О любви Кирэнэко к осени

Осень Кирэнэко не любил. Причин было много, так сразу все и не вспомнишь. Но одной из главных была та, что несколько лет назад именно осенью Кирэнэко появился на свет. Ещё осень предвещала скорую зиму. Снег и мороз были ни чем не лучше постоянных дождей и грязи под лапами. Да, зимой тоже было несладко, но люди от чего-то становились добрее. Чёрный драный кот под ногами вызывал жалость. Кирэнэко могли пустить в подъезд погреться, а там кто-нибудь его и накормит. За зимой шла весна, по мнению Кирэнэко, самая сносная пора года. Холода отступали, снег таял, а солнце сушило землю. Зелень наполняла город, и от этого становилось чуточку веселее. Но это не длилось долго. Вскоре наступало лето. Приходила невыносимая жара, просыпались всевозможные насекомые, а люди шумно что-то праздновали без устали. Но до этого ещё далеко. Сейчас осень в самом разгаре: задувает холодными ветрами, нагоняет тёмные тучи, вытягивает краски из всего вокруг. Сейчас Кирэнэко сидит под дверью небольшой пекарни и смотрит на неё с надеждой. У читателя может возникнуть вопрос: почему Кирэнэко караулит людей именно у пекарни? Почему не у какой-нибудь мясной лавки или супермаркета? Почему именно тут? Сложно ответить на этот вопрос, да и спросить не получится. К сожалению человек кошачье мяуканье не понимает. Хотя к примеру Кирэнэко человеческую речь понимал и очень даже хорошо. Он понимал, когда его ругают. Знал смысл каждого слова. Не повезло же ему родиться именно чёрным котом. Хотя тут и люди постарались. «Ну почему именно чёрных? ,Именно чёрных котов обвиняют во всех людских несчастьях? Почему к примеру не рыжих? Эти наглые падлы куда чаще доставляют неприятности!» — думал Кирэнэко, сидя в какой-нибудь подворотне и зализывая раны от брошенных в него камней. Такое проявление человеческого внимания было довольно частым. Камень или что похуже мог бросить любой: и ребенок, и милая старушка, и мужчина в деловом костюме, и прелестная девушка, и подросток. Каждый раз, когда Кирэнэко убегал от обидчиков, в голове крутилось: «Дураки же вы, люди. Норовите обвинить в своих несчастьях любого, кроме себя!» Кирэнэко всё понимал. К вашему сведению, чёрные коты самые умные, потому и держатся всегда немного особняком. И по этой же причине ведьмы в помощников выбирают именно чёрных котов. Но вернёмся на порог пекарни. Негромко звякнул колокольчик, и дверь открылась. На крыльцо вышла девушка. Она куталась в красный шарф и смотрела на мир сквозь стёкла очков. Глаза у неё были большими, светло серыми, с длинными ресницами. Взгляд от этого казался бархатным, словно шерсть какой-то породистой и ухоженной кошки. Кирэнэко, по-видимому, ждал именно её. Он бросился к девушке и, громко мурча, принялся тереться о её ноги. Та присела на корточки и запустила руки в шерсть на боках кота. — Привет, красавец. Заскучал? — спросила она, заглядывая в глаза Кирэнэко. Тот подтверждающе мяукнул. Девушка ярко улыбнулась, слегка щурясь. Белые волосы с выкрашенными в разные цвета концами трепал ветер. Пара прядей мельтешила прямо у Кирэнэко перед мордочкой. Он поднял лапу и попытался схватить одну из них. Эти яркие пятна напоминали ему северное сияние. Кирэнэко видел его лишь однажды, через несколько недель после рождения. Когда у него уже открылись глаза и он мог уверенно стоять на лапах, он отправился познавать мир. Выполз из подворотни, посмотрел на небо и увидел яркие огни. Они переливались, сменяли один другой и растворялись в воздухе. Отовсюду слышались восторженные возгласы двуногих существ. Кирэнэко замер на месте и простоял так, пока кошка не нашла его и не отнесла обратно. Но сколько бы лет не прошло, Кирэнэко очень хорошо помнил тот день. Девушка засмеялась, убирая волосы за спину. Поднявшись на ноги, она поманила Кирэнэко рукой и направилась к небольшому круглосуточному магазинчику рядом с автобусной остановкой. Каблуки тихо стучали по тротуару. Лапки кота ступали бесшумно. Кирэнэко шёл рядом, тихонько мурча. — Посиди тут, красавец, — сказала девушка и зашла в магазинчик. Кирэнэко уселся сбоку от дверей и от скуки принялся вылизываться и вылавливать блох из шерсти. Эти мелкие черти здорово ему досаждали, но поймать их было сложно. За этим занятием он не сразу заметил, что девушка вернулась. В руках её был пакет с эмблемой магазина. Кирэнэко услышал хруст пластика, поднял голову и вскочил на ноги. Вдвоем они пришли на пустую остановку. Девушка села на лавочку и достала из пакета упаковку кошачьего корма и бутылку воды. Кирэнэко замурлыкал. Добравшись до еды и воды, он забыл обо всём вокруг. Утолив голод и жажду, Кирэнэко запрыгнул на лавочку, а после и к девушке на колени. Та обняла его обеими руками, принявшись почесывать за ушами. Глаза от такой ласки стали закрываться. Кирэнэко начал мять передними лапами её ногу, уткнувшись носом в предплечье. Но идиллия продлилась недолго. Послышался шум подъезжающего автобуса. Девушка подняла Кирэнэко и пересадила на скамейку, напоследок погладила по голове и быстро шепнув: «До завтра, красавец», — исчезла в дверях автобуса. Кирэнэко вмиг стало прохладно. Однако спать хотелось куда больше. Устроившись поудобнее и свернувшись клубочком, он провалился в сон. И видел он свою беловолосую благодетельницу в очках, видел их первую встречу. Было это вечером. Кирэнэко тогда подрался с одним из котов, который посягал на его место под дверью магазинчика. Противник быстро удрал, а Кирэнэко остался на отвоеванном месте, зализывая царапины. Чувствовал он себя паршиво: давно не ел, и накануне пострадал от издевательств мальчишек. Посетителей в магазинчике было мало, и на кота никто внимания не обращал. Хотя Кирэнэко и старался привлечь внимание: громко и жалобно мяукал, кидался под ноги, заглядывал в глаза. Все проходили мимо. Все, кроме неё. Девушка вышла из магазинчика с мороженным в руках. Тогда ещё был разгар лета. Кирэнэко, как и прежде, бросился под ноги и громко замяукал. Он ни на что не надеялся, однако девушка остановилась, присела рядом и погладила его по голове. — Привет, красавец, — мягко улыбнулась она. — Какой ты тощий. Голодный наверное? Кирэнэко мяукнул. Девушка вдруг поднялась и вернулась в магазин. Вновь вышла она через пару минут и накормила Кирэнэко, и на следующий вечер, и на следующий... Он проснулся от того, что его спихнули с лавки. Перевернуться в воздухе он успел и приземлился на лапы. Обернувшись, он уставился на обидчика жёлтыми блюдцами глаз. На том месте, где он спал, сидел мужчина в мятом свитере и с недельной щетиной. Он глянул на кота и пнул его. — Пошёл прочь, мешок блохастый. Кирэнэко зло зашипел, развернулся и бросился прочь. Ночь уже опустилась на город. Но ни звёзд, ни луны не было видно. Осень напомнила о себе ливнем. Кирэнэко мчался по мокрому тротуару, ища: где ему укрыться? Забившись в какую-то относительно сухую дыру, он лёг на живот, уложив голову на вытянутые лапы. Прикрыв глаза, он уставился в ночь. Дождь закончился с рассветом. Кирэнэко успел выспаться, но чувствовал себя ужасно. Он выбрался на улицу. Земля под лапами превратилась в липкую жижу. Вода капала с крыш. Ветер продувал насквозь. Люди шлёпали по лужам. У многих в руках или сумках были зонты. Дождь хоть и прекратился, но явно не на долго. Кирэнэко бесцельно бродил по району вокруг пекарни в ожидании вечера. Странное дело, но он никогда не мог застать девушку утром. Просто магия какая-то! За пару улиц от пекарни находился железнодорожный мост. Далеко внизу текла река. Пена билась о сваи моста и походила на белых птиц. Кирэнэко нашёл сухое место в метре от рельс. Обвив хвостом лапы, он стал ждать непонятно чего. Сквозь звуки города пробился далёкий шум поезда. Он быстро нарастал, заставляя сердце биться чаще. Несколько секунд, и поезд влетел на мост. Раздался громкий гудок. Грохот стал оглушительным. Порыв ветра ударил Кирэнэко, когда поезд пронёсся мимо. В одном из окон мелькнуло лицо. Кирэнэко ничего не успел разглядеть, кроме счастливой улыбки. Но эта незначительная деталь выбила его из колеи. Как кто-то может быть счастливым, когда вокруг осень, грязь, серость и дождь? Как кто-то может радоваться жизни, когда Кирэнэко вынужден выживать? Однако как следует поразмыслить над этим он не успел. Сначала Кирэнэко ощутил колебания воздуха. Затем услышал тихий свист. Камень ударил его в бок. Кирэнэко зло шикнул и посмотрел в сторону, откуда прилетел камень. В паре метров от него стоял мальчишка лет девяти. Встретившись с котом взглядом, он поднял ещё один камень и бросил. Кирэнэко смог увернуться: отскочил на пару шагов. Но от долгого пребывания в одной позе мышцы занемели и не слушались. Следующий камень попал в бедро. Причём сила была такой, что Кирэнэко покатился по земле. Недовольно рыча, он попытался подняться на лапы и как можно быстрее удрать. Камни летели вслед. Боль разлилась по всему телу. Бежать стало трудно. И всё же Кирэнэко не сдавался. На ступени пекарни он уже заползал. Улёгшись под дверью, он опустил голову, уткнулся носом в холодный бетон и провалился в темноту. <Пару недель спустя> На улице бушевал ветер, но в квартире было тепло. Девушка с белыми волосами поставила пирог в духовку, засекла время и повернулась к окну. На подоконнике лежал чёрный кот и завороженно смотрел на танец природы. Девушка подошла ближе и погладила его, мягко улыбаясь. — Красиво? Кот повернул к девушке голову и замурчал, щурясь. Она села рядом и прижалась виском к стеклу. — Осень всегда красивая. Важно лишь то, откуда ты смотришь. Кирэнэко был с ней согласен. Возможно не до конца, но он перестал испытывать к осени ненависть. Ведь, несмотря на всё, именно осенью он обрёл дом. Найдя Кирэнэко у порога пекарни, девушка отвезла его в ветклинику, а после забрала домой. Раны оказались не такими серьёзными. Кирэнэко быстро шёл на поправку и привыкал к новой жизни, любуясь осенью за окном и прячась от неё в тепле ласковых рук.