, даже от скуки, а сейчас она сама бы хотела с ним сблизиться, почему нет. — Саша, я побежала на работу, буду поздно. Список продуктов я на столе оставила, и вещи в поездку с классом начинай собирать, долго в ванной не сиди, — крикнула мама, и входная дверь глухо хлопнула. Девушка ловко обернула копну волос в темное хлопковое полотенце, чтобы не пачкать белые вещи, и пошла в гостиную, посмотреть чего-нибудь уютного под мамино печенье. Через четыре дня ей предстояла «увлекательная» поездка в зимний лес со своим классом, и она бы сделала все, чтобы остаться дома, но у родителей видите ли рабочая командировка в тех же числах, а Сашу на три дня оставить не с кем, как же все по-дурацки совпало, будто нельзя оставить человека в 16 лет одного дома. Сборы были радостью для всего класса, но только не для нее. Она не была изгоем, не подвергалась травле, но и друзей, или даже близких знакомых у нее не было, у нее были любимчики, с которыми она бы хотела дружить, но это естественно было не взаимно. Аня теперь тусуется с Алиной и Дашей, а для Марка ей нужно было быть поувереннее, хотя его ничего не смущало, он все также продолжал писать ей и проявлять инициативу. После тяжкой упаковки всех своих шмоток в маленький, крохотный, мизерный чемодан, девушка просто легла спать бес сил. Завтра в школе был легкий день, включая такие уроки как музыка, физра. И технология. Спаренная. С мальчиками. Потому что половины класса, собственно как и учителя девочек не было, в канун праздников. Еле как встав с кровати на следующее утро, рыжеволосая старательно чистила зубы, мысленно выбирая сегодняшнюю одежду. «Ты будешь сегодня?» — еще в 5:27 написанное Марком сообщение высветилось на ее телефоне «Да, сегодня же любимая технология, конечно буду.» Туповатая ирония, но на большее в 6:50 она не была способна. Первый урок. Обществознание. На пятой парте первого ряда она как всегда одна, может это и нравится ей, может так даже лучше, но Саше все же хотелось хоть какого-нибудь собеседника рядом, они бы поболтали о бренности бытия и том, какое же сегодня странное расписание. Не найдя ничего лучше, чем просто плюнуть на это, она просто положила голову на руки, и закрыла глаза, нет, конечно она не уснет в таком положении, но и слушать как историк рассказывает про последствия абсолютизма в последний учебный день недели ей не хотелось. Опустив голову, она начала просто размышлять о чем попало, вспомнила сообщения Марка, а ведь может быть стоило пойти с ним тогда погулять, в прочем сейчас он занимался тем же, чем и Трусова — спал на последней парте. Он красивый всегда, сонным или после уроков, его кудряшки, руки, плечи, талия, все в нем так чертовски хорошо, так складно, так гармонично. Рыжеволосая представляет, как гладит ладонью его темные волосы, затылок, шею, от него всегда пахнет чем-то горьковатым, терпким и лимонным. Она никогда не забудет этот аромат. Кондратюк — обычный одноклассник, но почему не придаться неистовым фантазиям на скучном уроке. Быть может, он даже не так хорош, как она представляет, идеализация вещь ужасная, но ей так нравятся ее мысли, в них можно вдаваться в любые ласки с обычным знакомым, ну разве не интересное занятие для шестнадцатилетней рыжей девчонки. Вот она уже прижимается к его талии, все глубже вдыхая горечь, веющую от него, гладит красивую спину, дотрагивается до кубиков пресса. Он же в свою очередь, в ее фантазиях не делает ничего, лишь пребывает объектом ее ласок, девушка даже представить себе боится какие-либо действия с его стороны, в особенности тактильные. Но ведь так не бывает, должна же быть хоть капля логики в ее нафантазирированном образе. Саша совсем закрывает глаза, еще глубже укладывая голову на рукава своей толстовки, и как ни странно, вместе со скучным уроком, продолжаются и ее фантазии. Вот он слегка прижимает ее к своему телу, гладит волосы, их ароматы начинают смешиваться, Саше приятно, хорошо в этой неге. Как же ей повезло, оказаться совсем одной за партой, иначе сосед посчитал бы ее не слишком адекватной. В прочем ей уже не важно, она слишком замечталась, чтобы отвлекаться на одноклассников, ну, кроме одного. Противный звук звонка с урока громко раздался в 406 кабинете, кто-то вышел в коридор погулять, сходить в столовую, Саша лишь наконец-то подняла голову и осмотрела класс, на последней парте героя ее фантазий никого не было. К слову, ее не совсем сон на пятой парте не заметил никто, даже яркие волосы уже не привлекали внимания. Она могла хоть целый день прятаться в рукава своей кофты, улыбаясь от придуманного в собственной голове, и ее это успокаивало. Ей нравилась роль инкогнито, — делай что хочешь, всем все равно. Эта мысль больше не казалась ей такой удручающей, нежели раньше. Сегодня все уроки были в одном кабинете, а уроки, стоявшие в расписании вообще не составляли труда, чтобы просто на них сидеть, так что, Трусова могла сочинять сказки хоть на каждом уроке. Решив отвлечься от странных мыслей, она открыла любимое приложение с голубой иконкой, и начала строчить что-то папе. Пролистав весь запрещенограм, она залезла в рюкзак в поисках наушников, ну не под вопли класса же утопать в фантазиях. — Саш, привет, можно к тебе сесть? — сам Кондратюк, в своем черном спортивном костюме вдруг оказался у той самой пятой парты, рядом с окном. — Садись конечно, — Трусова, как ни странно была спокойна. По ее лицу нельзя было сказать, что сосед по парте вытворял непонятно что у нее в голове, пару минут назад. Девушка решила, что спокойствие будет лучшим вариантом состояния, чтобы общаться, не хладнокровие, именно спокойствие. Рыжеволосая подумала, что новый сосед по парте никак не отвлечет ее от бурных фантазий, хоть он и был главным их героем. Она снова удобно устроилась на собственных руках, лежащих на парте, погружаясь в новые фантазии. Кондратюк был катастрофически близко, она слышала его дыхание и чувствовала привычный запах, так представлять его гораздо проще и гораздо приятнее. Вот они опять стоят близко близко, их тела соприкасаются, она снова и снова проводит ладонью по прекрасной, ровной спине, чувствует некое тепло, и его руки, на своих плечах. — Саша, Саш, — его рука и правда слегка коснулась ее руки, — тебе нехорошо? — Нет, все в порядке, почему ты спрашиваешь, я плохо выгляжу? — все также убийственно спокойно, и даже сонно спросила рыжая. — Ты выглядишь прекрасно, просто постоянно закрываешь глаза, да и вчера писала, что заболела. Как чувствуешь себя? — Марк, слушай, давай сбежим, — вдруг вырвалось у рыжеволосой, — я не высижу еще семь уроков. — Пошли, — Трусова думала, это будет сложнее, однако он сам пришел сегодня, не поняв зачем, — Саш, пойдем ко мне, родители на две недели уехали, я тебя чаем напою, — лукаво улыбаясь, предложил парень. — Ладно, пойдем к тебе, мне без разницы собственно, где школу прогуливать. Не смотря на все ожидания, дорога до его хором оказалось намного скучнее последствий абсолютизма, однако отказываться было поздно, они так и шли все время в тишине. Должна отметить, Саше она даже нравилась, это было спокойно и очень отстраненно, с ним было здорово просто молчать, под хруст снега, сдавливаемого ботинками. Квартира его оказалась большой, но почему-то совсем без атмосферы праздника, не было ни елки, ни гирлянд, ни прочей Новогодней лабуды, украшающей тысячи соседних квартир. Незнакомый запах свежести, и даже легкой прохлады стоял в каждой из комнат, он нравился ей даже больше чем тот, лимонный у Марка на одежде. К слову, идея сбежать пришла ей не только от тяжести осознания количества уроков, предстоящих, чтобы просто отсидеть их. Ей просто хотелось отдохнуть от одиночества, и все же наконец оставить свои фантазии, как казалось рыжей, она выбрала правильную компанию. — Чай налить тебе? у меня много тут есть, — донесся голос парня из кухни — Ма-арк! — негромко позвала девушка, на что он не торопясь пришел в комнату, — а покажи мне квартиру, а? — Без проблем, — он легко улыбнулся, кивнул, и провел ее в первую попавшуюся комнату. Нужно сказать, свет там был приглушенным, и на удивление — холодным, на окнах стояла целая оранжерея красивых цветов, просторная кровать, в целом, очень мило. Он сел на кровать, что-то оживленно рассказывая ей, но Саше было уже не до этого. Марк был, ей казалось, таким красивым, даже лучше, чем она его себе представляла, сидя на своей кровати, он был для нее таким притягательным, поистине прекрасным. В то же время от этого места, и от него самого веяло таким комфортом и умиротворением, ей хотелось остаться здесь еще на дольше, чем было возможно. Темноволосый все продолжал весело что-то рассказывать, пока Трусова не подошла ближе. — Марк, — протяжно произнесла она, заставив его поднять глаза, — Марк, слушай, — рыжая взяла его за руку и потянула за собой, теперь они оба стояли, — ты такой красивый, ты просто прекрасен, — девушка взяла его за руки, не смотря наверх, ему в глаза, продолжала, — ты человек, которого многие мечтают встретить, я даже не знаю, как сказать тебе это все правильно и не смутить тебя, просто я восхищена тобой до безумия, мне так с тобой хорошо, так легко, — под конец у обоих на лице сияла улыбка, Кондратюк уже тянулся к ее плечам, чтобы аккуратно обнять, но девушка сделала это первая. Парень стоял в легкой футболке, так что рыжая хорошо чувствовала его крепкую спину, и даже гладила его, все еще вспоминая свои фантазии. Марк был все таким же приятным, как она и представляла, запах терпкого цитруса еще больше подкреплял его беспорочный образ в глазах рыжей, она свыкалась с ним. Проведенные в абсолютной тишине минуты не включали в себя ни капли стеснения, Марк, конечно же был опьянен словами девушки, но руки его все так же крепко обнимали ее плечи. Он вдруг просто замер, и приблизившись к ее уху, твердо сказал; — Ты красивая. Очень красивая.